«Этот камень веками растёт через тёртое поле….»

Этот камень веками растёт через тёртое поле.

Он морозит подошвы в студёной подземной реке.

Чтоб избавить себя от сердечной тоски и неволи,

Я к нему прикасаюсь и чувствую холод в руке.

А за холодом вслед чую дрожь, чую: движутся токи, —

И вбираю в себя эту тяжесть как вечный покой.

Всё он помнит про нас, знает замыслы наши и сроки,

Провожает в дорогу, встречает, берёт на постой.

Рядом тракт дождевой, по нему всё шаги да колёса,

Кто-то плачет навзрыд, кто-то снова поёт невпопад.

Будет время и мне собирать землянику с откосов

По дороге в былинный, в лесах затерявшийся град.

А пока я пред камнем стою, усмиряя желанья,

Я поцарствовал всласть, а теперь только мёд в бороде.

Но откликнется он на моё чуть живое дыханье,

И круги от него побегут по подземной воде.

Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚

Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением

ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОК

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Читайте также

«В этот страшный час, в этот жуткий час…» Евгению Кропивницкому В этот страшный час, в этот жуткий час Не подымешь рук, не откроешь глаз: На руках висит стопудовый гнет — Вольный волею богатырь-народ, А глаза, глаза, что смотрели в день, Ослепила ночь, придавила

Отвали этот камень серый Отвали этот камень серый Загораживающий путь, И войди в глубину пещеры На страданья мои взглянуть. Ржавой цепью к скале прикован И похожий на мертвеца. Этой боли многовековой Не предвидится и конца. Наши судьбы — простые маски Той единой,

На поле боя («Туман окутал поле боя…») Туман окутал поле боя, Ночь прилегла на грудь земли, И звезды – вестники покоя — Свои светильники зажгли. И под покровом влажной ночи, В глубокий сон погружены, Лежат, смежив навеки очи, Отчизны верные сыны. Весна баюкает их

Через минное поле — к своим Отдохнув, Петр через пять дней опять отправился в тыл противника. На этот раз ему предстояло разведать район по маршруту Красный Бор — Саблино — Любань — Липки — Апраксин Бор. Петя успешно справился и с этим заданием.Добытые мальчиком

Глава 9 «Из каких ты вернулся стран Через этот густой туман?» А.А. В феврале 1937 года Ахматова легла на обследование по поводу щитовидной железы в Куйбышевскую (Мариинскую) больницу. Лечил ее профессор-эндокринолог В. Г. Баранов. Однажды он устроил знаменитой больной

ВАЛЬМИКИ (между V-IV веками до н.э.) Вальмики – легендарный поэт Индии, традиционно считающийся создателем великой эпической поэмы «Рамаяна». Для миллионов индийцев эта книга является священной, поскольку повествует о деяниях бога Вишну, воплотившегося в смертного царя

Дерево растет Я никогда не сочинял песен о своей жизни, конечно, кроме той, которую назвал «Автобиография». Но сегодня, если оставить в стороне некоторые из моих «вещичек», я нахожу во многих фразах и строках текстов собственного производства внушительное количество

Беспокойство сенаторов растет Сенатор Метайес рассказал мне, что у либеральных сенаторов усиливаются опасения, как бы нынешний курс Белого дома, направленный на расширение вмешательства США в дела Центральной Америки, не привел к прямой американской интервенции или

Глава 13 ВХОД ЧЕРЕЗ ВЫХОД: ОН ЖЕ ВДОХ ЧЕРЕЗ ВЫДОХ В мае Плант решился прервать свое добровольное заточение. Сам он описывает этот период так: «Я не выходил из депрессии днями. Бесцельно слонялся по сельским пабам, напивался пивом, бренчал на фортепиано. Растолстел так, что

ЧЕЛОВЕК РАСТЕТ… «Хорошо, что этот химик не занялся живописью: мы бы нашли в нем опасного соперника» Жером В пансионе Барбэ к шестнадцатилетнему Луи относились, как к родному. Но он чувствовал себя здесь неуютно. Странное недомогание беспокоило по утрам, а к вечеру

Напряжение растет Состоялся допрос пленных итальянских летчиков и одного немца, выбросившегося на парашюте из «мессершмитта». Они сообщили: «Мессершмитт БФВ-109» недавно прошел заводские и государственные испытания в Германии. В Испанию прибыла первая партия этих

А счет все растет! С моим возвращением одна из нас оказалась «третьей лишней». У меня-то была постоянная напарница, Клава Маринкина, но не стало пары у Полины. Решили не придерживаться постоянных пар, чтобы никому не было обидно, перешли на скользящий график. Пятая,

Напряжение в стране растет В городе происходили непрерывные демонстрации и манифестации. Штурмовики вышагивали по улицам и горланили песни. Когда они шли, все прохожие останавливались и вытягивали вперед в фашистском приветствии правые руки. Кто этого не делал, того

«Пройдешь через Красное море и через пустыню» 22 сентября 1852 года Микеле Руа окончательно вступает в ораторию в качестве воспитанника. На следующий день вместе с доном Боско, мамой Маргаритой и двадцатью шестью другими товарищами он отправляется в Бекки. Дон Боско будет

«Я камень. Я безвольно-тяжкий камень…»[43] Я камень. Я безвольно-тяжкий камень, Что в гору катит, как Сизиф, судьба. И я качусь с покорностью раба. Я камень, я безвольно-тяжкий камень. Но я срываюсь, упадая вниз, Меня Сизиф с проклятьем подымает И снова катит в гору, и