Запоздалое признание

Запоздалое признание

Иван Константинович снова отправился в странствия. На этот раз в Европу. Пробыв недолго в Ницце, он поехал во Флоренцию.

Много лет не был Айвазовский в Италии. Юношей приехал он сюда из России. Здесь странствовал со своим другом Штернбергом, здесь встретился и сблизился с Гоголем. В Италии к нему пришла мировая слава.

Флоренция встретила Айвазовского, как встречают дорогого гостя после долгих лет разлуки.

Для выставки он отобрал лучшие из своих последних картин: были здесь виды Черного моря, кораблекрушения и большая картина «Неаполитанский залив в туманное утро». Выставка открылась в здании Флорентийской Академии изящных искусств. Тысячи флорентийцев горели желанием посмотреть картины великого мастера морской живописи. Еще были люди, помнившие о первых успехах Айвазовского в Италии.

Айвазовскому поднесли прекрасный альбом со множеством подписей флорентийских граждан. Газеты печатали о нем хвалебные статьи. В городе начались торжества в честь Айвазовского. Академия изящных искусств избрала его своим почетным членом. Профессора Академии предложили Айвазовскому написать автопортрет для галереи дворца Питти. Это была редкая честь.

Айвазовский мысленно перенесся в дни своей юности, когда в обществе Гоголя и Иванова он восхищался в галереях Уффици и Питти бессмертными произведениями искусства. Он вспомнил, как перед отъездом из Флоренции Гоголь, Иванов и он провели целый день в зале галереи Питти, где находятся портреты величайших художников мира. Мог ли он тогда думать, что спустя много лет ему будет предложено написать автопортрет для этой всемирно известной галереи!

Автопортрет Айвазовского поместили рядом с портретами Леонардо да Винчи и Микеланджело. Теперь в галерее Питти были автопортреты двух русских художников — Ореста Адамовича Кипренского и Ивана Константиновича Айвазовского.

Кончилось время пребывания во Флоренции. И тут Айвазовский почувствовал, как тянет его в Венецию. Давно не живет в монастыре святого Лазаря брат Гавриил, но его влечет посетить этот город своей юности. Там теперь Тальони…

Из заветной шкатулки достал он ее единственное письмо: сложенный вдвое голубоватый вылинявший от времени листок бумаги с почти стершейся золотой монограммой «М. Т.».

«Господину Айвазовскому.

В воспоминании, которое я храню о Венеции, заключено для меня тем более очарования, что в этом городе я познакомилась с Вами. Не забудьте же о своем обещании отыскать меня в том укромном уголке, где я поселюсь, когда настанет для меня пора отдохновения. Я говорю Вам о своем восхищении Вашим прекрасным талантом и горжусь сама быть актрисой, ибо это звание дает мне право дружески протянуть Вам руку.

Мария Тальони.

30 сентября 1842 года».

С той поры пролетел тридцать один год. Уже четверть века она не танцует. Из газет и от знакомых, приезжавших из Италии, он узнавал о ней. Последнее время, перед концом своей сценической жизни, Тальони выступала только в Лондоне. С парижской публикой она простилась летом 1844 года в балете «Сильфида». К этому времени «Сильфиду» уже пытались танцевать другие — красавица-венка Фанни Эльслер и изящная танцовщица-итальянка Флора Фабри. Но зрители говорили: «Не то!..» В 50-х годах газеты писали о трагической гибели Эммы Ливри, любимой ученицы Тальони. Ливри получила смертельные ожоги на репетиции нового балета. Газеты сообщали о тяжелом потрясении Тальони. После ухода со сцены она ведет затворническую жизнь в своем палаццо в Венеции или на вилле у озера Комо. Теперь ей шестьдесят девять лет… И он давно не юноша — пятьдесят седьмой год…

Айвазовский стоит с письмом в руке и видит тонкую девическую фигурку в волнах белого газа на сцене петербургского Большого театра, счастливую тень, парящую в голубоватом луче…

Слуга ввел его в ту же «русскую» комнату. Все так же висели на стенах портреты Пушкина, Жуковского, Лермонтова, пейзажи Воробьева, Щедрина, Лебедева. А его маринами увешаны все стены. Айвазовский не слышал ее шагов, когда она вошла. Она двигалась так же легко, как в былые годы, и была, по обыкновению, в белом. Только сетка мелких морщинок на лице и седина в белокурых волосах говорили о ее возрасте.

— Спасибо, что сдержали свое обещание!.. Я всегда верила в то, что мы еще встретимся. Все эти годы я не теряла вас из виду. Пресса и князь Трубецкой в письмах из Петербурга сообщали мне о вас…

Айвазовский поцеловал протянутую ему тонкую руку. Повеяло забытыми духами…

— Меня радует нескудеющая сила вашего таланта, молодость вашей души. Одно печалило меня — что вас постигло такое же горе, как и меня… Но и в этой печали утешением мне было, что одиночество не наложило отпечатка на ваше искусство. Ваш гений создал новые творения, еще более прекрасные… Я надеюсь, вы опять остановитесь в моем доме… А вечером мы поедем к Тинторетто?..

— Да, друг мой Marie, поедем…

Опять по утрам его взгляд прежде всего падал на белый расписанный цветами потолок, и он сразу же вставал и шел к мольберту. И так же сверху из зала доносились приглушенные звуки рояля: это она занималась с ученицами. А в полдень они встречались за завтраком, и потом он играл ей на скрипке. А после старый Энрико подавал гондолу и они странствовали по Венеции. Айвазовский пристально вглядывался в лицо Тальони, и ему казалось, что на нем играют не только цветные блики от пронизанного солнцем пестрого шелкового зонтика, а тени тех давних счастливых дней…

— Вы помните, Marie, что вы сказали тогда об этом крылатом льве?

— Помню… — Тальони подняла голову, взглянула на крылатого льва и стала, щурясь от солнца, смотреть в высокое с золотистыми облачками небо. — Я люблю небо на ваших картинах! Вы понимаете и любите его так же, как море. Мне близки у вас и бескрайняя высота радужного весеннего неба, и желто-красные бурные облака, несущиеся, как вестники бури, над вспененным морем, и сизо-черный мрак грозовых туч, еще более страшный от вспышки озарившей их молнии, и глубокая синева тихого ночного неба… Мне кажется, друг мой, что вы протягиваете какие-то родственные нити и связываете ими нетленную красоту неба с красотой моря… А сейчас я хочу с вами взглянуть на небо, созданное нашим Тинторетто. Энрико, отвези нас в церковь Сан Кассиано…

И вот они стоят перед ее самым любимым творением Тинторетто. «Распятие» в Сан Кассиано еще более величественное, грандиозное, чем «Распятие» в Скуола ди Сан Рокко. Трагическое событие, совершающееся на земле, воплощено в нескольких больших фигурах, поднятых к небу над узкой полосой земли, и множеством взметнувшихся копий. А над ужасом происходящего на земле — небо, беспредельное, как океан, зеленое с золотистыми и розоватыми облаками…

— Разве эта живописная магия не превосходит все, что было написано даже Веронезе?

— Да, Marie, превосходит… Какая композиция!..

…В этот вечер они никуда не вышли из дому. Айвазовский на другой день уезжал. Тальони сидела в его комнате и смотрела, как он разбирает и укладывает в саквояж свои альбомы и листки с записями.

— Когда же мы теперь снова увидимся, Marie?

— Возможно, я будущим летом приеду в Петербург к дочери… У меня ведь теперь там много родных: не только дочь с мужем, но и внуки… Моя двоюродная сестра, вышедшая замуж тоже за русского, имеет уже правнуков. И все они в Петербурге…

— Почему же, Marie, вы не приезжали в Петербург столько лет?

— На этот вопрос я могу теперь ответить вам правдиво, мой друг. Я боялась встречи с вами… Теперь я стара и могу приезжать в Россию без страха увидеть там вас…

Айвазовский побледнел и уронил хрустальный бокал для кистей, который собирался положить в саквояж. Осколки со звоном разлетелись по комнате.

— Так, значит…

— Да, мой друг, я любила вас, но подавила в себе это чувство. Большая разница лет помешала мне стать вашей женой: вам было всего двадцать пять, а мне — тридцать восемь… А я так хотела этого, так тосковала, когда вы уехали из Венеции… Иногда мне кажется, что я сделала непоправимую ошибку…

— Marie, это была страшная ошибка!.. Если бы я тогда мог знать!..

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Запоздалое начало

Из книги Трудный сезон автора Кудусов Эрнст Абдураимович

Запоздалое начало Морозным утром 14 октября — термометр показывал ?22° — перегруженный вертолет поднялся в воздух и взял курс на восток. Внизу расстилалась тайга, покрытая довольно толстым слоем снега. Зима действительно что-то рано в этом году нагрянула. Река еще


Запоздалое начало

Из книги Охота пуще неволи ; Трудный сезон автора Кудусов Эрнст Абдураимович

Запоздалое начало Морозным утром 14 октября — термометр показывал ?22° — перегруженный вертолет поднялся в воздух и взял курс на восток. Внизу расстилалась тайга, покрытая довольно толстым слоем снега. Зима действительно что-то рано в этом году нагрянула. Река еще


Запоздалое прозрение Эйзенхауэра

Из книги Памятное. Книга первая автора Громыко Андрей Андреевич

Запоздалое прозрение Эйзенхауэра Вскоре, однако, произошло событие, которое привело к осложнению в советско-американских отношениях. Негативным образом сказалось оно в какой-то степени и на международной обстановке. Это событие оставило определенный, далеко не


Запоздалое предисловие

Из книги Бисмарк. Русская любовь железного канцлера автора Тополь Эдуард

Запоздалое предисловие Дух Бисмарка стучит в мое сердце…Это, конечно, всего лишь красивая фраза.Но что, если и на самом деле стучит?Иначе какого рожна каждую ночь я, словно от толчка, просыпаюсь в три часа и до семи, а то и до восьми утра разговариваю с ним, а порой даже


Запоздалое предисловие (продолжение)

Из книги Бисмарк. Русская любовь железного канцлера автора Тополь Эдуард

Запоздалое предисловие (продолжение) Дух Бисмарка стучит в мое сердце…Впрочем, это я уже писал.Но, может быть, и на самом деле его бессмертная душа, его энергетическая или еще какая-то неведомая, слава Богу, науке субстанция, существуя в параллельном мире, все последние


Признание

Из книги Цель жизни автора Яковлев Александр Сергеевич

Признание Путевка отдела кадров. — «Седьмой ангар» на заводе «Авиаработник». — «Подпольное КБ». — «Воздушный форд». — АИР 7 — самый быстроходный самолет. — Последствия одной ошибки. — За помощью в ЦК. — На даче у Рудзутака. — Кроватная мастерская. — Мои машины в


Признание

Из книги Эйнштейн. Его жизнь и его Вселенная автора Айзексон Уолтер

Признание Всплеск творческой активности Эйнштейна в 1905 году поражает воображение. Он разработал революционную квантовую теорию света, доказал существование атомов, объяснил броуновское движение, перевернул представления о пространстве и времени и вывел уравнение,


ПРИЗНАНИЕ

Из книги Секретные архивы ВЧК-ОГПУ автора Сопельняк Борис Николаевич

ПРИЗНАНИЕ Недавно я побывал в Калуге и встретился с правнучкой Константина Эдуардовича Еленой Алексеевной Тимошенковой. Она работает в доме-музее прадеда и бережно хранит все семейные реликвии. Вместе с ней я поднимался в «светелку», ту самую комнату, где Циолковского


Запоздалое вооружение люфтваффе?

Из книги Я был адъютантом Гитлера автора Белов Николаус фон

Запоздалое вооружение люфтваффе? Ешоннек критиковал решение Геринга как ослабляющее собственные задачи люфтваффе. Требовавшееся для увеличенного выпуска зенитных орудий сырье следовало в этом случае отбирать у производства самолетов и строительства аэродромов,


ПРИЗНАНИЕ

Из книги Сезанн автора Фоконье Бернар

ПРИЗНАНИЕ Сезанн находился в Эксе, когда осенью 1895 года в Париже началась подготовка к его первой персональной ретроспективной выставке. Немыслимая ранее вещь! Это событие состоится исключительно благодаря Амбруазу Воллару, уступившему настоятельным просьбам


Признание

Из книги Катенька автора Гаркалин Валерий Борисович

Признание Вечером 6 июня 2008 года в Прибалтике, когда на сцене у меня случился один инфаркт, затем, через полчаса, другой, а потом оторвался тромб, и врачи констатировали клиническую смерть, казалось, что всё кончено. Но вышло иначе — самое страшное только начиналось. Если


ПРИЗНАНИЕ

Из книги Новеллы о вратаре автора Горянов Леонид Борисович


ПРИЗНАНИЕ

Из книги Сергей Есенин автора Прокушев Юрий Львович

ПРИЗНАНИЕ Решение. - Контрасты столицы. - Война и литература. - Встреча на Офицерской улице. - "Чистые, голосистые стихи". - "Сделайте все, что возможно". - Необычайное богатство. - Все петроградские журналы. - Первая книга. К каждому хоть раз в жизни приходит его весна. И каждый


Признание

Из книги Летчик испытатель [Издание 1937 года] автора Коллинз Джимми

Признание Джимми Дулитл демонстрировал американские самолеты по всему свету. Во время одного из своих полетов он сел в Бандонге (Ява), где находился главный штаб воздушного корпуса Голландской Ост-Индии. Корпус имел несколько американских машин типа «Кертис Хавк» с


Признание

Из книги Земля и небо Водопьянова автора Артамонов Владимир Иванович

Признание Нередко волнует меня незаслуженное забвение славных страниц нашей истории. Истинные герои оттесняются в сторону, появляются «герои» иного толка, одержимые жаждой популярности. А ведь мое поколение — и я сам, и множество людей не только нашей страны — хорошо