ЛИДИЯ ЛИТТА. СТИХОТВОРЕНИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЛИДИЯ ЛИТТА. СТИХОТВОРЕНИЯ

Близкое прошлое

Лидия Литта

Стихотворения

Бабочка

Гамак лениво покачиваю,

Красный зонтик то здесь, то там.

Дни и годы лениво растрачиваю,

Как бабочка пыль по цветам.

В глубине голубой бездонности

Облака, как белые розы,

О нежно-нежной влюбленности

Знойно звенят стрекозы.

Гамак покачнулся лениво,

Вспыхнул красный зонтик,

Надо мной лиловая слива

И бабочка — белый бантик.

1912 г.

лето

* * *

Цветы незримые,

Неопалимые,

Цветы нездешние,

Золото-вешние,

Цветы огнистые,

Лучистые,

Лилововейные,

Лилейные.

Сады любви,

Сады страдания,

Ограды тайны

И молчания.

<до 1915 г.>

* * *

Приходи ко мне, тишина,

В час, когда вянут желанья.

Приходи, сядь у ног...

Из лиловых роз молчанья

Мы сплетем венок.

207//208

День устало угас...

О, пленительный час!

В небе синий алмаз

Засиял.

Дай мне руки твои, тишина,

Сядь поближе,

Глубину твоих глаз я не вижу,

Мы одни... Посмотри, у окна

Стелет ленты луна

Голубые...

<до 1915 г.>

* * *

Землю, солнце любишь? Да?

Иногда...

Юность любишь? Розы, грезы,

Сад весенний, лунный свет?

Да... и нет.

Знаю, любишь сны, мечты?

Снов душа не позабудет,

Сны — иного мира весть,

Но люблю я то, что будет,

Не люблю — того, что есть.

<до 1915 г.>

Воспоминание

Помню даже обои

Нашей гостиной,

Платье мое голубое,

Вальс старинный...

Дверь на балкон открыла,

Чьи-то шаги в саду...

А имя твое забыла

И вспомнить никак не могу.

Россия

Бабаки*

<до 1922 г.>

*Приписка рукой Е. Ю. Рапп.

208//209

Ворона и воробьи*

– «Тетушка! Позвольте!

Эти крошки наши.

Кушайте вы корки,

А мы крошки, кашку».

«Крошки кашку — кррр!

Да ты кто такой?»  •

— «Я здесь всем известен:

Воробей рябой».

— «Вот так знаменитость!

Кррр, крр, крр! Ой, ой».

«Кот! Спасайтесь братцы!»

Васька, хвост трубой,

Соскочил с забора,

Скушал корки, крошки

И окончил спор!

Москва

1920

* Вместо зачеркнутого: Во дворе.

14 Июля

Фонарики-фонари

Пляшут, пляшут

До зари.

Я с маркизой —

Два скелета

Грациозный менуэт.

Ба! Что вижу?

Граф, сюда!

Где же ваша голова?

Белоснежный ваш

парик?

Вон, на пике!

209//210

Тише, тише! Вот король!

Вместо горностая —

Саван обвисает,

Вместо золотой короны

Черная ворона,

Шея кровью залита,

Тра-та-та! Тра-та-та!

Bonsoir, mademoiselle!

Вы изящны, как газель!

Ах! ах! ах!

Там, где пышная коса —

Кровавая полоса...

Вот и черненький аббат!

Балу, видно, он не рад.

Пробежал сторонкой...

Нет ни четок, ни креста,

Галстух — из веревки тонкой.

Фонарики-фонари

Пляшут, пляшут

До зари!

Июль 33

Русская

Красным платочком

Мужа провожала,

Красным платочком

Слезы утирала,

Красным платочком

Хоровод водила,

Красным платочком

Милого манила.

Красным платочком

В поле вызывала,

Красным платочком

Шею обвивала,

Красным платочком

Каюсь, согрешила,

Красным платочком

Мужа удавила.

Июль 33

210//211

Монолог

Посв. Ад. Гитлеру

Луна? Она зеленая,

А пахнет апельсином

И голову сверлит...

Убью ее ножом

Или колом осиновым.

Авось не убежит.

А доктор, доктор в щелку

Всю ночь нас сторожит.

Схвачу-ка я луну под мышку

И убегу вприпрыжку.

Вот доктору и нос!

Пиши-ка на рецепте:

Адольф луну унес!

<1930-е гг.>

Лето в Париже

Шестиэтажный дом...

В раскрытых окнах

Плечи, руки, лица

Над улицей повисли,

Дом веселится.

Шарманка воет у ворот,

В четвертом стонет Тино Росси,

В третьем вальс Шопена

Кружится с джаз-бандом...

Визжит певица —

Дом веселится!

И лишь один там, на шестом,

От наглой музыки,

От пошлости людской изнемогает...

Вдруг... окно он распахнул.

Взмахнула крыльями душа,

А тело шлепнуло[сь] о мостовую...

Март, 38

211//212

* * *

Если нет Бога над нами,

Если Бог лишь обман,

Если за смертным порогом

Ждет нас нирвана,

Земля! взорвись, как комета,

Круг очертя кровавый,

Взлети, как ракета,

Вспыхни адской миной,

И все за собой сжигая,

В муках сгорая,

Крикни: аминь!

Окт. 38

Сон

Мне снилась русская зима,

Сугробы снега в переулках,

Полозьев хруст морозно-гулкий,

Москва, укутанная в снег.

И я иду и вспоминаю

Былые зимы, былые дни,

А хлопья снега завивают

Мои шаги...

Вот Кремль! Вот башни вековые.

Часовни Иверской уж нет,

Но золотом развалины сияют.

Вся в золотом снегу

Иду и вижу:

Косматая клячонка, сани,

Ванька в шапке меховой

Кнутом мне машет.

«Барыня! А барыня!

Садись! Куда везти велишь?»

Куда? Пока — в Париж!

Сент. 39

212//213

Встреча

Месяц рогатый

Над хатой горбатой,

Обгорелой, осиротелой...

Воет у хаты

Пес бесприютный,

Лохматый...

Слышит месяц рогатый:

«Встаньте, родные! Вставайте!

Сына, солдата, встречайте!

В жарком бою убитого,

В поле зарытого».

Видит месяц рогатый:

Семь мертвецов,

Один за другим,

Выходят из хаты

Встречать солдата.

Скрылся за тучу

Месяц рогатый.

Воет, воет у хаты,

Пес бесприютный,

Лохматый...

Ноябрь, 43

Молитва

Молитва как дыханье,

Как бледное мерцанье,

Молитва как молчанье,

Как робкий трепет,

Как детский лепет.

Молитва как восстанье,

Как вольный взлет,

Как крик победный,

Как вопль из бездны,

Как тоска...

213//214

А Ты, Господь, как нищий,

Все подаянья принимает

Твоя смиренная рука.

Дек. 43

Незримый

Среди толпы

Проходит часто Он,

Незримый.

И там, где Он пройдет,

Вдруг сердце каждое,

Как птица, встрепенется

И каждому, как наяву,

Приснится,

Что кем-то он любим

И сам кого-то любит,

Что жизнь не так темна,

214//215

Что стон земной затих,

Что Он, Незримый,

Здесь, средь них...

Дек. 43

Как хорошо!

Ни звуков, ни движенья...

Исчез, как сновиденье,

Шум дневной...

Растаял, как туман

Осенний,

Над серебряной рекой,

Как снег весенний

Над расцветающей землей.

Как хорошо!

Ни звуков,

Ни движенья...

Ночной покой...

Дек. 43

Парижу 40—43 годов

Под саваном черным

Труп посиневший,

Труп охладевший.

Ни звона печального,

Ни служб погребальных,

Ни слез прощальных.

Ты умер, иль спишь

О, сын Свободы?

Ты умер, иль спишь,

Красавец Париж?

<1943г.>

* * *

Какая всюду нежность,

Снежность!

Какая свежесть!

Весна, Весна!

215//216

Твой звонкий лепет,

Твой тонкий* трепет.

Весна, Весна!

Лилово-синий

Купол неба

И голубая тишина.

Весна! Весна!

Апрель, 44

* Вариант: зеленый.

* * *

Туда, туда, где горные долины,

Где снежные вершины

Алмазами сияют

В небе синем.

Туда, где снег, как белый

Плащ, над зеленью лесной.

Там, только там

Душа проснется.

Земная жизнь покажется

Ей сном.

Июнь, 44

Слепой

Сидит на краю дороги.

Вместо глаз — два белых бельма,

Вместо света — черная тьма.

Один, проходя, сказал:

«Видно, Бог за грехи наказал»,

А другой над слепым увидал,

Над страданьем и тьмой

Тихий свет золотой.

Дек, 44

*  * *

Холодно, голодно, скучно...

Шлепает дождь однозвучно...

216//217

Съежились души,

Тела ослабели,

Тащится жизнь еле-еле...

Что мне холод и голод земной?

Радость моя — со мной.

Я на земном берегу

Радость мою берегу.

Дек. 44

* * *

Солнце опять восходит

И вертится земля.

Все, что было, куда-то уходит,

А вернуть былое нельзя.

Нельзя, да и не нужно

Повторять напев однозвучный,

Смотри, как ветер южный,

Ломая старые сучья,

Мчится вперед...

Янв. 45

Незабудки

Открыли голубые глазки

И сад, вдруг, превратили

В сказку.

Под солнечным шатром

Убрали землю голубым

ковром.

Расставили букеты

голубые.

И вспомнила душа

Миры иные.

Апр. 45

* * *

В страдании,

В молчании

Есть радость тайная.

Она незрима.

217//218

Так светлые ручьи

Струятся под землей,

Подснежники под снежной

пеленой таятся.

Чем рана глубже —

Радость ярче,

И радость побеждает боль.

Она со всеми,

Кто страдает

Ради Тебя, с Тобой.

Апр. 45

Подражание Псалмам

К Тебе, о Господи,

Мое моленье,

Моя тоска, моя печаль.

В Тебе Одном

Жду исцеленья.

Господь, услышь мою молитву

И душу исцели,

Благой Твоей рукой

Коснись души больной

И дай ей, Господи,

Твой свет

И Твой покой.

Апр, 45

* * *

Когда тоска и мрак вокруг,

Я тайный замыкаю круг.

Я зажигаю свет над тьмой,

Свет Невечерний, мой.

Свет тихий, золотой

Мне в душу проникает,

И мир иной передо мной

Как радость расцветает.

Апр. 45

218//219

* * *

Спускаюсь вниз

И подымаюсь ввысь,

Вся жизнь — падение

И взлет.

Не то же ли в природе?

Сегодня мрачный день,

А завтра солнце радость

Льет,

И все вокруг смеется.

О мудрая! Тебе открыто

Сердце человека.

В нем беспокойство и покой,

В нем свет и тени.

В тебе, как в зеркале,

Его отображение.

30 июня 45 г.

219//220

* * *

Уведи меня в страны

нездешние,

Уведи голубой тропой.

Где-то плещут воды

вешние,

Где-то свет и покой.

Упокой мою душу мятежную,

Упокой, освети мои дни.

Где-то розы цветут белоснежные,

И не гаснут огни.

45 г.

Декабрь

Кораллы белые на окнах

Расцвели,

На плечи смуглые земли

Упали белые меха,

Спит зимним сном река,

Там, у окна,

Серебряную сеть

Закинула луна.

Декабрь! Перед камином

Красно-синим

С тобою, тишина,

Встречаю вечер зимний.

* * *

Ни радость,

Ни печаль...

Бывают дни такие,

Бесцветные, сухие.

Все кажется пустым,

Слова, желанья, встречи.

Уйти бы, но куда?

219//220

* * *

Уголь в камине

Догорает,

Тает красный лед,

Часы по комнате

Шагают

Взад и вперед.

Годы и дни летят,

Как листья осенние,

Годы и дни летят

В сумрак забвенья.

Лунатик

Луна караулит

Белую улицу,

Черные тени домов...

Рукой голубою ласково будит

И тихо ведет за собой.

На белом карнизе

В лунной ризе

Над миром презренным,

Дерзновенно,

Скользить по нише

Все выше, выше...

Над бездной лунной,

Голубо-струнной,

По краю крыши

Все выше, выше!

В детской

— «Нянечка, нянечка, расскажи  мне сказочку!»

— «Что ты это вздумала?  Нельзя! Теперь пост».

— «Это, когда сердятся

221//222

И весь день без сладкого?»

— «А ты не сердись! Богу помолись! Спать пора! Ложись!»

— «Позволь Ваське Хвост подрезать? Ваське будет лучше, Дверь не прищемит».

— «Да угомонись ты!

Спать скорей ложись!»

— «Нянечка! Ты сердишься?

Значит, уже пост?

Я не буду, нянечка,

Не отрежу хвост!»

Молитва

Боженька! Это я — Петя!

Видишь? Стою в углу…

Няня меня наказала.

Спицу сломал и иглу.

«Петя сегодня без сладкого, –

мама сказала, — весь день...»

Прости меня, Боженька,

Гадкого.

Возьми хромую лошадку!

Весеннее

Чу! Дудочка весны...

Чу! Голоса лесные...

Опять о счастье сны земные.

Весна стозвонная,

В мечты влюбленная,

В безумье — мудрая,

Зеленокудрая.

Чу! Дудочка весны...

О счастье сны.

222//223

Влачатся дни унылые

В осенней полумгле.

Не полетят бескрылые,

Поникшие к земле.

Ах, жить бы в белой келье,

Псалмы, стихиры петь,

Забыть земное зелье,

До смерти умереть.

* * *

Люблю все тайное,

Необычайное,

Неуловимое,

Неповторимое.

Любуюсь словом

Недосказанным,

Путем свободным,

Неуказанным.

Любуюсь дерзостью пилота,

Безумием его полета.

Я в мире все люблю мятежное,

Весну коварную

И бури снежные.

* * *

Июлем опьяненный сад,

Лучей лучистые каскады,

В аллее под зеленой аркой,

Чуть дышит воздух ярко-жаркий.

Звенит коса золото-звонко,

Сверкает серп золото-тонкий,

В голубо-синей тишине

На ярко-солнечном огне.

223//224

О, солнце! Золотистый шмель

И жала желтого укусы,

О, волны солнечного хмеля

Над полем рыже-русым!

* * *

Ландыши продают

Белые, белые...

А вокруг улицы

Ошалелые,

Город пылью дышит.

Вспомни, вспомни:

Где-то там

Весна идет по цветам,

Где-то там

В голубо-небе

Яблони в розово-снеге.

Вспомни, вспомни:

Где-то там

Весной, по ночам,

Поет соловейная флейта.

Небо, весна!

Этот город, улицу

Пожалейте!

ЛУННЫЕ

Каприччио № 1

Эта ночь лилово-лунная

Пьяна. Она выпила холодно-лунного

Вина.

Ночь, шатаясь, по земле

Бредет,

Сны больные, сны безумные

Прядет.

Если эта ночь пьяна —

Не ее вина.

224//225

Над землей лиловая луна

Льет безумье лунного

Вина.

Каприччио № 2

Из серебряно-хрустальной

лейки

Льется лунная вода...

Под деревьями,

На кружевной скамейке

Девушки из голубого льда.

Затрубили в трубы медные

лягушки

У стеклянного пруда...

Знаешь ли? Земля — веселая

игрушка.

Землю можно повернуть

туда-сюда.

Месяц — ломтик апельсина

Над осиной.

Гулко квакают лягушки

Где-то в тине.

Сонный ветер лес ласкает,

Веет паутиной.

Бледный вечер умирает

Над долиной.

Осенью

Пруд из серо-синей стали

На закате бледно-палевом.

Георгины, астры, мальвы

Жалом осени ужалены.

225//226

Дом осенний ало-розовый,

В рыже-огненных гирляндах,

В пепле золотом березы,

Запах осени лавандовый.

* * *

Серые крылья мельниц

В небе малиновом,

Тонкий дымок чуть стелется

Над луговинами.

Золотым крестом снопов

Поле крестится,

Вышивает синий покров

Ночь-кудесница.

Медный месяц повис

Над мельницей,

Загрустила душа —

Отшельница.

Св. Клара

Ты — как свеча пасхальная,

Светлая и печальная.

Вся ты — радость тайная,

Роза белая, чайная.

У тебя улыбка несмелая,

Руки — лилии белые.

Ты — как стебель нарцисса,

Невеста Св<ятого> Франциска.

Ты любила молитв фимиамы

И бедность Св<ятого> Дамиана.

Ты спишь, нетленная, в ризе

Белая роза Ассизи.

226//227

Сова

На дубе старом

Я ночую.

Не спится мне,

Беду я чую.

Не спится мне,

Я полечу.

Лечу, лечу,

А ветер воет.

Чу! Голос ведьмы...

«Ay, ay! Кума, сюда!

К тебе есть дельце.

За лесом, знаешь, старый

дом?

Невеста ждет там жениха,

А он умрет! Ха-ха! Ха-ха!»

Лечу, лечу...

Вот сад, вот дом

Старинный, над прудом,

К окну лечу, крылом стучу ...

Умрет, умрет, умрет

Кричу.

Сон

На улице пляшут веселые бесы —

Пьеро, конфетти, серпантин.

Но знаю, знаю, взорвется мина,

И город взлетит в небеса.

Сквозь звонко-стеклянную бездну

Вхожу в гнилой магазин,

Где время — приказчик любезный –

Меряет дни на аршины.

Плачу по чеку в кассу,

У кассы — мохнатый паук.

Выхожу — золотая терраса,

И море тоскующих звуков

Поют похоронную мессу.

Умерла голубая принцесса.

Бегут... Взорвалась мина!

Паук! — Закрывай магазин.

227//228

Спутник

Со ступени на ступень...

А за мною — тень,

Кто-то в сером капюшоне,

Серой надушенный.

Прыгнул, руку протянул,

По стене скользнул,

За перила вдруг упал,

В черной тьме пропал.

Со ступени на ступень,

Вот и у порога...

А за мною — тень,

На стене — два рога...

Туман

Белые тюльпаны распустились,

Бледные туманы тающей весны,

В пепельных садах

Мне снились

Пепельные сны...

В пепельных садах

Все дни увяли...

Было ли сегодня?

Будет ли вчера?

Бледные опущены вуали,

Белые раскрылись веера.

228//229