АМУРСКАЯ ЗЕМЛЯ

АМУРСКАЯ ЗЕМЛЯ

Что же представляла собой эта земля, на попытки обследования которой уже было затрачено немало сил и средств и которая теперь привлекла внимание новых энтузиастов — Ерофея Павловича Хабарова и его товарищей?

Согласно терминологии русских источников, на территории Приамурья выделялись земли Даурская, Дючерская, Натекая и Гиляцкая, названные так по именам населявших их народов.

Дауры проживали ниже слияния. рек Шилки и Аргуни по берегам Амура до устья Зеи, в среднем и нижнем течении Зеи и по ее левому притоку Селемдже. Ниже дауров по среднему Амуру и его правому притоку реке Сунгари жили дючеры. Еще ниже дючеров, начиная от реки Дондона, жили натки, предки современных нанайцев. Часть натков, граничащих с гиляками, русские называли ачанами, а населенную ими территорию «Ачанской землицей». Устье Амура, Сахалин и острова Амурского лимана заселяли гиляки (нивхи). С западней стороны к Приамурью примыкали Забайкальские земли, населенные бурятами и тунгусами. Кочевья тунгусов занимали левые притоки Амура, соприкасаясь с поселениями дауров и дючеров.

Амурское население говорило на разных языках. Монголо-язычные племена дауров соседствовали с тунгусоязычными дю-черами.

Народы, населяющие Приамурье, по общему мнению советских историков, к приходу русских еще не имели государственности. Они находились на разных стадиях разложения общинного строя. Во главе общин стояли старейшины, которых русские называли «князьцами». Из даурских князьцов до прихода на Амур Хабарова был известен Лавкай, проживавший в районе верхнего Амура. Дауры и дючеры знали простейшие формы земледелия и несколько земледельческих культур, в том числе рожь и овес. Но, по мнению советского историка-аграрника.

В. И. Шункова, амурское земледелие «значительно отставало от русского и по степени своего распространения, и по уровню техники». В хозяйствах дауров и дючеров разводился мясо-молочный скот и лошади. Все народы Приамурья занимались рыболовством. У таких из них, как натки, ачаны, гиляки, оно составляло основу хозяйства. Для перевозки грузов и людей гиляки использовали собачьи упряжки. В некоторых из их улусов было до 500—1000 собак.

Народы Приамурья торговали между собой и имели тесные торговые связи с соседними тунгусами. Дауры и дючеры были знакомы с маньчжурскими и китайскими купцами, привозившими на Амур китайские товары, и вели посредническую торговлю, доставляя разноцветные китайские ткани и серебряные украшения тунгусам, наткам и гилякам в обмен на соболей и скот. Познакомились дауры и с русскими промысловиками, которые обменивали у них на соболей котлы, ножи, топоры и бисер.

Долгое время бассейн Амура, удаленный от российских и китайских владений, являлся «ничейной территорией». Между тем в 1616 г. в южной части Северо-Восточного Китая было образовано Маньчжурское государство, во главе которого встал Нур-хаци, объявивший себя императором. Начиная с 20-х гг. XVII в. маньчжуры предпринимают агрессию против Китая, в котором правила династия Мин. В 1621 г. они захватили город Мукден и объявили его своей столицей. Затем стали совершать набеги на северную территорию Китая и южные районы Монголии. Разгромив одно из крупнейших монгольских княжеств, маньчжурский император Абахай, преемник Нурхаци, присвоил себе титул богдыхана, т. е. «великого хана», и распространил на территорию Южной Монголии маньчжурскую военно-административную систему.

Продолжительная война с Китаем требовала постоянного пополнения взрослого мужского населения. Источником такого пополнения маньчжуры избрали отдаленные племена северо-востока и Приамурья. Их набеги на эти земли особенно усилились во время правления Абахая.

Основная цель маньчжуров во время этих походов заключалась не в захвате земель и расширении территории Маньчжурии, а в угоне пленных, в том числе женщин и детей. Пленных мужчин маньчжуры использовали в качестве вспомогательной военной силы в составе своего восьмизнаменного (состоящего из восьми полков) войска. Набеги сопровождались истреблением части местного населения. Крупный советский китаевед Г. В. Мелихов приводит в качестве примера один из таких набегов маньчжуров на нанайское племя учжалов (1683), во время которого было убито 338 человек, уведено в плен 700 мужчин, женщин и детей, захвачено 373 лошади, 102 головы крупного рогатого скота, 78 шкурок соболя и большое количество других мехов.

Местное население оказывало решительное сопротивление грабителям. Однако более высокая военная организация и уровень военной техники обусловливали победу цинских войск, и маньчжурам удавалось захватывать богатую добычу и пленных.

Временами народы Приамурья и Приморья прибегали к нехитрым дипломатическим приемам, чтобы сдержать набеги. Некоторые из них отправляли посольства к цинскому двору, привозили богатые подарки в виде мехов и продуктов, откупаясь тем самым от грабителей. Но приезды посольств были эпизодическими, и набеги повторялись. Народы Приамурья и Приморья к середине 40-х гг. XVII в. не являлись вассалами или подданными Маньчжурского государства, но были объектом его агрессии.

В 40-е гг. XVII в., к приходу на Амур Пояркова, а затем Хабарова, маньчжуры утратили к Амуру интерес и прекратили набеги. В этот период их связи с Приамурьем были настолько потеряны, что в маньчжурских источниках нет никаких сведений о появлении русских экспедиций на Амуре. В это время все внимание маньчжуров было обращено на захват территории Внутреннего Китая, куда они вторглись в 1644 г. Захватив Пекин и свергнув династию Мин, они установили власть маньчжурской династии Цин. Дальнейшие события покажут, что захватническая политика Цинского государства «угрожала самому существованию народов Дальнего Востока и выдвигала объективную необходимость их защиты и спасения».