Глава 11. МОНЦА И НЮРБУРГРИНГ

Глава 11. МОНЦА И НЮРБУРГРИНГ

Я никогда не испытывал ничего подобного. Всю неделю перед Гран-при Италии на тестах в Монце люди постоянно совали мне под нос какие-то бумажки, требуя, чтобы я их подписывал. Я не мог даже спокойно сходить в туалет. Я ужинал, и все равно люди продолжали приставать ко мне со своими листочками. На трассе дела обстояли не лучше. Во время тестов я был на полсекунды медленнее Мики Сало, и это меня весьма расстраивало. Вдобавок, каждый пытался говорить мне, что я должен делать, чего я терпеть не могу. Три дня я жаловался на поведение своей машины, но переднее крыло, днище и заднее крыло мне поменяли только в последний момент, и она поехала так, как мне хотелось. Внезапно вместо 1.25,1 я проехал круг за 1.23,8, быстрее всех других команд. Но поскольку мы внесли изменения в последний момент, это означало, что мы неправильно тестировали машину, и просто зря потратили эту неделю.

Странной эта неделя выдалась еще и потому, что «Феррари» решила сделать заявление о том, что в следующим году я за команду выступать не буду. От прессы к нам поступило огромное количество просьб об интервью, с которыми надо было разобраться. Энрико и я чувствовали, что надо их перенести на время после Монцы, что позволило бы нам сосредоточиться на главной цели — победе в чемпионате.

К счастью, я смог сделать перерыв на несколько дней, и провести его на яхте с дочерью Зоей, родителями, Соней и Марией. Мы совместили работу с отдыхом, так как Джез и Энди снимали документальный фильм, а Джейн обсуждала со мной будущую книгу. Люди спрашивают, зачем мне это нужно, а я считаю, что должен заработать как можно больше денег, так как потом это все закончится. Я не работаю так много, как раньше, я стал более разборчив. Работая меньше, я зарабатываю сейчас больше, потому что мои доходы возросли. Мне кажется, что в некоторых случаях лучше иметь 500 фунтов на руках, чем миллион в банке. Трудно представить себе миллион фунтов, но, имея на руках наличные, можно купить себе все что угодно.

Я живу прекрасной жизнью, и я не променял бы ее ни на какую другую. Я помню, когда Джордж Бест завершил свою спортивную карьеру, он находился в постели с Мисс Мира, он только что выиграл деньги в казино, и усыпал банкнотами весь гостиничный номер. Он заказал себе в номер бутылку шампанского, и когда вошел официант, он посмотрел на Беста и сказал: «Когда все пошло не так?» Джордж знал, что официант имел в виду его карьеру, но он огляделся, увидел Мисс Мира в своей постели, деньги, раскиданные повсюду, и шампанское, и спросил: «Здесь что-то не так?»

Монца — привлекательное место для многих знаменитостей. Каждый год сюда приезжают Сильвестр Сталлоне, звезды футбола и другие VIP. Это дни очень нелегки, но атмосфера в Монце всегда невероятна. Моей главной целью в этот уик-энд было победить Хаккинена, но если бы я не смог этого сделать, я должен был набрать очки и не отпускать его далеко, чтобы иметь возможность продолжить борьбу за чемпионат. Все говорили, что Спа была неудачной гонкой, но я привез оттуда три очка, так что я чувствовал, что для меня это был успех.

К сожалению, с нашей точки зрения весь уик-энд в Монце был трудным. В пятницу мы сосредоточились на программе подготовки к гонке, работая с разным количеством топлива на борту. Я пробовал различные настройки, но не смог найти той, которая бы меня полностью устроила. Казалось, что трек был более скользким, чем на прошлой неделе. Я так подумал после того, как изучил показатели, и, работая над квалификацией, мы могли бы достичь гораздо большего, чем то, где мы оказались, и это было большим разочарованием.

Хаккинен был на поуле, и это не было сюрпризом. Френтцену удалось разделить «Макларены», отодвинув Култхарда на третье место, тогда как Занарди стал четвертым, а Ральф Шумахер — пятым. Мика был шестым, следом стоял Рубенс Баррикелло, а я стал восьмым, не очень впечатляющий результат, если учесть количество проведенных нами тестов и количество команд, стоявших впереди нас. Похоже, «Вильямс» возрождался и становился сильнее от гонки к гонке. Я думаю, что Ральф стал своего рода открытием года, он собрался и очень хорошо выступает в «Вильямсе». «Джордан» в последних гонках тоже выглядит очень сильно. Основной проблемой в «Феррари» было то, что мы не сделали никаких значительных улучшений в машине за последние три или четыре гонки. У нас были некоторые планы насчет Нюрбургринга, но сейчас это нам мало помогло, и фаны были разочарованы.

На своей последней попытке я попал под желтые флаги, но на мое время это сильно не повлияло. На этом треке очень важно иметь хорошую аэродинамику. Но у нас была как минимум новая версия двигателя, что уже было шагом в правильном направлении. В тот момент в субботу мне казалось, что моим единственным шансом в гонке должен стать отличный старт. Моей целью было заработать как можно больше очков, и я думал, что Френтцен нам в этом поможет, расположившись между «Макларенами», которые были нашими основными соперниками.

В субботу вечером мы участвовали в нескольких рекламных проектах для «Philip Morris», также в программе был ужин с президентом «Феррари» Лукой ди Монтеземоло и с представителями прессы. Обычно мы нормально со всем этим справляемся, но в Монце всегда проходит очень много рекламных мероприятий. После всего этого был ужин у «Канди», на котором я тоже появился. Все было как обычно — позирование, ответы на вопросы итальянской тележурналистки Клаудии Перони, и подписывание автографов. И, наконец, после этого долгого вечера, на скутере я отправился в свою миланскую квартиру. Скутеры — это единственный способ приехать и выехать из Монцы. На машине можно застрять на несколько часов. Я был совершенно разбит, когда вернулся домой, но хорошо отоспаться не удалось.

Проснувшись утром в день гонки, я чувствовал себя довольно уставшим. Я чувствовал, что многое зависело не от меня, и после Монцы моя позиция в чемпионате могла зависеть от ошибок других пилотов. Мне это не нравится, я люблю контролировать ситуацию, зная, что могу сделать, чтобы изменить положение вещей. Вдобавок к нашим низким позициям на старте нам приходилось принимать участие во всем том хаосе, которым обычно сопровождается гонка в Монце — бесконечные визиты в наши гаражи и бродящие вокруг политические деятели. Это очень отвлекает в тот момент, когда нужно успокоиться и сосредоточиться на своей работе.

ЭНРИКО

Я думаю, что Эдди был очень расстроен ситуацией в Монце. Машина была совершенно не такой, какой она должна была бы быть на этой стадии чемпионата, и Эдди был бессилен что-либо сделать. Для него эта ситуация была трудна, потому что он — гонщик, ответственный за результат. Он купается в славе, когда выигрывает гонку, но ему приходится отвечать, даже если от него зависит немногое. Мне тоже трудно все улаживать и держать все под контролем.

День гонки мне никогда не нравился, это худший день недели. Мы с Соней стараемся удостовериться, что на него оказывается как можно меньше давления в смысле интервью для прессы и другой деятельности. В Монце было тяжело работать со спонсорами, хотя все могло бы выглядеть иначе, если бы он стоял на поуле, он мог бы общаться и обмениваться шутками со спонсорами, но так как машина была такой плохой, ему просто хотелось где-нибудь скрыться.

СОНЯ

Я знала, что Эдди был расстроен своей позицией на старте, но я была уверена, что он все продумает и заставит ситуацию работать на себя. Это одно из его сильных мест, у него есть способность всегда мыслить позитивно и воспринимать вещи в хорошем свете, и это как раз то, что ему нужно было делать в этой гонке.

В день гонки все было как обычно. Я приготовила ему завтрак, а потом смогла заняться приготовлением еды и напитков, которые понадобились бы после гонки, проверкой спонсоров и гостей, просто решала наши обычные послегоночные проблемы, проверяя, что все происходит именно тогда, когда нужно.

ЭДДИ

Гонка была разочарованием для «Феррари», но, к счастью, еще большим разочарованием она стала для «Макларен». В то время я этого не знал, но Хаккинен совершил ошибку и вылетел. Я думал, что у него сломалась машина или что-то вроде того, я просто не верил в то, что он повторил свою ошибку в Имоле. Для нас было бы здорово, если бы он смог сделать такой хет-трик, возможно, в последней гонке чемпионата! С другой стороны, и меня эта гонка славой не увенчала. На старте я слишком поосторожничал, так как знал, что самым важным было закончить гонку, и, думая об этом, я чувствовал, что мне все равно надо поднажать, потому что такая осторожность могла стоить мне одного или двух мест. Но если бы я увлекся борьбой и кто-нибудь бы в меня въехал, я мог бы уехать из Монцы, не получив ни единого очка.

У Мики день был получше, и он закончил гонку на подиуме, так что он испытал на себе, что это такое — стоять на подиуме в Монце. Это уникальное ощущение, но мне бы хотелось, чтобы там стоял я сам. Ему не было никакого смысла притормаживать, чтобы дать мне себя обогнать, так как он шел третьим, и между нами было две машины. На одной из них ехал Култхард и он мог набрать ценные очки, которые пригодились бы и ему, и «Макларену», так что в смысле тактики у нас был небогатый выбор.

Мне было неуютно от того, что Сало оказался впереди, особенно в Монце. Но вообще-то я чувствовал, что он на самом деле не был быстрее меня, или так уж хорош в техническом плане, а когда после Монцы мы изучили и выяснили причины, по которым в гонке я был медленнее, мы внесли изменения в аэродинамику, чтобы исправить ситуацию. Мне кажется, что в этом смысле вклад Михаэля был бы весьма полезным. Мы оба работали вместе много лет, и у нас были свои собственные идеи, вместе мы могли бы решить вопрос лучшим образом, но на тот момент такого шанса у нас не было. Мика неплохой гонщик, но мы работали вместе не так долго.

Изменения, которые мы внесли в машину, означали, что она была быстрее в смысле скорости на прямых, но в поворотах она была плохой. Теперь наконец-то мы не выступали на такого типа автодромах, хотя должен признаться, что шикана в Нюрбургринге слегка меня беспокоила. Это важный момент, потому что именно здесь в прошлом году «Макларен» был хорош… Им хорошо удается последний сектор, и нам нужно было это учитывать и придумать что-то свое. В Монце мы выложились полностью. Если бы Хаккинен не ошибся, мы оказались бы в глубоком дерьме. Если бы он выиграл, я отставал бы от него на девять очков, имея в запасе всего три гонки.