Горькая весть

Горькая весть

Всю ночь бушевала вьюга, так сильно, что дребезжали стекла. Утром через сильно замороженные окна трудно было разглядеть, что же делается на дворе. И вдруг открылась дверь, и из канцелярии, весь облепленный снегом, как дед мороз, в комнату вошел наш милый, родной дедушка. В этом похудевшем, уставшем, посиневшем от голода и холода человеке с трудом можно было узнать нашего красавца дедушку.

Мать бросилась к нему:

— Папа, как ты добрался? Как мама?

Тяжело опустившись на стул, он с трудом произнес:

— Я пришел, чтобы вы нас спасли от голода.

И, отдышавшись немного за стаканом горячего чая, сообщил нам страшную, жуткую весть, что от голода умерли мать и отец папы. Умер дедушка Федор, а несколько дней спустя скончалась бабушка Ирина. У людей не было сил похоронить их на кладбище, и их похоронили во дворе в погребе, где всегда летом хранили лед. Они жили тоже недалеко от Мариуполя, на расстоянии 18–20 километров, в селе Сартана.

Отец вздрогнул, закрыл лицо руками, и я видела, как дрожали его пальцы и плечи. Эта страшная весть потрясла нас всех, особенно отца. Он — их единственный сын, в котором они души не чаяли, боролся, отдавая все свои силы, рискуя каждую минуту своей жизнью, за счастье всех людей на свете, в то время как его родители умирали от голода, а он ничем, абсолютно ничем не мог помочь им.

Я уже знала, что такое голод, и понимала, какая это мучительная, жестокая смерть. Я уже много видела смертей за свою короткую жизнь, но так близко она еще не коснулась меня. Я вспоминала их милые, дорогие мне лица. Перед моими глазами стояла моя стройная, гордая бабушка. Она была такая красивая и ласковая, что на нее все заглядывались. Бабушка была особенная. Дедушка был, просто дедушка — голубчик, милый, ласковый, любил удить рыбу, гулять с нами и ходить со мной в длинные-предлинные прогулки. И вот их нет, нет, нет теперь, они умерли такой ужасной, мучительной смертью. Это казалось мне немыслимо и, уткнувшись в подушку и натянув на себя одеяло, я проплакала весь день. И даже этот жуткий горько-соленый кусок хлеба я не могла проглотить.

Да что тогда, мне всю мою жизнь, до сих пор, без горечи и боли тяжело вспоминать об этом, и так же, как тогда, когда вспоминаю, кусок застревает у меня в горле.

Отец так сильно переживал, что на него больно было смотреть. У него не было даже времени молча в тишине пережить свое страшное горе.

Налеты становились все более смелыми и жестокими.

И не успел отец прийти в себя, как в комнату ворвался раненый человек. Он с ужасом, без конца твердил:

— Та воны всих, всих поубывалы. Всих начальникив поубывалы. Воны ж думалы, що я мертвый.

Немедленно раздалась команда отца:

— По коням!

И послышался топот бегущих красноармейцев.

Этой ночью налетела какая-то банда на деревню и всю ночь продолжала убивать, грабить и насиловать.

Я подбежала к отцу, обняла его, он прижал меня к себе с такой силой, что я почувствовала, как дрожало все его тело и сердце билось так сильно, что мне казалось, что всем слышно.

И так продолжалось несколько дней подряд: не успевали красноармейцы освободить одну деревню, не успевали ввести лошадей в конюшни, как их ожидали уже в другом месте, и снова раздавалась команда:

— По коням!

Такой была еще жестокая действительность в то время. Свое горе некогда было горевать. Кругом все еще шла кровавая, беспощадная драка. Окрестность была терроризирована настолько, что люди умоляли отца остаться. Обещали поить, кормить весь отряд, только бы иметь защиту.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ВЕСТЬ

Из книги Прочерк автора Чуковская Лидия Корнеевна


ГОРЬКАЯ ПРАВДА О ДУЧЕ

Из книги Лис пустыни. Генерал-фельдмаршал Эрвин Роммель автора Кох Лутц

ГОРЬКАЯ ПРАВДА О ДУЧЕ За те месяцы, что Роммель провел в штаб-квартире фюрера, он несколько раз пытался обратить внимание Адольфа Гитлера на реальное положение дел в Италии и неприглядную картину разложения высшего руководства страны. Однако сделать это было тем сложнее,


Чёрная весть

Из книги Мой брат Юрий автора Гагарин Валентин Алексеевич

Чёрная весть Мне из дому на работу не так-то уж и далеко: перехожу полотно железной дороги, а за ним асфальт городской улицы начинается. В среду, 27 марта 1968 года, улицы Рязани, по крайней мере главные, были чисты и сухи: весна и лопаты дворников оттеснили снег на обочины — за


Горькая любовь

Из книги Отмена рабства: Анти-Ахматова-2 автора Катаева Тамара

Горькая любовь Du mauvais cote de la quarantaine…[1]После Берлина она нашла себе новый предмет — ленинградских мальчиков. Вернее, не сама нашла, как и с Берлиным, когда она, брошенная Гаршиным — она несомненно была брошенной, она вела себя как брошенная — оскорбленная, цепляющаяся,


Горькая вода Бальчжуна

Из книги Чингисхан: Покоритель Вселенной автора Груссе Рене

Горькая вода Бальчжуна Один из двух Чингисовых послов, направленных в ставку противника, а именно Сукегай, жена и дети которого находились в руках у врага, решил к своему господину не возвращаться. Второй, Архай-Хасар, покинув лагерь Ван-хана, привез монгольскому Герою


ГОРЬКАЯ ДУША ТОСКУЮЩЕЙ ПОЛЫНИ

Из книги Максимилиан Волошин, или себя забывший бог автора Пинаев Сергей Михайлович

ГОРЬКАЯ ДУША ТОСКУЮЩЕЙ ПОЛЫНИ Я вновь пришёл к твоим ногам Сложить дары своей печали, Бродить по горьким берегам И вопрошать морские дали. Моя земля хранит покой… Однако вернёмся в 1907 год. Год, чрезвычайно плодотворный для Волошина в поэтическом отношении; год суровых


Горькая горбушка

Из книги Выжить и вернуться. Одиссея советского военнопленного. 1941-1945 автора Вахромеев Валерий Николаевич

Горькая горбушка Случилось это в конце 41-го года в одном из концлагерей. До сих пор с горечью вспоминаю случай с простой горбушкой хлеба… Тот, кто прошел ад немецкого плена, хорошо знает цену пайка лагерного хлеба, испеченного из отрубей, древесных опилок и низкосортной


Горькая месть

Из книги Соперницы. Знаменитые «любовные треугольники» автора Грюневальд Ульрика

Горькая месть Мария Каллас, узнав, насколько серьезно все обстоит между ее любимым и соперницей, сходила с ума от ярости и разочарования. Сделать нельзя было ничего. Прочитав сообщение в газете о предстоящей свадьбе, она отступила. В душе ее раскрылись все раны, нанесенные


Весть из Сталинграда

Из книги Свет во мраке автора Беляев Владимир Павлович

Весть из Сталинграда Отбором лиц, подлежащих «переквалификации», занимался сам комендант Силлер. Ещё до рассвета выходил он к воротам гетто под железнодорожным мостом, перекрывающим, Замарстыновскую, и проверял документы каждого идущего под конвоем на работу в город.


Горькая Балка

Из книги Начало гражданской войны автора Коллектив авторов

Горькая Балка Скачут подводы с крутого ската и, перелетев мост, тихо подымаются в гору, в село. У первой хаты лежит мертвая женщина, вверх лицом, согнулись в коленях ноги, ветер раздувает синюю с цветами юбку… Рядом с обозом — верховые. «Что это за женщина, не знаете?»


В. М. Инбер («Какая горькая услада…»)

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич

В. М. Инбер («Какая горькая услада…») Надпись на сборнике стихов Какая горькая услада Вам подарить в ответ, пока Еще не разлилась прохлада, Сей сборник Литособняка. И я заранее согласен, Что в нем не мало чепухи; Но все ж мой подвиг не напрасен, Когда здесь есть мои


ВЕСТЬ ОТ СЫНА

Из книги Не служил бы я на флоте… [сборник] автора Бойко Владимир Николаевич

ВЕСТЬ ОТ СЫНА В той же роте охраны тыла флотилии атомных подводных лодок среди сынов степей служил парнишка из Санкт-Петербурга с известной русской фамилией Петров. Из-за большой занятости по службе, однажды он вспомнил, что уже два месяца родителям писем не писал. А тут


Благая весть

Из книги Мне нравится, что Вы больны не мной… [сборник] автора Цветаева Марина

Благая весть С. Э. 1 В сокровищницу Полунощных глубин Недрогнувшую Опускаю ладонь. Меж водорослей – Ни приметы его! Сокровища нету В морях – моего! В заоблачную Песнопенную высь – Двумолнием Осмелеваюсь – и вот Мне жаворонок Обронил


Самая горькая моя потеря

Из книги Подснежник на бруствере автора Лапин Константин Кириллович

Самая горькая моя потеря Почту принесли днем, для меня было несколько писем. Сначала прочла весточку из дома: мама уже считает недели и дни до моего возвращения. Воинский треугольничек с адресом, написанным незнакомой рукой, отложила под конец. И вот дошла до него