Ремек и другие

Ремек и другие

Я герой Чехословакии и почетный гражданин Праги. Почему? Потому что первый чехословацкий космонавт Владимир Ремек совершил полет на станцию Салют-6, на которой хозяйничали мы с Юрием Романенко. Именно чехословацкий: мама у него чешка, отец – словак. Вместе с Ремеком мы работали на орбите. Это было не рядовое событие. До Ремека космонавтами были представители только двух стран – СССР и США. Полет представителя небольшой европейской страны, понятное дело, вызвал немалый резонанс в мире. Это было в диковинку.

Передо мной фотография – первая международная встреча на орбитальной станции. Встреча на высшем уровне: СССР – ЧССР. Романенко, Губарев, Ремек и я. В кадре – флаги и гербы стран, на станции – для торжественного случая – появились фотографии глав государств, Брежнева и Гусака.

Если приглядеться – заметно, что я единственный в этой компании надел галстук. Галстук – непривычный аксессуар для работы на орбитальной станции. Почему же я носил его в космосе?

Я – инженер-механик, выпускник Военмеха. Человек моей профессии должен делать все для того, чтобы все механизмы работали. А для этого нельзя быть брезгливым! Нужно не бояться пыли, не бояться очистить гарь, не бояться испачкаться в масле или в краске. Инженер в такие минуты похож на чернорабочего. Такая уж у нас работа…

Есть такой анекдот:

Два сантехника – один постарше, другой помоложе ликвидируют аварию. Тот, что постарше, ныряет в канализационный люк, в самые нечистоты. Выныривает оттуда и кричит молодому: «Ключ на двадцать два!» Берет ключ, снова ныряет и выныривает. «Ключ на двадцать четыре!» И, снова, то же самое. Наконец, дело сделано. Он вылезает, отряхивает с себя фекалии и говорит молодому: «Вот смотри и учись, а то всю жизнь ключи подавать будешь!»

Иногда бортинженеры похожи на сантехников. Именно поэтому в те часы, когда мы не работаем руками, мы, инженеры, должны быть чуточку элегантнее других. У кого-то из-под удобного орбитального костюма выглядывало нижнее белье, а я носил галстук. В полете у меня было даже два галстука. С синими ромбиками для будних дней и с красными ромбиками – для праздничных. И зарубежного гостя я встречал при параде.

Гостей мы ждали с нетерпением. Ремек должен был привезти нам посылку, письма. Но, когда они прибыли, Владимир неважно себя почувствовал, с трудом привыкал к невесомости. Когда он первый раз сходил в туалет, он там долго провозился, а, выйдя, сказал: «Ребята, я и до сих пор вас уважал, но теперь уважаю еще больше».

Мы поужинали, и он отправился отдыхать, сказав, что на следующий день возьмет пакет и все раздаст: письма, инструкции, фотографии. Но мы ждать не могли: нам жены еще до этого сказали, что передали сало.

А нам этого сала страшно хотелось. И мы начали разгружать корабль. Обычно на это уходит три дня, но мы управились за день. Обычно самое вкусное всегда кладут на самое дно, чтобы быстрее разгружали. И мы прошли его насквозь, а сала нет. А тогда в ЦУПе руководил Алексей Леонов. И он не разрешил послать в космос сало: мало ли что, вдруг оно будет испорченное…

Еще мы хотели хлеба, потому что хлебцы космические не очень вкусные. Нам его прислали, но было не ясно, как его есть. Хлеб нельзя кусать, потому что крошки полетят, начнут кружиться в воздухе, потом высохнут, заострятся и могут попасть в дыхательные пути. Но мы придумали. У нас был вентилятор на потолке с сеткой. Мы на эту сетку клали мокрую марлю и ели хлеб. Крошки летели, но присасывались к марле.

Кстати, когда Ремек с Губаревым прилетели к нам «в гости», мы, чтобы не терять времени, пока проверялась герметичность стыковочного узла, стали делать физические упражнения: Юра на велоэргометре, я – на беговой дорожке. Они из своего корабля как закричат: «Что происходит?!» Мы говорим: «Ничего особенного, физкультуру делаем». А они потом рассказывали, что их буквально из кресел выбрасывало.

Мы провели немало экспериментов, предложенных чехословацкими учеными. В советско-чехословацком биологическом эксперименте «Хлорелла» преследовалась цель дальнейшего изучения свойств удивительной водоросли, способной обеспечивать человека водой, белком и чистым воздухом.

Для изучения процессов окисления в организме человека в условиях невесомости на борту «Салюта-6» проводился эксперимент «Кислород», задуманный и поставленный советскими и чешскими учеными. Техническим оснащением его был уникальный портативный прибор «Оксиметр». Для науки международные полеты плодотворны. Они ускоряют научное сотрудничество. Наш полет это доказал.

Ремек был гостем, поэтому мы старались во всем ему помогать и делились опытом. А дальше – все как на Земле. Представьте, что к вам приехал гость и живет у вас. В первый день вы его принимаете с радостью, на второй – ведете в Третьяковку, на третий – чем-то угостите, на четвертый – у вас уже накопились дела, и вы подсчитываете, сколько же еще он будет гостить… И хотя он хороший человек, но на четвертый-пятый день вы уже думаете, скорее бы пришел последний день, ведь у каждого свои заботы. Так и у нас в космосе…

Анекдот о Ремеке:

«Когда чешский космонавт приземлился – все заметили синяки у него на руках. Спрашивают – отмалчивается. Потом говорит, что когда что-то пытался сделать, то Романенко и Гречко били его по рукам и говорили: „Не трогай, испортишь!“»

Естественно, на самом деле ничего такого не было, но потом этот анекдот стали рассказывать о каждом последующем космонавте из «соцстран». Может, основанием для таких анекдотов было то, что нас готовили к полетам годами, а их – неделями. Его учили тому, как пользоваться космической кухней, туалетом, он знал, как работать с приборами, которые поставила на борт его страна. Про остальное говорили, что это ему не надо трогать. А поскольку обучение было ускоренное, родился такой анекдот.

К иностранным космонавтам из дружественных стран, которые летали вместе с нами, советскими космонавтами, принято относиться иронически. В этом есть сермяжная правда: как правило, они были подготовлены хуже, чем мы, годами готовившиеся к работе в космосе. Но, когда я слышу шутки, например, о вьетнамском космонавте Фан Туане, мне хочется возразить.

Это человек героической судьбы, удивительный, достойный уважения. Вьетнамец был уникальным пилотом: считалось, что сбить Б-52 невозможно. А он в годы войны сбил и остался жив. Уникальный пилот и человек! Он ворвался в строй самолетов, сбил Б-52 и полетел на свой аэродром. За ним следовали «Сэйбры», зная, что расстреляют его на посадке. И вдруг он исчез. Оказывается, он отработал посадку МИГа в темноте, а это непостижимо.

В космос он летал вместе с Виктором Горбатко. Между прочим, он стал первым космонавтом Азии. Не китаец, не японец, а вьетнамец. Позже генерал-лейтенант Фан Туан возглавлял управление оборонной промышленности Вьетнама.

В наше время было принято поздравлять дружественные страны из космоса с праздниками. По-моему, у нас с Юрой это неплохо получалось. Было как раз 8 марта, и мы поздравляли женщин всего мира с Международным женским днем.

И я тогда сказал: «Я поздравляю женщин всего мира, но чехословацких женщин я не поздравляю, потому что у нас на борту космонавт Владимир Ремек, молодой, красивый, смелый и до сих пор не женат. Куда смотрят женщины Чехословакии?»

Через несколько месяцев мне в Москву прислали журнал «Прага», статья начиналась так: «8 марта Гречко сделал чешским женщинам замечание, что космонавт Ремек до сих пор одинок. И женщины Чехословакии исправились. Передаем репортаж о свадьбе Ремека».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Комкор и другие

Из книги Повесть о пережитом автора Дьяков Борис

Комкор и другие Наступил Новый год. Окна в седьмом корпусе обросли толстым слоем льда, на пол капала вода, образуя широкие лужицы. Славка сбился с ног: подвешивал к подоконникам бутылки и банки, по десять раз на день протирал полы, с угла в угол передвигал цветы.Работяги


4. Чиж и другие.

Из книги Zвуки Времени автора Харин Евгений

4. Чиж и другие. Однажды на городском пляже к нашей компании подсел слегка поддатый паренек. Его привлекли вопли и хрипы из переносного магнитофонаМаксимова. Сначала он мне не понравился, да, и я ему тоже. Но постепенно мы стали друзьями. Он любил музыку и разбирался во


Другие…

Из книги Позывной – «Кобра» (Записки разведчика специального назначения) автора Абдулаев Эркебек

Другие… На юге встречались и крайние радикалы, которых не устраивал нынешний киргизский Президент. Эти ребята не исключали вариант насильственного свержения нынешней власти. Я охладил их воинственный пыл:— Допустим, что кресло Президента завтра займет угодный вам


Другие

Из книги Моя жизнь автора Пиаф Эдит


М-50 и другие

Из книги Небесное притяжение автора Гай Давид Иосифович

М-50 и другие Есть немало определений конструкции. Смелая, прочная, совершенная, надежная, удобная… К конструкции мясищевского ракетоносца М-50 хочется применить другое выходящее за рамки словаря авиационных специалистов слово — красивая конструкция. Самолет и в самом


И другие…

Из книги Мой «Современник» [litres] автора Иванова Людмила Ивановна

И другие… Виктор Тульчинский работает в театре почти пятьдесят лет, за это время сыграл множество интересных ролей. Он играл в спектаклях «Голый король», «Традиционный сбор», «Аномалия», «Любовь и голуби», «Три сестры», «Крутой маршрут» и других. Витя – один из самых


ДРУГИЕ ЗАДАЧИ, ДРУГИЕ МАСШТАБЫ

Из книги Григорьев автора Сухина Григорий Алексеевич

ДРУГИЕ ЗАДАЧИ, ДРУГИЕ МАСШТАБЫ В апреле 1968 года генерал-полковник М. Г. Григорьев как один из самых авторитетных и опытных руководителей назначается первым заместителем Главнокомандующего Ракетными войсками стратегического назначения Маршала Советского Союза Н. И.


Другие берега

Из книги Другие берега автора Набоков Владимир

Другие берега Посвящаю моей жене


Королев и другие

Из книги Траектория жизни [с иллюстрациями] автора Феоктистов Константин Петрович


Де ла Рок и другие

Из книги Гитлер_директория автора Съянова Елена Евгеньевна

Де ла Рок и другие Фельдмаршал Кейтель, увидев среди представителей стран-победительниц француза, в первый момент растерялся:— Мы, что же, и Франции проиграли?! — воскликнул он.Это негодование Кейтеля понять можно. Но вопрос в том, что он вкладывал в слово «мы».Я думаю,


…И другие

Из книги Дж. Р. Р. Толкин автора Алексеев Сергей Викторович

…И другие Разумеется, рассмотренными выше авторами «фантастическое» чтение Толкина отнюдь не ограничивалось. В письмах и эссе упоминается и ряд других фигур современной ему фантастической литературы — как людей его поколения и круга, так и более молодых.Толкин лично и


«Я и Другие»

Из книги Рональд Лэйнг. Между философией и психиатрией автора Власова Ольга Викторовна

«Я и Другие» В 1961 г. в издательстве «Tavistock Publications», там же, где вышло «Разделенное Я», выходит вторая книга Лэйнга «Я и Другие». Как мы помним, этот фрагмент первоначально входил в «Разделенное Я», но по пожеланиям издателей две части были разделены и вторая доработана в


«Елка» и другие

Из книги Боевые самолеты Туполева [78 мировых авиарекордов] автора Якубович Николай Васильевич

«Елка» и другие На базе Ту-16 разработано свыше 40 модификаций. Большинство из них представляли собой доработку ранее выпущенных машин. Например, весной 1956 года, для определения возможностей средств защиты бомбардировщиков от обнаружения их наземными РЛС, один Ту-16


22. ТУХАЧЕВСКИЙ И ДРУГИЕ

Из книги Крутой маршрут автора Гинзбург Евгения

22. ТУХАЧЕВСКИЙ И ДРУГИЕ Мы уже давно заметили, что ранним утром, в очень ясную погоду, сквозь разбитые стекла нашего окна можно слышать обрывки доносящихся с улицы звуков радио. Репродуктор был, видимо, где-то поблизости, да и деревянные щиты играли роль звукоуловителей.В


Другие

Из книги Сюжет в центре автора Хабаров Станислав

Другие Вокруг были необыкновенные люди, каждый с ярким характером и с непохожей судьбой. В целом скромные, побывавшие и на коне и под конём. Одни скупые сведения о них могли стать учебной энциклопедией и путеводной книгой следующему поколению, у которого были свои заботы