Родина желанная и суровая Тетрадь 12

Родина желанная и суровая

Тетрадь 12

Экстремизм и шпионы

В прошлом анархистам – и так же поступят завтра их анархиствующие последователи – ничего не стоило перейти на удобные позиции анархо-капитализма, прибежища вольных стрелков от политики, псевдонезависимых и леваков. Капитализм считает главным врагом коммунистов и не зря в первую очередь берет их на прицел. Бунтари-индивидуалисты легко попадаются на лесть многоопытной реакции, которая называет их героическими защитниками священных принципов. Реакционеры знают, что бунт одиночек, бунт индивидуалистов не опасен и что только организованные массы, только высокое классовое сознание могут изменить жизнь общества.

Все это мне стало ясно во время гражданской войны в Испании. Некоторые антифашистские анархические группировки разыгрывали карнавальное действо, когда силы Гитлера и Франко подступали к Мадриду. Речь, конечно, не о таких отважных анархистах, как Дуррути и его каталонцы, которые самоотверженно дрались за Барселону.

Но в тысячу раз хуже экстремистов – шпионы. Случается, в революционные партии проникают вражеские агенты, оплачиваемые полицией, реакционными партиями или правительствами чужих стран. Одних агентов засылают с провокационными целями, других – для длительного, терпеливого наблюдения. Возьмем классический пример с Азефом. До свержения царизма он принимал участие во многих террористических акциях и не однажды сидел в тюрьме. Воспоминания начальника тайной полиции, опубликованные после революции, подробно раскрывают деятельность Азефа как агента охранки. Этот странный человек – он участвовал в убийстве великого князя – сочетал в себе террориста и доносчика.

Весьма любопытная история произошла в Лос-Анджелесе, или в Сан-Франциско, или в каком-то другом городе Калифорнии. В разгар маккартизма там арестовали всю местную партийную организацию – семьдесят пять коммунистов. На каждого имелось пронумерованное, тщательно оформленное досье со всеми подробностями. Так вот, все семьдесят пять человек оказались агентами полиции. ФБР пошло на такую роскошь – из людей, не знавших друг друга, создало собственную маленькую «коммунистическую партию», чтобы потом разыграть спектакль их ареста и приписать себе сенсационную победу над несуществующим противником. Чего только не делали в ФБР, придумали даже пресловутый кочан капусты, в котором якобы хранил сверхсекретные документы некий Чалмерз – бывший коммунист, купленный за доллары полицией. На счету ФБР есть страшные преступления, такие, как казнь или убийство супругов Розенберг, которое вызвало негодование всего человечества.

Вражеским агентам труднее было пробраться в Коммунистическую партию Чили, созданную пролетариатом, партию с большим политическим опытом. А вот признание геррильи в Латинской Америке распахнуло двери доносчикам всех мастей. В стихийно возникавших молодежных организациях нелегко было обнаружить и разоблачить шпионов. Вот почему партизанским вожакам приходилось быть начеку, они должны были остерегаться собственной тени. Культ риска в известной мере порожден стремительными безрассудными теориями партизанской войны, заполонившими Латинскую Америку. Мне кажется, убийство Че Гевары, его героическая смерть завершила эту эпоху. Но долгое время сторонники геррильистской тактики забрасывали латиноамериканский континент тезисами и декларациями, в которых утверждалось, что революционная народная власть будет принадлежать не эксплуатируемым классам, а группам вооруженных партизан. Эта идея порочна, она политически несостоятельна: партизанский вожак может обладать масштабным политическим мышлением, пример тому – Че Гевара. Но это случай особый и не частый. Всегда ли бывшие партизаны, только потому, что они были самыми отважными, или потому, что им посчастливилось избежать смерти, или потому, что они целились лучше других, должны управлять государством?

А теперь я расскажу о том, что случилось со мной. Я только вернулся в Чили из Мексики. Однажды на собрании ко мне подошел человек средних лет. Этакий современный кабальеро, одетый с иголочки, в пенсне на носу, которое придает людям весьма респектабельный вид. Очень учтиво он сказал:

– Дон Пабло, я никак не решался подойти к вам, хотя именно вам обязан жизнью. Я один из тех беженцев, которых вы спасли от концлагеря, от газовой печи и отправили на пароходе «Виннипег» в Чили. Я каталонец и масон. У меня здесь неплохое положение. Работаю экспертом по санитарному оборудованию в одной из лучших чилийских фирм.

Он рассказал мне, что у него хорошая квартира в центре Сантьяго. Что его сосед – знаменитый чемпион по теннису Иглесиас – мой школьный товарищ. Они много говорят обо мне и вот решили пригласить в гости на обед. Для этого он и пришел.

Квартира каталонца была примером благосостояния нашей мелкой буржуазии. Прекрасная мебель; гора золотистой паэльи.[268] Иглесиас тоже обедал с нами. Мы смеялись, вспоминая старый лицей в Темуко, игры в его темных подвалах, где мы натыкались на летучих мышей. В конце обеда гостеприимный каталонец произнес короткую речь и подарил мне две великолепные фотографии – Бодлера и Эдгара По. Обе фотографии и теперь хранятся в моей библиотеке.

Вскоре нашего каталонца разбил паралич, у него отнялись руки и ноги, он лишился речи. Лишь говорящие что-то глаза устремлялись в тоске то к жене-республиканке, прожившей безупречную жизнь, то к моему другу Иглесиасу. Но речь к каталонцу не вернулась. Он умер.

Когда дом каталонца заполнили друзья, венки и слезы, Иглесиасу позвонил таинственный, не назвавший себя человек. «Мы знаем, – сказал он, – что вы были в большой дружбе с покойным. Он говорил о вас самые лестные слова. Если вы хотите сделать благое дело в память о вашем друге, откройте его несгораемый шкаф и достаньте железную коробочку. Я позвоню вам через три дня».

Жена покойного не захотела и слушать Иглесиаса. Смерть мужа оказалась для нее страшным ударом. Ей было ни до чего; она переехала в пансион на улице Санто-Доминго. Хозяином пансиона был югослав, участник антифашистского сопротивления, человек, закаленный в борьбе. Вдова попросила его привести в порядок бумаги покойного мужа. Югослав нашел коробочку и с большим трудом открыл ее. И что же там оказалось! Бумаги, из которых следовало, что покойный каталонец был фашистским агентом. Копии писем, в которых сообщались имена испанских эмигрантов; эти люди, нелегально вернувшиеся в Испанию, были арестованы или убиты. В коробочке хранилось письмо, в котором Франсиско Франко лично благодарил каталонца за верную службу. И донесения, которые помогли нацистам потопить суда, уходившие из чилийских портов с грузами. Одной из жертв стал наш красавец фрегат «Лаутаро» – гордость чилийского флота. Он вез селитру и затонул сразу же по выходе из порта Токопилья. Погибли семнадцать моряков. Одни утонули, другие сгорели заживо.

Таковы были злодейские подвиги улыбчивого каталонца, который пригласил меня однажды отобедать в его доме.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Суровая полоса

Из книги Новеллы моей жизни. Том 1 автора Сац Наталья Ильинична

Суровая полоса Жизнь — явление полосатое… Эти слова закончили яркую и радостную полосу моей жизни. Сменила ее полоса серая, суровая. Двадцать первого августа тысяча девятьсот тридцать седьмого года часы моей жизни остановились. Потом со скрипом, треском, перебоями


Родина во мраке Тетрадь 8

Из книги Признаюсь: я жил. Воспоминания автора Неруда Пабло

Родина во мраке Тетрадь 8 Мачу-Пикчу В министерстве иностранных дел легко отнеслись к моему «дипломатическому самоубийству».Мой добровольный отказ от дипломатической карьеры принес мне безмерную радость – я получил, наконец, возможность вернуться в Чили. Думаю, что


Суровая зима

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Суровая зима Не знаю, как прошла в Ставрополье коллективизация. Я слышал, что как везде. Что в тридцать третьем году люди и здесь вымирали целыми селами. Но в сорок первом году, когда мы здесь оказались, колхозники жили хорошо, и казалось, даже не представляли, что можно жить


Суровая школа

Из книги Земля и небо. Записки авиаконструктора автора Адлер Евгений Георгиевич

Суровая школа Ведущий конструктор, если он достаточно опытен, является первым помощником главного конструктора. Он должен быть душой порученного ему самолета, мастером на все руки и оперативно решать все вопросы, возникающие на производстве. Должен-то, конечно, он


Желанная минута

Из книги Свет во мраке автора Беляев Владимир Павлович

Желанная минута Уже в отрывистую деловую скороговорку военных вплетаются украинские голоса выходящих из домов местных жителей.Кто-то с улицы отрывисто стучит ломом по решётке.— Приехали! Выходите! доносится знакомый голос Коваля.Как ждали все чудесной минуты, когда


СУРОВАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ Шолоховская наука

Из книги Волшебные дни: Статьи, очерки, интервью автора Лихоносов Виктор Иванович

СУРОВАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ Шолоховская наука Судьба не дала мне счастья писать большие воспоминания о Шолохове. Я встречался с ним всего один раз.Зато я всю молодость свою прожил под звездой Шолохова. Снова явившийся к русскому читателю Бунин не помешал мне любить Шолохова


2. Суровая весна

Из книги В водовороте века. Мемуары. Том 2 автора Сен Ким Ир

2. Суровая весна На дороге я случайно встретил Чха Гван Су. У этого шустрого и деятельного парня восторгом засияли глаза под стеклами сильных очков для близоруких. И я, не скрывая радости встречи с ним, уже издали восторженно закричал ему свое приветствие.Скука вывела его


Донос и желанная свобода

Из книги Под кровом Всевышнего автора Соколова Наталия Николаевна

Донос и желанная свобода Самым тяжелым для меня в это время «казначейства» было то, что приходилось торговать свечами во время богослужений. Сердце-то мое продолжало быть отданным Богу, но в уме я считала рубли да копейки. На счетах я быстро считать не умела, часто писала


Суровая взыскательность

Из книги Сталин умел шутить автора Суходеев Владимир Васильевич

Суровая взыскательность И.В. Сталин был беспощаден к тем, кто не исполнял порученного дела, к нарушителям воинской дисциплины, к разгильдяйству.При всем почтительном отношении к маршалу К.Е. Ворошилову И.В. Сталин настоял в апреле 1942 года принять постановление Политбюро


Олег Иванов, композитор АЛТАЙ ДЛЯ НЕГО – ЭТО РОДИНА, А РОДИНА – ЭТО АЛТАЙ

Из книги Шел из бани. Да и все… [с фотографиями] автора Евдокимов Михаил Сергеевич

Олег Иванов, композитор АЛТАЙ ДЛЯ НЕГО – ЭТО РОДИНА, А РОДИНА – ЭТО АЛТАЙ Мое знакомство с Михаилом произошло в начале восьмидесятых. В то время я жил и работал в Новосибирске. Однажды мне позвонили и попросили выступить с авторским концертом в Институте советской


Суровая зима

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Суровая зима Не знаю, как прошла в Ставрополье коллективизация. Я слышал, что как везде. Что в тридцать третьем году люди и здесь вымирали целыми селами. Но в сорок первом году, когда мы здесь оказались, колхозники жили хорошо, и казалось, даже не представляли, что можно жить


«Моя желанная!..»

Из книги Угрешская лира. Выпуск 3 автора Егорова Елена Николаевна

«Моя желанная!..» Моя желанная!Любовь моя,ОбетованнаяМоя земля!Родник, звенящийВодой живой,Цветок, манящийЖивой красой!О белопеннаяМоя волна,Моя вселенная,Река без


Олег Иванов, композитор Алтай для него – это Родина, а Родина – это Алтай

Из книги Некогда жить автора Евдокимов Михаил Сергеевич

Олег Иванов, композитор Алтай для него – это Родина, а Родина – это Алтай Мое знакомство с Михаилом произошло в начале восьмидесятых. В то время я жил и работал в Новосибирске. Однажды мне позвонили и попросили выступить с авторским концертом в Институте советской


Суровая юность

Из книги В небе и на земле автора Шепелев Алексей Лаврентьевич

Суровая юность Когда рассказываешь о пройденном и пережитом, память невольно воскрешает наиболее яркие картины далекого детства. Вот и теперь мне живо вспомнилась и семья, и вся моя жизнь в те суровые годы.За швейной машинкой уже несколько часов, не разгибая спины, сидит


III СУРОВАЯ ШКОЛА

Из книги Агент № 1 автора Струмп-Войткевич Станислав

III СУРОВАЯ ШКОЛА Последующие события помогут нам понять, почему Георгий Иванов-Шайнович в дни второй мировой войны оказался не в польской армии, а на английской службе. А пока следует сказать, что агент № 1, который в октябре 1941 года тайно высадился с подводной лодки