СНОВА В СССР

СНОВА В СССР

В июне 1959 года Зворыкин выехал в полуторамесячную поездку по Европе. Это было уже не первое его путешествие за океан после Второй мировой войны. Новым было то, что на этот раз основную часть его поездки составляло посещение СССР.

Свой визит в Европу ученый начал с Англии, где 1 июля прочитал в Кавендишской лаборатории мемориальную максвелловскую лекцию «Гуманитарный аспект технического прогресса». Еще одним событием стало посещение Британского института радиоинженеров (IRE). Здесь состоялась церемония избрания В. К. Зворыкина почетным членом IRE в знак признания его деятельности «по организации международного сообщества, имеющего целью применение электроники в биологических исследованиях и диагностике».

6 июля 1959 года Зворыкин прилетел из Англии в СССР, где он не был уже 23 года. Повод для поездки на родину был более чем весомым: президент США Д. Д. Эйзенхауэр и председатель Совета министров СССР Н. С. Хрущев подписали договор о первом после окончания холодной войны культурном и научном обмене. В рамках этого обмена почетным гостем Москвы стал автор фундаментальных изобретений в области телевидения Владимир Козьмич Зворыкин.

Приезд в СССР Зворыкина, как и ряда других известных американцев, был приурочен к открытию в московском парке «Сокольники» Американской национальной выставки. Выставка была организована с размахом: в экспозиции широко освещались промышленные и научные достижения США, работа, отдых и быт американцев.

24 июля на открытие Американской выставки прибыли почетные гости, возглавляемые вице-президентом США Ричардом Никсоном и главой правительства СССР Никитой Сергеевичем Хрущевым. Войдя в павильон, они осматривают раздел радиоэлектроники, где установлены цветные телевизионные камеры Ар-си-эй, видеомагнитофоны «Ampex» и другая новейшая аппаратура. Здесь начинается разговор двух политических деятелей о культуре, экономике, образе жизни двух стран, свидетелем которого становится Зворыкин. Затем Никсон и Хрущев переходят к экспозиции, представляющей собой образ типичного американского жилища. Здесь накал диспута двух лидеров возрастает. Хрущев не хочет признавать, что американцы раньше других научились использовать технический прогресс для улучшения бытовых удобств и условий жизни населения. «Смотрите, какие у нас удобные стиральные машины», — говорит Никсон. «Да у нас ничуть не хуже», — уже почти кричит, Хрущев. Не производят впечатления на советского лидера ни посудомоечные машины, ни холодильники, набитые полуфабрикатами. Эту ожесточенную полемику, длившуюся почти 20 минут, успел заснять на видеокамеру коллега Зворыкина из фирмы «Ampex Со.» Иосиф Ройзен. Магнитная запись была оперативно переправлена через океан, и уже на следующий день вся Америка с большим интересом смотрела необычные «kitchen debate» («кухонные дебаты») между неистовым Хрущевым и не желающим ему уступать Никсоном. А еще через день последовал дипломатический демарш советского МИДа, выразившего резкий протест против несогласованного освещения событий американо-советского культурного сотрудничества только одной стороной.

К счастью, работа выставки продолжалась, и в последующие дни Зворыкин постоянно появлялся в павильоне в Сокольниках. Отпраздновавший в Москве семидесятилетний юбилей, Владимир Козьмич словно забыл о своем возрасте. С удовольствием давал объяснения по экспонатам раздела, мог просто поговорить на разные темы с посетителями выставки. Пообщаться с «живым Зворыкиным» посчастливилось и автору этой книги, в то время студенту МВТУ имени Н. Э. Баумана. Слава богу, студент, осваивавший специальность «электронное машиностроение», помнил из краткой сноски в учебнике, что изобретателем широко распространенной высоковакуумной электронно-лучевой трубки является американский инженер В. К. Зворыкин. Подавляющее же большинство посетителей выставки просто не могли знать, что невысокий пожилой человек, дававший объяснения в разделе радиоэлектроники, — это «белоэмигрант» Зворыкин, заслуживший в Америке титул «отца телевидения».

Программа пребывания Владимира Козьмича в СССР не ограничивалась выставочными мероприятиями. Была достигнута договоренность о посещении им ряда вузов и предприятий радиопромышленности. Ученый получил также возможность встретиться со своими родственниками в Москве и Ленинграде.

Американского гостя ознакомили с исследовательскими лабораториями нескольких московских предприятий. О том, как обычно организовывались эти визиты, автору рассказывал сотрудник Комитета по радиоэлектронике Н. Н. Румянцев:

«Конечно, хотелось, чтобы Зворыкин получил общее представление об уровне разработок, а нашим ученым это посещение тоже принесло пользу. Заранее договорились, кто будет принимать гостя на предприятии, что ему будет показано. Больше всех волновались, конечно, ответственные за сохранение режима секретности. В одном из НИИ заместитель директора по режиму распорядился закрыть тканью все приборы, не подлежащие показу. Зворыкину объяснили, что в связи с ремонтом помещения пришлось накрыть приборы, чтобы на них не попадала пыль.

„Жаль, что такая сильная пыль, — сказал Владимир Козьмич с легкой усмешкой, — хотя я и по очертаниям вижу, что это — кинескоп, а это — видикон“».

Сохранились воспоминания свидетелей посещения Зворыкиным ленинградских предприятий. Профессор В. В. Однолько описал визит русского американца в Ленинградский электротехнический институт связи. Принимал гостя из США автор многих книг по телевидению П. В. Шмаков. ВЛЭИСеиз, своих работ секретов не делали, и Зворыкин с интересом познакомился с разработками телевизионных приборов, проводимыми исследовательской лабораторией.

После долгой разлуки Владимир Козьмич встретился со своими сестрами и братом. Надежда Козьминична приехала для этого из Новосибирска, а Николай Козьмич — из Тбилиси. Семья собралась на даче Наливкиных в Комарове. Не узнать было племянников, с которыми Владимир Козьмич познакомился до войны. Прежний студент Василий Наливкин стал солидным ученым. У сестер выросли внуки и уже появились правнуки. В Америку Зворыкин уезжал с твердым намерением находить возможность бывать в России.

Такая возможность в следующий раз представилась в июле 1962 года в связи с проведением в Москве Международного конгресса по раковым заболеваниям. На этот раз Зворыкин отправился в СССР вместе с Екатериной Андреевной. Сбылась давняя мечта Владимира Козьмича побывать на родине вместе с Катюшей. Удачно было и то, что в Москве они находились как специалисты, активно участвовавшие в мероприятиях конгресса.

Самым неожиданным образом во время поездки Зворыкину пришлось обратиться к непосредственной помощи советского здравоохранения. По окончании конгресса племянник Владимира Козьмича Дмитрий пригласил американского дядюшку покататься на яхте на подмосковном Клязьминском водохранилище. Прогулка была превосходной, но по ее завершении Владимир Козьмич неудачно спрыгнул на причал и сломал ногу. Пришлось отвезти гостя в Боткинскую больницу и отложить отъезд в США на три недели. Нет худа без добра. После рентгеновского обследования в Принстоне врачи сказали Зворыкину, что перелом залечен квалифицированно и лучше не сделали бы и в США. Вспоминая впоследствии об этой истории, Владимир Козьмич рассказывал о пребывании в Боткинской больнице не без гордости за свою историческую родину.