Люба и «Няня»

Люба и «Няня»

Последней работой Любы стал популярный телесериал «Моя прекрасная няня». На съемках этого сериала Люба обрела замечательную подругу, практически свою вторую дочь — Настю Заворотнюк, которая исполняла в сериале роль няни Вики. Для Заворотнюк этот сериал стал первой звездной работой, принесшей ей популярность. Помогала ей стать звездой именно Люба. Актрисы очень сдружились за время совместной работы.

Познакомились они еще на читке сценария и сразу друг другу понравились. Они работали с ней целый год на «Няне». К сожалению, во второй год, когда стали снимать новый большой блок, Люба из-за болезни уже не принимала участия в съемках. Хотя команда рассчитывала, что она вернется. И она вернулась! Снималась последняя свадебная серия, и она пришла! Для команды это была огромная радость.

Сериал очень много потерял без Любы. И она очень скучала по сериалу. За время, что лечилась и в Израиле, и в Москве, все время смотрела его по телевизору, передавала всем приветы. Настя приезжала к ней в больницу. Часто они с ней созванивались. Люба была необыкновенно мужественной женщиной. И даже чувствуя себя очень плохо, всегда блестяще выглядела. И над собой посмеивалась.

Однажды Настя пришла к ней в больницу и увидела, что ей нездоровится. А Люба, хохоча, рассказывает:

— Знаешь, тут шла, а ноги-то не держат, и вот как споткнулась!

И все она так смешно рассказывала, что они вместе хохотали! А в душе у Насти все сжималось от нежности к ней, ужас брал от мысли, как она проходит через такое, что она переживает, как ей тяжело, больно! И, тем не менее, у нее хватало сил, чтобы не жаловаться, не рыдать. Может быть, кому-то легче и поплакаться. Но мужество, с которым Люба все это переносила, вызывало у Насти несказанное уважение, восхищение.

Снимаясь в «Моей прекрасной няне, Люба уже была серьезно и неизлечимо больна. От своей команды она это не скрывала. Только сначала — первые две недели — молчала о том, что ей делают какие-то очень серьезные анализы… Обычно Люба никому не давала грустить. На съемочной площадке у нее не закрывался рот: постоянные анекдоты, байки, истории из жизни нон-стоп. И все рядом с ней начинали хохотать, что-то вспоминать, рассказывать. От нее они получали такой заряд радости и оптимизма — просто невероятный. А эти две недели она как-то отмалчивалась, была сама не своя. И все стали расспрашивать ее:

— Люба, что случилось? Ты сама на себя не похожа.

— Да не знаю, такая странная история, говорят, что вот такой диагноз… — отвечала Люба.

То, как она лежала и мучилась от боли, видели буквально несколько человек. Все остальные видели блестящую Любу Полищук, которая прыгала, скакала, залезала куда-то, оттуда ныряла. Настя просто смотреть на нее не могла, потому что сразу же «кололась» и начинала смеяться! Это нужно было видеть! Сколько она всего придумывала! Импровизировала на ходу, фонтанировала идеями! Заражала своей энергетикой! За счастье было вместе с ней играть. Да и «кололись» они обе — она от Насти, Настя от нее. Если они встречались с ней глазами — это был просто аут. Несколько дублей — и все запарывали. Смехопанорама. И все вокруг смеялись. И когда на съемки должна была прийти Люба, все в группе старались пойти посмотреть, потому что знали: сразу начнется шоу. Она сама была — человек-театр.

Особо забавные истории были связаны с едой в кадре. Это было очень смешно. Люба в кадре с таким удовольствием ела, что, глядя на нее, все начинали есть. Но мало кто видел — как только заканчивался дубль, она быстренько незаметно все выплевывала и говорила Насте:

— Терпеть не могу эти сладости, мне бы мяса какого-нибудь, еды настоящей!

А ее постоянно в кадре заставляли поглощать сладкое и мучное. Настя очень любила конфеты и все подтрунивала над Любой.

— Эх, повезло тебе, Любка, что ты не сладкоежка! — говорила она.

Люба знала толк в еде. Ведь у нее муж просто замечательно готовил. Она всем взахлеб рассказывала о том, как готовит Сережа. Она его очень любила, хвалила его, гордилась им. Настя была рада, что у ее подруги такая замечательная семья… Люба приносила ей рецепты каких-то диковинных блюд. Однажды принесла испеченный мужем торт. И сказала ей:

— Знаю, ты не ешь мучное, тебе нельзя, у тебя фигура, но вот это просто должна съесть!

И они накинулись как сумасшедшие, разодрали этот торт, это было что-то невероятно вкусное!

Люба могла себе позволить любую еду. У нее была потрясающая фигура от природы, так что ей не нужно было никаких диет. Она блестяще выглядела! Даже в последний день, когда она пришла на съемки свадьбы, она стояла с прямой спиной. Конечно, похудела, но такая красивая! У нее кожа была просто мраморная, такие пальцы длинные, глаза искристые, невероятные какие-то. Ноги идеальные. Уникальной красоты женщина, такой магии! Все вокруг замирали и понимали: да, это Женщина! Она так взмахнет, пойдет, что-то глазом так по роли сделает в сторону мужчины — и все! Смотришь — не оторваться!

Настя была очень благодарна Любе. У нее было чему учиться. Настя сначала в кадре стеснялась, закрывалась, но смотрела на Любу и училась этой свободе, раскованности, незажатости. И она у Любы такие фишки подмечала, которые рассказать: их так много, этих тонкостей. Ну, например, в одной сцене Настя должна была чихать. И Люба ей посоветовала нос сильно накрасить красным, как у алкоголика. И сказала ей:

— Когда чихаешь, глаза к носу своди, чтобы все понимали: уж так ты обчихалась, просто ничего уже не контролируешь, даже глаза съезжаются.

И Настя все сделала, Люба радовалась. Клоунаду она любила. Фактически Настя рядом с ней прожила маленькую, яркую жизнь. И, конечно, в памяти все это навсегда останется. То, что они, может быть, последнее время нечасто с ней виделись, никак не влияло на их дружбу. Она — мама. И Настя всегда ее так называла. И в обыденной жизни тоже. И это не были просто слова. Она ее очень любила.

Люба часто снилась Насте. Однажды приснилось, что Настя пришла к ней домой. Люба была с мужем. Они поговорили, а потом Люба говорит:

— Ты знаешь, тебе пора. Тебе нужно уходить, иди. А я — побуду здесь.

Это было словно прощание. После этого они уже не разговаривали больше. И Настя очень сильно об этом жалела. Раньше они говорили обо всем на свете. Очень много и по личной жизни, и по профессии. У них не было закрытых тем.

Люба обожала делать смешные разнообразные прически, это хлебом не корми. Говорила:

— Давай здесь хвостик сделаем!

И могла сама себе что-то там заколоть. Совершенно не боялась быть потешной. А некрасивой просто быть не могла — ее красота через любой грим была видна. Настя с Любой гримировались вместе. И она никогда не устраивала истерик, что у нее нет персональной гримерки, что рядом с ней кто-то еще сидит. Она была очень демократична. Одевалась всегда неожиданно, ярко. Не черно-белого формата женщина. У нее все цвета радуги. Радуга и внутри, и в глазах, и в игре, и на ней. Не была пресной. Терпеть не могла, когда сцена шла скучно. Ей все придумать надо было, не сиделось на месте. Не могла спустя рукава даже одну маленькую сценку сыграть. Единственное, что ее могло вывести из себя — это бездарность. Со стороны актеров, режиссеров, да кого угодно! Но если видела, что не может ситуацию изменить, сдерживалась. Она была командным игроком, делала так, чтоб было лучше для общего дела.

Актерской профессией Люба жила. Ей было и тяжело, и сложно. Но она это любила, это было ее жизнью, счастьем! Эту профессию любил и ее сын Алеша. Он тоже как-то снимался вместе с мамой в «Моей прекрасной няне». Когда Леша снялся в сериале «Офицеры», Люба так радовалась за него, говорила:

— Вот, он такой молодец, здорово это сыграл!

Но при этом не уходила в такие «муси-пуси», все было очень достойно, искренне. Настя видела, как Люба любила своих детей, ими гордилась. А уж Настины дети Любу любили! Они приходили на съемки и просто обожали ее, называли только «мама Люба»! И все время ее передразнивали. И к Насте обращались ее фразой с ее интонацией: «Доню». Потому что они с ней всегда так друг друга называли — Настя Любу мамой, Люба Настю — доней.

В период съемок «Моей прекрасной няни» Настя разводилась со своим мужем. И Любу очень чувствовала ее в этом смысле. Поддерживала ее. Говорила:

— Это надо просто выстоять. Держись, как ты держишься, нормально, держись!

Она старалась принять и понять поступки и действия Насти.

— Так сделала. Ну и ладно, хорошо, — говорила Люба в очередной раз.

Она была умной и мудрой женщиной. Они с Настей поговорили, Люба выслушала, поняв всю ситуацию, поддержала Настино решение. Психологически очень помогала ей.

Даже зная о болезни Любы, никто себе не позволял думать, что она уйдет. И она как будто не позволяла думать о плохом. Настя ее видела незадолго до трагедии, и она только и говорила о работе, о делах:

— Вот, у меня скоро там съемки, еще будет проект, я уже хочу выйти на съемочную площадку, должна выйти!

Столько было в этом уверенности, мощной попытки заставить себя поверить, стоять, бороться. Наверное, были какие-то тяжелые моменты, но, видимо, они выпали только уже на долю самых-самых близких: мужа, детей — Лешу и Машу.

О последней встрече с Любой Настя запомнила очень многое. Запомнилось, что она очень много смеялась. И хотя Настя видела, что ей там больно, там больно, она — смеялась! И очень прямо держала спину…

Алексей Кирющенко был одним из режиссеров-постановщиков последней работы Любы — телесериала «Моя прекрасная няня». Они с ней прекрасно ладили. У него была вахтанговская школа, которая, прежде всего, предполагала показ, и когда он показывал Любе, что и как она должна делать в кадре, она приходила в восторг. Ей нравилось, что режиссер сам понимает, чего хочет от актеров. Ведь ей так часто приходилось сталкиваться с обратным. Много внимания она уделяла тексту: если ей что-то не нравилось, Алексей шел актрисе навстречу и переписывал. Особого фанатизма в ее отношении к этой работе не было, все-таки она понимала, что снимается не самый главный шедевр в ее жизни. Но если на площадке появлялся хороший партнер, у нее тут же загорались глаза, Люба импровизировала и буквально фонтанировала эмоциями, находя для своей героини все новые и новые краски. У нее была итальянская школа актерской игры — очень экспрессивная, эмоциональная, она же по образованию была эстрадной актрисой. Ее раздражали люди, лишенные чувства юмора. Это тоже сразу же было заметно — у Любы начинали ходить желваки, но воли своим чувствам она никогда не давала и Алексею своего недовольства не высказывала. Просто пахала, не делая себе послаблений и ни на что не жалуясь.

Люба была из старой актерской школы, для которой на первом месте была работа, а все остальное — потом. Хотя, надо сказать, что условия тогда были далеки от идеальных. «Мою прекрасную няню» снимали в стенах из гипсокартона, везде гуляли сквозняки, не хватало солярки для отопительных приборов. Но никто из актеров не жаловался — ни Заворотнюк, ни Жигунов, ни, тем более, Люба.

«Мою прекрасную няню» снимали блоками. После того, как был готов первый, Люба уехала. Ее ждали, а в это время доходила самая разная информация — что она в Израиле, лечится, что у нее какие-то проблемы со спиной. Но никто даже не предполагал, что диагноз настолько страшный. Алексей очень любил Любу, поэтому при встрече обязательно обнимал или поднимал ее на руки, но она всегда вскрикивала:

— Ой, спина!

Все думали, что у нее просто травма, справиться с которой современной медицине вполне под силу. Когда стало ясно, что Любины дела плохи, оставалось отснять только одну сцену — свадьбу главных героев. Кирющенко был против участия Любы в этой сцене, потому что понимал: ее жалостливых, тоскливых глаз, что бы он ни делал, от зрителей не спрячешь. Но потом все-таки решился.

Приехала Люба уже после химиотерапии, поэтому была исхудавшая, бледная, в парике — страшно было видеть эту красивую женщину в таком состоянии. Больше пятнадцати минут стоять Люба не могла, поэтому приходилось делать частые перерывы. Конечно, мощный темперамент остался при ней, она старалась работать сильно, ярко, но ее физических сил на поддержание темперамента уже не хватало. И это тоже очень больно было видеть — Люба ведь всегда лидировала на съемочной площадке, всегда выдавала на-гора массу актерских находок, а тут самой активной оказалась бабушка няни Вики, которая все время повторяла:

— Люба, сиди, я все сделаю сама!

Алексей не знал, как отснять последнюю серию. Сценарий был завязан на том, что врачи перепутали анализы и сказали маме няни Вики, будто она смертельно больна. Ее последнее желание — увидеть свадьбу дочери. И Вика с Шаталиным делают все, чтобы порадовать мать напоследок. Финалом всего этого и должна стать свадьба. Правда, потом оказывалось, что мама все выдумала, чтобы Шаталин наконец-то женился на Вике.

Были сняты все сцены, в которых не требовалось участие Любы. Команда ожидала ее приезда. Но когда Алексей узнал о ее диагнозе, то решил от этой серии отказаться — такой сюжетный поворот казался ему неэтичным, даже кощунственным. Но сценарий каким-то образом Любе попался на глаза (скорее всего, его показал ее агент Либерман), и она сказала:

— Я обязательно хочу это сыграть.

В тот день, на который были назначены съемки, все ждали ее до пяти вечера. Потом актеры, у каждого из которых было много своих дел, разъехались, а Алексей остался. Люба приехала с большим опозданием. Закурив, сказала:

— Ты знаешь, Леш, я на самом деле неплохо себя чувствую. Врачи сказали, что в июне я буду бегать!

Больше Алексей Любу не видел… Для него так и осталось загадкой, как замысел сценаристов мог так мистически совпасть — один в один! — с реальными событиями. Правда, в фильме все должно было закончиться разоблачением розыгрыша, а жизнь уготовила Любе трагичный финал.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава десятая. Люба

Из книги Хранить вечно автора Копелев Лев Зиновьевич

Глава десятая. Люба В самой первой беседе с Забаштанским – начальником отдела, когда он после официальной части перешел к «дружескому» разговору, я сказал, что считаю нужным поставить его в известность и как начальника, и как товарища, что старший лейтенант Люба Н.,


НАША НЯНЯ

Из книги История одного детства автора Водовозова Елизавета Николаевна

НАША НЯНЯ Кроме матушки и отца, в нашей семье был еще один человек, такой же близкий и родной для нас, как они. Это была наша няня.Привязанность ее к нашей семье имела особые причины. Няня всю свою жизнь помнила добро, которое некогда сделал ей мой отец.Детство у нее было


Глава одиннадцатая Прощай, Люба!

Из книги Любовь Полищук. Безумство храброй автора Стронгин Варлен Львович

Глава одиннадцатая Прощай, Люба! О болезни Любы не знали даже знакомые и друзья, ведали только те, кто близко общались с нею. Главный чиновник в театрально-концертных кругах был всецело занят постановкой теле-шоу «Жизнь прекрасна».Я, давно бросивший концертную


6. Таня — няня

Из книги Фатьянов автора Дашкевич Татьяна

6. Таня — няня Алексей Иванович очень заботился и беспокоился о своем Фатьяновском клане.В середине пятидесятых в квартире Сергея Михалкова, что располагалась неподалеку от дома литераторов, однажды ночью разразился скандал. Виной тому был Фатьянов. Татьяна Репкина,


4. Няня Галочка

Из книги Прошлое в настоящем автора Парфентьев Иван Васильевич

4. Няня Галочка В житейских ситуациях он ориентировался неважно.Как-то Алексей Иванович взял с собою в командировку на юг Алену. Они плыли вдвоем теплоходом, а когда прибыли по назначению, мест в гостинице не оказалось. Тетушка-горничная посоветовала снять комнату в


НЯНЯ

Из книги Дневник библиотекаря Хильдегарт автора Автор неизвестен

НЯНЯ Вы помните разборчивую няню Аркадия Райкина? Ту няню, которая, прежде чем поступить на работу, спрашивала хозяев: «У вас телевизор какой марки?»Наша муровская няня похлеще райкинской. Эта няня не интересовалась марками телевизоров, не просила к праздникам подарков.


2006/05/28 Няня Таня

Из книги Мне скучно без Довлатова автора Рейн Евгений Борисович

2006/05/28 Няня Таня Моим дошкольным воспитанием занимались мои бабушки и Няня Таня.Няня Таня была вовсе не няней, а соседкой с верхнего этажа, и была она, как я сейчас понимаю, старше меня от силы лет на пять или шесть. Но мне она казалась совершенно взрослой девушкой, и в


24 ноябрь 2010 г. Люба, я вернулся...

Из книги Письма внуку. Книга первая: Сокровенное. автора Гребенников Виктор Степанович

24 ноябрь 2010 г. Люба, я вернулся... Люди! Милые, дорогие мои, любимые люди! Просто не знаю, как перед вами оправдаться.Спасибо за то, что не бросили меня, пока я в течение этих полутора лет скиталась по больницам и прочим отрадным местам. Я думала, что когда опять раскрою глаза и


НЯНЯ ТАНЯ

Из книги Русская любовь. Секс по-русски автора Фингер Фердинанд

НЯНЯ ТАНЯ …я высосал мучительное право тебя любить и проклинать тебя. В. Ходасевич Хоронят няню. Бедный храм сусальный в поселке Вырица. Как говорится, лепость — картинки про Христа и Магдалину — эль фреско по фанере. Летний день. Не то, что летний — теплый. Бабье


Письмо пятое: НЯНЯ

Из книги Как знаю, как помню, как умею автора Луговская Татьяна Александровна

Письмо пятое: НЯНЯ У нас было две прислуги. Младшую — то ли кухарку, то ли экономку, то ли (скорее всего) кормилицу, я помню очень смутно: был совсем маленьким. А вот свою Няню — Татьяну Филипповну Лопатину — запомнил на всю свою жизнь, потому что вырос у нее на руках в


Глава X Люба

Из книги Записки кинорежиссера о многих и немного о себе автора Татарский Евгений

Глава X Люба Судьба столкнула меня с математичкой. Двоечник по этому предмету, я видел всю вредность математики и такого сухаря не хотел иметь в постели. Хотя хочу заметить, что в сексе она была математик-теоретик. Немыслимые сложности, составляющие понятия о Сексе как в


«НЯНЯ, ПЕЧКА И СКАЗКА»

Из книги История русского шансона автора Кравчинский Максим Эдуардович

«НЯНЯ, ПЕЧКА И СКАЗКА» Жила у нас в доме нянька — Екатерина Кузьминишна Подшебякина, родом она была из деревни Непрядва с Куликова поля. Вероятно, только за этот адрес, да еще за удивительный сказочный дар ее и держали у нас в доме, так как была она пьяница. Попросту говоря


Люба, Люба…

Из книги Пути Господни автора Кривошеина Ксения Игоревна

Люба, Люба… В «Золотой мине» играла совершено замечательная Любовь Полищук! Я видел когда-то по телевидению фильм «Семья Зацепиных», и там бегала какая-то девчонка, блондинка небольшого роста, пухленькая такая, с сумкой стюардессы. Вот все, что я мог сказать


Люба-Любонька

Из книги «Любовь к родному пепелищу…» Этюды о Пушкине автора Гессен Арнольд Ильич

Люба-Любонька Она была очень боевая девчонка, дерзкая и красивая. Петь любила безумно. А дома ее не понимали. Тогда 16-летняя Любка взяла и сбежала на Кавказ, выступала там в ресторанах. Успех был ошеломительный. Он пригодится потом, в Нью-Йорке, когда окажется, что ее помнят


Няня Пушкина[41]

Из книги автора

Няня Пушкина[41] Арина Родионовна… Это имя простой русской женщины так же широко известно всей России, как и имя ее гениального питомца.Нянины сказки и присказки, «преданья старины глубокой» и песни Пушкин слушал не раз – и навсегда запомнил. Отбывая Михайловскую ссылку,