Глава 23 Новые начинания

Глава 23

Новые начинания

После церемонии вручения премии Британской академии кино и телевизионных искусств я стала чаще встречаться с другими людьми, пострадавшими от ожогов, — как в благотворительных целях, так и по поводу второго документального фильма, который по плану должны были показать в начале 2011 года. Я встретилась с двадцатичетырехлетней ирландкой по имени Эмили. Когда ей было семь лет, в их доме случился пожар. Она получила ожоги семидесяти четырех процентов кожи. А двенадцатилетняя Терри получила серьезные ожоги в раннем детстве, и ей еще много лет предстоит восстанавливаться. Шестнадцатилетний Уилл обжег всю верхнюю половину тела на барбекю. А девятнадцатилетняя девушка по имени Адель во время эпилептического припадка обварилась кипятком в душе. Мы быстро находили общий язык, поскольку пережили похожие беды. Мы все знали, каково это — переносить одну операцию за другой, ненавидеть собственное отражение в зеркале. Я старалась помочь им, как могла.

— У меня был парень, — рассказала я им. — Большинство людей не будут обращать внимание на ваши шрамы, обещаю.

Эти ребята вдохновляли меня: именно таким людям я и собиралась помогать посредством нашего фонда. Казалось, передо мной открылся совершенно другой мир.

Кроме того, я познакомилась с мастером по визажу Кэйти. Она прислала мне письмо, в котором выразила желание работать у нас волонтером. Ее муж, Саймон, успешный бизнесмен, став нашим председателем, давал мне ценные практические советы и руководил сбором средств.

В начале июля мы с мистером Джавадом получили приглашение в сад Букингемского дворца на прием в честь шестидесятилетия принцессы Анны: там отметили нашу работу в Международном фонде защиты жертв нападения с применением кислоты. Мы общались с представителями других благотворительных организаций, а я все не могла поверить, что нахожусь в королевском дворце.

— Ты великолепно выглядишь, — с улыбкой сказал мистер Джавад, и я оглядела свое облегающее синее платье и розовые туфельки.

— Спасибо. Вы тоже. Отличный костюм, — улыбнулась я в ответ и сунула в рот волован[9].Даже сейчас мой пищевод доставлял мне немало хлопот: приходилось каждые восемь недель расширять его. Как только я проглотила печенье, сразу поняла, что оно сейчас вернется назад. О нет! Меня стошнит прямо в саду Букингемского дворца!

— Меня сейчас вырвет! — пробормотала я, стараясь крепко сжать губы.

— Вот, воспользуйся этим, — мистер Джавад сунул мне в руки свой шелковый платок.

— Ни за что! Я не могу! — покачала я головой. — Он слишком красивый, чтобы портить его.

— Да ладно, я не против, — настаивал он. К счастью, кто-то из официантов вовремя сунул мне кухонное полотенце. Я постаралась как можно незаметнее сплюнуть туда злосчастный кусок пирожного, а мистер Джавад помог мне избавиться от испачканного полотенца. Как унизительно!

— Давай прогуляемся по саду, — предложил доктор, и мы направились к идеально выстриженным газонам. Оказавшись одни, мы смогли поговорить.

— Как твои дела? — спросил меня мистер Джавад. — Ты счастлива?

— Да, я учусь быть счастливой, — улыбнулась я. Мы присели на скамейку у озера, заросшего розовыми водяными лилиями. — Благодаря вам.

Я думала о том, как мистер Джавад без устали помогал мне, искал самые лучшие методы лечения для девушки без лица, которую никогда прежде не встречал. Он был не обязан это делать — просто не мог по-другому, такой уж он человек. И теперь мистер Джавад мне как второй отец. Сколько раз я была готова сдаться, но не сдавалась, потому что не хотела его подвести. Сколько раз его письма и телефонные звонки поднимали мой боевой дух, давали силы продолжать борьбу.

Если у меня когда-нибудь будет сын, — подумала я, — назову его Али, в честь Мохаммеда Али Джавада.

— Я не хотел говорить тебе об этом раньше, — неуверенно начал мой собеседник. — Помнишь, я рассказывал тебе, что специалист, лечивший тебя в Стамбуле, раньше лечил турецкую актрису, которую облил кислотой ее любовник?

Я кивнула, и он продолжил:

— Когда того человека выпустили из тюрьмы, он ее убил. — Врач помолчал, наблюдая за выражением моего лица, потом спросил:

— Ты боишься, что с тобой может случиться то же самое?

Меня никто не спрашивал об этом прямо, но между мной и мистером Джавадом установились особые отношения. Мы были предельно честны друг с другом. Я видела, что он всерьез озабочен, и понимала, что должна сказать правду. Он не хочет, чтобы я страдала молча, хочет быть рядом и помочь.

— Да, — призналась я. — Не думаю, что Дэнни когда-нибудь изменится. А снявшись в фильме, я, вероятно, еще больше разозлила его. Я пошла в полицию и рассказала о нем, а ведь он предупреждал, чтобы я молчала.

— Но он проведет в тюрьме шестнадцать лет. Это долгий срок! — Я попыталась улыбнуться, и мистер Джавад понимающе кивнул. Мы помолчали. Он с грустью смотрел вдаль. О чем он думал в тот момент? Тоже опасался, что Дэнни придет, чтобы расправиться со мной?

Чуть позже мой спутник встал со скамьи.

— Сними меня на мой телефон, — озорная улыбка появилась на его лице.

— Но нам не разрешили здесь снимать, — напомнила я.

— Глупости! Должен же я показать своим родственникам в Пакистане, что был в Букингемском дворце!

После приема доктор не уехал, пока не посадил в такси меня.

— Настоящее такси! — приговаривал он. — Большая черная машина, а не эти финтифлюшки.

Я забралась на сиденье и помахала мистеру Джаваду рукой, в душе вознося благодарственные молитвы Богу за то, что позволил нам встретиться на этой земле.

А на следующий вечер был благотворительный обед в поддержку исламской общины — еще одной организации, к которой имел отношение мистер Джавад. Они помогали жертвам нападений с применением кислоты в Азии — тем, у кого не было возможности получить такое превосходное лечение, какое было доступно мне. И я стала их «послом доброй воли», ставя перед собой цель рассказать о них миру, привлечь внимание общества к их проблемам.

— Мне бы хотелось когда-нибудь съездить в Пакистан, — призналась я мистеру Джаваду. — Когда наш фонд окрепнет. Я хочу помогать жертвам таких нападений и в других странах.

А еще днем позже я присутствовала на церемонии вручения полицейской «Награды за храбрость», где убедила Дэвида Кэмерона позировать рядом со мной для фото.

— Думаю, он понятия не имел, кто я такая, но был слишком вежлив, чтобы просто прогнать меня, — со смехом рассказывала я маме на следующий день.

Несколько дней вихрем пролетели в хлопотах по подготовке торжественного банкета в честь открытия Фонда Кэти Пайпер. К этому времени со мной в офисе уже работала очаровательная дама по имени Кэролайн. Однако нам по-прежнему приходилось решать миллион вопросов — столько всего нужно было организовать!

В то утро, когда должен был состояться банкет, я нервничала, словно это был день моей свадьбы. Сердце колотилось как бешеное, горло сжималось от волнения, я корчилась в творческих муках, пытаясь написать приветственную речь. Как я смогу справиться, когда на меня будет смотреть столько народа? Что, если меня, как раньше, накроет приступ паники? А что, если никто не придет? А что, если…

В назначенный срок мы с Кэролайн отправились в бизнес-центр «Сони», и я стала готовиться к приему. Надела бледно-розовое платье, ярко-синие туфли на высоких каблуках, длинные серьги и жемчужный браслет. Руки предательски дрожали.

Мы поднялись в офис Саймона. При виде меня он удивленно выпучил глаза.

— Вау! Кэти! Потрясающе выглядите! — присвистнул Саймон и вручил мне бокал шампанского. — Вы что, зубы отбелили?

— Да, — хихикнула я, и мы смешно оскалились, сравнивая цвет зубов. До этого я была слишком взволнована, чтобы думать о том, как выгляжу. Но теперь я посмотрела на свое отражение и удовлетворенно улыбнулась. Я была действительно чертовски хороша. Обожженная, но великолепная — вот как бы я это назвала!

— На самом деле я ужасно волнуюсь, — призналась я, сжимая дрожащие ладони.

— Я каждый раз волнуюсь, — пожал плечами Саймон. — Терпеть не могу произносить речи. Просто вообразите, что все голые!

Я расхохоталась.

— Нет, я не могу! Там будут мои родители и мистер Джавад!

Саймон улыбнулся и протянул мне руку.

— Ну что, готовы? — спросил он. Я кивнула. — Тогда давайте начнем.

Взявшись за руки, мы вошли в зал. Там уже собралось человек двести. Мои родители и друзья; люди, пострадавшие от ожогов, с которыми я встречалась до этого; медработники, которые спасли мою жизнь; Мэгз и все ребята из съемочной группы… Каждый их них помог мне больше, чем я могу выразить словами. Теперь все они обернулись и посмотрели на нас. Наступил решающий момент моей жизни. Это было волшебно, потрясающе, невероятно! Казалось, только вчера я ощущала себя монстром, уродом. Я съеживалась на полу, под сиденьем машины, чтобы меня никто не увидел. Мне было противно прикасаться к собственному лицу. Мне казалось, что люди стыдятся находиться со мной рядом. И посмотрите на меня сейчас: меня держит за руку сам Саймон Коуэлл! Я чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Дрожа всем телом, я взошла на подиум и взяла в руки микрофон. В зале воцарилась тишина.

— Добрый вечер! Я бы хотела поблагодарить вас за то, что собрались здесь сегодня, — начала я, стараясь казаться спокойной. — Как вы все знаете, эти два года моей жизни были напряженными, чтобы не сказать хуже. И сейчас я стою здесь только благодаря вам, вашей помощи. С момента выхода на телеэкран документального фильма, который рассказал миру мою историю, я получила колоссальную поддержку не только со стороны широкой зрительской аудитории, но и со стороны средств массовой информации, представителей делового мира и известных людей. И конечно, со мной всегда была безусловная любовь моих родных и друзей.

В толпе я заметила лица родителей. Мама с роскошной прической и безупречным макияжем выглядела восхитительно. У отца по щекам текли слезы. Я знала, что это особенный момент не только для меня, но и для них.

Я рассказала о планах нашего фонда, показала видеозапись процедур, которые проходила во Франции.

— Я хочу, чтобы наш фонд смог собрать средства для создания такого же центра, как в Ламалу, у нас в Великобритании. Но что не менее важно, я бы хотела, чтобы наш фонд помог изменить отношение общества к людям с физическими увечьями. Я являюсь живым доказательством того, что шрамы и ожоги не означают конец жизни. Мы намерены повышать степень информированности общества, доказывая людям, что шрамы не превращают человека в урода.

Самое сложное для человека, который получил травмы, — справиться с реакцией окружающих на его внешность. И если мы вместе сможем изменить отношение к людям с физическими увечьями, можно считать, половина битвы выиграна.

Раздались аплодисменты. После этого на подиум поднялся Саймон.

— Кэти — замечательный человек. Ее мужество и целеустремленность вдохновляют и воодушевляют любого, кто с ней знаком. — Я не могла поверить, что он говорит это обо мне. Обо мне! — Она бесстрашна, талантлива, решительна. Просто невероятно, какую огромную работу она проводит в своем фонде.

Я передвигалась по залу, подходя то к одному гостю, то к другому — и каждый раз меня тут же окружали люди. Они поздравляли меня. «Кэти, ты молодец! — восклицали они. — Выглядишь просто великолепно!» Мне казалось, я плыву по воздуху.

Я заметила дядю Ричарда и подошла к нему. Мы обнялись. Как и папино, его лицо было в слезах.

— Я помню, как приезжал навестить тебя, когда ты лежала в коме, — сказал он. — Мне не верилось, что ты выкарабкаешься. А сейчас — только посмотри на себя! Ты не просто выжила. Ты расцвела!

Мои глаза тоже наполнились слезами, когда я вспомнила то время. Ведь мне и самой не верилось, что я смогу выжить. Я ожидала, что сердце в любой миг может просто остановиться. А в самые тяжелые моменты мне даже хотелось умереть. Как же я тогда была напугана! Боялась встретиться с кем-нибудь взглядом. А сегодня произнесла речь перед двумя сотнями людей! Спокойно смотрела им в глаза и говорила о том, что со мной произошло. Я рассказала о надеждах, которые возлагаю на наш фонд. Теперь я словно очнулась от того кошмара.

Если бы мне удалось найти истинную любовь, если бы у меня появился свой дом, — подумала я, — тогда моя жизнь была бы по-настоящему полной.

— Я так горжусь тобой! — обнял меня папа. — Мне не верилось, что ты когда-нибудь снова сможешь найти нормальную работу — не говоря уж о таком замечательном деле, как это!

Подошел мистер Джавад. Он так крепко стиснул меня, что я чуть не упала, и сказал с довольной улыбкой:

— Я всегда знал, что ты многого добьешься. Ни на секунду не сомневался в тебе.

Но я понимала, что добилась всего не в одиночку. Практически все, кто находился сегодня в этом зале, так или иначе помогли мне. Мэгз, которая заполнила бесчисленное множество анкет и бланков и исходила сотни кабинетов, чтобы зарегистрировать нашу организацию. Саймон, который придавал мне уверенности и всегда поддерживал меня. Мои друзья, которые сопровождали меня на приемы к врачам и семинары по всей стране. Можно было перечислять до бесконечности. Каждый из присутствующих был причастен к нашему триумфу.

К концу вечера мои синие туфельки стерли ноги до крови. Но я была в такой эйфории, что почти не замечала этого.

А уже назавтра я встала в шесть утра. Мой день был заполнен телевизионными и радиоинтервью, включая программы «Завтрак на Би-би-си» и «Сегодня утром». Я провела их все на одном дыхании.

Через несколько дней мы с компанией друзей отправились выпить в Кэмден на севере Лондона. Там я познакомилась с парнем по имени Джо. Светлые волосы, модный джемпер. Он был похож на солиста какой-нибудь поп-группы. Я еще не отошла от эйфории недавнего приема и чувствовала себя довольно уверенно благодаря удачному маскирующему макияжу и нескольким коктейлям. Настроение было просто прекрасным, особенно после того, как мой друг Дарен шепнул мне, что я понравилась Джо.

— Ты это серьезно? — удивленно ахнула я, придя в восторг.

— Да, — кивнул Дарен. — Он мне сам только что сказал, — добавил он, вручая мне очередной бокал.

Я улыбнулась, снова чувствуя себя нормальной девушкой: пришла с друзьями в бар и флиртую с симпатичным парнем, которому понравилась. В конце вечера мы с Джо поцеловались на прощание и обменялись номерами телефонов. И после этого он постоянно звонил мне. Это, определенно, было началом новых отношений, и я с волнением предвкушала их развитие, надеясь, что они выльются во что-то более серьезное.

— Ты просто очаровательна, — говорил он мне. — Веселая, заводная, сексуальная. Когда мы сможем снова встретиться?

— Скоро. Просто у меня сейчас много дел, — отвечала я. Не признаваться же ему, что мне нужно лечь в больницу на пересадку кожи. Слишком рано. Я не уверена, что он знает о том, что со мной случилось. На сей раз мне должны были взять кожу из области паха и пришить на внешнюю поверхность век, а кожу с внутренней части губы — на внутреннюю. Просто кожа на веках съежилась, и теперь ее не хватало, чтобы защищать и увлажнять глаза как следует.

Эта операция была будто нежелательным шагом назад, и, когда я приехала в госпиталь Челси и Вестминстера, моя эйфория постепенно исчезла. Еще одна операция! Какая по счету? Сороковая? Пятидесятая? Я уже сбилась, их было так много! И каждый раз — общий наркоз. Я понимала, что это вредно для здоровья, — дополнительные нагрузки на печень и почки. Мистер Джавад объяснил мне также, что это может повлиять на продолжительность жизни. Но я об этом не задумывалась. Просто не могла.

Однако меня особенно беспокоило, что эта операция — на глазах. Больше всего я боялась ослепнуть. И когда меня везли в операционную, я особенно истово шептала молитву Элис. Прийдя в себя, я обнаружила повязку на глазах. Я оказалась в кромешной тьме. Дезориентированная, еще не отошедшая от действия наркоза, я вообразила, что вижу Дэнни, притаившегося под кроватью.

— Мама! Ты где? — закричала я и тотчас почувствовала, как она гладит меня по голове.

— Я здесь, дорогая, — сказала она.

— Дэнни тоже здесь, — бормотала я. — Я видела его под кроватью!

— Ерунда, никого там нет. Это просто галлюцинации.

Неправда. Он там! А я ничего не вижу! Мой самый страшный кошмар стал реальностью. Я совершенно беспомощна в этой тьме — наедине с ним.

— Мама, они все-таки одержали верх! — захныкала я.

— Что ты имеешь в виду? Кто? Какой верх?

— Дэнни и Стефан. Я ослепла. Они победили.

— Ничего ты не ослепла. Просто глаза забинтованы. Успокойся, все в порядке. Спи, я здесь, рядом с тобой. — Она взяла меня за руку, и я снова провалилась в сон.

Когда я проснулась, то почувствовала себя уже более уверенно и соображала ясно. Я не слепая. Дэнни здесь нет. Я в безопасности. Медсестра сняла повязку с моего здорового глаза — и мир обрел привычную ясность. И хотя руки и ноги еще немного дрожали и чувствовалась слабость, я пошла в туалет и посмотрела на себя в зеркало. Лицо было опухшее, в синяках, но в целом все не так уж плохо.

— Видали и хуже, — криво усмехнувшись, сказала я маме.

Меня выписали в тот же вечер. Но дома боль в поврежденном глазу стала невыносимой. Словно вместо глаза раскаленный шар. Боль была такой, что мне казалось — лопнет голова.

— Мам! — позвала я, и она тотчас вбежала в комнату. — Я не могу спать, слишком больно. Сделай что-нибудь!

Обезболивающие не помогали. Когда на следующее утро мы приехали в больницу, врач сказал, что повязка давила на швы и они царапали роговицу. Он выписал обезболивающие капли, которые на время помогали. Но в течение следующих дней боль возвращалась еще несколько раз, и нам приходилось срочно ехать в больницу.

Всего несколько дней назад я стояла на сцене рядом с Саймоном Коуэллом ипрекрасно себя чувствовала, — сокрушалась я. Все это было так кратковременно. А я уже решила, что начался новый этап моей жизни! И вот я снова мучаюсь от боли и снова не в силах распоряжаться своей жизнью: мои травмы определяют, что, как и когда мне делать.

Прошла неделя. Боль наконец отступила. Но теперь возникла проблема со здоровым глазом. Он опух, налился кровью. Вот тогда я по-настоящему запаниковала. Если что-то случится со здоровым глазом, я полностью ослепну. Господи, молю Тебя! Пусть все будет хорошо! Не допусти, чтобы они одержали верх! Если я ослепну, то не смогу водить машину, не смогу жить отдельно. Не смогу делать и половины того, что делаю в фонде! — я молилась, пока Клер, оператор съемочной группы Четвертого канала, везла меня в больницу.

— Под пересаженный участок кожи попадает кровь, — объяснил врач. — Нам нужно установить дренаж, и вам придется пока походить в повязке, чтобы не занести инфекцию.

Слава Богу, все оказалось не так серьезно. Однако повязки на обоих глазах означали, что я ничего не буду видеть. Клер отвезла меня назад, и, когда мы подъехали к дому, я, как слепец, выбралась из машины. Спотыкаясь на каждом шагу, я двигалась на ощупь, вытянув руки вперед.

— Держись за меня, — услышала я папин голос, и он повел меня в дом.

Это было ужасно. Как раз то, чего я так боялась. Но я постоянно напоминала себе, что это временная мера, поэтому не надо плакать.

— Мы тут жаркое приготовили! — сказала мама, помогая мне пройти на кухню и сесть за стол. — Хочешь, я тебя покормлю?

— Нет, я хочу сама. Но помощь мне все равно понадобится, — улыбнулась я, стараясь нащупать нож и вилку.

— Хорошо, представь себе часовую стрелку. Так вот, горошек прямо по курсу, направление — час. — Я рассмеялась. — Морковь, направление — три часа, картофель, направление — шесть.

Я старалась зацепить что-нибудь вилкой, но, даже когда мне это удалось, попасть в рот оказалось тоже неожиданно сложным.

— Ой! — взвыла я, когда случайно ткнула вилкой в подбородок. Все это меня ужасно огорчало, но я старалась найти в происходящем нечто забавное.

— Так, сегодня никто не смотрит телевизор. Будете сидеть и разговаривать со мной. Мам, а ты — мой личный стилист, пока я не выздоровею. Я говорю тебе, в чем хочу ходить, а ты помогаешь мне это натянуть.

Мы смеялись, отгоняя печаль. Может, я и стала снова беспомощной и запертой в четырех стенах. Но по сравнению с тем, что мне уже пришлось перенести, это было ерундой, так, увеселительной прогулкой. Дэнни и Стефан не одержали надо мной верх. И никогда этому не бывать!

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава XIII Новые рассказы. Продолжает ездить в Лондон. Его принимают за директора цирка. Мания посещать аукционы. Снимает дом в Лондоне. Новые книги для юношества. Возвращается в Джеррардз Кросс. Роман о Ямайке. Удивительная яркость описаний. Поэма о гражданской войне. Посещает обед, посвященный Дню

Из книги Жизнь и приключения капитана Майн Рида автора Рид Элизабет

Глава XIII Новые рассказы. Продолжает ездить в Лондон. Его принимают за директора цирка. Мания посещать аукционы. Снимает дом в Лондоне. Новые книги для юношества. Возвращается в Джеррардз Кросс. Роман о Ямайке. Удивительная яркость описаний. Поэма о гражданской войне.


Глава 16 Новые горизонты и новые опасности

Из книги Мы - дети войны. Воспоминания военного летчика-испытателя автора Микоян Степан Анастасович

Глава 16 Новые горизонты и новые опасности В январе 1955 года мне посчастливилось поехать в командировку в Ленинград. До этого я был там только раз в детстве.На предприятии, которое позже стало называться НПО «Ленинец», разработали первый советский радиодальномер — СРД-1


Глава 12 Новые замыслы и новые испытания

Из книги Правда об Иване Грозном автора Пронина Наталья М.

Глава 12 Новые замыслы и новые испытания Конец 1569 и следующий 1570 год были все же тяжелы не только из-за одного новгородского дела. Как мы говорили выше, в сентябре 1568 г. лишился власти свергнутый с престола союзник Ивана – шведский король Эрик XIV, а значит, аннулированным


«НАЧИНАНИЯ…»

Из книги Никколо Макиавелли автора Балакин Василий Дмитриевич

«НАЧИНАНИЯ…» Всем не угодишь. «Когда вы приедете, я подробно расскажу вам то, о чем не считаю возможным писать, — сообщал Бьяджо Буонаккорси, — вам достаточно знать, что существуют злые люди. Одним не нравится, что вы хорошо отзываетесь о Вольтерре (кардинал Франческо


Глава седьмая Новые начинания

Из книги Королева автора Смит Салли Беделл

Глава седьмая Новые начинания За два месяца до собственного тридцать четвертого дня рождения Елизавета II произвела на свет третьего ребенка. В отличие от первых лет брака, когда родились Чарльз и Анна, теперь у нее имелись королевские обязанности, посягающие на


Глава седьмая Новые начинания

Из книги Княгиня грез. История голливудской актрисы, взошедшей на трон [Maxima-Library] автора Лейси Роберт

Глава седьмая Новые начинания 1  “…превыше всего, решительно всего…” – Turner . P. 46–47.2 …“Пигмейка-пальцы-наружу”. – The Mitfords: Letters Between Six Sisters, edited by Charlotte Mosley. P. 287.3 …“манерным мурлыканьем”… – Strong. P. 158.4 “Только попробуйте пропустить…” – Конфиденциальное интервью.5 “Я не


Глава 7 НОВЫЕ ДРУЗЬЯ И НОВЫЕ ИСТОРИИ

Из книги Евгений Шварц. Хроника жизни автора Биневич Евгений Михайлович

Глава 7 НОВЫЕ ДРУЗЬЯ И НОВЫЕ ИСТОРИИ Лавкрафт не знал (да и не мог знать), что вскоре после смерти матери в его жизнь войдет главная и, судя по всему, единственная любовь. Он старался жить как и прежде, не давая горю окончательно его сломать, забивая кошмары реальности


IV. ТЮЗ И ДРУГИЕ НАЧИНАНИЯ

Из книги Горький, Москва, далее везде автора Сахаров Андрей Дмитриевич

IV. ТЮЗ И ДРУГИЕ НАЧИНАНИЯ Рассказчик Первая половина тридцатых годов, помимо всего прочего, характерна для Евгения Шварца, как писателя (правда, он утверждал, что «сказать о себе: «я — писатель» — так же неудобно, как сказать: «я — красавец»»; и тем не менее, — не откажемся


ГЛАВА 3 Новые обстоятельства, новые люди, новые обязательства

Из книги Александр Порфирьевич Бородин автора Маршак Илья Яковлевич

ГЛАВА 3 Новые обстоятельства, новые люди, новые обязательства Продолжаю после двухлетнего перерыва. Постараюсь описать некоторые недавние события, не вошедшие в предыдущие главы, в том числе мое участие в значительнейшем событии последних лет — Съезде народных


ГЛАВА VII. НОВЫЕ ПТИЦЫ, НОВЫЕ ПЕСНИ

Из книги автора

ГЛАВА VII. НОВЫЕ ПТИЦЫ, НОВЫЕ ПЕСНИ ПАУЗА История искусства знает плодотворные неудачи и, наоборот, блистательные успехи, не открывающие, однако, путей для быстрого движения вперед. «Снегурочка» так полно выразила все, что мог и хотел к этому времени сказать автор в оперной