Оренбургская трагедия

Оренбургская трагедия

Сделав Георгия Жукова министром обороны за поимку «матёрого шпиона и палача» Берия, Хрущёв, как «Верховный Главнокомандующий» настоял на том, чтобы тот отдал приказ о проведении очередных учений с проведением испытания атомного оружия на живых людях. В этом эпизоде проявились в полной мере авантюризм, жестокосердие и бездумье Хрущёва. Такой необходимости не было, ибо все трагические последствия атомного взрыва за 9 лет были досконально изучены на хрестоматийном примере Хиросимы и Нагасаки. И тем не менее…

14 сентября 1954 года приказ об организации очередных учений был подписан министром обороны. Об истинной цели этих учений знали только двое — Хрущёв и Жуков. Биограф Г. Жукова А. Н. Гордиенко пишет: «На Тоцком полигоне под Оренбургом 40 тысяч военнослужащих были брошены в ядерный ад. Три четверти солдат быстро умерли от ожогов и лучевой болезни. Ещё 10 тысяч на всю жизнь остались инвалидами».

Об этом факте пишет и писатель-исследователь Владимир Карпов:

«Семьи военнослужащих накануне взрыва были эвакуированы в Сорочинск. А после взрыва они сразу же вернулись в свои повреждённые финские домики, начали наводить порядок, сметали радиоактивную пыль обычными тряпками, и жёны стирали одежду мужьям, вернувшимся с учений. А спустя некоторое время началось: выпадали волосы и зубы, болели кости, покидали силы. Тридцатилетние, недавно могучие мужчины превращались в дряхлые развалины. Наверное, уже все участники этих учений вымерли. В городах, которые были названы выше, были открыты новые кладбища, а теперь они заполнены. Итоги этих учений, как и трагические последствия, хранились под грифом секретности и неразглашения».

Так на чьей совести лежит кровь 40 тысяч «невинно убиенных» советских солдат — жертв Тоцкого полигона? На совести Хрущёва? Или на совести Жукова?

И называя в своих «воспоминаниях» И. В. Сталина «преступником», неужели Хрущёв так и не вспомнил об этом своём тягчайшем преступлении против человечности — военном преступлении, достойном Нюрнберга или Гааги?