Воспоминания Маруси

Воспоминания Маруси

На роль Маруси, невесты Максима, была утверждена украинская актриса Людмила Соссюра. Вот как она позже вспоминала своего партнера Леонида Быкова:

«Впервые я встретилась с Леней Быковым в 1955 году в городе Ленинграде, на пробах в фильме «Максим Перепелица», куда пригласили меня для съемок в роли сельской девушки Гали (Почему Гали? Любимую девушку Максима звали Маруся Козак. Может, актриса за давностью лет забыла имя своей героини?. – Н.Т.), его партнерши. В то время Леша уже отснялся в картинах «Судьба Марины» и «Укротительница тигров», принесших ему огромную популярность и сделавших любимцем публики. Его узнавали на улицах, останавливали, объяснялись в любви, благодарили за талант, выражали свой восторг. Популярность ни в коей мере не повлияла на Лешин характер.

В жизни он оставался все таким же, скромным, даже застенчивым, всегда тактичным до щепетильности, обязательным и беспредельно дружелюбным. В житейских вопросах часто напоминал ребенка из-за своей непосредственности, наивности, вернее, открытости, незащищенности. Но сразу взрослел, становился уверенным, когда речь заходила о творчестве, об искусстве. При всей своей скромности и сдержанности Леша был очень общительным человеком. Он обладал даром необыкновенного человеческого обаяния, притягивал к себе всех и вся. Где бы ни появлялся Леша, постепенно он обязательно оказывался в центре внимания как интересный собеседник. Говорил он всегда тихо, не спеша, со знанием дела. Может быть, в этом и был секрет колдовства.

Был он человеком спортивным, тренированным, подтянутым, что называется в форме. Это он не единожды использовал с успехом во время съемок. Тем не менее, Леша любил вкусно и много поесть. Я вспоминаю свое крайнее удивление в первые дни нашего знакомства, когда перед съемкой мы зашли позавтракать в кафе на Невском проспекте. Официантка встретила его как старого знакомого и спросила:

– Как всегда – яичницу из шести и три бутылки кефира?

Леша сутками мог работать без передышки с отдачей, вызывающей удивление: откуда в нем было столько энергии, позволяющей работать сразу и над ролью, и над переделкой сценария по ходу дела, и над разучиванием песни? У него было столько фантазии, одержимости, темперамента, мастерства, что казалось – ему нет преград ни в чем. Он играл на любом музыкальном инструменте, подвернувшемся под руку, хорошо, очень задушевно пел, изумительно профессионально танцевал, обладал потрясающей музыкальностью и пластикой.

Я вспоминаю натурные съемки картины «Максим Перепелица», проходившие в летних военных лагерях. Здесь все, от солдата до генерала, что называется, были влюблены в Лешу. Его обожали за простоту, веселый нрав, жизнелюбие, юмор. Леша пел, плясал, играл сценки из еще не отснятой картины, делился своими планами на будущее, помогал ребятам-военнослужащим в самодеятельности.

Мне, тогда еще только пришедшей в кинематограф, Леша тоже во многом помог, раскрывая секреты кино, за что я ему очень признательна.

По вечерам, после работы, мы с наслаждением слушали его упоительные рассказы из времен войны, просто человеческих отношений, характеров, сцен из будущего фильма, который он мечтал снять сам. Многие эпизоды, наблюдения, о которых мы услышали от Леши еще в 1955 году, потом были реализованы, спустя 18 лет, в картине «В бой идут одни «старики».

Когда Леша много лет спустя пригласил меня в свой первый фильм на студии имени А.П. Довженко «Где же вы, рыцари?» на эпизодическую роль капитана милиции, я была счастлива! Счастлива, прежде всего, от представившейся возможности общения с этим человеком. Это была иллюзия путешествия в молодость. Как бы перечеркивались прошедшие десятилетия: тот же голос, та же простота и естественность в общении, то же спокойствие, трепетность, одухотворенность, способная зажечь и повести за собой в самый невероятный мир фантазии любого. И при этом беспредельная честность, прежде всего перед самим собой, своей совестью человека и художника».