Возвращенное гражданство и квартирный вопрос

Возвращенное гражданство и квартирный вопрос

В сентябре 1990 года кончался срок моего годичного пребывания в Кеннанинституте и жизни в Вашингтоне. Весной Оля окончила 10й класс гимназии, и они вместе с Ирой вернулись в Мюнхен. Несколько месяцев я жил один. В Кеннанинституте практически не бывал. Обычно по окончании срока люди благодарили это учреждение, указывая название работы, которую за время пребывания там написали. Мне отблагодарить институт было за что, но нечем. За год я не написал практически ничего, кроме нескольких статей. В августе состоялось давно мной ожидавшееся событие: Горбачев издал указ о возвращении гражданства 23 бывшим врагам народа, включая меня. Из советского посольства позвонили с предложением получить паспорт. Но я уже уезжал и предложил искать меня в Мюнхене. В Мюнхене меня пригласил к себе генеральный консул Обертышев, выставил бутылку коньяку (мы выпили по рюмке) и вручил паспорт. Никаких формальных извинений я так никогда и не услышал.

Гражданство мне вернули, и я мог бы возвращаться. Но куда? Этот вопрос многие мои собеседники, с кем я его обсуждал, решали за меня просто. Купить квартиру! За доллары!

Мысль о том, что у меня может не быть долларов, была мало кому доступна. Художник и поэт Евгений Аранович, которого я посетил, сказал мне: «Я знаю, вы безумно богаты». Ведущий киевского телевидения, беря у меня интервью, спросил: «Вы богатый человек?» Говорить, нет, я бедный, было глупо, я ответил уклончиво, мол, нет, не богатый, но он мне не поверил и повторил ту же фразу в уже утвердительной форме: «Вы богатый человек!»

Исходя из представления о моем богатстве, некоторые люди обращались ко мне с просьбой пожертвовать на операцию, на церковь или на личные нужды двадцать, тридцать, пятьдесят тысяч долларов. Я думаю, что причиной проявлявшегося ко мне в то время недоброжелательства многих моих коллег, а иногда и неприкрытой ненависти была зависть к моему предполагаемому богатству.

Поскольку мое материальное положение было далеко от воображаемого некоторыми, я написал письмо Горбачеву, что возвращенное гражданство никак не меняет моего положения, ибо в советское время меня лишили не только звания советского гражданина, но и московской квартиры. Формально считалось, что я ее продал (по цене подержанных «Жигулей»), но на самом деле оставить ее за собой у меня не было никакой возможности. Меня изгнали из страны, лишили возможности возвращения, и через какое-то время Бенедикт Сарнов по моей доверенности сдал ее кооперативу «Московский писатель» за те смешные деньги, на которые в новые времена уже нельзя было купить. Надо сказать, что Горбачев отреагировал немедленно. Мое письмо было передано с его благожелательной резолюцией мэру Москвы Гавриилу Попову, тот собрал городскую думу, которая тогда еще называлась горсоветом, и тут же было принято решение о предоставлении мне трехкомнатной квартиры. Это было очень короткое время, когда такое частичное восстановление справедливости на фоне крушения советской власти оказалось возможным. Уже в новой постсоветской России вопрос о предоставлении жилья Жоре Владимову решался долго, с выдвижением разных унизительных условий. Когда на заседании комиссии по гражданству я поставил вопрос о том, чтобы Владимову одновременно вместе с паспортом вернули квартиру, мне уже официально возразили, что квартиру вернуть нельзя, поскольку свою, тоже кооперативную, он продал и теперь, если хочет, пусть купит за деньги. А поскольку денег у Владимова было еще меньше, чем у меня, то это условие выглядело вполне издевательским.

Не помню уже, какое именно учреждение выдало мне смотровой ордер на квартиру в Филях. Мы с Ирой поехали смотреть. Дом был еще недостроен. Достраивавшие его рабочие захватили половину квартир, сами в них расселились, и похоже было, что на фоне всеобщего хаоса выселить их никто не сможет. Меня они, уже многие читавшие «Чонкина», приняли приветливо и обещали отделать мою квартиру лучше других.

— А вы ее не захватите? — спросил я.

— Что вы! — горячо отозвался один из них. — Мы ее для вас охранять будем.

Ире место не понравилось. Мы стали искать чтото другое.

Вторая квартира была в блочном доме на Пролетарском проспекте. Я уже готов был ее взять, но меня остановил (спасибо ему) Андрей Дементьев, сказав, что мое положение позволяет мне требовать лучшего. Третьим вариантом была квартира на девятом этаже почти готового к сдаче дома в Астраханском переулке напротив писательского дома, где жили Булат, тот же Дементьев и прочие члены вымирающего сообщества советских писателей. Это был, возможно, последний дом, выстроенный для советской номенклатуры, и моими соседями стали заместители министров, начальники главков, армейский генералполковник, милицейский генералмайор и как-то не по чину затесавшийся подводник, капитан первого ранга, получивший однокомнатную квартиру. Неноменклатурными в нашем подъезде были я и певица Елена Камбурова.

Квартиры здесь были, как говорилось, улучшенной планировки. У нас просторный холл, один балкон, две лоджии и два туалета. Неслыханная роскошь для жильца, не забывшего коммунальную квартиру с одной уборной на двадцать пять семей. Но дом хоть и номенклатурный, а постройка советская. Дешевые обои ядовитозеленого цвета, плохо покрашенные решетки лоджий, разбухшие двери, паркет с щелями шириной в палец. Я въезжал в этот дом вместе с большинством других новоселов. Эти сановные люди приезжали на казенных «Волгах» с шоферами. Я видел, как положение этих людей катастрофически ухудшалось. Значительная их часть скоро лишилась и «Волг», и шоферов, некоторые пересели на «Жигули» (появился во дворе даже один «Запорожец»), других и вовсе я стал встречать в метро и на остановке трамвая. Но прошло еще какое-то время, эти люди присмотрелись к новым порядкам, приспособились, и постепенно наш двор стал заполняться и заполнился «Фордами», «Тойотами», «Мерседесами» и большими джипами разных марок. Бывшие заместители министров, начальники главков, директора заводов становились генеральными директорами и президентами банков, финансовых групп, консалтинговых компаний, всяческих АО и ООО с ограниченной ответственностью и неограниченными возможностями. Перед тем как вселиться в этот дом, я познакомился с одним замминистра какойто промышленности. Он вместе с другими беднел, ругал новую власть, но прошло время, я встретил его, подъехавшего к дому и вылезавшего из черного «Мерседеса», с теннисной ракеткой в руках. Я спросил его, как дела. Он ответил сдержанно: неплохо. Я спросил, хуже он живет, чем раньше, или все-таки получше.

— Конечно, лучше, — признался он. — Но… — помялся… — ведь воровать приходится.

— А разве раньше вы не воровали? — спросил я простодушно.

Он подумал и засмеялся.

— Конечно, воровал. Но не в таких же количествах.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ДВОЙНОЕ ГРАЖДАНСТВО И РУССКАЯ ОБЩИНА

Из книги Моя миссия в Армении. 1992-1994 автора Ступишин Владимир

ДВОЙНОЕ ГРАЖДАНСТВО И РУССКАЯ ОБЩИНА Была и еще одна тема, имевшая определенное значение для наших двусторонних отношений и потому поднимавшаяся во время моих визитов к президенту, премьер-министру и в МИД Армении. Это тема двойного гражданства. С применением новых


Возвращенное гражданство и квартирный вопрос

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Возвращенное гражданство и квартирный вопрос В сентябре 1990 года кончался срок моего годичного пребывания в Кеннанинституте и жизни в Вашингтоне. Весной Оля окончила 10й класс гимназии, и они вместе с Ирой вернулись в Мюнхен. Несколько месяцев я жил один. В Кеннанинституте


Глава 6. Гражданство СССР. Равноправие граждан.

Из книги Арестованные рукописи автора Мясников Алексей

Глава 6. Гражданство СССР. Равноправие граждан. 33. В СССР извращено само понятие гражданства. Граждане СССР фактически лишены основных гражданских прав в нарушение законов и Конституции.34. В СССР вопиющее неравенство граждан перед законом, обусловленное степенью


Квартирный вопрос

Из книги Москва Булгаковская автора Бояджиева Людмила Григорьевна

Квартирный вопрос Дом № 10 на Большой Садовой, ставший знаменитым домом 302-бис в романе «Мастер и Маргарита». Здесь написаны фельетоны, рассказы, репортажи, роман «Белая гвардия», повести «Роковые яйца», «Записки на манжетах», «Дьяволиада» (см. подробно о Доме: Глава


Квартирный вопрос в самой острой форме

Из книги Сколько стоит человек. Тетрадь десятая: Под «крылышком» шахты автора Керсновская Евфросиния Антоновна

Квартирный вопрос в самой острой форме Я — работала. И работала как всегда хорошо, охотно. Но бытовые условия были у меня кошмарные. У Казимировны я не могла ютиться, к ней приходил ее кавалер — лагерный муж, и третий лишний был им ни к чему.Если я работала ночью, то днем


Квартирный вопрос в самой острой форме

Из книги Сколько стоит человек. Повесть о пережитом в 12 тетрадях и 6 томах. автора Керсновская Евфросиния Антоновна

Квартирный вопрос в самой острой форме Я — работала. И работала как всегда хорошо, охотно. Но бытовые условия были у меня кошмарные. У Казимировны я не могла ютиться, к ней приходил ее кавалер — лагерный муж, и третий лишний был им ни к чему.Если я работала ночью, то днем


Восстановлено мое немецкое гражданство

Из книги Железный крест для снайпера. Убийца со снайперской винтовкой автора Сюткус Бруно

Восстановлено мое немецкое гражданство Моя племянница Ирмгард, дочь Иды, прислала мне и моему сыну Витаутасу приглашение в Германию. Одного ее письма оказалось достаточно для получения немецкой визы. 12 мая 1990 года, после 45 лет жизни за границей, я снова ступил на немецкую


Восстановлено мое немецкое гражданство

Из книги Аркадий Райкин автора Уварова Елизавета Дмитриевна

Восстановлено мое немецкое гражданство Моя племянница Ирмгард, дочь Иды, прислала мне и моему сыну Витаутасу приглашение в Германию. Одного ее письма оказалось достаточно для получения немецкой визы. 12 мая 1990 года, после 45 лет жизни за границей, я снова ступил на немецкую


Квартирный вопрос

Из книги Леонид Леонов. "Игра его была огромна" автора Прилепин Захар

Квартирный вопрос Казалось бы, с приходом к власти Л. И. Брежнева, с которым добрые отношения сложились еще до войны, с первых гастролей театра в Днепропетровске, а затем укрепились в период боев на Кавказе, где в течение нескольких месяцев работал театр, Райкин получил


Плата за гражданство леса

Из книги Борис Пастернак. Времена жизни автора Иванова Наталья Борисовна

Плата за гражданство леса С точки зрения социальной, «Русский лес» больше чем книга — это деяние, поступок, подвиг. Недаром и доныне в Российском музее леса имя Леонида Леонова почитается наравне с именами корифеев лесной науки.Леонов, писатель, слышимый всей страной — в


Мандельштам. Квартирный вопрос

Из книги В круге последнем автора Решетовская Наталья Алексеевна

Мандельштам. Квартирный вопрос Что могло государство, благосклонное к поэту, отметившему его революционные праздники и юбилеи созданием двух поэм – одной к юбилею революции 1905 года, другой к десятилетию Октября, – ему подарить?Лето на даче. Большой, четырехкомнатной. С


Гражданство СССР

Из книги ОбрАДно в СССР автора Троицкий Сергей Евгеньевич

Гражданство СССР В последнее время читатели ряда зарубежных стран задают вопросы относительно гражданства СССР, о том, кто и за что может быть лишен гражданства, На эти вопросы отвечает первый заместитель Генерального прокурора СССР М. П. Маляров.В Советском


КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС. ЗДРАВСТВУЙ, КРАСНОКАМЕНКА!

Из книги Гаврила Державин: Падал я, вставал в мой век... автора Замостьянов Арсений Александрович

КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС. ЗДРАВСТВУЙ, КРАСНОКАМЕНКА! Вскоре мы пришли на «пятак», там уже тусили мерзкие бабки и несколько конкуретов-ДИКАРЕЙ, они тоже хотели снять жильё. В первичном маркетинге, мелких переговорах пролетел час, время было уже — 09, а мы так и не сдвинулись с


КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС

Из книги Подельник эпохи: Леонид Леонов автора Прилепин Захар

КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС Ещё в августе 1785 года управа, распределявшая петербургскую землю под застройку частным лицам, выделила Державину «два порозжих места» на углу Невского проспекта и Фонтанки, напротив Аничкова дворца. Место завидное и просторное, более 600 квадратных


Плата за гражданство леса

Из книги Татьяна Самойлова автора Ярошевская Анна

Плата за гражданство леса С точки зрения социальной, «Русский лес» больше, чем книга, — это деяние, поступок, подвиг. Недаром и доныне в Российском музее леса имя Леонида Леонова почитается наравне с именами корифеев лесной науки.Леонов, писатель, слышимый всей страной —


Квартирный вопрос

Из книги автора

Квартирный вопрос В этот дом на Васильевской улице, где она живет сегодня, Татьяна Самойлова переехала лишь в 1995 году. Поначалу здесь было жутковато. Деньги за квартиру были заплачены большие, а она оказалась совершенно непригодной для жилья. Имелись лишь дубовые полы и