Враги не простые

Враги не простые

Когда я оказался на Западе и рассказывал журналистам о последних годах своего существования в СССР, о давлении КГБ (естественно) и о постоянной слежке, Максимов в одной из своих колонок редактора язвительно заметил, что если некоторых (назвать меня по имени он не решился) послушать, можно подумать, что за ними гонялась чуть ли не вся автобаза КГБ. Я не стал возражать, хотя мог бы. Я не знаю, из какого количества машин состояла автобаза КГБ, но по крайней мере два автомобиля (обычно «Волга» и «Жигули») дежурили у моего дома и ездили за мной постоянно. Экипаж каждой машины состоял из четырех человек. Предположим, что они работали в две смены. И тогда получается, что не меньше 16 человек ежесуточно занимались только слежкой за одним человеком. А еще ведь были люди, которые дежурили на радиосвязи, направляли следивших, обрабатывали их донесения и вообще занимались тем, что у них было названо «оперативной разработкой». Стоил ли я тех усилий и денег, которые на меня тратились? Разумеется, нет. Я всегда думал и говорил, что борьба с диссидентами приносила советскому строю больше вреда, чем их существование. Парадокс в том, что, если государство объявляет когото своим врагом, он действительно становится врагом этого государства. Я изначально не любил советскую власть, но моя нелюбовь никак ей не вредила. Но, объявленный врагом, я в самом деле стал им. Не испытывая от этого ни малейшего удовольствия. Я знал диссидентов, которым, начитавшимся в детстве книг про революционеров и шпионов, нравилось такое внимание КГБ, оно возвышало их в их собственных глазах, но я никогда не хотел быть ни революционером, ни шпионом, мне не хотелось быть объектом слежки, овладевать искусством выявлять ее, прятаться от нее и уходить. Тем не менее я научился узнавать шпиков, выделять их из толпы, овладел некоторыми приемами обнаружения их. Я настолько привык к слежке, что часто вообще забывал о ней. Но иногда она меня по тем или иным причинам тревожила или раздражала, и тогда я легко ее обнаруживал. Конечно, мы были здесь не равны. Я был один, а их много. Я сам по себе, а они вооружены всякой техникой, помогающей им в их усилиях не упустить меня из виду. Всяким приемам слежки они обучались и натаскивались в своих школах, а мне приходилось все постигать самому. Но кое-какие приемы я вынужденно освоил. Например, обнаруживал шпика, отраженного витриной магазина. Или зеркальной после дождя гранитной стеной. Вылавливал слежку, применяя уже упоминавшийся мной способ вождения машины. Когда не пытался удрать, а, наоборот, замедлял скорость до неестественно малой, и следившие были вынуждены тоже сбавить скорость и тем обнаружить себя или покинуть меня с риском потерять из виду. Иногда я намеренно заводил их в известные мне тупики, там резко разворачивался и встречал их лицом к лицу.

Следившие за мной пытались это делать скрытно. Бывало, я их замечал, но делал вид, что не вижу. А если показывал, что заметил, они от скрытной слежки переходили к демонстративной и даже применяли угрожающие маневры. Я описал выше, как одна машина выезжала вперед и резко тормозила, а другая наезжала сзади. Потом они попробовали пугать меня иначе. Один раз я остановился, вышел из машины, их «Волга» тут же прошелестела мимо, коснувшись моего пальто. Я понял, что меня пугают, и знал, что сделаю им большое одолжение, если буду пугаться. Следующий раз, заметив приближающуюся их машину, я не отстранился от нее, а, наоборот, шагнул на середину дороги. Им пришлось жать на все тормоза и крутить руль в сторону. Иногда я выходил из себя и, пропустив их машину вперед, сам начинал ее преследовать. Другой раз загнал в известный мне тупик, круто развернулся и помчался навстречу, показывая, что готов их таранить. Еще был случай. Зима. Должны прийти гости. Они поставили машину прямо перед подъездом, чтобы своим видом терроризировать приходящих. Закрыв все окна, сидят внутри вчетвером при работающем двигателе, греются. Я постучал им в окно. Они, как водится, долго не слышали. Наконец водитель опустил стекло. Я ему сказал:

— Я вот сейчас поднимусь к себе и вернусь с молотком. Если вы за это время не уберетесь, перебью вам все стекла.

Поднялся наверх, глянул с балкона, машины уже не было.

За все годы слежки они ни разу не попытались вступить со мной в контакт. С другими диссидентами поступали иначе. Еврейскому диссиденту Воронелю пообещали сломать ногу, если он будет от них бегать. «Нам, — сказал ему кагэбэшник, — в крайнем случае объявят выговор, а ты останешься без ноги». Амальрика обещали в метро сбросить под поезд.

Пугали приходивших ко мне. Детский врач Нина Дементьева шла к моей дочке Оле. Два типа в надвинутых на лбы кепках остановили ее и сказали:

— Вы туда не ходите.

— Куда туда? — спросила она.

— Туда, куда вы идете.

Дементьева не испугалась.

— Я врач, — сказала она. — Хожу и буду ходить туда, где я нужна.

Так же остановили тогдашнюю жену АнтоноваОвсеенко Тамару Лепехину. Она тоже ответила им резко и без последствий. Еще один случай оказался не таким безобидным.

Итальянская славистка Серена Витали шла к жившему подо мной Виктору Шкловскому. Ее тоже остановили с предупреждением, чтоб не ходила туда, куда идет. Она не поняла, о чем речь, и пошла дальше. После посещения Шкловского в троллейбусе ее ударили чемто тяжелым по голове и пообещали:

— Еще раз придешь к Войновичу, совсем убьем.

Вот в таких условиях я жил. Свидетелями были мои друзья и соседи. Когда Искандер поинтересовался у Сарнова подробностями моей жизни и Бен ему рассказал, Фазиль задумчиво произнес:

— Я бы так не смог.

Наверное, это было в 1979 году, когда меня уже совсем допекли кагэбэшники. Несколько дней я записывал номера ездивших за мной автомобилей, после чего написал письмо Андропову (разумеется, открытое и переданное иностранным корреспондентам) с перечислением всех номеров. Утром следующего дня я вышел к машине и увидел, что все четыре шины спущены. Я позвал из соседнего гаража механика, он снял резину, пошел чинить. Когда я с ним расплачивался, он сказал:

— Владимир Николаевич, а врагито у вас непростые!

— А какие же? — спросил я.

— Ну, не простые, — повторил он. — Шиныто у вас не проколоты, а прострелены.

Иногда кагэбэшники вели себя странно. как-то я вышел вечером, сел в автобус. Вдруг — проверка билетов. А я вижу, что это не контролеры. Они проверили билеты у нескольких человек передо мной, потом мой билет, и все, больше не проверяют. Сели за мной и дышат мне в затылок. Через некоторое время встали и вышли. Я думаю, это были скрытые угрозы — когда два кагэбэшника сидят сзади, не знаешь, что они сделают. Они как будто хотели мне показать: мы здесь, мы будем портить тебе жизнь.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Простые радости

Из книги Мой последний вздох автора Бунюэль Луис

Простые радости Я провел чудесные часы своей жизни в барах. Для меня бар — место, где можно предаваться размышлениям, где лучше всего удается сосредоточиться, без чего жизнь теряет смысл. Это старая привычка, лишь укоренившаяся с годами. Подобно Симеону-столпнику,


"ПРОСТЫЕ" ЛЮДИ

Из книги Русская судьба, исповедь отщепенца автора Зиновьев Александр Александрович

"ПРОСТЫЕ" ЛЮДИ Поразительно то, что обнаружилось множество "простых" людей, одобривших мое поведение и не порвавших со мною хорошие отношения. Это люди, находившиеся на самых низших ступенях социальной иерархии в нашей среде. Могу назвать в качестве примера моих близких


ПРОСТЫЕ КРЫЛЬЯ

Из книги В путь за косым дождём автора Меркулов Андрей Георгиевич

ПРОСТЫЕ КРЫЛЬЯ Мы с ним из одного гнезда. Нас буря с домом разлучила... Симон Чиковани Когда все уже проверено, надо, взглянув на часы, оставить кабину и броситься в черный провал с высоты в 25 километров под тонкой защитой скафандра, без которого человек погибает в


Враги не простые

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Враги не простые Когда я оказался на Западе и рассказывал журналистам о последних годах своего существования в СССР, о давлении КГБ (естественно) и о постоянной слежке, Максимов в одной из своих колонок редактора язвительно заметил, что если некоторых (назвать меня по


Простые уроки. Осень 1944-го

Из книги Меандр: Мемуарная проза автора Лосев Лев Владимирович

Простые уроки. Осень 1944-го I am a kind of paranoiac in reverse. I suspect people of plotting to make me happy.J.D. Salinger[42]Война еще шла, и я, рисуя или так — мечтая, с увлечением придумывал способы, как бы убить как можно больше немцев. Но пленные немцы — они работали в нашем дворе, как и во многих полуразрушенных


ПРОСТЫЕ ПОДАРКИ

Из книги Вырастая из детства автора Романушко Мария Сергеевна

ПРОСТЫЕ ПОДАРКИ Ещё в этом продуктовом магазине, куда я ходила за хлебом, продавали простенькие, но очень красивые, как мне казалось, открытки. На них были розы, или другие цветы – к 8 марта, или салют над Кремлём – к 1 мая и к 7 ноября. А к Новому году, соответственно, деды


Враги Шолохова и враги Сталина

Из книги Шолохов автора Осипов Валентин Осипович

Враги Шолохова и враги Сталина В самом первом в этом, 1930 году письме — в Москву — 5 января сообщает Левицкой, что продолжает «Тихий Дон»: «Сижу себе и развиваю „дикие“ темы». Насторожил: «На зло врагам» — так заканчивает он свое послание.С одним — новым — врагом хочет


"О да — простые, бедные слова…"

Из книги Ольга. Запретный дневник автора Берггольц Ольга Федоровна

"О да — простые, бедные слова…" …О да — простые, бедные слова мы точно в первый раз произносили, мы говорили: солнце, свет, трава, как произносят: жизнь, любовь и сила. А помнишь ли, как с города ледник сдирали мы, четырежды проклятый, как бил в панель ногой один старик и всё


Глава 25 «ДРУЗЬЯ-ВРАГИ», «ВРАГИ-ДРУЗЬЯ»

Из книги Герцен автора Желвакова Ирена Александровна

Глава 25 «ДРУЗЬЯ-ВРАГИ», «ВРАГИ-ДРУЗЬЯ» Рядом с нашим кругом были наши противники, nos amis les ennemis, или, вернее, nos ennemis les amis — московские славянофилы. А. И. Герцен. Былое и думы Москва 40-х годов позапрошлого столетия поражала не только страстной непримиримостью публичных


3. Простые приемы отбора

Из книги Лютер Бербанк автора Молодчиков А. И.

3. Простые приемы отбора Селекционные работы Бербанка поражали современников неожиданностью результатов и удивительной властью «калифорнийского волшебника» над растительным организмом. Создавалось впечатление, что Бербанк, как гончар из глины, лепит новые формы


Самые простые гвозди

Из книги О ВРЕМЕНИ, О ТОВАРИЩАХ, О СЕБЕ автора Емельянов Василий Семёнович

Самые простые гвозди Я уже писал, что при заводе был выстроен большой жилой поселок и особой остроты жилищный вопрос не представлял. Однако жильем все же приходилось много заниматься. В те годы многие рабочие отказывались идти в большие каменные дома. В квартиры,


Самые простые гвозди

Из книги О времени, о товарищах, о себе [ёфицировано, без иллюстраций] автора Емельянов Василий Семёнович

Самые простые гвозди Я уже писал, что при заводе был выстроен большой жилой посёлок и особой остроты жилищный вопрос не представлял. Однако жильём все же приходилось много заниматься. В те годы многие рабочие отказывались идти в большие каменные дома. В квартиры,


7. Простые и сложные нейронные системы

Из книги В поисках памяти [Возникновение новой науки о человеческой психике] автора Кандель Эрик Ричард

7. Простые и сложные нейронные системы В 1955 году, вскоре после того, как я пришел в Колумбийский университет, Грундфест предложил мне работать вместе с Домиником Пурпурой, молодым врачом, которого он убедил отказаться от карьеры нейрохирурга в пользу фундаментальных


7. Простые и сложные нейронные системы

Из книги О времени, о товарищах, о себе автора Емельянов Василий Семёнович

7. Простые и сложные нейронные системы Зрительные ощущения, вызываемые ЛСД, описаны в следующих публикациях: A. L. Huxley, The Doors of Perception (New York: Harper and Brothers, 1954); J. H. Jaffe, Drugs of addiction and drug abuse, in: The Pharmacological Basis of Therapeutics, 7th ed., ed. L. S. Goodman & A. Gilman (New York: Macmillan, 1985); D. W. Woolley & E. N. Shaw, Evidence


Самые простые гвозди

Из книги Ройзман. Уральский Робин Гуд автора Панюшкин Валерий

Самые простые гвозди Я уже писал, что при заводе был выстроен большой жилой поселок и особой остроты жилищный вопрос не представлял. Однако жильем все же приходилось много заниматься. В те годы многие рабочие отказывались идти в большие каменные дома. В квартиры,


Глава первая Простые действия

Из книги автора

Глава первая Простые действия Серовский тракт ведет от Екатеринбурга на Север. Дорога прямая и новая. Но если вы будете ехать по ней достаточно долго, минуете Невьянск, Тагил, дорога исчезнет, растворится в болотах. Без вездеходной резины и без лебедки вы вряд ли