Глава 25. НАВЕДЕНИЕ ПОРЯДКА В ХАОСЕ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 25.

НАВЕДЕНИЕ ПОРЯДКА В ХАОСЕ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

Пока под Царицыном шли напряженные бои, имевшие решающее значение для судьбы Советской республики, Троцкий не прекращал интриг против Сталина и Ворошилова. Выступая на съезде Советов с докладом, посвященным первой годовщине Октябрьской революции, Троцкий, по словам его биографа И. Дейчера, «не жалел черной краски для того, чтобы описать состояние 10-й армии». По Троцкому получалось, что 10-я армия и ее руководство были чуть ли не источником всех бед Советской республики. Разумеется, Царицынский фронт имел немало недостатков в организации, в том числе и порожденных чрезмерным самомнением «красных командиров» и их преувеличенным недоверием к «военным специалистам». Однако вряд ли справедливо столь низко оценивать действия этой армии. Ведь именно она успешно обороняла город, игравший ключевую роль в снабжении центральной России хлебом. Интриги Троцкого были не бесплодными. В конечном счете Сталин был отозван из Царицына, а Ворошилов снят с поста командующего 10-й армией.

Однако Ленин и другие руководители страны уже оценили заслуги Сталина в обороне Царицына и признали его умение решать военные вопросы. 30 ноября 1918 года Сталин был назначен заместителем председателя только что созданного Совета рабочей и крестьянской обороны (председателем был назначен Ленин). Кроме В.И. Ленина и И.В. Сталина в состав Совета вошли председатель Реввоенсовета Л.Д. Троцкий, нарком путей сообщения В.И. Невский, замнаркома продовольствия Н.П. Брюханов, председатель Чрезвычайной комиссии по снабжению Красной Армии Л.Н. Красин.

Новый орган управления стал главным военно-хозяйственным и планирующим центром республики во время Гражданской войны, и деятельность Реввоенсовета во главе с Троцким и других военных органов была поставлена под его контроль. Сталин принял самое активное участие в работе вновь созданного Совета. В начале декабря 1918 года он проводит несколько заседаний Совета, посвященных вопросам упорядочения железнодорожного транспорта, и выступает на них с докладами. В конце декабря 1918 года Сталин делает доклад о положении в прифронтовой полосе.

Обстановка на фронтах республики постоянно требовала напряженного внимания, а порой и принятия чрезвычайных мер. В конце 1918 года на Восточном фронте началось наступление армий Колчака, которые 25 декабря заняли Пермь. Вновь, как и летом 1918 года, возникла угроза прорыва белых армий в центральные районы России с востока. 1 января 1919 года решением ЦК и Совета обороны была создана партийно-следственная комиссия в составе И.В. Сталина и Ф.Э. Дзержинского для выяснения причин сдачи Перми. 5 января Сталин и Дзержинский прибыли в Вятку, а затем в Глазов.

Постоянно перемещаясь между этими городами, они пробыли на северном участке Восточного фронта почти месяц, прежде чем вернулись в Москву и представили отчет своей комиссии Ленину. Но уже в письме и предварительном докладе Ленину из Вятки, выступлении перед партийным и советским активом Вятки и в отчете комиссии содержался глубокий анализ причин поражений Красной Армии и перечень мер, которые позволили бы предотвратить их. Их авторы подчеркивали тяжелое состояние частей Красной Армии в период боев под Пермью («усталая и истрепанная, плохо довольствуемая 29-я дивизия», «скверно обутая 30-я дивизия», сражавшиеся «при 35-градусном морозе») и обращали внимание на неспособность этих слабых частей (17 тысяч штыков и сабель) прикрыть фронт, растянутый на 400 км, и выдержать натиск «превосходных свежих сил противника».

Между тем, по словам Сталина и Дзержинского, военное руководство Советской России прислало на помощь измученным войскам бригаду из трех полков с большим опозданием, «уже после падения Перми».

Сталин и Дзержинский указывали, что «присланное Главкомом части ненадежны, частью даже враждебны нам и нуждаются в серьезной фильтровке». В отчете комиссии было сказано: «Первое же знакомство с бригадой показало, что она не имеет ничего общего с Красной Армией (явно контрреволюционное настроение, озлобленность против Советской власти, наличность внутри бригады сплоченной группы кулацких элементов, угрозы «сдать Вятку» и прочее). Кроме того, бригада и в боевом отношении не подготовлена (не умеет стрелять, обоз у нее летний), командиры не знают своих полков, политическая работа мизерная». В письме от 5 января Сталин и Дзержинский докладывали: «абсолютно необходимо срочно перекинуть из России в распоряжение командарма по крайней мере три совершенно надежных полка… Без такой меры Вятке угрожает участь Перми».

Объективные трудности Красной Армии усугубились, по мнению Сталина и Дзержинского, неумелыми действиями местных советских органов власти. Слова «расхлябанность», «небрежность», «отсутствие всякого порядка», «беспримерная растерянность», «бесхозяйственность», «нераспорядительность», «безответственность» постоянно использовались авторами документов для характеристики деятельности советских и партийных властей. Сталин и Дзержинский прилагали подробные перечни имущества, которое оказалось брошенным при «беспорядочном бегстве» из Перми.

Из событий, случившихся в Перми, Сталин и Дзержинский сделали выводы, касавшиеся не только этого участка Восточного фронта. Их рекомендации исходили из необходимости учитывать реалии Гражданской войны.

Поскольку Гражданская война была следствием борьбы классов, то члены комиссии подчеркивали, что «необходимо… строго делить мобилизованных на имущих (ненадежные) и малоимущих (единственно пригодные для красноармейской службы)».

Исходя из того, что дезертирство стало настоящим бедствием противоборствующих армий, комиссия предлагала создать дополнительные трудности для потенциальных дезертиров: «мобилизованных в одном месте отправлять для формирования в другое место, причем отправка на фронт должна происходить по правилу: «чем дальше от родной губернии, тем лучше (отказ от территориального принципа)».

Обращая внимание на то, что при организационном построении армии нельзя исходить из позиционной войны, члены комиссии требовали «отказаться от формирования больших, громоздких единиц (дивизий), непригодных для условий гражданской войны, объявив предельной единицей бригаду». В то же время, отвергая «партизанщину», они подчеркивали: «Необходимо установить на фронтах… режим строгой централизации действий отдельных армий вокруг осуществления определенной, серьезно обдуманной стратегической директивы».

Одновременно Сталин и Дзержинский резко критиковали руководство вооруженных сил Советской России – Главный штаб и окрвоенкомитеты за их формальное отношение к нуждам солдат. Уроки «пермской катастрофы» вызвали у Сталина и Дзержинского скептическое отношение к официальным донесениям. Они требовали, чтобы штабы армии имели «своих представителей – агентов, регулярно информирующих штарм (штаб армии. – Прим. авт.) и зорко следящих за точным исполнением приказов командарма. Только таким образом можно обеспечить связь штаба с армией, ликвидировать фактическую автономию дивизий и бригад и наладить централизацию армии».

Оба члена комиссии указывали на низкий уровень политической работы среди солдат и атаковали Всероссийское бюро комиссаров, которое, по их словам, снабжало «формирующиеся в тылу части мальчишками, а не комиссарами… совершенно неспособными к постановке сколько-нибудь удовлетворительной политической работы». Они писали, что «слово «комиссар» превратилось в ругательную кличку». Сталин и Дзержинский предлагали «обновить состав Всероссийского бюро комиссаров».

Критике подверглась и деятельность Реввоенсовета республики. Сталин и Дзержинский утверждали, что одной из причин «пермской катастрофы» является политика Реввоенсовета, который расстраивал «своими так называемыми директивами и приказами дело управления фронтом и армиями». Не называя Троцкого, они предупреждали: «Без соответствующих изменений в военном центре нет гарантий на успех на фронтах».

Рекомендации Сталина и Дзержинского предусматривали не только организационные меры и кадровые перемещения, но и перемены в социальной политике Советского правительства. Они отмечали, что «революционный декрет о чрезвычайном налоге… превратился в опаснейшее оружие в руках кулаков для сплочения деревни против Советской власти», стал «одной из главных причин, если не единственно главной причиной, контрреволюционизирования деревни».

Вместе с тем авторы отчета считали, что некоторые ошибки, допущенные в первый год существования Советской власти, являются следствием неопытности партийных работников. Они ставили вопрос о необходимости осмысления опыта советского строительства и создания с этой целью особого государственного «аппарата»: «Таким аппаратом должна быть упомянутая выше контрольно-ревизионная комиссия при Совете Обороны».

Анализ причин «пермской катастрофы» свидетельствовал о глубоком понимании Сталиным проблем Гражданской войны и его умении быстро оценивать сложившуюся обстановку. В то же время Сталин и Дзержинский не ограничились анализом обстановки и подготовкой отчетных докладов. По предложению Сталина был создан Военно-революционный комитет Вятской губернии, в состав которого вошли представители местных властей. Сталин считал, что в руках комитета «должны быть сосредоточены все силы, все средства». Подобные же органы были созданы в уездах. Под руководством Сталина и Дзержинского за три-четыре недели была проведена «чистка и тщательная фильтровка бригады», прибывшей на Восточный фронт.

Вопросы организации Красной Армии заняли важное место в работе VIII съезда РКП(б) (18—23 марта 1919 года), накануне которого образовалась так называемая военная оппозиция. В нее вошли в основном «красные командиры» и их сторонники, недовольные активным привлечением военных специалистов из царской армии (бывшие «левые коммунисты» В.М. Смирнов, Г.И. Сафаров, Г.Л. Пятаков, А.С. Бубнов, а также К.Е. Ворошилов, С.К. Минин, Ф.И. Голощекин, Е.М. Ярославский и другие). Они выступали за возвращение к первоначальной организации Красной Армии с безбрежной митинговой демократией и отсутствием единоначалия. Вместе с тем сторонники «военной оппозиции» резко критиковали деятельность Реввоенсовета и лично Троцкого, возмущались его приказами о расстрелах ряда командиров и комиссаров. Накануне съезда Троцкий в письме пытался оправдать свои репрессии и доказать правильность своей политики.

Несмотря на попытки Троцкого ослабить накал выступлений против его политики, «военная оппозиция» подготовила свою платформу (тезисы доклада В.М. Смирнова) к очередному, VIII съезду партии. Выступление видных деятелей партии и военных командиров против руководства вооруженных сил в разгар Гражданской войны и перед началом активного наступления белых армий грозило крупными внутриполитическими потрясениями. К тому же накануне открытия съезда скоропостижно скончался председатель ВЦИК Я.М. Свердлов, и теперь Бюро ЦК партии состояло из трех человек (Ленин, Сталин, Троцкий), двое из которых придерживались противоположных взглядов на организацию Красной Армии, роль Реввоенсовета, «военспецов» и т. д.

Ленин принял меры для «локализации» внутрипартийного конфликта, и способствовал командированию Троцкого на Восточный фронт во время съезда. Разрядке конфликта помогло и смягчение позиции Сталина в отношении «военспецов». Выступая на съезде, Сталин осудил многие действия Реввоенсовета, критиковал платформу «военной оппозиции». Сталин поставил вопрос так: «быть или не быть в России строго дисциплинированной регулярной армии». Он подчеркивал, что добровольческая Красная Армия, создававшаяся из городских рабочих, оказалась неспособной одерживать победы. Создание же Красной Армии путем мобилизации привело к тому, что большинство красноармейцев составили крестьяне. Сталин утверждал, что «крестьяне не будут добровольно драться за социализм». Он говорил, что крестьян надо «перевоспитать в духе железной дисциплины, повести их за пролетариатом не только в тылу, но и на фронтах, заставить воевать за наше общее социалистическое дело и в ходе войны завершить строительство настоящей регулярной армии».

В то же время делегаты съезда понимали, что Красная Армия не сможет сохранять свою боеспособность, если будет по-прежнему проводиться политика, отталкивающая большинство крестьян от Советов. Многие выступающие на съезде говорили о том, что действия Советского правительства настроили «справного мужика» против Советской власти (на что указывал Сталин в Царицыне), что чрезвычайный налог провоцировал враждебность крестьян к Советам (о чем Сталин и Дзержинский писали в своем отчете о «пермской катастрофе»). Многие ораторы говорили о широком недовольстве крестьян действиями Советских властей. Секретарь Пензенского губкома В. В. Кураев сообщал: «Если бы я принес сюда все телеграммы, получаемые в отделе обобществления сельского хозяйства, в которых говорится, что берут у крестьянина последнюю лошадь, последний скот, не считаясь ни с какими декретами и циркулярами… я бы развернул перед вами эту картину настоящего хищничества… Крестьянство недовольно, оно протестует, среднее крестьянство ненавидит Коммунистическую партию».

Реалистическая оценка отношения среднего крестьянина к Советской власти позволила резко изменить политику по отношению к «справному мужику». На съезде было признано необходимым смягчить чрезвычайный налог и оказать середняку финансовую и материально-техническую помощь: снабжать его продукцией городской промышленности и в особенности орудиями труда, машинами, семенами, удобрениями, различными материалами. Курс на союз с середняком сыграл решающую роль в Гражданской войне, существенно укрепив позиции Советской власти среди основного населения России.

Съезд вновь избрал Сталина в состав ЦК, а на заседании ЦК 25 марта Сталин был избран в созданные тогда же высшие органы управления партией– Политбюро (члены– Л.Б.Каменев, Н.Н. Крестинский, В.И.Ленин, И.В.Сталин, Л.Д.Троцкий; кандидаты– Н.И.Бухарин, Г.Е. Зиновьев, М.И. Калинин) и Оргбюро (А.Г. Белобородое, Н.Н. Крестинский, Л.П.Серебряков, И.В.Сталин, Е.Д.Стасова; кандидат – М.К. Муранов).

Через пять дней, 30 марта 1919 года, постановлением ВЦИК Сталин был утвержден народным комиссаром государственного контроля. Предложения, которые выдвинули Сталин и Дзержинский в ходе анализа «пермской катастрофы», легли в основу проекта декрета о реорганизации государственного контроля, с которым Сталин выступил 3 апреля 1919 года на заседании Совнаркома. Таким образом, после VIII съезда партии Сталин помимо новых обязанностей в партийном руководстве, стал руководителем двух наркоматов в Советском правительстве.

Сталин энергично принялся за организацию системы государственного контроля. Внимательно изучив работу наркомата, он реорганизовал его структуру, уменьшив число отделов с 25 до 11. При этом руководство военно-морским отделом он взял на себя лично. 9 апреля Сталин выступил на заседании ВЦИК с докладом о реорганизации государственного контроля, а 30 апреля подписал извещение «Всем гражданам Советской Республики» о создании бюро жалоб и заявлений при Народном комиссариате государственного контроля. 5 мая он уже представил первые плоды своей деятельности Совету обороны, выступив с докладом об итогах ревизии советских учреждений. Так в разгар разрушительной междоусобной войны Сталин предпринимал попытки навести порядок на фронтах и в тылу Советской России.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.