Лицо Жар-птицы

Витя же, став американкой, занялась тем, что ей было интересно. Она начала писать книги. Псевдоним Алла Кторова сложила из имен обожаемых в молодости артистов МХАТа: Аллы Константиновны Тарасовой и Анатолия Петровича Кторова.

Первая книга Аллы Кторовой вышла в 1969 году и называлась «Лицо Жар-Птицы». Мама узнала о ней случайно в начале семидесятых: рассказал кто-то. Что это – книга об их юности и что про нее, молодую Наташу Штих, там много написано. Прочитать ее маме так и не довелось. Я тогда недавно окончил институт и начал работать. Мама не писала Вите в Америку. При этом не последним соображением было – сохранить чистой мою анкету: частная переписка с заграницей считалась признаком неблагонадежности. А потом мама умерла.

Когда началась перестройка и стало ясно, что из анкет изымается вопрос «Состоите ли вы или кто-нибудь из ваших близких в переписке с гражданами иностранных государств?», я попытался разыскать адрес Кочуровой. Оказалось, что по старому, списанному мной с маминой записной книжки, она давно не живет. Прошло еще несколько лет, прежде чем я смог написать ей. Что именно писал, не помню, но просьба была одна – прислать «Лицо Жар-Птицы». Прошло еще какое-то время, и как-то поздней весной или ранним летом 1989-го мне позвонили: знакомая Кочуровой приехала из Америки с пакетом для меня. Живет в гостинице «Университетская». Ждет тогда-то.

В указанное время я приехал в гостиницу. Получил посылку, доехал на своем «запорожце» до Ленинского проспекта и, встав на боковой дорожке напротив магазина «Москва», прочел ее целиком – все 215 страниц. И горько пожалел: читать ее должна была бы мама.

На титульном листе книжки в обложке работы Эрнста Неизвестного Виктория Ивановна написала:

Всему Семейству Смолицких – на счастье!

Дорогой Сережа!

В этой книге нет прототипов.

Все образы, события, – «биографии» – не бытовые, а социальные.

Но каждый, кто прочитал «Лицо Жар-Птицы» и знал живших на ул. Кирова д.22 кв.10 – утверждает, что в книге описан дом любимых мною Татьяны Сергеевны (Татьяночки), Александра Львовича и твоей мамы Наташи Штих.

Витя Кочурова, она же Алла Кторова.

31.3.89. Москва-Вашингтон, США.

«Лицо Жар-Птицы» действительно книга художественная, и написанные в ней биографии героинь вымышлены. Но, сочиненные в целом, они состоят из множества реальных событий. Просто Алла Кторова перераспределила между двумя главными героинями – возвышенной Никой Жаровой по прозвищу Птица и земной Владей Колотушкиной – происшедшее в своей жизни и жизни своих близких подруг.

В дальнейшем Виктория Ивановна не раз приезжала в Москву, приходила к нам в гости. Ее книги стали издаваться и у нас. Пишет она о России, о Москве.

Я уже много раз долбила и долблю, что Москву я люблю, а прекрасную Америку уважаю. Живу я в этой нелегкой стране безропотно, словно луна в небе – несчастно голая, незащищенная, как открытая мишень. Давно научилась я и пальчики сгибать «от», а не «к» себе при счете (раздватричетыре-пять…) и головой, как параличная, трясти в знак утверждения и собственные монологи начинать с придыхания «а-мм… велл». Всю алгебру человеческих отношений произошла и следую правилам британской, самой цивилизованной, этической системы, завещанной англичанином, лордом Честерфил-дом: голоса не повышать, глупца не оспаривать, отношений не выяснять, с мужем уже не помню, когда последний раз ругалась, – но вот хоть куда кинь, а все одно, живу я здесь уже двадцать восемь лет сиротой, точно Ванька Жуков.

Заноси меня почаще на землю предков, беспощадная, лукавая жизнь. Дай немного пожить любимым столичным бытом. Уехала я из родных мест и будто при страшном морозе, ухватившись за металлическую ручку ворот города отцов и дедов, кусок кожи на ней оставила.

Это – из ее книги «Мелкий жемчуг». Там уже нет (или почти нет) вымысла, эта вещь – о дорогих ей людях – предках, родных и друзьях. В главе, посвященной соседке по коммуналке с «виолончельным, музыкально-переливчатым именем Аделаида Вадимовна», которую маленькая Витя звала Дидишей, я прочел: «Моими главными воспитателями были Дидиша и Татьяночка. Татьяна Сергеевна Штих. Дом Татьяны Сергеевны и ее мужа Александра Львовича легко узнается всеми, кто его знал, в анти-романе „Лицо Жар-Птицы“, а их дочь Наташа Смолицкая-Штих, моя ровесница и почти сестра, недавно умерла».

Последней я прочел ее «Крапивный отряд» – книгу, открывающуюся посвящением:

Нине Егоровой

Наташе Штих

Инессе Когановой

горестный венок

«Крапивный отряд» окончен в 1977 году. Кто знает, сколько имен стояло бы в посвящении, если бы книга писалась сейчас?