Эйнштейн опешил, а Фрейд восхитился

Эйнштейн опешил, а Фрейд восхитился

Гастроли в Австрии, в луна-парке, длились три месяца и всегда проходили при полном аншлаге. О необычайных способностях юноши узнал находящийся в ту пору в Вене Альберт Эйнштейн.

Знаменитый создатель теории относительности решил поближе познакомиться с молодым человеком, о котором ходили такие невероятные слухи.

Получив приглашение от столь известного к тому времени ученого, начинающий артист растерялся, однако врожденное любопытство и желание узнать как можно больше в итоге привели его в квартиру Эйнштейна.

Хозяин был не один, а со своим другом, не менее знаменитым человеком, психологом и профессором Зигмундом Фрейдом.

Остается лишь предполагать, для чего столь именитые люди возжелали встретиться с совсем еще юным, начинающим то ли артистом, то ли медиумом, то ли ясновидящим… а может, просто ловким фокусником? Они хотели проверить, соответствует ли зарождающаяся слава действительным способностям юноши или это просто один из рекламных трюков, коих в те времена было не счесть…

Конечно, наш герой, если и слышал имя Эйнштейна, то вряд ли знал о его смелых идеях в области квантования полей, о теории относительности. Но вот он вошел в квартиру известного ученого. Что предстало его взору? Все полки заполнены книгами, так что кажется, будто и свободного места нет. Хозяин, обладатель пышных усов, одет по-домашнему, в вязаный джемпер и домашние брюки. Гость же, лощеный импозантный господин, напротив, облачен во фрак и белоснежную манишку.

После сдержанных приветствий молодого человека провели в кабинет, и предложили ему немедля приступить к делу. И вот наш подопытный стоит напротив хозяина и старается уловить мысленные посылы от Фрейда. И, как всегда, в ясный и готовый к восприятию чужих мыслей мозг юноши, словно ножик в тесто, вонзается мысль: «Возьми пинцет, он лежит на столе, подойди к Эйнштейну…» Вначале несмело, а потом все уверенней, Вольф выполняет приказ. Но было бы странно, если бы на этом испытание закончилось – таким простым оно не могло быть по определению. Молодой человек напряжен, нервы его, будто натянутая струна, и сразу же мозговые «антенны» улавливают: «А теперь подойди к Альберту и выдерни у него из пышных усов три волоска!»

«О-о, да прилично ли это, у такого уважаемого человека, не обидится ли он?» – вихрем проносится в голове у Вольфа, но эти мысли тут же погашаются: задание есть задание. И он, повинуясь приказу известного всему миру человека, подходит к Эйнштейну и, пролепетав: «Прошу прощения», выполняет то, что ему было приказано.

Хозяин не только не рассердился (не исключено, что он с гостем заранее сговорился о том, что именно надо сделать испытуемому), но даже раскрыл рот в изумлении от того, что все угадано и исполнено. Конечно, при этом ему было больно, поэтому он слегка поморщился.

Оба взрослых мужчины были озадачены: с таким они, пожалуй, встретились впервые. Телепатия – явление совсем мало изученное, а в ту пору даже отвергнутое – налицо!

Но на этом проверка способностей молодого вундеркинда не окончилась, хотя второе задание, как потом вспоминает сам Мессинг, было куда проще. Так же точно ему приказано было вынуть скрипку из чехла, подать ее Эйнштейну и попросить – мысленно, конечно – поиграть на ней. Это также было исполнено.

Вечер встречи двух заслуженных мэтров и молодого, только начинающего приобщаться к «таинствам» паренька прошел в теплой и душевной обстановке. Мессинг, конечно, был смущен тем, что именитые хозяева обращались с ним на равных, или, точнее сказать, как с коллегой.

– Ты, юный друг, уже не мальчик, потому и слово «вундеркинд» тебе мало подходит. Ты будешь вундерманом. В переводе с немецкого это означает «чудо-мужчина», – такими словами напутствовал нашего героя хозяин квартиры. – Ну а если тебе будет трудно или понадобится совет, а может, деньги – всегда обращайся ко мне.

После этого юное дарование практически жило в квартире Эйнштейна несколько месяцев, отвлекаясь лишь на выступления, которые были для него источником существования. Нередким гостем был он и в доме основоположника психоанализа, корифея в области человеческой психики Зигмунда Фрейда.

Вольфа поразила экстравагантность кабинета мэтра: скелеты, стоящие в изобилии на полу, свешивающиеся с полок кости – то ли пластмассовые, то ли настоящие, черепа с оскалившимися зубами, заспиртованные в банках части организма… Обстановка, как мы видим, была мрачной и угнетающей. Сам Фрейд тоже не отличался добрым и спокойным нравом. Напротив, Вольф обратил внимание на его желчность, цинизм, довольно бесцеремонное обращение с пациентами. Но ведь это был не простой человек, а гений, вошедший на все века в историю психоанализа, так что ученик старался не обращать внимание на странности «патрона», ведь его задача была – учиться, учиться и учиться, как завещал в свое время подзабытый ныне вождь мирового пролетариата.

А что приобрел наш «вундерман» в результате общения с мэтром? Конечно, дополнительные навыки самовнушения, гипноза и чтения мыслей на расстоянии. Но, справедливости ради, надо сказать, что и Фрейд, давший подопечному столь много, все же не смог разгадать природу его дара и впоследствии говорил: «Этот человек – чудо».