ЧЕЛОВЕК В ОБЩЕСТВЕ БУДУЩЕГО

ЧЕЛОВЕК В ОБЩЕСТВЕ БУДУЩЕГО

Развивая в «Новом мире» теорию переустройства общества, создавая план строя Гармонии, Фурье снова возвращается к проблеме человеческого бытия. Человек и природа, человек и вселенная, человек и общество, человек и прогресс, человек и труд, человек и счастье — таковы основные направления его творческой мысли.

Фурье видел, что проблема личности занимала просвещенные умы всех эпох, и каждая из них рождала свой идеал совершенного человека. Платон и Аристотель, Фукидид и Ксенофонт воспевали человека, внешне и внутренне красивого. О сочетании умственного и нравственного развития мечтали идеологи европейского гуманизма. Просветители XVIII века выдвинули учение, согласно которому в пороках человека повинно порочное общество. Но мыслители всех эпох, считает Фурье, придавали развитию человека одностороннее направление: они предлагали развивать либо умственную и нравственную, либо физическую сферу его жизни. При строе Цивилизации такая односторонность проявлялась с особой силой. До предела обострились противоречия между обществом и личностью, а разделение труда, узкая специализация лишили человека возможности гармонического развития. Разрушительное влияние строя Цивилизации на личность ведет к духовному обеднению человечества, к снижению его интеллектуального и морального уровня. Особенно губительно действует существующий порядок вещей на таланты. Они совершенно не получают возможности развиваться. Фурье уверен, что строй ассоциации, новые общественные отношения будут основаны на величайшем внимании к личности, в которой гармонически сочетаются физические, умственные, эстетические и нравственные качества.

Каким же будет человек в обществе будущего? — спрашивает Фурье. Прежде всего он будет счастлив. И он будет счастлив только в том случае, если будут удовлетворены все его материальные и духовные потребности. Фурье говорит, что у забитого, обездоленного человека не может быть каких-либо возвышенных моральных и умственных интересов, кроме желания достать кусок хлеба себе и своим детям.

«В Риме во времена Варрона существовало 278 различных мнений относительно того, что такое истинное счастье. Положение этого вопроса не изменилось к лучшему до настоящего времени. Одни приветствуют презрение к богатству и любовь к удовольствию, которое можно вкусить под сенью хижины, другие возбуждают у бедных бешеную зависть к богатым, моралисты защищают возвышенную истину, экономисты — торговлю, обман. Попытаемся разобраться в этом вавилонском столпотворении философов. Бог дал нам 12 страстей, и мы не можем быть счастливы, не получая полного и гармонического их удовлетворения…»

Фурье считает, что всестороннее развитие возможно только тогда, когда новое общество удовлетворит первую и основную потребность человека — его право на труд. Труд человека в обществе «цивилизованных» превратился в проклятие, потому что он основан не на свободном влечении человека, а на насилии, нужде, угрозе голодной смерти.

«Я заявляю, — утверждает Фурье, — что труд при современных условиях противоречит законам природы; он ненавистен всем свободным народам, которые только тогда с радостью примутся за промышленную деятельность, когда эта последняя будет соответствовать человеческим страстям». На протяжении всей жизни гармонийца будут готовить к коллективно организованному труду. С 3—5-летнего возраста у него будут обнаружены около двадцати «полезных инстинктов», влекущих к производительному труду. Давая определение хорошего гона, Фурье отметит, что, если в обществе «цивилизованных» хороший тон — это особенность бездельников, людей праздных, у гармонийцев мерилом хорошего тона будет отношение к труду.

Фурье уверен, что повысится общая культура гармонийцев. Человек в новом обществе будет стремиться к изучению наук, «которые станут путями достижения огромного богатства». Каждый бедняк будет стараться выявить у своего ребенка способности к познанию. Юношей увлекут перспективы научных открытий. Умственные способности гармонийцев будут развиваться скорее.

Человек общества будущего пойдет по пути изучения точных наук. Науки будут преуспевать, так как каждая фаланга будет иметь достаточно средств, чтобы развивать их. Вооруженный научными знаниями, человек создаст новые виды растений, изменит климат Земли, уничтожит вредных для человека животных и растений. Ученые возглавят трудовые армии мира, которые воздвигнут великолепные дворцы и осуществят грапдиозное строительство при быстроте исполнения, невозможной у «цивилизованных». Особая система поощрений улучшит положение ученых и приведет их из «крайней нужды к избыточному богатству». Выдающиеся деятели науки, вознагражденные «триумфальными орденами», будут провозглашаться «гражданами земного шара». В какой бы пункт они ни приезжали, они будут «пользоваться в каждой фаланге такими же прерогативами, как знатные люди кантона».

Придавая большое значение физическому развитию человека, Фурье мечтает о том времени, когда число людей крепких и здоровых будет неуклонно расти. Гармонией, с раннего возраста будет упражняться в развитии тела, так как «притяжение по страсти толкает его к хореографическим и гимнастическим занятиям; в них он приобретет ловкость, необходимую в фабричных производствах фаланги, где его операции должны выполняться с точностью, уверенностью и чувством меры, какие, как мы видим, господствуют у наших атлетов оперы и гимнастики».

В результате даже ребенок будет легко справляться с любым трудовым заданием, а человечество достигнет «предельного возраста сверх столетних, вроде семьи Ровин в Венгрии, из которых наименее крепкие жили 142 года, а некоторые 170 лет, где долголетие распространилось и на женщин, как и на мужчин».

Средняя продолжительность жизни, по подсчетам Фурье, будет 144 года, а средний человеческий рост достигнет 2 метров 26 сантиметров! Человечество вступит в фазу расцвета и изобилия талантов.

«На Земле будет 37 миллионов поэтов, равных Гомеру, 37 миллионов математиков, равных Ньютону, 37 миллионов актеров, равных Мольеру». (Конечно, Фурье не настаивает на точности приведенных чисел, говорит, что это приблизительные расчеты, но парижские газеты, поняв его «гомерические» цифры в буквальном смысле, не преминули поднять автора на смех.)

Эстетическому воспитанию гармонийцев Фурье отводит особое место. Он предполагает, что из всех искусств наибольшее распространение получит театральное, особенно опера. Она будет играть большую роль и в повышении культуры труда, в возбуждении трудового энтузиазма. Опера станет ведущим средством морального воспитания, «комплексом мудрости», «школой морали в образах», «материальной школой единения, правильности, истины». Участниками оперных представлений будут все члены фаланги. Здесь гармонийцев с раннего детства станут обучать умению владеть голосом, играть на музыкальных инструментах, слагать стихи, а также искусству пантомимы, танцам и ритму.

В каждом крупном городе построят консерваторию, а в фаланге из 1000 человек будет 700–800 актеров, музыкантов, танцоров, и гармонийцы «в самом бедном кантоне Альп или Пиренеев создадут оперу, подобную парижской».

И вот уже передвижные артистические труппы путешествуют по всему земному шару. «Караваны странствующего рыцарства», «Розовые дружины из Персии», «Сиреневые дружины из Японии», «Дружины гортензий из Мексики» состязаются в таланте и на протяжении года обеспечивают все празднества поэзии, литературы и драматургии, дают спектакли «неописуемого совершенства».

Гармонийцы будут обладать высокими моральными качествами. Мораль строя Цивилизации Фурье называет «ораторским фиглярством и маской для властолюбия, когда каждый лицемер, выдумывая какое-нибудь мошенничество, старательно закутывается в нравоучения».

С законами буржуазного общества рухнет и его мораль. Эгоизм как господствующая особенность человека строя Цивилизации исчезнет. Индивидуальные интересы личности совпадут с интересами коллектива. Люди смогут находить свою выгоду в действиях, полезных всей массе, так как «малейшая попытка действовать во вред обществу поставит их в конфликт с массой, которая предаст их позору».

Они станут, по словам Фурье, филантропами «по страсти, ибо положение вещей, привязанность к 30–40 группам вовлекут их в работу ради интереса этой массы». Духа товарищества будет достаточно для того, чтобы исчезли отталкивающие пороки простонародья строя Цивилизации — грубость, нечистоплотность, низость.

Гармонийцы будут жить в безграничном человеколюбии, «народ, столь лживый и грубый, — по его словам, — станет воплощением правдивости и учтивости».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.