Подстава

Подстава

Историю эту мне рассказал еще в бытность мою курсантом один из офицеров нашей роты, старший лейтенант Владимир Баландин. Прибыл он к нам из войск, прослужив несколько лет командиром группы в отдельной роте специального назначения, дислоцированной в Новочеркасске. Это место службы, по словам Владимира, было до того сладким, что он не особо расстраивался по поводу отсутствия служебного роста. Впрочем, судите сами. Во-первых, Новочеркасск — город отнюдь не маленький, это подтверждает наличие там университета и ряда других вузов рангом поменьше. Во-вторых, рота дислоцировалась в самом городе, а не в нескольких верстах от него, как это часто бывает. В третьих, практически все офицеры, служившие в роте, были обеспечены квартирами, а это отнюдь не мало. С продуктами, даже в советские времена, там было неплохо. В-четвертых, в-пятых…

А женщины! Какие женщины живут и учатся в этом прекрасном городе. Нет, бесспорно, новочеркасская отдельная рота была жемчужиной спецназа до тех пор, пока ее не расформировали из-за какого-то ЧП. Но не будем о грустном. Офицерам, которым посчастливилось попасть в эту отдельную часть, нравилась не только цивильная жизнь в городе. Боевая подготовка шла в роте полным ходом, поэтому служить было интересно. Коллектив офицеров и прапорщиков был небольшим, но дружным. По давно заведенной традиции, все праздники, дни рождения, присвоения званий и свадьбы отмечались сослуживцами за общим столом.

Беда пришла нежданно. Старого замполита роты, который сам активно участвовал во всех неслужебных мероприятиях, перевели с повышением. На его место прибыл молодой лейтенант, выпускник училища. С первого взгляда он вызвал подозрения у офицерского коллектива, да и у самого ротного тоже.

Не секрет, что курсантов военно-политических ВУЗов учили, что, став замполитами, они будут обязаны следить за своими командирами и своевременно докладывать по линии политотдела обо всех выявленных у них недостатках и просчетах. Это называлось политическим влиянием. Именно этого влияния и опасались старожилы новочеркасской роты. Надо было что-то делать, приближались выходные с выездом на природу.

Решение созрело неожиданно. Один из наиболее опытных взводных предложил как-нибудь подставить замполита и тем самым дискредитировать его для того, чтобы он не смог «политически влиять» в дальнейшем. Идею одобрили и даже придумали, как ее осуществить. Осталось ее реализовать. Не откладывая в долгий ящик, офицеры намекнули молодому лейтенанту, что, по старой офицерской традиции, он обязан накрыть стол в ресторане, по поводу прибытия в часть. Так сказать, прописаться. Замполит не спорил, и вечером, завершив служебные дела, офицеры отправились в любимый ресторан. Здесь все их знали по именам, впрочем, как и они прекрасно знали персонал заведения. А одну официантку, по имени Валентина, все знали очень близко. Свою кличку «Офицерша» она получила из-за того, что некогда была замужем за офицером, который служил в Германии. Однако за слишком пылкую любовь не только к своему мужу, но и к другим офицерам ее и, естественно, ее супруга выдворили из ГСВГ[16] в двадцать четыре часа. Нужно было сильно отличиться в амурных похождениях для того, чтобы это произошло. Муж, конечно, после этого с ней развелся. Но любовь Валентины к «господам офицерам» в целом не прошла. Вообще Валька была доброй отзывчивой и хозяйственной бабой, в одиночку воспитывавшей дочь. Единственным минусом была ее единственная и на всю жизнь любовь к военным. Да и минус этот был минусом только для мужа. Особенно она жаловала спецназовцев. В роте даже ходила такая шутка: «Тот не офицер роты, кто с Офицершей не спал».

Разумеется, молодого замполита повели к Вальке «в кабак» для того, чтобы вновь прибывший лейтенант естественным образом влился в дружную офицерскую семью. Прибыв на место и делая заказ, самый опытный, указав Валентине на замполита, сказал: «Валюша, обрати внимание на молодого человека. Не мужчина — вулкан! Но есть проблема. Недавно выпустился из политического училища и несколько скован в общении с женщинами. Надо помочь. Между прочим, холостяк!». Услышав последние слова, Офицерша бросила на ничего не подозревавшего лейтенанта опытный взгляд, широко улыбнулась и пошла выполнять сделанный ребятами заказ.

Вечер проходил, как принято говорить, «в теплой дружественной обстановке». В финале вся подогретая компания офицеров, не обремененных браком или исполнением супружеских обязанностей в этот вечер, направилась домой к Валентине. Как это обычно бывает, в ходе застолья, не без участия Офицерши, мужская пирушка украсилась представительницами слабого пола. Погудев у Вальки дома, «народ» часам к трем ночи начал расходиться. Наверное, понятно, что молодой замполит угодил в постель к хозяйке квартиры. Самый опытный, затеявший всю эту историю, уходя, ободрил ее: «Утром парня не буди, мы его на разводе прикроем. До обеда он твой».

Как сказал, так и сделал. Утром на разводе командир роты спросил:

— А где у нас замполит?

— Он задерживается. Просил передать, что ему надо получить багаж на вокзале, — ответил самый опытный.

Командир роты кивнул. Офицеры ухмыльнулись, стоя в строю. Этот «багаж» они получали не раз. Теперь замполит был повязан. В случае чего, они всегда смогут ему сказать, что несмотря на то, что они весело проводят внеслужебное время, на службу-то они пребывают без опоздания, в отличие от него самого.

Однако этого не потребовалось. Замполит оказался хорошим парнем, с которым у всех сложились приятельские отношения. Все пошло, как и прежде. Об истории с Валькой забыли.

Примерно спустя полгода после описанных событий замполит на утреннем построении офицеров, сияя как новый полтинник, объявил:

— Сегодня вечером приглашаю всех на свадьбу!

Все кинулись поздравлять, уточняя при этом время и место сбора, и только самый опытный настороженно спросил:

— А кто невеста?

— Валька! — счастливо улыбаясь, ответил замполит.

Возникла немая сцена — как в финале «Ревизора».

Командир и самый опытный, молча взяв под руки жениха, увели его в канцелярию, оставив офицеров обсуждать новость. И тот, и другой понимали, что брак этот допустить нельзя, поскольку вина за эту ошибку молодого офицера пожизненно ляжет на них.

Оставшись втроем, старшие товарищи популярно и доходчиво, но в то же время щадя неокрепшую психику недавнего выпускника политического училища, разъяснили ему недопустимость такого опрометчивого шага, не забыв и про то, как определяется принадлежность к новочеркасской роте специального назначения.

Конечно, лейтенант и сам догадывался об этом, но человек он был слабохарактерный, чем Офицерша не замедлила воспользоваться. Она-то раскусила его в первый же вечер.

— Как же быть теперь? Я же слово дал, да и столы уже накрывают, — растерянно проговорил жених. — Гости на свадьбу приглашены.

— Свадьбы не будет! — выкрикнул, подражая Шурику из «Кавказской пленницы», самый опытный. Ротный согласно кивнул и произнес менее импульсивно, похлопав замполита по плечу: «А за накрытые столы ты не беспокойся».

После этого несостоявшемуся жениху срочно выписали командировочное удостоверение и отправили за молодым пополнением куда-то в Сибирь.

К шестнадцати часам, как и предупреждал замполит, к воротам части подъехала свадебная кавалькада. Валентина решила, что не стоит строго чтить традиционные обряды с выкупом невесты и тому подобными глупостями. Женщина она была тертая и прекрасно понимала, что так можно и в «девках» остаться.

— В наше время, — справедливо рассудила она, — за своим счастьем можно и на машине подъехать.

Но не тут-то было! На беспрестанное гудение авто вышел, прекрасно разыгрывая недоумение, командир роты. Увидев Валентину в свадебном платье, он бросился поздравлять ее и заодно, как ни в чем не бывало, спросил, кому же это такое счастье привалило.

Ничуть не смутившись, Валька назвала имя замполита.

— Как? — снова почти искренне изумился ротный. — Ай-я-яй! И что же это он ни словом не обмолвился! Вот ужо, приедет, я ему задам!

— Приедет? Откуда? — пришла очередь изумиться Офицерше.

— Да понимаешь, Валек, я же не знал, что у вас свадьба и отправил его в командировку за молодым пополнением. А он — парень исполнительный, ни словом о свадьбе не обмолвился. Козырнул, сказал «Есть!» и уехал.

Валентина была женщиной неглупой, поэтому не стала по таким пустякам устраивать скандал, а сделала широкий жест, пригласив всех к столу. Не пропадать же добру!

Прошло какое-то время. Замполит приехал из командировки и, как и учили, носа не показывал ни у Вальки, ни в ее «кабаке». Все вроде бы успокоилось и забылось, когда после очередного совещания герой нашей истории встал и, краснея, как и в прошлый раз, пригласил всех на свадьбу, которая состоится завтра, то есть в субботу. Все снова кинулись поздравлять, и лишь самый опытный настороженно спросил, кто невеста.

— Валька, — невинно моргая, ответил лейтенант.

Когда, после того, как все, в очередной раз пришли в себя, начался невообразимый шум. Последовали предложения еще раз «спасти безумца», но, как выяснилось, было поздно. Как-то, встретив в городе пропавшего жениха, Валентина поинтересовалась, почему он не заходит. Тот, в свою очередь, ответил, что только что вернулся из командировки. Валентина, спросила, не разлюбил ли он ее за это время. Замполит, избегая прямого разговора, немного помявшись, ответил, что нет.

— Ну и чудесно! — сказала Валентина и, остановив такси, скомандовала, как когда-то Гагарин: «Поехали!».

Доверчиво сев в машину, замполит спросил:

— Куда едем?

— Как куда, — удивилась Валька, — жениться! Чтобы не ждать в городе положенный месяц, распишемся в сельсовете у меня в станице. Там все свои.

Замполит, будучи человеком деликатным, возразить не смог. Спустя пару часов все было кончено.

Свадьба прошла шумно. О ней говорили долго, но спустя некоторое время забыли, как забыли и всю эту историю. Со временем и чувство вины, имевшееся у офицеров, пропало.

И не потому, что Валька изменила свое поведение, выйдя замуж. Нет, все оставалось по-прежнему. Скорее потому, что сам замполит, не зацикливаясь на патологической любвеобильности своей супруги, был вполне доволен своей жизнью. Наверное, он был идеальной парой для такой женщины.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.