На хитрость надо отвечать хитростью

На хитрость надо отвечать хитростью

Охрану маршрутов, по которым осуществлялось снабжение войск в Афганистане, возлагали на воинские части, дислоцированные в данном районе, определив их зоны ответственности. Эти части выводили свои подразделения на так называемые блоки для обеспечения безопасности движения колонны. Сначала шла техника, занимая определенные позиции на опасном участке, а затем от нее выдвигалась пехота в стороны от дороги, в лучшем случае метров на сто-сто пятьдесят. Действия эти были стереотипны, вследствие чего моджахедам не составляло труда просчитать их. Поэтому духи устраивали засады и на подразделения, обеспечивавшие безопасность движения колонны. Отсутствие творчества в их действиях, а иногда невозможность выполнить поставленную задачу имевшимися силами, а в худшем случае и нежелание ее выполнять, приводили к серьезным потерям. Первыми, как правило, шли саперы, проверяя дорогу на предмет минирования. Огнем из засады «духи» препятствовали их действиям до тех пор, пока в дело не вступала артиллерия. И так далее. Все эти действия, а также ряд других признаков, по которым духи определяли время выхода наших войск из расположения для выполнения задачи, были для них сигналом готовности к выходу на позиции засады и внезапному удару.

Кстати, именно эту привычку моджахедов ориентироваться на начало действий подразделений обеспечения мне как-то раз посчастливилось использовать для того, чтобы проскочить печально известную кандагарскую зеленку. Летом восемьдесят четвертого я командовал разведотрядом №310, который получил задачу действовать в районе северо-западнее Кандагара. Выходя в район действий через пресловутую зеленку, мы пристроились в колонну, шедшую на Кушку. Пройдя опасный участок под прикрытием мотострелков, мы отделились от колонны и приступили к выполнению боевой задачи. Тем же вечером одна из групп, высланных от отряда для организации засады на активном караванном маршруте, уничтожила трактор с прицепом, в котором ехали член ЦК ИПА и один из наиболее активных полевых командиров с охраной человек из двенадцати. Кроме оружия в прицепе было обнаружено сто семьдесят килограммов опиума-сырца. Задача была выполнена, и дальнейшее пребывание отряда в этом «краю непуганых дураков» было чревато неприятностями. На мой доклад об этом комбат по радио предложил мне решать самому, дожидаться ли очередной колонны, которая будет идти в Кандагар, или возвращаться на свой страх и риск без обеспечения. Поскольку в обоих случаях ответственность лежала на мне, я предпочел последнее, рассудив, что у меня больше шансов получить от духов, идя в колонне, которую безусловно будут встречать оскорбленные душманы. Рано утром наши несколько БМП и командно-штабная машина, приданная нам для обеспечения устойчивой связи с центром, вышли на трассу у кишлака Синджарай. Как только гусеницы замыкающей машины коснулись бетонки, колонна рванула и понеслась со скоростью, которую только возможно выжать из движка БМП. Оставляя за собой лишь оседающую пыль, мы проскочили нагаханский поворот, элеватор и «черную площадь», кстати, названную черной из-за того, что на ней духи огнем из засады сожгли целый самоходный дивизион. Так же, не останавливаясь, мы проскочили и город. Уже в районе ООНовского городка нам встретилась пехота, которая шла обеспечивать движение очередной колонны, действуя по той же заученной схеме. Им здорово досталось вместо нас на «черной площади», куда духи с опозданием вытащили несколько безоткатных орудий.

Если бы мотострелки при выходе на блоки высылали сначала пешие подразделения для того, чтобы они могли скрытно выйти и занять позиции на местах возможных засад, этого бы не произошло. Действия этих команд, безусловно, должны обеспечиваться огнем артиллерии. Лишь после того, как они займут указанные позиции, саперы могут приступить к работе. Так последовательно, участок за участком, должен заниматься маршрут нашими подразделениями, обеспечивающими безопасность движения по нему.