Барбара БРЫЛЬСКА

Барбара БРЫЛЬСКА

Б. Брыльска родилась 5 июня 1941 года в небольшой деревеньке под городом Лодзь. Ее родители были простыми рабочими. Как вспоминает сама актриса: «Моя мама была очень красивая. И отец был красив. Она - брюнетка, отец - блондин. Мама шила. У отца было хобби - часы: он абсолютно все на эту тему знал, а по профессии был слесарем. Я выросла в послевоенной бедности... Воспитывали меня в строгости. Отец предостерегал меня от мальчиков (наверно, знал себя). Я была скромной и, кажется, очень закомплексованной, но при этом безумно самостоятельной - условия заставили быть такой...»

В детстве Барбара увлекалась живописью и поступила учиться в художественный лицей. Впереди маячила Высшая художественная школа и карьера профессионального художника. Но в дело вмешался случай.

Когда Барбаре было 15 лет, ее пригласили на эпизодическую роль в фильме «Калоши счастья». Три съемочных дня пролетели как одно мгновение, однако пребывание на съемочной площадке настолько воодушевило девушку, что она решила попробовать свои силы в драматическом искусстве. Записалась в школьный театральный кружок. Ее первой ролью там стала Ниловна в постановке «Мать» по М. Горькому. Игра 17-летней Брыльской произвела прекрасное впечатление на зрителей, и особенно на директора лицея. Найдя свою ученицу за кулисами, она поблагодарила ее за великолепное выступление и заявила: «Единственный институт, в который я готова дать Барбаре положительную характеристику, - театральный». И Брыльской не оставалось ничего иного, как последовать совету директрисы - она поступила в Высшую театральную школу (в киношколе актерского факультета тогда не было).

Между тем пребывание Брыльской в стенах театральной школы продлилось недолго - после первого же семестра она ее покинула. И причина ухода была банальна - любовь.

Со своим первым мужем Янеком Брыльска познакомилась, когда ей было всего 15 лет. Произошло это случайно, в поезде. Барбара вместе со своим классом ездила на экскурсию в Краков, и на обратном пути к ней подошел взрослый мужчина. Актриса вспоминает: «Он спросил, как меня зовут, и дал свою визитку. И попросил меня написать ему только мой домашний адрес «Больше ничего не нужно писать, Бася! - сказал он мне. - Я вас потом сам найду!» И нашел, хотя моя учительница ту визитку отобрала у меня и выбросила, поскольку считала, что это очень неприлично: девочкам брать визитные карточки у взрослых, опытных и приятных мужчин. А он знал только имя мое, и ничего больше он не знал, и все равно разыскал школу, которая в те дни ездила в Краков на экскурсию, приехал в Лодзь, нашел эту школу и меня в этой школе... И я вышла за него замуж. И он оказался совсем не таким взрослым, ему 23 года всего оказалось при ближайшем рассмотрении, и уж вовсе он не был опытным... Я у него была - первая женщина. А он у меня - первый мужчина...»

Так как родители жениха были против того, чтобы их невестка стала актрисой, Барбаре пришлось бросить театральную школу и переехать к мужу в Варшаву. И в течение последующих двух лет она вела жизнь обыкновенной домохозяйки. Так могло продолжаться и дальше, если бы у молодых появился ребенок. Но Бог не дал им этого счастья, и Барбара заскучала. В конце концов муж не выдержал ее хандры и разрешил продолжить театральную карьеру. Так в 1963 году Брыльска вновь стала студенткой - на этот раз Варшавской театральной школы.

Еще будучи студенткой первого курса, Барбара снялась в двух короткометражных фильмах, которые так и остались незамеченными широкой публикой. И лишь в 1965 году на ее пути в большой кинематограф зажегся «зеленый свет». Ее крестным отцом в кино стал режиссер Януш Моргенштерн, который пригласил ее на роль Эвы в картину «Потом наступит тишина». Следом за ним на Брыльску обратил внимание Ежи Кавалерович, в том же году приступивший к экранизации романа Б. Пруса «Фараон». В одноименном фильме Брыльска сыграла роль Камы - жрицы богини любви Астарты.

Б. Брыльска вспоминает: «Кавалерович долго искал женский типаж. Устроил три отборочных тура. Там были такие девчонки, что, глядя на них, я думала: у меня шансов нет. Но когда мы разделись, выяснилось, что я лучше всех. Мне говорили: сыграешь в «Фараоне» - карьера обеспечена. Так оно и вышло, хоть роль была небольшая...»

В 1967 году Брыльска закончила театральную школу, однако свою дальнейшую судьбу с театром решила не связывать. По ее же словам: «Я никогда не любила театр. Часто считают, что актер Формируется на сцене, что это основа и так далее. А я полагаю, что театральный актер - совершенно иная профессия, чем киноактер. Другая техника, средства выражения, другой образ жизни. Театр - фабрика. Работа в театре - рабство и существование впроголодь. Постоянные «халтуры» тут и там - на телевидении, на радио. А я всему предпочитала дом и семью, это было главным. Что такое театр? Это значит, что вечерами меня нет дома, я постоянно в разлуке с мужем, когда у него выходной - я занята. Поэтому я выбрала кино...»

В конце 60-х годов на экраны Польши и других стран один за другим выходили фильмы с ее участием: «Бумеранг» (1966), «Ставка больше, чем жизнь» (1967 - 1968), «След Сокола» (ГДР( 1967), «Убийство в понедельник» (ГДР, 1968), «Белые волки» (ГДР), «Пан Володыевский», «Преступник, который украл преступление» (все - 1969), «Польский альбом», «В погоне за Адамом» (оба - 1970).

По словам Б. Брыльской: «В Польше я снималась мало. В основном за границей: в Болгарии, в Чехословакии. Много играла у немцев - они хорошо платили. Но удовольствия, художественного, никакого. Только в Польше. И в России...»

В конце 60-х годов изменилась личная жизнь актрисы - она развелась с первым мужем. По ее словам: «Мы прожили с Янеком целых восемь лет. И любили друг друга. И он очень заботился обо мне, и переживал за меня, и радовался за меня... Если б у нас дети были, мы бы не развелись. Но у нас не было детей. Почему - не знаю. Потом мы развелись, потом он женился, потом я замуж вышла, и у него дети родились, и у меня дети родились, и почти одновременно... А теперь он живет с ними в Германии, работает там и только иногда в Варшаву приезжает. Мы встречаемся, разговариваем...»

Со вторым мужем - врачом-гинекологом Людвигом - Барбару познакомил ее бывший школьный приятель. Людвиг знал ее по киноролям, очень хотел познакомиться. Во время той встречи они влюбились друг в друга с первого взгляда. В 1973 году на свет родилась дочь, которую назвали в честь матери - Барбарой.

Б. Брыльска вспоминает: «В 1972 году я снималась в Советском Союзе в фильме Александра Зархи «Города и годы». И уже тогда была беременна Басей. Но я буквально до пятого месяца об этом не догадывалась. Бывает такое у женщин. Когда я все поняла и сказала об этом режиссеру, он чуть с ума не сошел. Я поставила картину под угрозу срыва. Чтобы не было видно моего живота, пришлось снимать одни крупные планы...»

К началу 70-х годов Брыльска была уже хорошо знакома советскому зрителю, ведь большинство фильмов с ее участием демонстрировались и в СССР. Причем знали ее разные категории зрителей. К примеру, мальчишкам она была знакома прежде всего как жена шерифа Петерсона в двух фильмах про индейцев - «След Сокола» и «Белые волки», взрослым - как Мария и Анна в «Польском альбоме» и Эва в «Анатомии любви».

Последний фильм вышел на польские экраны в 1972 году, а годом позже был показан и в СССР. В дни его показа в кинотеатре «Варшава» происходило настоящее столпотворение. Люди стояли в очередях сутками, но попасть на просмотр смогли немногие, потому что большинство билетов было заранее раскуплено «сильными мира сего». Среди счастливчиков, которые смогли посмотреть тогда этот фильм, оказался и режиссер Эльдар Рязанов. В 1975 году этот поход в кино ему здорово пригодился.

В том году Рязанов приступил к съемкам своего очередного фильма - «Ирония судьбы, или С легким паром!» и очень долго не мог подобрать исполнителей на главные роли - Жени Лука-шина и Нади Шевелевой. На роль последней пробовались многие известные советские киноактрисы, среди которых были и Людмила Гурченко, и Светлана Немоляева, и многие другие, но ни одна из них не устроила режиссера. Съемки фильма неумолимо приближались, а героини все не было. И тогда на память Рязанову внезапно пришла польская актриса, исполнившая главную роль в фильме «Анатомия любви», - Барбара Брыльска. Рязанов позвонил ей в Варшаву, получил согласие на прочтение сценария и стал с нетерпением ждать ответа. И ответ не заставил себя долго ждать - Брыльска согласилась (стоит отметить, что Рязанов к тому времени был не первым режиссером, пригласившим Брыльску на роль в советском фильме. До этого ее снимали Юрий Озеров («Освобождение», 1970 - 1972) и Александр Зархи («Города и годы», 1973).

Как вспоминает Рязанов, кинопробы польской актрисе были Устроены точно на таких же условиях, как и всем советским актрисам. И версия Брыльской оказалась самой убедительной. Она продемонстрировала удивительную деликатность в интимных сценах, и Рязанов каким-то особенным чутьем разглядел в ней подлинную ленинградскую интеллигентность.

Съемки фильма длились три месяца. О некоторых эпизодах, происходивших на них, вспоминают сами участники.

Ю. Яковлев: «Барбара перед зрителем - ангел, а на самом деле характер у нее очень сложный, тяжелый такой, как у многих польских женщин. На съемках, например, она однажды так ругалась на Мягкова... Барбара очень педантично готовилась каждый день к съемкам, учила все тексты (за кадром ее дублировала Валентина Талызина. - Ф. Р.), если съемку назначали на восемь утра, то в половине восьмого она была уже абсолютно готова. Чего не скажешь про нас с Андреем. Так вот, когда в очередной раз Мягков стал придумывать реплики на ходу, она не выдержала: «Я учу ночами, я готовлюсь к съемкам, вы же все время что-то сочиняете, я не могу так работать». В общем, они поругались. Правда, потом ссора перешла в дружбу, и Барбара даже пригласила Андрея к себе в Польшу на день рождения...»

Б. Брыльска: «Я обожаю заливную рыбу. И умею хорошо ее готовить. Однако в фильме ее делала не я, а кто-то из реквизиторов. И эта рыба была «дрянь». Я ее даже не пробовала. Мы ели совсем не то, что было в кадре. Кормили же нас ужасно. Я ела, потому что хотелось есть. Там было такое картофельное пюре. Я его называла «пюре из крана» - такое оно было жидкое, водянистое. Только в ресторане можно было что-то нормальное себе заказать. Но не всегда...»

Фильм был закончен в июне 1975 года, а премьера его состоялась только через полгода - 1 января 1976 года. Во время этого полугодового ожидания до создателей картины регулярно доходили слухи о разных неприятностях по поводу фильма. Например, среди телевизионного руководства сложилось мнение, что он пропагандирует пьянство. Вполне вероятно, что фильм тогда так и не вышел бы на экран, если бы осенью 75-го его не посмотрел Леонид Брежнев. Картина ему очень понравилась, и он посоветовал председателю Гостелерадио С. Лапину не затягивать с ее премьерой.

И все же даже после выхода фильма на широкий экран находились люди, которые требовали немедленно его запретить. Одним из таких людей был генерал армии Н. Лященко. В своем письме министру культуры СССР П. Демичеву он писал: «Я не смог удержаться и решил написать Вам о своих впечатлениях, которые оставляет у зрителя новый телевизионный фильм «Ирония судьбы, или С легким паром!», вышедший на голубой экран в канун Нового года. И особое желание написать данное письмо появилось, когда этот пасквиль снова показали, якобы по многочисленным просьбам телезрителей.

«Новогодняя сказка Эльдара Рязанова», как ее преждевременно разрекламировал журнал «Советский экран» № 24 за 1975 год, это комедия, на мой взгляд, надуманная и безнравственная. Это скорее насмешка над подлинным человеческим счастьем.

В этом фильме под видом «безобидных типовых поступков» зрителю преподносится пошлость, популяризуется пьянство, хамство, стяжательство и безнравственность.

Авторы с необыкновенной легкостью проповедуют с голубого экрана то, против чего следует восстать, чем нужно возмутиться. В самом деле. Солидные, образованные, со званием и положением люди по так называемой «традиции» собираются в баньке и пьянствуют, как в кабаке.

Так завязывается сюжет «сказки». Один из ее «добрых», «вежливых» типов напивается до невменяемости, оказывается в другом городе, в чужой квартире, и начинается предновогодняя

Нам пытаются доказать, что «все бывает в жизни», что есть и могут быть такие «незапланированные счастливые браки». Тут вам и ревность, и разрушенное чье-то счастье, и непонятная любовь.

Пьяному, непротрезвившемуся «герою» вдруг понравилась незнакомая женщина, чужая невеста. И фильм поучает: «все бывает…»

Где же мораль? Задумался ли сочинитель сей комедии, какой вред он наносит молодежи? Удивляет, как вообще разрешили выпустить такой фильм на экран.

ЦК КПСС и решения XXV съезда партии предъявляют высокие требования к литературе, театру, киноискусству, призывают наших писателей, поэтов, кинодраматургов, всех работников культурного фронта воспевать чистое и доброе, создавать произведения, достойные советского человека, пронизанные духом коммунистической морали и нравственности, что особенно нужно нашей молодежи.

Фильм же, о котором идет речь, на наш взгляд, противоречит этим требованиям. В нем - отголоски чужой, не нашей морали. Подобные «сочинения» не несут в себе ничего полезного, поучительного.

Буквально на второй день я уже слышал от некоторых молодых людей, посмотревших «Иронию судьбы...», такие выражения: «Коль ученым, пожилым людям можно так вести себя, то нам тем более».

А ведь мы доверяем телеэкрану. С его помощью воспитываем и нашу армейскую молодежь. Что сказать солдату после такого фильма? Мы же постоянно учим его быть высоконравственным объявляем бой малейшим проступкам, связанным с выпивкой учим бережно относиться к прекрасным человеческим чувствам к любимой девушке, к невесте, подруге жизни, которых оставляют дома на время службы в армии...»

Подобных писем в высокие инстанции после премьеры «Иронии судьбы...» приходило огромное количество, причем авторами их были не только высокие начальники, но и рядовые зрители. Однако все эти письма летели в корзину по одной-единственной причине - фильм нравился лично Брежневу, и это обстоятельство перевешивало все доводы противоположной стороны. В 1977 году фильму была присуждена Государственная премия СССР.

Однако вернемся к Барбаре Брыльской.

После роли Нади Шевелевой с ней произошла парадоксальная вещь: она стала суперпопулярной актрисой в Советском Союзе, но приобрела массу недоброжелателей у себя на родине, в Польше. По ее же словам: «Многие меня ревновали и злились, когда я Государственную премию СССР получила. Как будто я государственную тайну Польши выдала. Когда какой-нибудь режиссер звонил на «Фильм Польска» и искал Брыльску, ему там отвечали, что Брыльска в Союзе. Хотя я дома была...

У нас «Иронию судьбы...» показали только дважды, вскоре после съемок. Отрицательных отзывов не было, но и никто не звонил, не охал и не ахал, как у вас. К фильму отнеслись как-то безразлично, тем более что эта моя роль не так уж эффектна... Поляки ничего в нем не поняли, например, что значит «с легким паром»? Они не понимают, почему в самолет пустили не того, кого нужно, как в другом городе можно найти точно такую же квартиру. Поэтому несмотря на то, что польский зритель знает меня лучше, больше нежности я чувствую в России. Даниэль Ольбрыхский, который как-то был со мною в Киеве, когда увидел, что вокруг меня творилось, был поражен. «В чем дело? Что происходит?» - спрашивал Даниэль, привыкший, что его в Польше рвут на части, и вдруг...

Кстати, моя мама впервые увидела «Иронию судьбы...» только спустя 20 лет после премьеры. У нас дома никогда не было кассеты с записью этого фильма, она появилась только в середине 90-х - подарили на фестивале в Алма-Ате...»

Между тем в 70-е годы Брыльска продолжала активно работать в кино и записала на свой счет еще около двух десятков картин самых разных жанров. Среди них отмечу такие фильмы, как: «За часом час» (1974), «Концерт для остающихся» (ЧССР, 1977), «Тихий американец в Праге» (ЧССР), «Романс Тересы Хеннерт», «До последней капли крови» (все - 1978), «Сто коней к ста берегам» (1979) и др.

После 1982 года в творческой карьере Брыльской наступила некоторая пауза - она родила второго ребенка. Сына назвали в честь отца Людвигом. Однако так сложились обстоятельства, что уже через пару-тройку лет после этого Барбара и Людвиг развелись. Одной из причин этого было то, что Людвиг сильно выпивал.

Б. Брыльска вспоминает: «Людвиг выпивал практически ежедневно. Конечно, мы из-за этого ссорились, я не могла понять, почему муж так себя ведет, почему предъявляет претензии, которые казались мне несправедливыми. Тогда я попробовала напиться, решив: все происходит из-за того, что трезвому трудно понять пьяного. В итоге я набралась так, что неделю болела, а потом два года не брала спиртного в рот...

Курить меня тоже второй муж научил. Сначала по одной сигарете в день, потом по две. Закончилось тем, что дымила по пачке в сутки. Уже организм просил пощады, а я не могла остановиться...»

После неудачи во втором браке Брыльска замуж больше не вышла. Конечно, у нее были мужчины, с которыми она жила, но ни один из них не сумел подвигнуть ее на очередной поход в загс. Да и дети вряд ли бы легко приняли постороннего человека в доме. Справляться с детьми Барбаре помогала ее мама, по мере возможности в это дело включался и второй муж - Людвиг.

С середины 80-х Брыльска вновь начала активно сниматься в кино и к концу того десятилетия достигла отметки в 50 фильмов. Однако несмотря на то, что она снималась у режиссеров разных стран - ГДР, Чехословакии, Болгарии, Италии и т. д., - наиболее теплый прием ей оказывали только в одной стране - в Советском Союзе. Объяснялось же это просто - за последние 20 лет не было ни одного Нового года, когда по телевидению не показывали бы «Иронию судьбы...».

Б. Брыльска вспоминает: «Только вы, русские, знаете, в чем тайна этого фильма. Это ваша душа. Характер вашего народа. Рязанов попал в десятку...

Когда-то я часто ездила в Ереван, к своему другу. И однажды я там, в гостинице, в 4 утра... иду по коридору, тихо-тихо, почти крадучись, чтобы не разбудить никого... И вдруг - горничная, она комнаты там убирала, увидела меня. И как закричит шепотом: «Ой!!! Надя!!!» Я в жизни себе это представить не могла!.. Это же не Россия даже, почти Азия, ночь, коридор полутемный, я без макияжа, с чемоданами... Вот тогда я поняла, что такое слава и какая она сладкая... Ни один фильм, в котором я снималась - а я много снималась, 60 ролей у меня, из которых 50 - главные, - не дал мне столько, сколько «Ирония судьбы...».

Между тем в отличие от советских людей польские граждане относились к Брыльской более взвешенно и прохладно. В Польше она всегда была актрисой знаменитой, но чтобы носить ее на руках... такого не было. Ее даже местные воры грабили несколько раз, как вполне рядовую актрису.

Б. Брыльска вспоминает: «Мою квартиру дважды грабили. Это было ужасно! В первый раз унесли набор столовых приборов из серебра и мейсенского фарфора. Дорогая вещь, на 24 персоны. Я купила набор в Германии, потратив весь гонорар за очередную картину. Я догадывалась, кто меня ограбил, но, как говорят, не пойман - не вор.

Во второй раз непрошеные гости пришли ко мне через восемь лет, словно дав время чуть-чуть добра поднакопить. И снова кто-то навел воров. Они знали, что я хочу продать кольцо с крупным бриллиантом, которое привезла из Советского Союза. Кольцо было мне велико, я купила его, чтобы хоть куда-то вложить деньги.

Грабители искали драгоценности. Попутно забрали все: видео, телевизор, кассеты с моими фильмами, но главное - мою бижутерию, золото, серебро, жемчуг, изумруды. Я была такая дура, что все это хранила дома. Не ограбили бы, накопленного мне хватило бы до конца жизни. Я иногда прежде ходила в ювелирный магазин, сдавала какую-нибудь брошь, а потом шиковала на вырученные деньги...»

В начале 90-х годов в семью Брыльской пришла беда намного страшнее, чем визит воров-домушников, - трагически погибла ее дочь Барбара.

Брыльска-младшая после окончания школы поступила в школу манекенщиц и подавала большие надежды - ее знали в Париже (она подписала контракт с одним из лучших французских агентств Merulin), два месяца работала в Японии, где ей Вручили награду за самое фотогеничное лицо. Кроме этого, она с 1988 года снималась в кино (первый фильм - «Час полнолуния», где она снялась со своей матерью) и к моменту своей гибели успела сыграть в трех фильмах (в двух исполнила главные роли). В 1993 году ее собирался снимать в роли Хелены в «Огнем и мечом» Ежи Гофман. Однако 15 мая девушка погибла. Причем накануне ей снились выбитые зубы, что по толкователю снов означает смерть.

В тот роковой день предполагалось завершить работу над картиной, в которой снималась Брыльска-младшая. Но техперсонал не успел приготовить декорации, и съемки отменили. Девушка вместе со своим приятелем села в машину и отправилась из Лодзи в Варшаву. За рулем сидел юноша, который только полгода назад получил права. Судя по всему, это обстоятельство и привело к трагедии. На совершенно свободном шоссе молодой человек не справился с управлением, и машина врезалась в бетонное ограждение. По злой иронии судьбы, водитель не получил ни единой царапины и остался жив, а Брыльска-младшая погибла в первую же секунду столкновения - у нее оказались переломаны все кости, позвоночник, основание черепа. Врачи потом заметили, что, даже если бы она осталась жива, все равно осталась бы инвалидом.

Б. Брыльска вспоминает: «15 мая 1993 года закончилась одна моя жизнь. Я стала иначе думать, смотреть на мир. Я уже не могу радоваться тому, чему радовалась прежде. В какой-то момент мне показалось, что все, жизнь кончена. А потом я увидела Людвига, сына, и поняла, что ему нужна моя любовь, защита, поддержка. Поэтому я запихнула свою боль глубоко-глубоко и стала Делать все, как будто ничего не случилось...

А вот Людвиг, отец Барбары, после смерти дочери совсем с Ума сошел. Он ужасно переживает случившееся. У него уже сложился своеобразный ритуал: каждый день после работы он идет в костел и на кладбище. А по вечерам пьет и плачет. Это страшно: здоровый еще мужик планомерно убивает себя.

Конечно, я тоже страдаю, но вынуждена держать себя в руках, а Людвиг окончательно потерял голову. Он выкупил у киностудии все пленки с фильмами, в которых снялась Барбара. Я пыталась образумить: это огромные бобины, которые в домашних условиях невозможно посмотреть, но разве Людвиг услышит? К счастью, сломался видеомагнитофон, а то он без конца крутил документальный фильм о Барбаре, сделанный польским телевидением уже после смерти дочери...»

Новая волна интереса к Барбаре Брыльской вспыхнула в России в январе 1996 года, когда отмечалось 20-летие со дня премьеры «Иронии судьбы...». В популярную передачу «Поле чудес» были приглашены основные участники тех легендарных съемок, в том числе и Брыльска. И надо было такому случиться, победителем в игре стала именно она - Брыльска, которая выиграла автомобиль «Daewoo Tiko» и 200 банок растворимого кофе. Радости актрисы не было предела - ведь за полтора года до этого у нее угнали ее «Мазду» и найти ее так и не удалось. Правда, от выигранного автомобиля Брыльска отказалась, потому что пошлина за его ввоз в Польшу была непомерно велика - 18 тысяч злотых (сама машина стоит 23 тысячи). Однако чтобы получить деньги за выигранный автомобиль, актрисе пришлось изрядно поволноваться - в течение полугода российское телевидение не могло с ней расплатиться. В «Комсомольской правде» тогда даже появилась статья под выразительным названием «Брыльску обманул Якубович?..». Сразу после ее выхода в свет в печати со своими разъяснениями вынужден был выступить директор программы «Поле чудес» Алексей Дронов. Он заявил: «Возникла очень серьезная ситуация. Все дело в чем? Сразу хочу сказать: мы пригласили Барбару Брыльску за определенный гонорар, который она получила сразу, как только прилетела в Москву. Это первое. Второе, мы оплатили ей все расходы в Москве, билеты туда и обратно, проживание в комфортабельной гостинице, суточные и так далее. Теперь по поводу машины. Выиграв ее, она сказала, что хочет ее взять. Уехав в Польшу, она позвонила и сказала: «Я решила машину не брать». Мы сказали: «Хорошо, мы вам заплатим». Две недели спустя вновь звонок из Варшавы и Брыльска сообщает, что она посоветовалась с родственниками и решила все-таки брать машину. Прошло еще какое-то время, и она сказала: возьму деньгами, и это мое окончательное решение. 22 мая 1997 года она прилетела в Москву, естественно, за наш счет. Мы ей отдали деньги за машину, оформив и завизировав соответствующие юридические документы. Теперь ни в одном интервью она не сможет заявить, что наша телекомпания ее как-то обманула».

Сегодня Барбара Брыльска по-прежнему живет в Варшаве в многоэтажном номенклатурном доме улучшенной конструкции. Стены в ее квартире раздвигаются, имеются прекрасные шведские окна, которые поглощают звук, и т. д. Купить квартиру в этом доме актрисе помог сам министр культуры Польши. При этом с ним затем произошел забавный случай. Брыльска пригласила министра на новоселье, а он долго не мог найти этот дом. Когда обратился за помощью к прохожему, тот в ответ процедил: «А-а, это дом, где живут эти суки...».

Ездит Брыльска на «Фиате - 126р», который в Польше все называют «малюхой». Пенсия у нее маленькая - около 100 долларов (и это при том, что один только фильм «Фараон» с ее участием принес более 80 миллионов долларов!). Впрочем, она не получает ни копейки и за прокат в России «Иронии судьбы...».

Ее сын Людвиг учится в лицее и с выбором будущей профессии пока не определился.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.