МАСТЕР И МАРГАРИТА

МАСТЕР И МАРГАРИТА

Звонит Элем Климов.

— Гия, что снимаешь?

— Ничего. Думаю.

— Ты мне говорил, что хотел снимать «Мастера и Маргариту?

— Да.

— Желание не пропало?

— Нет.

— Снимай, по старой дружбе дарю.

— А что так? Передумал?

— Как я задумал, снять невозможно. Таких денег нет и, судя по всему, не будет. А по-другому я не согласен.

В 66 году возвращались из Баку с выбора натуры по картине «Хаджи Мурат» Вадим Юсов, Ипполит Новодережкин (художник) и я. Проезжали Кубань. На станции Крылатское Юсов купил жареную курицу. Я крикнул из окна вагона, чтобы он взял и газету, руки вытирать. Газет не было, Юсов купил журнал. Курицу съели, косточки завернули в страницы журнала, кинули в мусорное ведро. Я забрался на верхнюю полку, взял остатки журнала, начал читать. Сразу же удивился. Потрясающая проза. Что это? Первых страниц нет, последних тоже. В Москве выяснил, что в поезде читал первую часть романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», который был опубликован в 11-м номере журнала «Москва». И еще выяснил, что первое объединение «Мосфильма» уже выкупило права на экранизацию романа у вдовы Булгакова Елены Сергеевны, и этот фильм будет снимать Игорь Таланкин.

Через какое-то время «Хаджи Мурата» закрыли. Я позвонил Таланкину и предложил:

— Игорь, давай опять вдвоем снимем. Ты библейскую часть и историю Мастера, а я про Воланда и его компанию.

— Гия, думаю, ты сам понимаешь, что вместе работать у нас уже не получится.

— Понимаю. Но все равно жалко.

Через месяц и Таланкина закрыли. Было еще много желающих снимать этот роман, но никому не дали.

А через двадцать с лишним лет, в конце восьмидесятых, с фильмом «Мастер и Маргарита» в нашем объединении запустился Элем Климов. Ему снимать роман Булгакова разрешили. Сценарий Элем написал со своим братом Германом. Это должна была быть грандиозная постановка с огромным бюджетом. У Госкино таких денег не было, необходимо было привлечь иностранный капитал. По этому поводу Элем и Юрий Кушнерев вели бесконечные переговоры с различными продюсерами (американскими, итальянскими, германскими).

А тут мы узнаем, что на Студии Горького с фильмом «Мастер и Маргарита» запустился режиссер Юрий Кара. Звоним в Госкино:

— Мы же снимаем этот фильм. Почему и другому разрешили?

— А нас никто не спрашивал. Спонсоры дали деньги, вот он и снимает. Капитализм.

— Ну, и как быть? Что делать? — спросил Элем.

— А что мы можем сделать? Взорвать Студию Горького? Снимай. Я убежден, что будут две абсолютно разные картины.

— Но это же бред, я первый заявку подал!

— Нет, Элем, не первый. Первым подал заявку Игорь Таланкин, потом Венгеров, потом Наумов и я собирался снимать. Всем отказали, а тебе разрешили. Ты первый секретарь Союза.

— Вопреки твоему желанию, Гия.

— Было дело. Каюсь.

В 96 году, после того как на съезде Союза кинематографистов выбрали членов правления, новое правление собралось там же, в Кремле, чтобы выбрать первого секретаря Союза кинематографистов. Обычно кандидатуру первого секретаря назначал Центральный Комитет Коммунистической Партии (сокращенно ЦК). Все стояли и ждали, когда приедет кто-то из ЦК и назовет фамилию «избранного». Стоим с Сережей Соловьевым гадаем:

— Кого предложат?

Ясно, что кандидат должен быть русским, членом партии, известным и обязательно членом правления.

— Никиту Михалкова?

— Он не член правления и не член партии.

— Колю Губенко?

— Тоже не член правления.

— Как, и Губенко не выбрали?.. Тогда Володю Меньшова, «Оскара» получил…

— Не уверен, что Володя член партии.

— Элем Климов! Партийный, русский, знаменитый.

— Элема не предложат, он у них главный антисоветчик.

К нам подошел Ролан Быков и сказал, что надо выбрать первым Михаила Ульянова.

— Почему Ульянова? Он же театральный деятель.

— А потому, что всех депутатов, кроме него, за борт выкинули.

Между прочим. После выборов на этом съезде почти никто из маститых кинематографистов в правление не вошел.

— А почему обязательно депутат?

— А потому! Предположим, выбрали тебя, Гия. Союз решил организовать фестиваль народов Севера. Звонишь первому секретарю обкома (губернатору) Свердловска, представляешься, просишь соединить. А тебе говорят: «Сейчас он очень занят. Позвоните на следующей неделе, товарищ». А на следующей неделе снова говорят то же самое. И так будет всегда. А теперь звонит Ульянов: «Здравствуйте, с вами говорит член ЦК, депутат Верховного Совета СССР Михаил Ульянов. Сам у себя?» А ему что отвечают: «Одну секундочку, Михаил Александрович! Соединяю, Михаил Александрович!»

— Ну что ж, убедительно.

— Тогда подключайтесь, я один всех обойти не успею.

И энергичный Ролан пошел агитировать дальше. А я подошел к Элему Климову и сказал, что надо выбрать Михаила Ульянова.

— Почему Ульянова?

— А потому. Ну, предположим, выбрали тебя, Элем, только не обижайся, звонишь ты первому секретарю обкома, представляешься, просишь соединить. А тебе говорят: «Позвоните на следующей неделе, товарищ, а лучше вообще не звоните.» А теперь звонит Ульянов…

Тут всех позвали в зал, и член политбюро Александр Николаевич Яковлев объявил, что Центральный Комитет Коммунистической Партии рекомендует избрать первым секретарем Союза кинематографистов Климова Элема Германовича.

— А у нас другая кандидатура, — не сдался Ролан, — мы предлагаем Ульянова Михаила Александровича.

Но Ульянов сразу же отказался, сказал, что сам с чистым сердцем проголосует за Элема Климова. И все единодушно, включая Ролана, Сережу и меня, проголосовали за главного антисоветчика Элема, честного и принципиального человека.

Между прочим. С Элемом Климовым мы были приятели еще со времен нашей юности. Но у нас было одно принципиальное расхождение. Элем считал, что Сталин злодей, который исказил учение Ленина. А я считал, что Сталин верный ученик Ленина и в точности выполнил все, что тот завещал. А кто из них больший злодей, не мне судить.

Элем уступил мне «Мастера и Маргариту», я позвонил ему:

— Спасибо большое, Элем, но как снимать этот фильм, я не знаю и поэтому подарок возвращаю.

О визите Воланда со своей командой в Москву тридцатых годов можно снять озорной и трагичный фильм о человеческой глупости. Главное — сохранить авторскую интонацию. Это понятно. Но кот! Как сделать кота? Актер в шкуре? Будет заметно. Кукольная анимация? Рядом с актерами будет мертвой. Просто человек, шаловливый проказник-юноша? Нет, не простят, все ждут обаятельного симпатягу безобразника-кота. И я позвонил Элему и отказался.

Сейчас, после того как я снял полнометражный анимационный фильм «Ку! Кин-дза-дза», уверен, что по роману «Мастер и Маргарита» можно снять отличный анимационный фильм. И я знаю как, но на такой подвиг сил уже нет. Пока я снимал «Ку!», понял, какой это тяжкий труд.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.