Б. Л. Пастернаку (1890–1960)

Б. Л. Пастернаку

(1890–1960)

Провода

Des Herrens Woge sch?umte nicht so sch?n empor, und w?rde Geist, wenn nicht der alte stumme Fels, das Schicksal ihr entgegenst?nde[42].

1

Вереницею певчих свай,

Подпирающих Эмпиреи,

Посылаю тебе свой пай

Праха дольнего.

    По аллее

Вздохов – проволокой к столбу –

Телеграфное: лю-ю-блю…

Умоляю… (печатный бланк

Не вместит! Проводами проще!)

Это – сваи, на них Атлант

Опустил скаковую площадь

Небожителей…

    Вдоль свай

Телеграфное: про-о-щай…

Слышишь? Это последний срыв

Глотки сорванной: про-о-стите…

Это – снасти над морем нив,

Атлантический путь тихий:

Выше, выше – и сли-лись

В Ариаднино: ве-ер-нись,

Обернись!.. Даровых больниц

Заунывное: не выйду!

Это – про?водами стальных

Проводов – голоса Аида

Удаляющиеся… Даль

Заклинающее: жа-ль…

Пожалейте! (В сем хоре – сей

Различаешь?) В предсмертном крике

Упирающихся страстей –

Дуновение Эвридики:

Через насыпи – и – рвы

Эвридикино: у-у-вы,

Не у –

17 марта 1923

2

Чтоб высказать тебе… да нет, в ряды

И в рифмы сдавленные… Сердце – шире!

Боюсь, что мало для такой беды

Всего Расина и всего Шекспира!

«Все? плакали, и если кровь болит…

Все? плакали, и если в розах – змеи…»

Но был один – у Федры – Ипполит!

Плач Ариадны – об одном Тезее!

Терзание! Ни берегов, ни вех!

Да, ибо утверждаю, в счете сбившись,

Что я в тебе утрачиваю всех

Когда-либо и где-либо небывших!

Какие чаянья – когда насквозь

Тобой пропитанный – весь воздух свыкся!

Раз Наксосом мне – собственная кость!

Раз собственная кровь под кожей – Стиксом!

Тщета! во мне она! Везде! закрыв

Глаза: без дна она! без дна! И дата

Лжет календарная…

    Как ты – Разрыв,

Не Ариадна я и не…

        – Утрата!

О по каким морям и городам

Тебя искать? (Незримого – незрячей!)

Я про?воды вверяю провода?м,

И в телеграфный столб упершись – плачу.

18 марта 1923

3

(Пути)

Все перебрав и все отбросив,

(В особенности – семафор!)

Дичайшей из разноголосиц

Школ, оттепелей… (целый хор

На помощь!) Рукава как стяги

Выбрасывая…

    – Без стыда! –

Гудят моей высокой тяги

Лирические провода.

Столб телеграфный! Можно ль кратче

Избрать? Доколе небо есть –

Чувств непреложный передатчик,

Уст осязаемая весть…

Знай, что доколе свод небесный,

Доколе зори к рубежу –

Столь явственно и повсеместно

И длительно тебя вяжу.

Чрез лихолетие эпохи,

Лжей насыпи – из снасти в снасть –

Мои неизданные вздохи,

Моя неистовая страсть…

Вне телеграмм (простых и срочных

Штампованностей постоянств!)

Весною стоков водосточных

И проволокою пространств.

19 марта 1923

4

Самовластная слобода!

Телеграфные провода!

Вожделений – моих – выспренных,

Крик – из чрева и на? ветер!

Это сердце мое, искрою

Магнетической – рвет метр.

– «Метр и меру?» Но чет – вертое

Измерение мстит! – Мчись

Над метрическими – мертвыми –

Лжесвидетельствами – свист!

Тсс… А ежели вдруг (всюду же

Провода и столбы?) лоб

Заломивши, поймешь: трудные

Словеса сии – лишь вопль

Соловьиный, с пути сбившийся:

– Без любимого мир пуст! –

В Лиру рук твоих влю-бившийся,

И в Леилу твоих уст!

20 марта 1923

5

Не чернокнижница! В белой книге

Далей донских навострила взгляд!

Где бы ты ни был – тебя настигну,

Выстрадаю – и верну назад.

Ибо с гордыни своей, как с кедра,

Мир озираю: плывут суда,

Зарева рыщут… Морские недра

Выворочу – и верну со дна!

Перестрадай же меня! Я всюду:

Зори и руды я, хлеб и вздох:

Есмь я и буду я и добуду

Губы – как душу добудет Бог:

Через дыхание – в час твой хриплый,

Через архангельские суда

Изгороди! – Все уста о шипья

Выкровяню и верну с одра!

Сдайся! Ведь это совсем не сказка!

– Сдайся! – Стрела, описавши круг…

– Сдайся! – Еще ни один не спасся

От настигающего без рук:

Через дыхание… (Перси взмыли,

Веки не видят, вкруг уст – слюда…)

Как прозорливица – Самуила

Выморочу – и вернусь одна:

Ибо другая с тобой, и в судный

День не тягаются…

    Вьюсь и длюсь.

Есмь я и буду я и добуду

Душу – как губы добудет уст –

Упокоительница…

25 марта 1923

6

Час, когда вверху цари

И дары друг к другу едут.

(Час, когда иду с горы):

Горы начинают ведать.

Умыслы сгрудились в круг.

Судьбы сдвинулись: не выдать!

(Час, когда не вижу рук)

Души начинают видеть.

25 марта 1923

7

В час, когда мой милый брат

Миновал последний вяз

(Взмахов, выстроенных в ряд),

Были слезы – больше глаз.

В час, когда мой милый друг

Огибал последний мыс

(Вздохов мысленных: вернись!)

Были взмахи – больше рук.

Точно руки – вслед – от плеч!

Точно губы вслед – заклясть!

Звуки растеряла речь,

Пальцы растеряла пясть.

В час, когда мой милый гость…

– Господи, взгляни на нас! –

Были слезы больше глаз

Человеческих и звезд

Атлантических…

26 марта 1923

8

Терпеливо, как щебень бьют,

Терпеливо, как смерти ждут,

Терпеливо, как вести зреют,

Терпеливо, как месть лелеют –

Буду ждать тебя (пальцы в жгут –

Так Монархини ждет наложник)

Терпеливо, как рифмы ждут,

Терпеливо, как руки гложут.

Буду ждать тебя (в землю – взгляд,

Зубы в губы. Столбняк. Булыжник).

Терпеливо, как негу длят,

Терпеливо, как бисер нижут.

Скрип полозьев, ответный скрип

Двери: рокот ветров таежных.

Высочайший пришел рескрипт:

– Смена царства и въезд вельможе.

И домой:

В неземной –

Да мой.

27 марта 1923

9

Весна наводит сон. Уснем.

Хоть врозь, а все ж сдается: все?

Разрозненности сводит сон.

Авось увидимся во сне.

Всевидящий, он знает, чью

Ладонь – и в чью, кого – и с кем.

Кому печаль мою вручу,

Кому печаль мою повем

Предвечную (дитя, отца

Не знающее и конца

Не чающее!). О, печаль

Плачущих без плеча!

О том, что памятью с перста

Спадет, и камешком с моста…

О том, что заняты места,

О том, что наняты сердца

Служить – безвыездно – навек,

И жить – пожизненно – без нег!

О заживо – чуть встав! чем свет! –

В архив, в Элизиум калек.

О том, что тише ты и я

Травы, руды, беды, воды…

О том, что выстрочит швея:

Рабы – рабы – рабы – рабы.

5 апреля 1923

10

С другими – в розовые груды

Грудей… В гадательные дроби

Недель…

А я тебе пребуду

Сокровищницею подобий

По случаю – в песках, на щебнях

Подобранных, – в ветрах, на шпалах

Подслушанных… Вдоль всех бесхлебных

Застав, где молодость шаталась.

Шаль, узнаешь ее? Простудой

Запахнутую, жарче ада

Распахнутую…

        Знай, что чудо

Недр – под полой, живое чадо:

Песнь! С этим первенцем, что пуще

Всех первенцев и всех Рахилей…

– Недр достовернейшую гущу

Я мнимостями пересилю!

11 апреля 1923

Данный текст является ознакомительным фрагментом.