ВОЗДУШНЫЙ ФОТОГРАФ

ВОЗДУШНЫЙ ФОТОГРАФ

Григорий Тимофеевич Васев родился в 1922 году в поселке Н.-Самарск Абзелиловского района Башкирской АССР. Детские и юношеские годы прошли в Магнитогорске, где, еще будучи школьником, он стал посещать кружок авиамоделистов. Окончив восьмилетку, Васев поступил в Магнитогорский аэроклуб, а затем и в Оренбургское летное училище.

Три года упорной учебы, и молодой летчик-штурмовик, член ленинской партии, направляется в действующую армию. Григорию Тимофеевичу довелось сражаться с немецкими захватчиками на Воронежском, Степном, втором и третьем Украинских фронтах. Был дважды ранен, трижды сбит огнем противника. На самолете ИЛ-2, оборудованном для фотосъемок, совершил 163 успешных боевых, разведывательных вылета. Одновременно с этим командовал звеном штурмовиков, а затем эскадрильей.

Звание Героя Советского Союза Григорий Тимофеевич получил в 1945 году. Трижды награжден орденом Красного Знамени, дважды — Отечественной войны I и II степени, а всего за период боев удостоен 14 правительственных наград.

После войны Г. Т. Васев окончил Военную Академию и служит в Ейском авиационном училище.

4 июля 1943 года, накануне битвы на Орловско-Курской дуге, Григорий Тимофеевич, выполняя приказ командования по разведке тылов противника, пересек линию фронта, преодолел завесу заградительного огня и углубился в тыл. Прорезал густые облака, снизился и приступил к фотографированию. Осталось сделать еще один заход, чтобы хорошенько рассмотреть и заснять скопление пехоты на опушке леса, как вдруг самолет сделал крен вправо. Летчик по инерции отшатнулся влево и почувствовал, будто кто-то большой и сильный прижал ему к боку полосу раскаленного металла. Перед глазами замельтешили сотни, тысячи разноцветных искорок, голова закружилась. Потом вокруг стало темно, как в глухую ночь. В лицо дохнуло жаром. В нос ударил запах удушливого дыма.

Васев подался вперед. Выжимая все, что можно взять у машины, взмыл вверх. Думал только о том, как поскорее сбить пламя.

Схватка с огнем продолжалась несколько напряженных минут. Победили мужество, величайшая выдержка и искусство высшего пилотажа. Выровняв машину, Васев снова попал в полосу заградительного огня. Первым же вражеским снарядом самолет прошило, он стал терять высоту. С перебоями заработал мотор, машина неудержимо пошла книзу.

«Прыгай! Прыгай! Чего же ты медлишь?» — кто-то настойчиво шепнул на ухо.

«Нет, это невозможно. Это, значит, добровольно сдаться в плен», — мысленно возразил Григорий Тимофеевич непрошеному советчику и сам себе крикнул:

— Нет, мы еще поборемся! Нас просто так не возьмешь! — Он упрямо стиснул зубы и, истекая кровью, стал уменьшать угол падения самолета. И опять победила сила воли, стремление жить и крепко разить врага.

Вот позади вражеский передний край. Истерзанный самолет, напрягая последние силы, стремительно пронесся над окопами советских воинов и, не дотянув до аэродрома, все же сумел приземлиться.

Прошло десять дней — и Григорий Тимофеевич вновь в разведке. Обнаружив в районе Ахтырки скопление гитлеровцев, вернулся на аэродром и доложил о результатах своих наблюдений. Командир полка майор Рассмотров секунду помолчал, взглянул на уставшее осунувшееся лицо летчика.

«Отдохнуть бы ему, — подумал командир. — Три боевых вылета сделал в этот день, а тут такие сведения: фашистское командование резервы подтягивает. Вот бы ударить по ним! Но кого послать во главе штурмовиков? Кого? Все опытные летчики в воздухе. А ведущий должен быть с опытом. Ведь он не просто идет впереди звена или эскадрильи, а отвечает за успех операции и должен не только правильно вывести штурмовиков на цель, но и поразить ее. И не просто поразить, а вернуться без потерь. Он отвечает за каждого летчика, каждый самолет. Так кого же послать во главе штурмовиков?»

Майор обвел взглядом толпящихся подле летчиков. «У всех отваги и решительности хоть отбавляй. Прикажи — сейчас же ринутся в бой. Но успех боя достигается не только мужеством и отвагой, а еще и умением вовремя разгадать замысел врага. Нет, не могу я ими рисковать без опытного командира», — решил майор и пристально посмотрел на Григория Тимофеевича.

— Товарищ старший лейтенант, поднимайте вот этих орлов вверх и ведите на свой объект.

— Есть! — коротко ответил Васев и размашисто зашагал к своему самолету, у которого «колдовал» механик Поспелов.

Г. Т. Васев.

— Ну как, Саша, дела? — спросил механика.

— Все в порядке! Машина работает, как часы. Хоть сейчас в воздух.

— Вот и прекрасно. Посмотри еще разок и минут через десять-пятнадцать заводи.

Механик удивленно посмотрел на Васева и в первые секунды не нашелся что сказать — только почмокал губами.

В назначенный час шестерка «ИЛов» поднялась в воздух. Густые дождливые облака, словно грязная вата, облепили самолеты, мешали лететь. Позднее об этом смелом и трудном рейде генерал-полковник авиации В. А. Судец сообщал маршалу Советского Союза Толбухину — командующему Третьим Украинским фронтом:

«8.8.1943 года противник сосредоточил большое количество живой силы и техники в районе Ахтырка для нанесения удара по нашим войскам. Товарищ Васев с группой шести самолетов «ИЛ-2» получил задание нанести штурмовой удар по скоплению войск противника. Погода явно не благоприятствовала выполнению задания. Но, благодаря высокому летному мастерству, группа тов. Васева нанесла смелый удар по скоплению войск противника, в результате чего планы немецкого командования перейти в наступление на данном участке фронта были сорваны»[4].

Спустя два месяца после смелого и опасного рейда по тылам врага шестерки отважных, командир авиакорпуса генерал-майор Витрук докладывал генерал-полковнику Судцу:

«Выполняя приказ Верховного командования по освобождению столицы Украины города Киева от немецких захватчиков товарищ Васев производил по 3—4 боевых вылета в день, показывая образцы мужества, доблести и геройства, нанося огромный урон фашистским войскам. В результате поддержки с воздуха наши наземные войска 6 ноября 1943 года освободили столицу Украины город Киев»[5].

До конца войны Григорий Тимофеевич находился там, где было тяжелее и опаснее. О его мужестве и умении проникать в тыл врага ходили легенды. В корпусе не было летчика, который не подражал бы ему, не стремился бы сражаться так же мужественно и отважно.

Сделав последний боевой вылет вдали от советской границы, Григорий Тимофеевич вернулся на Родину, окончил Военную Академию и с головой ушел в работу. Он и сейчас продолжает служить в Советской Армии, отдавая все свои силы, знания и многогранный опыт молодому поколению Воздушного Флота — курсантам Ейского авиационного училища.