Суворов побеждает французов у Нови

Суворов побеждает французов у Нови

После сражения при Треббии и сдачи Мантуи Суворов не бросал своего дела и обучал солдат. Он знал, что французы собрали новую большую армию у городка Нови, что туда приехал молодой, но уже прославившийся своими победами генерал Жубер, – и решил разбить еще раз французов, чтобы покончить с ними в Италии.

В начале августа Суворов с войсками был уже у Нови. Городок Нови, занятый французами, лежит на склоне очень крутых гор. Горы эти обсажены виноградниками и перекопаны глубокими рвами, выложенными камнем. Место это считалось неприступным. Суворов предложил австрийским войскам атаковать французов у Нови, но они отказались, говоря, что это немыслимо. Но Суворов любил делать невозможное и отдал приказ об атаке.

День был знойный. Сначала солдаты бодро стали карабкаться по неприступным кручам, но, встреченные сильным огнем французов, отступили, построились и снова, как на параде, пошли на неприятеля.

Идти было трудно. Впереди были крутые стены городка, с которых французские пушки без промаха палили по русским. Солдаты не могли выдержать ужасного огня, дрогнули и повернули назад.

Доложили Суворову. Он вскочил на лошадь и прискакал к отступающим солдатам.

– Молодцы, ребята! – кричал он им. – Заманивай их, заманивай, спасибо, ребята, что догадались! – И потом останавливал батальон и говорил: – Теперь пора назад, ребята, и хорошенько их!

Полки кидались на врага, но, отбитые, поворачивали снова и, опустив головы, печальные, отходили назад на глазах у Суворова.

Один Бог ведает, что делалось в эти минуты на душе у старика фельдмаршала.

Неожиданные успехи и быстрые победы графа Суворова в Италии привели Французскую директорию в крайнее смятение. Она не знала, что делать. Обещала чрезвычайную сумму в награду тому, кто привезет голову Суворова. Узнав об этом, граф руками ощупал свою голову и сказал: «Ах! Напрасно… Дорого! Помилуй Бог, дорого! Моя головка маленькая, сухая, никуда не годится, дорого! Жаль!..» Потом приказал привести к себе пленного француза, отпустил его и сказал: «Желаю тебе счастливого пути домой. Но прежде всего объяви от меня директории: сумма, за голову мою назначенная, велика. Да у вас и денег столько нет. Скажи своей директории: я постараюсь сам принести к ним голову мою вместе с руками».

Он соскакивал на глазах у солдат с лошади и катался по земле, говоря:

«Ройте мне могилу, я не переживу этого дня…»

Но ничто не могло удержать и остановить бегущих солдат. Тогда Суворов первый раз в своей жизни дал отбой, и сражение прекратилось. Войскам приказано было отдыхать.

Было послано за подкреплениями.

Они прибыли в 3 часа дня, и сейчас же Суворов приказал начать новые атаки. Эти атаки были ужасны. Как ни стойки были французы, как ни хорошо укрывали их каменные стены, они стали отступать. Войска Суворова напали еще решительнее, и французы бежали.

Император Павел награждает Суворова

Был уже вечер. Жубер, уверенный в победе, был убит в самом начале боя, и французами командовал генерал Моро. Он пытался остановить бегство, но не мог. Французские войска были рассеяны, и покорение Италии закончено…

Союзники взяли в плен 4600 французов, 4 знамени и 39 пушек.

Император Павел, получив донесение о победах русских войск, приказал женам убитых офицеров сохранить жалованье их мужей по смерть, а детям до совершеннолетия; относительно же наград живым – то всем были щедро розданы ордена. Суворова нечем было наградить – он все имел. И император приказал, чтобы все войска даже в присутствии государя отдавали Суворову такую же честь, как государю, т. е. преклоняли перед ним знамена.

«Достойному – достойное, – писал государь Суворову, – прощайте, князь, живите, побеждайте французов…»

Но побеждать французов так, как он побеждал их при Адде, Треббии и Нови, Суворову больше не пришлось. Казалось, теперь, после этих побед, Суворову надо было идти вперед, вторгнуться во Францию и войти в Париж, но Суворов не двигался с места.

Он воевал в союзе с австрийцами. А австрийцы, несмотря на победы его, были им недовольны. Он слишком быстро побеждал, не слушался австрийского императора, не исполнял глупых приказов, присылавшихся ему из Вены. Его победы были велики, и вся Италия понимала, что освобождением своим она обязана русским и Суворову, но не австрийцам. Австрийцы делали неприятности Суворову. Суворов страдал, но молчал. Наконец они изменили союзу и покинули 30 000 войска, под начальством генерала Римского-Корсакова, – одного в Швейцарии, отделенной от Италии, где был Суворов, громадными, проходимыми только одиночными людьми Альпийскими горами.

Эта измена рассердила императора Павла. Он посылал Суворова и русские войска не для того, чтобы помогать австрийцам завоевывать Италию, а для того, чтобы освободить ее от нашествия французов. Он послал приказ Суворову соединиться с войсками Римского-Корсакова и действовать в Швейцарии одному, куда и как он заблагорассудит. Суворову предстоял тяжелый и опасный путь через Альпийские горы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.