ГРИГОРИЙ ИВАНОВИЧ ШЕЛЕХОВ

ГРИГОРИЙ ИВАНОВИЧ ШЕЛЕХОВ

Сотни русских названий на огромном пространстве от самого западного из Алеутских островов почти до залива Сан-Франциско, от южной точки Аляски до самой северной свидетельствуют о замечательном подвиге русских людей, открывших «Русскую Америку». Их трудами был открыт, изучен и освоен этот далекий, неизвестный до того, неведомый край.

Среди имен первооткрывателей и первоисследователей Русской Америки одно из главных мест принадлежит Григорию Ивановичу Шелехову — основателю первых постоянных русских поселений на Аляске.

Григорий Иванович Шелехов родился в 1747 году в городе Рыльске Курской губернии в небогатой купеческой семье.

Неизвестно, какие причины забросили его из южного российского города в далекую Сибирь. Возможно, в своих намерениях он руководствовался слухами о выгодной торговле в этих краях.

В 1773 году Шелехов из Рыльска переезжает в Иркутск. С собой он везет рекомендательное письмо купца Голикова к его родственнику.

В середине 18-го столетия Иркутск был столицей Восточной Сибири. Отсюда отправлялись грузы в Якутск, Охотск и на Камчатку, уходили отряды промысловиков за пушниной на Лену, Индигирку и Колыму. В Иркутск привозили добытую пушнину. В канцелярию губернатора Восточной Сибири доставляли карты и судовые журналы мореплавателей с Тихого океана, из канцелярии им посылали инструкции и приказы.

Иркутск был последним большим городом на востоке России, и именно из него отправлялись важные правительственные экспедиции к берегам Тихого океана. Руководители экспедиций набирали себе из иркутян сотрудников и помощников.

За шумную и кипучую жизнь Иркутск называли «сибирским Петербургом».

В это время приехавший в Иркутск Шелехов поступил приказчиком к купцу Голикову, которому привез письмо от своего рыльского родственника. Кроме коммерческого опыта, который он приобрел, занимаясь торговлей, Шелехов хорошо изучил Сибирь, познакомился с промышленниками и мореходами, поведавшими ему о далеких Алеутских островах.

После женитьбы Шелехов решил открыть собственное дело в Охотске.

Этот город располагался на берегу залива при впадении рек Охоты и Кухтуя в море. Город являлся портом для кораблей купеческих компаний, где их строили и чинили. Однако сам порт отличался большими неудобствами: вход в устье реки был усеян отмелями, слабый грунт не позволял достаточно хорошо встать на якорь, а фарватер реки каждый год изменялся. Все это вело к частой поломке кораблей, причем у самого входа в порт.

Несмотря на сырой и холодный климат, туманы и дожди, недостаток хлеба и свежих продуктов, сибирские мореходы и промышленники продолжали приезжать в Охотск, привлеченные выгодным пушным промыслом на Тихом океане.

После своего приезда в Охотск Шелехов в компании с охотскими купцами почти ежегодно стал снаряжать корабли для промысла морского зверя: только за пять лет (1776–1781 гг.) он снарядил около десяти судов, что принесло ему немалый доход.

Район самих промыслов постепенно перемещался на восток, к Лисьим островам и побережью Аляски. Наблюдая, как распадаются старые купеческие компании, как быстро возникают новые и как неблагоприятно сказывается все это на развитие русского мореплавания, пушного промысла и торговли на Тихом океане, Шелехов стал понимать, что деятельность русских промышленников и мореходов на Тихом океане следует организовать по-новому.

Шелехов не мог не замечать, что на Тихом океане все более разворачивается соперничество между мировыми державами за доминирующую роль, и не мог не понимать, — для того чтобы в этой борьбе Россию не вытеснили из океана, ей нужно иметь там надежные базы с постоянными жителями из русских людей.

Зимой 1781 года в разговоре со своим бывшим хозяином И.Л. Голиковым Шелехов предложил образовать постоянную компанию у берегов Америки на срок десять лет. На средства этой компании должны были снаряжаться корабли в самые отдаленные места Тихого океана. Северо-американское побережье нужно было официально присоединить к России и основать здесь постоянное поселение. Жители Русской Америки должны были не только заниматься рыбной ловлей и охотой на морского зверя, но и сеять хлеб, изучать недра этой земли.

Русские поселенцы должны были находиться в дружеских сношениях с аборигенами, работать с ними рука об руку, обучать грамоте. Из аборигенов должны были выходить толмачи (переводчики), мореходы и специалисты по самым разным ремеслам.

Корабли торговой компании должны каждый год вывозить в метрополию пушнину из Русской Америки и отвозить сюда же все необходимое для поселенцев.

Голиков с удивлением выслушал идеи Шелехова, но после долгих раздумий решил войти в торговую компанию.

Шелехов решил сам руководить плаванием торговых кораблей к берегам Русской Америки, поскольку понимал, что именно ему, инициатору этого проекта, и следует проводить его в жизнь.

В Охотске, в устье верфи реки Урала Шелехов заложил три судна. Это были галиоты — двухмачтовые острокильные парусные суда.

Шелехов сам следил за постройкой галиотов, заготовлял необходимые грузы, вел переговоры с местными купцами и губернскими чиновниками. К лету 1783 года три галиота «Три Святителя», «Симеон и Анна» и «Св. Михаил» были спущены на воду. Во главе каждого судна стояли опытные командиры. Экипажи всех трех кораблей насчитывали 192 человека.

Шелехов понимал, что высадка должна была совершиться далеко на востоке, где еще было немало морского зверя. Чтобы не блуждать в море, рассчитывая сделать случайные открытия, Шелехов решил совершить высадку в достаточно известном месте, поскольку этот пункт должен был позволить русским промышленникам продвинуться вперед. Первое русское поселение он решил основать на острове Кадьяк. Это был самый крайний пункт, куда доходили русские промышленники и мореходы. Эти места изобиловали бобрами, за которыми охотились местные жители — эскимосы.

Сам остров лежал около северо-западного побережья Америки и был отделен проливом от Аляски. К северу от Кадьяка на расстоянии 150 км находится полуостров Кенай. К северу, северо-востоку и востоку от Кадьяка огромной дугой тянется северо-западное побережье Северной Америки.

16 августа 1783 года галиоты вышли из устья Урала в море.

Пятнадцать дней корабли плыли к Курильским островам. Плавание затрудняли частые шторма, штили и встречные ветры. Огонь сигнальных фонарей был невидим из-за густого тумана.

31 августа экипажам галиотов открылась густая цепь Курильских островов. Запасшись у первого острова Шумшу пресной водой, суда прошли первым Курильским проливом и, обогнув мыс Лопатку, взяли курс на северо-северо-восток, к острову Беринга.

После девяти дней плавания в море разразился сильнейший шторм. Ветер рвал паруса, во тьме вспыхивали молнии, волны подбрасывали и обрушивали на своих гребнях корабли. Потоки воды заливали палубу.

Лишь после двух дней шторма переменился ветер и выглянуло солнце. Стоя на палубе «Трех святителей», Шелехов пытался увидеть «Симеон и Анну» и «Св. Михаила». Однако найти их так и не удалось. Шелехов надеялся на встречу у острова Беринга, о чем он ранее условился с капитанами обоих судов.

14 сентября «Три святителя» подошли к острову Беринга, где его ожидал «Симеон и Анна». Однако никаких следов «Св. Михаила» не было. Шелехов приказал высаживаться на берег и готовиться к зимовке. При сильных встречных ветрах плыть на восток было невозможно.

С декабря начались метели, заносившие снегом землянки и стоявшие у берега суда. Чтобы выбраться наверх, приходилось разгребать сугробы. Дождь сменялся снегом. Чтобы выжить, поселенцы охотились на птиц и морских животных, находили под снегом луковицы сараны, листики ложечной травы, и это помогало им спасаться от цинги.

Лишь в июне Шелехову удалось выйти в море. Предварительно он оставил в землянке письмо для капитана «Св. Михаила».

Едва галиоты отошли от берега, как сразу попали в полосу густого тумана и скоро потеряли друг друга из вида. «Три святителя» продолжал двигаться один и через 12 дней подошел к Андреяновским островам. Пройдя вдоль Алеутской гряды, 12 июля «Три святителя» встретился у Лисьих островов с «Симеоном и Анной» и продолжали дальнейший путь совместно.

На следующий вечер показалась самая северная точка острова Уналашка — мыс Калехта, а затем и скала «Монах», обозначавшая вход в Капитанскую гавань.

Шелехов сделал остановку, люди запаслись всем необходимым для дальнейшего плавания, отремонтировали снасти, исправили повреждения на галиотах. Среди местных алеутов были завербованы толмачи.

Здесь же, в Капитанской гавани, Шелехов встретил купеческое судно, возвращающееся с промыслов и тяжелой зимовки в Чугацком заливе. Услышав, что Шелехов идет к Кадьяку, капитан корабля стал отговаривать его от этого предприятия, говоря, что на этом острове их не ждет ничего, кроме голода и столкновений с аборигенами. Однако Шелехова не могли остановить эти страхи, и 22 июля «Три Святителя» вновь вышли в море. Шелехов по-прежнему оставил на Уналашке письмо капитану «Св. Михаила» с требованием немедленно следовать к Кадьяку.

«Три Святителя» и «Симеон и Анна» плыли на северо-восток мимо острова Шумачина, за которым виднелись очертания Аляски, мимо Евдокеевского острова и, наконец, подошли к Кадьяку.

3 августа галиоты вошли в залив с южной стороны Кадьяка, где стали на якорь. Берег был изрезан глубокими фьордами, в некоторых местах под водой возвышались кокуры (высокие одиночные скалы). В глубине острова были видны поросшие лесом горы.

На берег начали выгружать грузы и готовить место для будущего селения.

На следующий день Шелехов отправил на разведку четыре байдары, приказав им разыскать островитян. Три байдары вернулись, не принеся никаких известий. А четвертая возвратилась на другой день и доставила островитянина-эскимоса, одетого в серую рубаху из птичьих перьев. Лицо его было разрисовано черной краской. Угостив эскимоса и подарив ему какие-то безделушки, Шелехов отпустил его домой.

И уже утром в заливе появились три байдары, в каждой сидел эскимос, гребущий одним веслом. Эскимосы поднялись на палубу галиота и предложили выменять у них бобровые шкурки.

7 августа Шелехов снова послал на разведку четыре байдары с промышленниками, приказав им найти лежбища морских котиков и бобров и разыскать эскимосские селения. Посланные вернулись, рассказав, что в сорока милях к северу от залива на вершине кекура они увидели множество эскимосов, угрожавших убить пришельцев.

Спустя некоторое время в одну из ночей эскимосы напали на русский лагерь, но люди Шелехова сумели отбить нападение и эскимосы убежали.

Однако Шелехов не только воевал с эскимосами, но и старался задобрить их — приглашал в гости, угощал, дарил безделушки и запретил своим людям обижать их. Так Шелехов установил дружеское отношение с местным населением.

Скоро на Кадьяке была организована школа, в которой обучались русской грамматике и счету 25 малолетних эскимосов.

Эскимосы также приглашали Шелехова и его товарищей к себе в гости. Их селение находилось у моря и состояло из нескольких подземных сооружений, в которых жили аборигены. В каждом доме проживало по 50 и более человек. Вход в жилище был устроен в виде отверстия в крыше, к которому изнутри приставлялось бревно с насечками. Эскимосы побогаче жили в отдельных хижинах на столбах. Посреди селения был кажим — сооружение из бревен, ветвей и земли — место игр, пиров и совещаний…

Зимой 1784–1785 годов среди поселенцев началась цинга. Люди стали умирать. Воспользовавшись бедствием в русском поселении, враждебные эскимосские племена решили напасть на пришельцев. Однако дружески расположенные к Шелехову эскимосы не только предупредили его об опасности, но и оказали помощь, рассеяв враждебные отряды и привезя их главарей к Шелехову.

Весной, как только цинга закончилась, Шелехов начал разбивать недалеко от селения огороды, засадив их семенами растений, привезенных из России. На пастбищах паслись козы и свиньи, также привезенные из Охотска.

Шелехов приказал начать сбор сведений об окрестных островах и американском побережье, узнавать, какая живность там обитает и какими полезными ископаемыми богаты недра этих земель.

Русские отряды дошли до островов Афогнак и Шуяк, расположенных к северу от Кадьяка, затем двинулись на север и вскоре достигли Кенайского залива. Одновременно была исследована природа Аляски.

Все это время поселенцы охотились на морских бобров и котиков и торговали с аборигенами.

Зиму 1785/86 года Шелехов провел в Кадьяке. В декабре он отправил своих людей на полуостров Кенай для разведки и торговли с индейцами. Спустя месяц еще 11 промышленников были отправлены в Чинигатский залив, на берегу которого были леса с пригодными для постройки судов деревьями.

В начале марта большой отряд эскимосов и алеутов был отправлен вместе с пятью промышленниками к мысу Св. Ильи для постройки крепости, описания побережья и торговли с местным населением. Однако спустя время поступило известие, что старшина Шуяка изменил русским и в союзе с индейцами убил охраняющих его промышленников и толмача. Теперь начальник отряда просил прислать им подкрепление.

Шелехов отправил на Шуяк два отряда из промышленников и эскимосов и алеутов, которым велел построить крепость на острове Афогнаке, в местах, ближе всего подходящих к Шуяку.

Скоро он получил известие, что индейцы разбиты, одна крепость построена на Афогнаке, а другая заложена на полуострове Кенай.

К этому времени большая часть промышленников жила в избах, окруженных частоколом по всему побережью Кадьяка. Внутри каждой такой крепости находились избы промышленников, склады оружия, провианта и пушнины. За стеной находились хижины эскимосов-охотников, кузница с «избой для слесарных работ», хлев для скота, сенник. Тут же были огороды. Под навесом на берегу моря стояли суда, лежали мачты и такелаж. Здесь же находился сарай для байдар и сушки рыбы и снастей.

Задача, которую поставил перед собой Шелехов, была выполнена. На территории Русской Америки были заложены постоянные поселения, начаты занятия земледелием и скотоводством, исследованы и описаны Кадьяк и соседние с ним острова, побережье полуострова Аляска и Кенийского залива.

В мае 1786 года Шелехов стал готовиться к отплытию в обратный путь. Вместо себя правителем компанейских дел в Америке он оставил К.А. Самойлова, составив ему обширную инструкцию.

Шелехов наказывал Самойлову расселять присланных от него людей по всему протяжению Русской Америки, уделять большое внимание созданной школе и присылать молодых эскимосов для обучения в школах Иркутска и Охотска.

Он также обещал Самойлову прислать новую партию скота и семян и потому наказывал строить новые хлева и сенники и разбивать огороды.

С собой в Россию Шелехов решил взять около сорока человек эскимосов и алеутов, а также предметы их изделий, с тем, чтобы люди в России могли воочию убедиться, что представляет собою вновь обретенная земля.

22 мая 1786 года Шелехов вышел в море на галиоте «Три Святителя». Поскольку поселения нуждались в здоровых людях, Шелехов составил свой экипаж из слабых и больных промышленников, которых хотел вывезти в Россию.

Лишь только «Три Святителя» вышли из залива, как вдали показалось судно, и скоро Шелехов узнал «Св. Михаила». Наконец он узнал причину таинственного исчезновения этого судна. Когда после бури в Беринговом море корабли потеряли друг друга, «Св. Михаил» вместо того, чтобы идти к острову Беринга, устроил зимовку на одном из Курильских островов. Летом корабль пришел к острову Беринга, где в землянке нашел письмо с приказом Шелехова идти на Уналашку.

Капитан «Св. Михаила» так и не смог выполнить приказа и на Уналашке был лишь в мае следующего года. При выходе из Капитанской гавани галиот получил повреждение, вынужден был вернуться и только сейчас прибыл в назначенное ему место.

Шелехов немедленно заменил этого капитана другим и приказал ему вести «Св. Михаила» к крепости на острове Афогнак.

В своем обратном плавании Шелехов попытался найти новые, еще не открытые острова. Однако погода не благоприятствовала предприятию. Галиоту приходилось идти вдоль Алеутских островов под сильным юго-западным и западным ветром.

Ослабевшие от цинги и морской болезни промышленники уже не могли управлять судном. И тут на помощь пришли эскимосы, которых Шелехов вез в Россию. Эскимосы быстро освоились с незнакомыми снастями и фактически взяли спасение галиота на себя.

30 июля «Три Святителя» достиг наконец первого Курильского острова и попытался пройти в Охотское море первым Курильским проливом. Однако сильным ветром судно было задержано на несколько дней. Тогда Шелехов направился вторым Курильским проливом, который был гораздо шире первого.

Войдя в Охотское море, галиот пошел на север и к утру следующего дня достиг Камчатки. Спустя несколько часов «Три Святителя» стали у устья реки Большой. Путешествие Шелехова было окончено.

В апреле 1787 года Шелехов с женой Натальей Алексеевной, сопровождавшей его в экспедиции, прибыли в Иркутск. Здесь Шелехов подал иркутскому генерал-губернатору Яко-бию «записку» о своем плавании, в которой содержалось описание жизни русских поселений на Аляске с приложением подробной карты плаваний и планов этих мест.

В 1791 году «Записки» были изданы в Петербурге под названием «Российского купца именитого Рыльского гражданина Григория Шелехова первое странствование о 1783 по 1787 год из Охотска по Восточному океану к Американским берегам». Два года спустя книга вышла вторым изданием.

До конца 1787 года Шелехов прожил в Иркутске. Он не только составлял свою «Записку», но и разрабатывал обширный план организации компании по изучению и эксплуатации природных богатств Аляски и выступил перед правительством с ходатайством о их субсидиях.

Вместо Самойлова Шелехов решил назначить главным правителем на Кадьяк известного среди моряков Тихого океана опытного промышленника Е.И. Деларова.

В мае 1787 года новый правитель уехал на Кадьяк, увезя с собой скот и семена растений для посадки.

Сам Шелехов в начале 1788 года вместе с И.Л. Голиковым приехал в Петербург, где стал добиваться одобрения всех своих замыслов. Туда же был прислан рапорт иркутского генерал-губернатора, поддерживавшего планы Шелехова и ходатайствовавшего за них перед императрицей Екатериной II.

Императрица пожаловала Шелехова и Голикова золотыми медалями, шпагами (фактически, возведя в дворяне) и похвальными грамотами. Все это было объявлено в указе Сената.

Однако в реальной поддержке Шелехову было отказано, поскольку в это время Россия вела войну с Турцией и Швецией и новых сил в Русскую Америку отвлечь было нельзя.

В начале 1789 года Шелехов возвратился из Петербурга в Иркутск и стал готовиться к новому мореходному сезону. Он решил создать еще одну промысловую компанию подобно «Северо-восточной американской». Новую компанию он назвал «Предтеченекой», по имени судна, снаряжаемого в плавание. Целью новой компании стало основание новых постоянных русских поселений на Алеутских островах и островах Прибылова.

Одновременно он стал искать замену Деларову, жившему на Кадьяке уже пять лет. Такой кандидатурой оказался каргопольский купец А.А. Баранов, обративший на себя внимание своим знанием дела. Баранов ответил согласием и в августе 1790 года отбыл в Америку.

А сам Шелехов занялся организацией третьей компании, поселения которой должны были разместиться на Уналашке, и потому само название компании стало «Уналашкинская».

Летом 1791 года на Кадьяк было отправлено построенное судно.

В 1793 году Шелехов организовал «Северо-американскую» компанию. Ее поселения должны были расположиться на островах Берингова моря и северном побережье Аляски, где Шелехов предполагал сделать новые открытия. Прежде всего он намеревался открыть проход в Бюффонов залив.

Однако интересы Шелехова не ограничивались лишь поселениями в Русской Америке, он также собирался отправлять свои корабли в Китай, Калифорнию, Индию… Эти корабли уже строились на Аляске. Особое внимание Шелехов уделил Курильским островам, чему способствовал следующий случай.

В 1783 году к Алеутским островам занесло судно с девятью японскими моряками. Все они были спасены, отправлены на Камчатку, а затем поселены в Иркутске. Здесь они прожили несколько лет, после чего Шелехов выступил перед правительством с ходатайством о возвращении японцев на родину, доказывая при этом, что такая акция поможет установить торговые отношения с Японией. Он сам разработал программу экспедиции, подобрав для нее людей и включив в ее состав «для практики в навигации» двух молодых эскимосов, обучавшихся в Иркутске.

Несмотря на то что торговых отношений с Японией установить не удалось, экспедиция собрала о ней много интересных сведений. Разумеется, не обошла они вниманием и Курильские острова, на самом южном из которых в 1795 году было основано первое постоянное поселение. Сюда были отправлены 20 промышленников и четыре семьи сибирских хлебопашцев.

И все же главной заботой Шелехова по-прежнему оставались поселения Русской Америки. Он по-прежнему посылал на Кадьяк корабли со скотом, семенами, сельскохозяйственными орудиями и книгами для поселенческой школы.

Шелехов мечтал, что центр поселения будет иметь широкие, прямые улицы и площади «для публичного собрания». На выездах с площади должны быть выстроены редуты с высокими башнями, украшенными российскими гербами.

В ноябре 1794 года Шелехов подал иркутскому генерал-губернатору рапорт, в котором, основываясь на уже имеющемся у него опыте, выдвинул ряд новых проектов по изучению Сибири и развитию мореплавания на Тихом океане, а также предложение приступить к исследованию бассейна Ледовитого моря, чтобы отправлять суда из устья рек Лены, Индигирки и Колымы прямо к берегам Америки.

Он уже думал об основании нового порта вместо неудобного Охотска. Новый порт должен был находиться недалеко от Амура и Байкала.

Зимой и весной 1795 года Шелехов стал готовить новую экспедицию к японским берегам, но 22 июля 1795 года скончался в возрасте 48 лет. Он был похоронен в Знаменском монастыре Иркутска. На его смерь Г.Р. Державин, хорошо знавший первооткрывателя Русской Америки, писал:

Колумб здесь росский погребен!

Проплыл моря, открыл страны безвестны

И, зря, что все на свете тлен,

Направил парус свой во океан небесный

Искать сокровищ горних, не земных…

Смерть Шелехова отметил и И.И. Дмитриев, написавший:

Как царства падали к ногам Екатерины,

Росс Шелехов без войск, без громоносных сил

Притек в Америку чрез бурные пучины

И нову область ей и Богу покорил.

В 1903 году на родине выдающегося русского мореплавателя на Красной площади Рыльска был открыт памятник Григорию Шелехову (скульптор И. Гинцбург), средства на его содержание были собраны по всероссийской подписке. Однако уже в 1928 году памятник был разрушен и восстановлен лишь в 1957 году (автор — скульптор В. Ингал). На гранитном постаменте возвышается фигура Шелехова, одетого в форму морского офицера XVIII века. В руке мореплавателя — подзорная труба.

Но имя Шелехова запечатлено не только в поэзии и бронзе. Крупнейший залив Охотского моря назван его именем. На Курильских островах есть река и бухта Шелехова. Пролив, отделяющий Кадьяк от Полуострова Аляски, назван именем Шелехова, озеро на материке также носит его имя. Бухта Шелехова есть на острове Круза в архипелаге Александра.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.