Муслим и джаз-рок

Муслим и джаз-рок

Где-то через полгода после моего прихода в Госоркестр Муслима, наш аранжировщик Юра Якушев подошёл ко мне и спрашивает:

- “Юр, мне тут ребята сказали, что ты специалист по джаз-року — “Earth, Wind & Fire”, “Blood, Sweat & Tears” ну и там…” — он пошевелил пальцами в воздухе — “Такое дело — Муслиму надоели его аранжировки, хочет свежатинки. Как ты смотришь?”.

Я спрашиваю:

- “а что именно?”

Он:

- “да что хочешь, модное только. Возми-ка “Свадьбу” переделай, посвежее, с дудками”.

Говорю:

- “типа “Chase” что ли?”

Он:

- “во-во! Давай…”.

Через дня два аранжировка была готова. Эффектное синкопированное трубное вступление, в высоком до упора, диапазоне, и проигрышь. А в середине на вокале — только заводной ритм и простая инструментальная фактура.

Муслим уселся в зале и я начал репетировать новый вариант “Свадьбы” (Ах эта свадьба, свадьба, свадьба пела… и плясала… и т. д.)

Сидит оркестр и чувствуется, что после вчерашнего банкета последнее, чего бы хотелось мужикам, это — играть (мне тоже).

Из группы труб зовёт Робик Андреев (трубач-виртуоз из Баку):

- “Чернавский, а что так высоко всё написано, ара, а? Это что, всё быстро играть надо?”

Я успокоил народ — мол это только короткое вступление и проигрышь. Т. е. пара кусочков, а потом у них игры вообще нет — вступает другая фактура

- “Как вы играете, говорю, Bill Chase просто отдыхает”…

Начали. Минут через двадцать всё уже звучало, как надо. Даже круче, чем я предполагал. Чувствую, всем нравится. Муслим хлопает из зала, кричит — класс, мол, вот этого я и хотел — джаз-рок… Забирается на сцену, берёт микрофон:

– “давай Юра, где тут вступать”.

Я объясняю — "после трубных синкоп пауза… три, четыре, раз-и… поехали".

Потопал ногой, Муслим вступил, всё ОК.

Я похлопал в ладоши, все подняли инструменты…

Даю счёт. Трубы сыграли точно, на самом пределе дапазона… синкопа…

Муслим озадаченно молчит, смотрит на меня: “подожди-подожди, что-то не соображу… давай ещё разок”. Он повернулся к слегка побагровевшей группе труб и показал большой палец — здорово, мол.

- “Может с ритмом пройдём, для начала?” — засомневался я.

- “Нет, так не интересно” — махнул рукой Муслим.

Даю счёт. Трубы сыграли точно, на самом пределе дапазона… синкопа…

Муслим деловито: “ещё, я понял…”

У трубачей с крепкого “будуна” выступил на лбу пот — ноты-ж высокие…

Даю счёт. Трубы сыграли точно, на самом пределе дапазона… синкопа…

Муслим расцвёл: “по-онял! Давай ещё, …”

Наш флюгер-горнист Герман Лукьянов смеётся, спрятавшсь за нотный пульт. Трубачи — Робик Андреев, Володя Ливитин и Радик Шакаров — главные туттисты, смотрят на Муслима и меня с явной ненавистью.

– “Давай!” решительно командует Муслим…

Даю счёт. Трубы сыграли точно, на самом пределе дапазона… синкопа…

Муслим вступил, но не попал в долю:

- “сейчас будет” — уверенно сказал он. Теперь уже весь оркестр давился от смеха, поглядывая на нахохлившуюся группу труб, которые пурпурными лицами тупо смотрели перед собой.

А Муслима охватил азарт: — “давай ещё!”

Говорю:

— "Муслим, давай перерыв сделаем, трубы сдыхают. Они это вступление уже который раз мусолят. Как же они будут на концерте играть?"

Муслим:

- “ну ещё раз, и перерыв…”

Даю счёт. Трубы сыграли точно, на самом пределе дапазона… синкопа…

В баре ко мне подошёл Юра Якушев и радостно сообщил — мол, всё класс, чистый джаз-рок, только Муслим должен немного привыкнуть.

А потом меня пригласили за столик трубачи Робик Андрев, Володя Ливитин и Радик Шакаров. Принесли кофе, и Робик поделился со мной своми планами на будущее:

- “Юра-джян, если ты ищё рас напищещь Муслиму джяз-рок, мамой кланусь, увалняюсь… хачу умереть на Родине…”