Тетрадь шестая

Тетрадь шестая

1943

23 июня. Среда. 12 ч. дня

Только что Ни вошел в мою комнату. «У меня сегодня важный день! Я начал писать книгу "Русская идея". Будет трудно, т. к. много заметок и все нужно распределять»[434].

В 5 ч. Ни уехал к Ромэн Роланд, кот<орый> сейчас в Париже на 2 недели. Его жена — родствен<ница> Ни[435]. Она вдова племянника Ни князя Сергея Кудашева...[436]

Ни вернулся довольно грустный. Застал Rom. Rolland слабым, угасающим. Ему делали операцию носа и зубов. Книга Ни «Esp[rit]et r?alit?»[437] ему очень понравилась.

26 июня

Ни был на докладе у Морэ. Доклад читал Де Грандиан. Тема «Amis de Dieu»*. Это мистическая секта в Германии, кот<орая> оказала влияние на Таулера[438].

27 июня. Воскр<есенье>

К чаю пришел Морэ и привел с собой молодого француза, кот<орый> увлекается книгами Ни. Говорили больше всего о Ницше и его влиянии на некоторые течения во Франции. Был Шура Спенглер с женой. Пишет новую симфонию «Le phare»**.

* «Друзья Бога» (фр.).

** «Маяк» (фр.).

201//202

29 июня

Ни читает теперь одну немецкую книгу о христ<ианском> гнозисе, где много говорится о нем и много выдержек из его книг. «Я перечитываю эти выдержки из разных книг и вижу, как многое изменилось во мне. Я стал более революционером, я по натуре не человек закона. Кроме того, теперь в центре у меня стоит эсхатология, чего раньше не было. И я стал более пессимистом, чем раньше. В книге «Я и мир объектов» я более точно определил мои мысли об объективации, чем раньше[439]. Дух не может быть объективирован (так думал я раньше)».

Книга Ни «Esprit et r?alit?» обсуждалась на съезде, устроенном французами в одном chateau вблизи Парижа. Были: Morret, Де Грандиан, Габриэль Марсель, abb? Fessard[440], M-elle Davy[441], молодежь. Из русских: В. Лосский, Полторацкий[442]Ни, вернувшись, видимо, был неудовлетворен. «Критикуют и обсуждают не по существу, а по мелочам. И, кроме того, чувствую, что меня плохо понимают. Не понимают того, что вся моя философия основана на христианстве».

После этого съезда к Ни приходили молодые франц<узы>. Очень заинтересованные его книгами. Пишут письма о том, какое значение для них имеют эти книги.

9 июля

Ни прочитал нам сегодня места из его книги о Хомякове[443], где Хом<яков> пишет о том состоянии, в кот<ором> была Россия в прошлом. Читая стихотворение Хомякова, посвященное России, он, не дойдя до конца, вдруг разрыдался... «И теперь то же», — тоже сквозь рыдания говорит он и, закрыв книгу, быстро уходит. «Вот кто любит Россию», — думаю я. С тех пор как я знаю Ни, это второй раз, что он плачет. Первый раз — смерть отца[444]. Видела слезы на глазах, когда он узнал о смерти Льва Толстого.

Когда я вошла затем в комнату Ники, он говорит: «Я стал очень чувствительным! Это слабость!» Я отвечаю: «Нет, это не слабость, а сила твоей любви к России».

202//203

10 июля 1943

Утром известие о высадке союзников в Сицилии. Очень все взволнованы. Ник особенно.

15 июля

«Из людей, с кот<орыми> я был связан в прошлом (С. Булгаков, П. Струве), только во мне остались еще какие-то элементы марксизма. У них они окончательно исчезли. Я же по природе своей — революционер».

27 августа

Вернувшись с прогулки из леса, Ни говорит: «Сегодня важная мысль пришла мне в голову относительно небытия (n?ant). Когда я начал обдумывать эту проблему, вначале ровно ничего не приходило в голову — пустота, и я хотел уже перестать думать на эту тему. Но затем, сделав несколько шагов, я сел на скамейку и вдруг сразу понял нечто важное, а именно, что понятие о небытии не связано с этим тварным миром. Оно принадлежит миру духа».

8 октября 1943

За завтраком Ни сказал нам: «Сегодня я окончил мою новую книгу "Русская идея"».

16 окт<ября>

Сегодня Ни прочитал нам заглавия глав своей новой книги[445]. Глава первая — кризис христианства. Затем главы о страдании, о страхе, о Боге, о бессмертии.

1944

октябрь 24

«Я удивляюсь, — говорит Ни, — тому, что пишу новую книгу, а следующая за ней еще мне неизвестна. Я привык, что, когда пишу новую, следующая уже в голове».

октябрь 25

Утром Ни входит в мою комнату и, улыбаясь, говорит: «Знаешь, я проснулся ночью, и план новой книги весь созрел во мне даже по главам, и я все записал. Сейчас же!» Сегодня Ни начал писать предисловие к новой книге (названия еще не выбрал)[446].

203//204

2 ноября 44

«У меня память дырявая. Все забываю, путаю. Но для книги память хорошая. И это потому, что все направлено на писание, а к остальной жизни не приспособлено».

«Какая у меня сильная, неугасимая жажда познания! Многие устают от познания, а я нет. Мне хочется знать все больше и больше».

1945

29 января

Сегодня Ни окончил новую книгу, начатую в октябре. В каких трудных условиях он писал ее! Болезни, недоедание, а в последнее время невыносимый холод. У нас 6° тепла, а на дворе сегодня 10° мороза!

<Последняя запись Л. Ю. Бердяевой в дневнике. >