Глава IX «ВСЯ СЛАВА МИРА УМЕЩАЕТСЯ В ОДНОМ КУКУРУЗНОМ ЗЕРНЕ»

Глава IX

«ВСЯ СЛАВА МИРА УМЕЩАЕТСЯ В ОДНОМ КУКУРУЗНОМ ЗЕРНЕ»

Постоянным уроком, который Фидель дает народу и прежде всего революционным руководителям, является его стремление к скромности. Он не мирится с тем, что революционер может быть тщеславным. Я впервые услышал его мнение на этот счет 13 февраля, когда он, будучи приглашённым в гавайский «Клуб львов», заявил:

— Мне говорят, что я борюсь ради славы. Так нет, сеньоры, я не борюсь во имя славы, потому что в конце концов стремление к славе — это тщеславие.

И добавил:

— Марти, самый благородный из всех кубинцев, сказал, что «вся слава мира умещается в одном кукурузлом зерне». И в этих словах заключается великая правда. Люди борются из желания сделать добро, ибо в этом и состоит назначение человека — в борьбе за преодоление себя, за нечто высшее, за то, чтобы не покоряться обстоятельствам.

Другая забота Фиделя с момента рождения революционной власти состояла в том, чтобы не допустить никакого злоупотребления властью, возникшей в недрах партизанской армии. Это чувство справедливости выразилось в том, что революция действительно на десять с лишним дней запретила любые действия полиции, предоставив гражданам самим принимать меры по обеспечению общественного порядка. Если при этом мы и были немного романтиками, то не менее важно и то, что Кубинская революция смогла продемонстрировать всему миру чистоту своих идеалов, свое стремление покончить со всяким злоупотреблением властью и продолжает делать это, потому что любое злоупотребление властью сурово наказывается.

Далее Фидель Кастро говорит о глубоком чувстве горечи, с которым он узнал, что какой-то представитель власти после январской победы совершил убийство.

— Если мы пройдем мимо одпого этого факта, то тогда начнется старая история. За два года борьбы мы ни разу ие позволили себе этого в отношении хотя бы одного пленного. Так почему же в условиях мира кто-то делает что-либо подобное? Я надеюсь, что повинный в этом не принадлежит к бойцам Повстанческой армии.

Однако что же у нас происходит? Откуда у нас эти несчастья? Дело в том, что с тех пор, как сюда прибыли первые европейцы, которые водрузили здесь свой флаг и силой покорили первых индейцев, до сегодняшнего дня мы всегда жили в условиях насилия, пороков, эксплуатации, в невыносимых условиях, которые и привели к тому, что это чудо, которое называется Кубой, — чудо по своим богатствам и по своему народу — было превращено в нечто иное.

И вот произошел этот печальный случай — акт варварства, совершенный представителем власти. И как я понимаю — все свидетельствует об этом, хотя я и не выяснил до конца, но обязательно выясню, — было совершено убийство. Я хочу, чтобы вы знали об этом. Вы можете представить себе, какое впечатление это произвело на меня. Я тут же связался с семьей убитого и сам займусь расследованием этого дела; я сделаю это по многим мотивам, потому что нельзя оставлять без внимания этот первый случай. Нужно начинать борьбу сразу и незамедлительно. Если мы пройдем мимо этого случая, снова начнется повторение старого. И поэтому, сеньоры, этот случай не должен пройти безнаказанно! Я испытал большую горечь, когда сообщил этой семье, что произошло с человеком, которого они любили. Это был мой долг независимо от того, каким был этот человек, хотя я верю, что он был действительно достойным человеком. Так мне кажется, хотя я и не хочу окончательно решать, прежде чем не ознакомлюсь со всемл материалами. Я не хочу заранее говорить ни «да», ни «нет». Но факты говорят о том, что он действительно был арестован, а затем убит. А этого нельзя допустить даже в отношении последнего преступника!

Ибо если мы за два года и месяц войны ни разу не убили ни одного пленного, ни разу не ударили даже ни одного предателя, — по какому праву в мирное время кто-то решается делать что-либо подобное, кем бы ни был задержанный человек?

Одной из самых больших забот американского правительства и его лакеев на нашей земле был вопрос о возможном выдворении Революционным правительством американской военной миссии с Кубы.

Чтобы исключить любые сомнения, Фидель сказал:

— Нет такого права, чтобы мы были обязаны терпеть здесь присутствие людей, которые обучали убивать кубинцев. С этими американскими военными обходятся хорошо, и мы скажем им, когда нам это будет необходимо, чтобы они собирали чемоданы и возвращались в Соединенные Штаты.

Теория «географического фатализма» рушилась на глазах, по мере того как Фидель доказывал на примере победоносной Кубинской революции, что объединенный народ может бросить вызов огромной мощи империализма.

Одновременно Фидель демонстрировал решимость покончить с пороками, тормозящими развитие кубинского общества. Среди них первое место занимали азартные игры. К вопросу об их запрещении Фидель подходил постепенно.

Сегодня, видимо, нужно напомнить читателям обычную картину тех времен на улицах городов и поселков Кубы: толпа владельцев лотерейных билетов с огромной страстью требует сообщения выигравших номеров, а служащие лотереи надменно провозглашают номера билетов. Фидель предлагает превратить этот порок азартной игры в добродетель бережливости. После создания Национального института накопления средств для строительства жилья он отдает распоряжение о том, что невыигравшие лотерейные билеты превращаются в «боны накопления». Стоимость билета остается, как и прежде, 25 сентаво, но после розыгрыша каждому владельцу билета выплачивается восемь сентаво. Это первая часть стратегии Фиделя. Вторая — искоренить азартную игру, а тем самым спекуляцию и злоупотребления, связанные с этим.

По мере того как проходят дни революции, народ начинает понимать, что, будучи его руководителем, Фидель и то же время является и воспитателем народа. Самое удивительное качество Фиделя как революционера состоит в том, что он никогда не прибегает к штампованным, приевшимся фразам. Он просто обращается к сердцу честных людей и понятными словами разъясняет им самые трудные задачи.

С первых дней победы Фидель озабочен тем, чтобы улучшить условия жизни бойцов Повстанческой армии, многие из которых были простыми неграмотными крестьянами из отдаленных горных районов Кубы.

На встрече в «Клубе львов» один из присутствующих рассказывал, что он хотел получить автограф одного из солдат Повстанческой армии, а тот скромно пояснил ему, что не может выполнить его просьбу, потому что не умеет писать.

В связи с этим Главнокомандующий сказал:

— Мы предоставим возможность учиться всем нашим бойцам, пойдут ли они во флот, или в армию, или в полицию, или в школы офицеров, или в летные училища. Кроме того, во всех воинских частях, расположенных вдали от городов, везде, где будут находиться гарнизоны, полки, воинские подразделения, мы создадим офицерские школы, потому что у нас много офицеров, получивших звание за участие в боях, а теперь они должны получить необходимые теоретические знания, которые улучшат их подготовку. Будут созданы также школы для всех бойцов Повстанческой армии — для солдат, сержантов.

И, само собой, одна из бед, с которой мы покончим, я думаю, довольно легко с тем количеством учителей и тем творческим потенциалом, которым мы располагаем, с той заинтересованностью, которую проявляют товарищи, — это неграмотность. И дело не в том, что люди чему-то научатся сегодня наскоро. Учиться должен будет не только тот, кто не умеет читать и писать. Тот, кто умеет читать и писать, должен учиться дальше, и тот, кто кончил университет, должен учиться дальше, потому что учиться следует всю жизнь. Никто не может сказать, что он уже все знает.

Наша задача состоит в том, чтобы внутри армии создать центры обучения, ибо иначе чем будет заниматься солдат? Он должен учиться и в то же время быть готовым к защите родины. Он не будет бездельничать, потому что это — самое плохое, что может быть и что, к сожалению, широко практиковалось раньше.

Подчеркивая необходимость дать образование всему народу, Фидель говорит:

— Наше самое горячее желание в данпый момент заключается в том, чтобы найти все возможности для создания большого школьного городка в Сьерра-Маэстре. На эти цели мы отдали 10 тысяч песо, полученных от одного американского журналиста за интервью, которое он взял у нас, и на это мы выделим и другие средства.

1 марта 1959 года я сопровождал Фиделя в его поездке в Мантуа, где он беседовал с крестьянами. В эти первые месяцы революции, учитывая конкретную реальность, Фидель естественно находил нужные ему аргументы, используя даже Библию. Народ еще не овладел знанием самой революционной философии и идеологии, однако в течении нескольких веков ему внушали мысли о братстве всех людей, о самопожертвовании во имя ближнего. Фидель, как мы увидели, помогал народу вступить на путь марксизма Это был ярчайший пример подлинной диалектики.

Послушаем, что он говорит крестьянам Мантуа:

«Мы хотим того, чтобы была еда у всех, чтобы никто не ходил раздетым или разутым, чтобы у всех были ботинки, чтобы для всех были школы, чтобы люди не умирали от болезней, у всех были лекарства, чтобы все жили в приличных домах… Мы не хотим обездолить ни одного человека, а, напротив, хотим, чтобы у всех было все необходимое, чтобы пройти этот жизненный путь, который стал для нас адом, полным горя, боли и отчаяния. Потому что Библия говорит, что человек был наказан и за это должен добывать хлеб свой в ноте лица своего. Но ведь получается так, что здесь люди потели, но не получали хлеба, то есть наказание, данное нам, хуже того, о чем говорит Библия».

Фидель снова подчеркивает, что наши крестьяне заслуживают большего, чем жить в столь тягостных условиях, и что конечная цель Революционного правительства состоит в том, чтобы решить их проблемы. Он говорит о многодетных крестьянках и о том, сколько проблем возникает, чтобы прокормить всех детей. Он говорит, почему крестьянки так быстро стареют. Главнокомандующий говорит даже больше. Он говорит, что, когда у крестьянина умирает ребенок, он страдает, но при этом покорно смиряется. Однако если проанализировать социальные причины этой смерти, то увидишь, что это — следствие беззащитности самого народа, что народ не был организован для борьбы против эксплуататоров. И Фидель разъясняет, что такое положение вещей приводило к тому, что число детей, умерших в крестьянских семьях, было выше, чем число всех погибших от тирании.

Народу постепенно становится ясно, что капитализм — главный убийца и главный виновник всех бед, хотя Фидель вначале и не говорит об этом. Отсюда остается только один шаг, чтобы народ понял, что решение всех этих проблем возможно лишь при социализме.

Особый энтузиазм народа вызывает закон № 112 Революционного правительства, опубликованный в «Гасета офисиаль» 4 марта 1959 года, о конфискации и передаче кубинскому государству всего имущества, незаконно присвоенного диктатором Фульхенсио Батистой. Аналогичная мера применяется и ко всем политиканам, сотрудничавшим с тиранией, — мэрам, губернаторам и другим продажным чиновникам.

Специально созданному Министерству по делам конфискованного имущества поручается овладение всем этим материальным имуществом для возвращения его народу.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.