Глава 22 Зэк и тюремщик

Глава 22

Зэк и тюремщик

Приговор Юлии Тимошенко зачитывали 11 октября 2011 года. Роль Фемиды в этом процессе досталась Родиону Кирееву. Черная мантия, очки в тонкой оправе, младенческие щеки – всем внешним обликом своим 31-летний судья напоминал постаревшего Гарри Поттера. В карьере Киреева тоже было нечто сказочное: еще полгода назад он работал в Киевской области, как вдруг указом президента Януковича был переведен в столицу. В тот самый Печерский районный суд, где через пару месяцев ему поручили вести главный политический процесс в стране. Выносить вердикт по делу Юлии Тимошенко.

Родион Владимирович заметно волновался. Волнение проявлялось по-разному. В непроизвольном подергивании правой брови. Во взгляде, постоянно направленном куда-то вниз и вбок. В неуверенной, иногда невнятной речи.

Теперь Киреев читал приговор, и почти с самого начала, едва он назвал Тимошенко виновной в причинении ущерба компании «Нафтогаз Украины» в размере 1,5 млрд гривен, стало ясно, что ее посадят. Юлия Владимировна выслушивала приговор сидя, сообщив еще в начале процесса, что «встают перед судом, а не перед фарсом». С подчеркнуто безучастным видом леди Ю читала что-то в «айпаде», глаза за стеклами очков были непроницаемы.

Она проиграла. Причем проиграла не сейчас, а полтора года назад, когда в феврале 2010-го были объявлены результаты второго тура президентских выборов. По сути, ей тогда опять удалось невозможное. Отстав от Януковича в первом туре на 10 % (Ющенко, набравший чуть более 5 %, ушел, как говорится, в историю), Тимошенко последним неимоверным усилием сократила разрыв до 3 %. И все-таки окончательные цифры, объявленные украинским Центризбиркомом, зафиксировали катастрофу. За нее проголосовало 12 млн украинцев. Тех, кто предпочел Януковича, оказалось почти на миллион больше.

Борясь до последнего, она еще пыталась оспаривать результаты выборов. Подала иск в Высший административный суд Украины, настаивая на пересчете и утверждая, что сторонники Януковича, как и в 2004 году накануне Майдана, допустили целый ряд нарушений закона. Суд не принял ее иск к рассмотрению. Она отозвала жалобу, сказав напоследок: «Пусть лучше не будет никакого решения суда, чем заведомо сфальсифицированное». Ну, а все остальное, включая Гарри Поттера с его очками, мантией и приговором, сочиненным на Банковой улице, было лишь следствием того, главного в ее жизни поражения.

Анализируя причины проигрыша на выборах, профессионалы позже пожимали плечами. Мол, что это была за предвыборная кампания, сплошная «каша из месседжей». Кандидат Тимошенко представала то скромной труженицей, то звездой какого-то гала-концерта. Самая же большая проблема заключалась в том, что впервые в своей жизни она шла на выборы не в качестве непримиримого оппозиционера, а как власть имеющая. И этот новый костюм сидел на ней непривычно плохо.

Началось все с расставленных по стране билбордов с лаконичной фразой: «Вона працює» – «Она работает». Премьер-министр рапортовала о победах: «Знищено газову мафію – Вона працює», «Пенсії без затримок – Вона працює», «Відроджено авіабудування – Вона працює». Изображение и имя Тимошенко на билбордах отсутствовали. Предполагалось, что избиратель не только догадается сходу, кто такая «вона», но и примет второй, скрытый месседж: дескать, пока прочие красуются на плакатах со своими поднадоевшими физиономиями, Тимошенко не до фотосессий. Покуда все они, оппозиционеры и бывшие соратники, путаются под ногами, воруют, болтают и бездельничают, она вкалывает, не отвлекаясь на демагогию. Мир сотрясают кризисы, олигархи зажимают зарплаты, Ющенко ругается с Россией, Янукович заигрывает с Путиным, а она каждый день с утра до ночи трудится на благо украинского народа.

Леди Ю творила большую политику, как бы свысока поглядывая на давно отставленного Януковича с его оппозиционным критиканством. Беда, однако, заключалась в том, что критика конкурента была и оправданной, и действенной.

Осенью 2008-го мировая экономика столкнулась с финансовым кризисом. Юлию Владимировну обвал рынков застал врасплох. Сперва Тимошенко даже объявила на всю страну, что на Украине никакого кризиса нет и не будет. «Вона» ошибалась: кризис больно ударил по стране. И ответственность за это легко было, не вдаваясь в подробности, взвалить на премьер-министра.

На Украине началась война билбордов. Она работает? Поглядите на итоги ее работы! «Вона працює, Україна – голодує», «Вона працює, народ – бідує», «Вона працює, гривня – девальвує»… И наконец шедевр пародийного предвыборного креатива: «Вони – кака, Вона – цяця».

Отбив первую атаку, Янукович уверенно набирал очки в предвыборном марафоне.

Кандидат в президенты, он теперь был уже не преемником ушедшего в политическое небытие Кучмы. Он был сам по себе – спокойный, неторопливый господин, крепкий хозяйственник, перековавшийся из функционера советского типа в политика, не чуждого идеалам демократии. У него имелся план: навести порядок в экономике. Возродить страну, которую «оранжевые» вожди довели до ручки. Вернуть благополучие в украинские семьи. Помириться с Россией, с которой насмерть рассорился недальновидный Ющенко. На фоне разодравшихся героев Майдана Янукович смотрелся убедительно, весомо, зримо. Вы тогда погорячились, как бы говорил он, обращаясь к соотечественникам, поверили бог весть кому, отвергли меня, но я не злопамятен. Теперь я приду и спасу вас.

Через руки Януковича в те дни прошли десятки, если не сотни икон, евангелий и псалтырей, которые он раздаривал приходам по всей стране. Кандидат не вылезал из храмов. На его тяжелом лице играли отблески свечей. Он солидно крестился и сперва неумело, а затем все более ловко кланялся. Под благостные песнопения из памяти избирателей улетучивались бесконечные оговорки и откровенные глупости малограмотного «проФФессора», над которыми они еще вчера смеялись до слез. Обещая вытереть слезы всем обездоленным, Виктор Федорович смеялся последним. В клубах ладана подзабылись и обе ходки Януковича, и позорные статьи, по которым он сел, и кровавые донецкие войны 1990-х. Политические обозреватели заговорили о «новом Януковиче», поумневшем и закалившимся за годы честной борьбы в парламенте.

Между тем, вопреки текстам, украшавшим билборды, «вона» в те дни не только работала. «Вона» зажигала с украинской попсой. Если за спиной кандидата Януковича поблескивало золото иконостасов и к престолу он шел под пение церковных хоров, Тимошенко блистала на подмостках под душераздирающие песни украинских поп-звезд. Ее доверенными лицами стали Ани Лорак и Наталья Могилевская (обе еще недавно агитировали за Януковича), репер Потап, Руслана, Тина Кароль, Ирина Билык… Да практически все, кто хоть раз покорял вершину украинских хит-парадов, были мобилизованы штабом Тимошенко.

К зиме из Северной столицы подоспела «тяжелая артиллерия». В Киев по приглашению украинской подруги прибыла сама Алла Борисовна Пугачева, чтобы после десятилетней паузы возобновить знаменитые «Рождественские встречи». Что это был за концерт! В зале Дворца спорта собралась вся киевская элита. Пели: юморист Максим Галкин и балерина Анастасия Волочкова, вечно юный и женственный Борис Моисеев и Верка Сердючка в окружении наряженной в милицейскую форму подтанцовки. Вокруг неотразимого, как принято считать, Филиппа Киркорова увивались украинские красавицы, включая Руслану в умопомрачительном наряде из красного латекса. Но на колени Филипп встал не перед Русланой, а перед леди Ю, одетой во все белое. Галантный Николай Басков, исполняя свою новую песню «Женщина в белом», как будто заранее знал, в чем явится королева праздника, а потом спрыгнул в зал, приглашая Юлию Владимировну на танец. В финале Тимошенко поднялась на сцену и обняла Пугачеву, вызвав бурю восторга в публике.

Впрочем, главным аттракционом той предвыборной свистопляски стала даже не Алла Борисовна, а бенгальский тигренок-альбинос по имени Тигрюля.

Дебютировала Тигрюля на сцене детского фестиваля «Черноморские игры». «Следующий год – год Белого Тигра, – обратился к премьер-министру ведущий, – пусть она принесет вам удачу!» Тигренок был размером с большую кошку, пушист и немного растерян, но, когда Тимошенко взяла его на руки, попытался ее ударить. «Сделаю своим советником по борьбе!» – рассмеялась кандидат в президенты.

С билбордов, календарей и обложек школьных дневников тигренок-альбинос агитировал за Тимошенко. Тигрюля вместе с кандидатом в президенты, Тигрюля без кандидата и Тигрюля без кандидата, но с косой на голове возвещала о скором приходе года Белого тигра. На одном плакате Тигрюля разевала пасть, на лицо Тимошенко, стоявшей рядом, была нанесена боевая раскраска, а внизу красовалась подпись: «За Украину пасть порву!»

Однако штаб Януковича грозная Тигрюля не испугала. Было объявлено, что Тимошенко подтасовывает факты. Это Янукович, а не она родился в год Тигра; значит, ему, а не ей грядущий год сулит исполнение желаний. А вот Тимошенко родилась в год Крысы, и из ТигрЮли стараниями пиарщиков «вона» вмиг превратилась в КрысЮлю. Настоящим Тигром был объявлен ТигрЯник! Добивая конкурентку, хотя отчасти и противореча своим пиарщикам, Янукович заявил журналистам: «Я живу по православному календарю, а не по китайскому».

Весь этот попсовый предвыборный балаган не имел никакого отношения ни к экономическим программам, ни к геополитическим предпочтениям обоих кандидатов. В угаре праздника, за которым стояли какие-то совсем уж заоблачные бюджеты, подзабылось, что речь идет о вещах очень серьезных. Что на избирательных участках решается судьба страны, и выбор между двумя кандидатами определит вектор развития Украины как минимум на пять лет. Политтехнологии окончательно добили в тот год реальное содержание политики.

По-настоящему искренним с журналистами кандидат Янукович был, пожалуй, один раз. В тот день его спросили, не хочется ли ему ответить на очередные нападки премьер-министра. Виктор Федорович холодно оглядел публику. «Ему очень часто хочется ответить Тимошенко», – сказал он, медленно выговаривая каждое слово. Но делать он этого не будет, чтобы не отвечать в таком же стиле. Впрочем, ответ последует непременно, пообещал Янукович журналистам. Когда? Наберитесь терпения.

Как известно, Донецк порожняк не гонит. Обещал ответить – и ответил. Инаугурация нового президента прошла в конце февраля. А уже в конце апреля новый премьер-министр заявил, что в результате действий правительства Тимошенко государство потеряло 100 млрд гривен, в связи с чем Тимошенко должна нести уголовную ответственность. Предвыборные песни и пляски закончились.

Судья Киреев уже три с половиной часа бубнил текст приговора, когда Юлия Тимошенко вдруг встала со скамьи подсудимых. Нет, она не прониклась уважением к этому суду, просто почувствовала необходимость высказаться. Перебивая растерявшегося председательствующего, она заявила, что по ее делу проведена экспертиза Датской Хельсинкской группы, которая обнаружила лживость обвинений и политический заказ. Тимошенко сказала, что никто не сможет «унизить ее честное имя – ни Янукович, ни Киреев». Несколько перегибая палку, леди Ю вспомнила про 1937 год в сталинском СССР: она сравнивала свою судьбу с судьбами миллионов репрессированных. Еще Тимошенко говорила о том, что жалеет Януковича, который «вычеркивает себя из будущего Украины», ибо он слаб, а она сильна и ни на минуту «не прекратит свою борьбу». На фоне неумолчно бормочущего по бумажке судьи и треска фотовспышек ее голос звучал очень громко: «Я буду с вами! Мы построим Украину – сильную, европейскую!»

Между прочим, это важный вопрос: кто сильнее – узник или тюремщик? Немолодая женщина в одиночной камере или государство, которое обрушилось на нее всей мощью своей правоохранительной системы? Ответ вроде бы очевиден.

Однако речь идет о Юлии Тимошенко, и тут с предсказаниями торопиться не следует.

В первые недели суда, когда леди Ю еще была на свободе, решимость власти привлечь Тимошенко к ответственности казалась многим свидетельством силы. Вероятно, с ними пришлось бы согласиться, если бы суд ограничился условным сроком. В этом случае Тимошенко была бы лишена права участвовать в политической деятельности, но не стала бы мученицей. И Янукович, который, безусловно, контролировал суд, не выглядел бы мучителем и палачом. История Украины могла бы двинуться по иному пути.

Почему же Виктор Федорович все-таки ее посадил?

На сей счет существуют разные мнения. Эксперты изучают незатейливую личность президента Украины и склоняются к мысли, что Янукович так сильно ненавидит свою соперницу, что просто не способен на рациональные поступки, когда речь заходит о ней. Собственно, он еще со времен Майдана мечтал отомстить ей за все свои унижения – и вот мечты начали сбываться. Обещаешь в своей предвыборной программе «бандитам – тюрьмы»? Пожалуйста, только сидеть будешь ты! Кроме того, ненависть соединяется у него с патологическим страхом. Ну, а к этому добавляется еще и полное отсутствие европейского опыта – и самоубийственный коктейль готов. Скорее всего, Виктор Федорович даже не предполагал, какую цену придется платить ему, а вместе с ним и Украине, за детскую радость увидеть Юлию Владимировну за решеткой.

Киевский политолог Алексей Гаран допускает также, что кто-то из окружения Януковича «очень умело сыграл на его чувствах». Гаран даже не исключает, что это могли быть «российские спецслужбы или приближенные к Януковичу российские лоббисты», и тут открывается простор для конспирологических схем. Ибо слабый, проклинаемый оппозицией украинский президент, как некогда Кучма в разгар «дела Гонгадзе», не в состоянии эффективно отстаивать независимость своего государства в дискуссиях с восточным соседом, что и могло быть целью спецоперации «Посади Тимошенко». Об отношениях с Западом и говорить нечего: они испорчены вконец, и это тоже очень скверная новость для Януковича. В Европе его уже сравнивают с Лукашенко.

Родион Киреев заканчивает чтение приговора: «Суд заявляет, что в ходе рассмотрения дела не заметил раскаяния в поведении Тимошенко… приговорить к 7 годам заключения». Дочь Женя прижимается к маме, та целует ее в висок. Тысячи людей на улице выражают солидарность с приговоренной, самые отчаянные дерутся с милицией. Тысячи, но не сотни тысяч, как некогда на Майдане. Тимошенко увозят – отбывать срок.

Александр Тимошенко вскоре эмигрирует в Чехию – по настоянию жены, чтобы никто не мог ее шантажировать, угрожая посадить мужа-бизнесмена, как при Кучме. На Украине останется Женя – любимая, единственная дочь. Она будет драться за свободу Юлии Тимошенко.

Тоже судьба, достойная книги.

В незапамятные советские времена мечтой многих девушек из поколения Юлии Тимошенко было выйти замуж за иностранца и свалить в капиталистический рай. Женя, которая после многолетней учебы в Лондоне сама наполовину превратилась в англичанку, перевернет мечту с ног на голову. Скорее уж для Шона Карра этот брак станет сказкой наяву. В октябре 2005 года лондонская Times опубликует фотографии звездной свадьбы под заголовком «Украинская наследница связала жизнь с сапожником из Лидса». Times лаконично представит читателям «чудесную пару»: Евгения Тимошенко – 25 лет, наследница состояния примерно в 6 млрд, мать – бывший премьер-министр… Шон Карр – 36 лет, длинноволосый рокер, владелец пары мастерских по ремонту обуви в Лидсе, отец десятилетней дочери, в 2003 году был осужден за драку.

Когда драчливый музыкант из Йоркшира познакомился с Женей, он еще ничего не знал о происхождении новой подружки, но сразу почувствовал, что они из разных социальных слоев. «Для студентки она жила в невероятной роскоши», – заметил он в одном интервью. Впервые на Украину Карр приехал в дни «оранжевой революции» в ноябре 2004-го – и сразу оказался на Майдане. Это было похоже на рок-концерт экстра-класса. Мать его невесты обращалась с речью к многотысячной толпе, а толпа оглушительно скандировала: «Юля! Юля! Юля!» Через два месяца будущая теща стала премьер-министром. Карр признавался журналистам, что сначала она привела его в ужас.

Через шесть лет брака чувство ужаса возобладает: гламурная девочка из семьи миллиардерши окажется дочерью преследуемого политика, а потом и политзэчки. К тому времени Женя, подобно маме в молодости, из брюнетки превратится в блондинку, а роскошные киевские клубы сменит на комнаты для свиданий в тюрьме и зарешеченные палаты харьковской больницы. Брак распадется, когда рокеру из Лидса станет ясно, что ближайшие годы его жена готова посвятить борьбе за освобождение и прижизненную реабилитацию Юлии Тимошенко.

Это борьба с непредсказуемыми последствиями.

Быть может, у Жени ничего не получится, и Янукович добьет свою жертву: уже сегодня немецкие врачи опасаются, что из тюрьмы леди Ю может выйти хроническим инвалидом, если вообще выйдет живой. Быть может, Женя победит вместе с мамой, и в обозримые сроки Тимошенко добьется освобождения. Как бы то ни было, сегодня мы наблюдаем нечто поразительное: из светской девочки, известной под прозвищами Жужа и Белочка, не владеющей украинским, да и по-русски говорящей с акцентом, она на глазах превращается в политика, представляющего новую Украину в Вашингтоне, Берлине, Брюсселе. Политика мужественного и страстного. Как ее мать. Она еще немного чужая в своей стране, и репортер Spiegel сравнивает ее с Анжелиной Джоли в Африке, но опыт – дело наживное. Опыт страдания в особенности.

А Юлия Тимошенко продолжает свою борьбу. В тюремной камере и в больничной палате, и циничные политологи уже говорят о том, что она сама спровоцировала свой арест, чтобы вернуться в политику. Ибо после провального премьерства и самоубийственного контракта с Путиным у нее оставался только один путь к президентскому креслу – через тюрьму.

Юлия Владимировна защищается яростно, не щадя ни себя, ни врагов, и если о Ходорковском мы иногда ничего не слышим месяцами, то новости из Качановской колонии в Харькове, где она начала отбывать свой срок, и из харьковской Центральной клинической больницы № 5 поступают практически каждый день.

Она дает обширное интервью еженедельнику «Зеркало недели», призывая к созданию широкой демократической коалиции на ближайших выборах. Через адвоката или дочь она чуть ли не ежедневно извещает публику о своем здоровье. Она объявляет голодовку и прекращает голодовку. Она соглашается на врачебное обследование в харьковской больнице под наблюдением немецкого врача Лутца Хармса – и отказывается от обследования в знак протеста против того, что в газеты (с подачи тюремного начальства) просочилась информация о ее распорядке дня; узница расценивает это как вмешательство в свою личную жизнь. Она не возражает против встречи с американским послом в комнате для свиданий, срывает эту встречу, отказываясь покидать палату, и добивается того, чтобы посла допустили именно в палату.

И тут мы снова обнаруживаем сходство между леди Ю и Ходорковским – близость особого рода. В своем поединке с властью они оказываются моральными победителями.

Вглядываясь в смиренного Януковича перед иконостасами православных храмов в дни выборов, никто не мог представить, что с победой богомольного кандидата в страну всерьез вернутся «лихие 90-е». Что в Киеве опять появятся молодые люди в трениках и кожаных куртках. Что рейдерские захваты, рэкет, наезды налоговой, таможни и ментов станут повседневностью. Что начнется новый передел собственности, а в разговоры о власти вернется слово «семья», только на сей раз речь будет идти уже не о зятьях Кучмы, а о двух сыновьях Януковича, открывших в себе недюжинные таланты предпринимателей.

Что же касается большой политики, то журналисты ожидали от Януковича после избрания президентом привычного виража в духе Кучмы. Победить, опираясь на русскоязычный электорат востока страны, и немедленно начать классический танец «многовекторности». Никто и представить не мог, с какой легкостью Янукович сдаст позиции, которые уклончивый Леонид Данилович защищал насмерть. В частности, по русскому языку, который фактически теперь становится вторым государственным, по российскому флоту, чье пребывание в Севастополе никак не отразилось на газовых ценах, по ядерной энергетике… Мир замрет в растерянности, а Всемирный конгресс украинцев увидит в правлении Януковича «угрозу деукраинизации».

Кто бы мог подумать, что и Тимошенко с тихой грустью вспомнит о Леониде Даниловиче?

«Считаю, что процессы деградации и деформации общественной жизни на Украине настолько очевидны и трагичны, что на их фоне даже эпоха Кучмы с убийством Георгия Гонгадзе, рождением новоукраинской олигархии выглядит менее трагично по сравнению с сегодняшней реальностью», – скажет она в тюремной камере. Тут же уточнив: «И это я не о себе лично… Да, при Кучме не давали подняться в полную силу росткам нашей национальной идентичности, экономической и политической свободы, но ведь не уничтожали корней. Их оставляли в общественном грунте вместе с шансом на возможное возрождение. Сегодня системно, целенаправленно не только ликвидируется корневая система свободной европейской страны, хранящая генетическую память, но и заливается бетоном потенциальная возможность жить в свободном нормальном государстве. Происходит “бетонизация” Украинского Шанса!

Современная Украина – это “Остров доктора Моро” Уэллса и “1984” Оруэлла в одном флаконе. Нам меняют группу крови, подвергают ревизии ДНК, делают из нас нацию лузеров – без исторической памяти, без национального достоинства, без положительной экономической перспективы и европейского будущего. Строится страна одной семьи, семьи с большими аппетитами, скорее даже булимией, мизерным IQ и претензией на пожизненную власть».

Предвыборные танцы закончились, и за решеткой леди Ю обрела привычный образ. Она вновь в самом убедительном своем амплуа: страдалица и воительница с режимом.

Одновременно, буквально в прямом эфире, идут два процесса: героизация Тимошенко и самодискредитация власти.

Вероятно, Янукович уже сто раз пожалел о том, что посадил леди Ю, но пути назад нет, и он и его соратники отныне обречены делать одну глупость за другой. Через четыре месяца после ареста Тимошенко заместитель генпрокурора Украина Ренат Кузьмин делится с прессой условиями заключения экс-премьера. Не скрывая издевки, он рассказывает о том, что камера, в которой находится Юлия Владимировна, «имеет площадь 22 кв. м, оборудована кондиционером, плазменным телевизором, холодильником. В камере расположена мебель евроуровня, кровать укомплектована ортопедическим матрасом, есть душ, туалет и горячая вода». Сиди и радуйся! «Не все гостиницы в Украине, да и не только в Украине, могут предоставить клиентам такие условия», – хвастается замгенпрокурора. Но лучше бы он молчал.

Ведь речь идет о событии беспрецедентном в современной политике. О том, что победитель недавних президентских выборов держит в этой «гостинице» человека, за которого проголосовали миллионы украинцев. Кандидата в президенты, которого отделяли от победы считаные проценты голосов.

И когда первый вице-премьер Украины Валерий Хорошковский, будучи проездом в Брюсселе, намекнет, что ценой свободы для Тимошенко может стать согласие Евросоюза на ассоциированное членство в нем Украины, это прозвучит как вполне ожидаемый шантаж. Чего еще ожидать от такого партнера, кроме попыток в стиле Лукашенко обменять свободу политзэка на европейские преференции? И когда Тимошенко сообщит, что конвоиры избили ее до потери сознания при транспортировке из колонии в больницу, на Западе эту новость воспримут не только с ужасом, но и с полным доверием. А когда уполномоченный по правам человека Верховной рады Нина Карпачева, зафиксировавшая побои на теле заключенной, вскоре покинет свою страну, это в Европе оценят как поступок, для эпохи Януковича вполне заурядный.

Между тем в начале июня 2012 года Украина принимала у себя чемпионат Европы по футболу, и скандал с Тимошенко стал важным событием этого чемпионата наряду с бойкотом, который объявили Януковичу лидеры европейских государств. Уникальный случай в истории спорта. В глазах западных политиков украинский президент стал человеком, с которым неприятно, стыдно, да и незачем встречаться. Дошло до того, что накануне футбольного первенства Киеву пришлось отменить запланированный саммит стран центральной Европы – по той уважительной причине, что его в массовом порядке пробойкотировали лидеры европейских государств. И все из-за Тимошенко, обращение с которой руководители цивилизованных государств признают неприемлемым. Просыпается понемногу и украинский социум, заметно охладевший к политике в эпоху невнятного Ющенко, и оглядывается в поисках лидера, способного поспорить за власть с осточертевшим донецким кланом.

Новых лидеров практически нет.

И тут чувство отвращения к нынешней власти может пересилить недоверие к демократическим вождям. Напротив, сочувствие и жалость к Юлии Тимошенко, соединенное с восхищением ее стойкостью, способно вновь пробудить у миллионов граждан надежду на этого политика. А тюрьма, усугубляя ее одиночество, парадоксальным образом усиливает ее политический ресурс и человеческий образ.

Вероятно, если бы президентские выборы на Украине состоялись в эти дни, она имела бы неплохие шансы на победу. При всем равнодушии и недоверии украинцев к политикам «оранжевой» генерации.

Вот за это она и дерется сегодня – по-мужски безжалостно и по-женски страстно. За то, чтобы опять переломить свою судьбу, выйти из тюрьмы на волю и возглавить Украину. Вопреки судебному вердикту, который надолго лишает ее возможности заниматься политической деятельностью. Вопреки всем неудачам, которые она переживала тем больней, чем сильней ощущала свою миссию – спасительницы Украины, единственного человека, достойного руководить этой страной. Вопреки скепсису многих искушенных политических экспертов и простых избирателей, которые побаиваются ее темперамента и всерьез страшатся, что Жанна д’Арк на президентском посту окажется куда брутальней неповоротливого Януковича.

Все только начинается?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.