5. Иеромонах Макарий — И.В. Киреевскому

5. Иеромонах Макарий — И.В. Киреевскому

М.с.о.н. Г.И.Х.Б.н.п.н.

Достопочтеннейший о Господе Иван Васильевич!

Старание Ваше и содействие к второму изданию книги «Житие старца Паисия» и трудов его доставило нам большое душевное утешение, а еще и другие труды его и переводы и исправления по общему нашему желанию имейте в виду к изданию, и когда Господь благословит сие наше предприятие, то много полезного мир приобрящет.

Может быть, молитвами старца Паисия Господь возбуждает к сему предприятию, чтобы не остались оные труды его забвенными, в немногих списках хранящимися и малыми пользующимися.

На прошедшей почте я писал к Наталье Петровне, какие мы предполагаем статьи к напечатанию, а Вы еще прибавляете имеющиеся у Вас, которые к нашим приобщите; сие пишу, надеясь на Ваше к нам расположение.

Конечно, нельзя уже всех в один том поместить, а ежели Варсануфия[42] печатать, то и еще прибавится.

Очень бы хотелось напечатать его книгу. Об ней упоминает Ф.А. Голубинский в письме к Степану Петровичу, что прислана была из Молдавии к Марье Петровне Протасьевой[43], и, кажется, нельзя сомневаться в том, что не его труд.

Я послал к Вам 4-го числа рукопись полууставную святого Марка Подвижника восемь слов, но не знаю, годится ли с оной печатать гражданским шрифтом? Ожидаю уведомления: когда годится, то пришлю и Феодора Студита такого же письма.

Симеона Нового Богослова 12 слов[44] списаны; когда успею прочесть, — то на сей почте пришлю, а житие[45]надобно писать. Житие Григория Синаита пишут. Максима «По вопросу и ответу» также пишут; и Симеона Евхаитского тоже. Феогноста[46] хорошо, когда бы там приказали написать, а когда нет у Вас, то здесь напишем. Варсануфия Великого есть у нас книга, писанная четким письмом простым, только под титлами; когда это не помешает, то пришлю оную; извольте уведомить, а списывать продолжительно будет. Симеона Нового Богослова стишную[47] также надобно списывать. Вот Вам отчет о наших книгах.

Ваше же намерение весьма хорошо в «Толковании <на> "Отче наш"» святого Максима, но, не касаясь старцева текста, темные только места на выносках пояснить с латинского. А ежели весь перифразис писать, то будет продолжительно и затруднительно. Впрочем, как лучше найдете, да будет на воле Вашей.

Из письма Ф.А. Голубинского, кажется, нет ничего такого, что бы могло быть прибавлено, но, что он выставил Якова Дмитриевича трудившимся в исправлении или переводе «Филокалии», — это, кажется, не мешает. О тайно завезенных отцом Афанасием статьях, в «Добротолюбии» помещенных, читая, вспомнил, что покойный батюшка отец Афанасий мой часто говаривал, что у старца Паисия много бывало подобных случаев; он, бывало, и поскорбит да и скажет: «Да, правда, книги-то хороши. Я сам, когда бы был на их месте, то же бы сделал». Вот какая его была любовь к книгам и снисхождение к немощам человеческим! Портрет старца и снимок с руки и при втором издании, кажется, не будет лишним — то и прикажите оные печатать. Это, может быть, можно и без цензора.

Вы упоминаете о говений в сей пост. А я уже предварил Вас моим писанием, что хорошо бы исполнить долг сей. Без всякого отлагательства желаю, чтобы Вы освятились сими Таинствами спасительными, не встретив никакого препятствия.

Почтеннейшей Наталье Петровне свидетельствую мое почтение, и как ей, так и Вам, и детям вашим желаю мира, здравия и благоденствия, и, испрашивая на Вас Божие благословение, с почтением моим остаюсь недостойный Ваш богомолец многогрешный иеромонах Макарий.

Почтеннейшему Степану Петровичу свидетельствую мое почтение и благодарю за расположение принять труд во втором издании книги.

Отец игумен свидетельствует Вам свое почтение.

8 февраля 1847 года