ЗНАКОМСТВО

ЗНАКОМСТВО

Рома

Она зашла как героиня плаксивого голливудского фильма: белокурые волосы подобно пружинам откликались на каждый шаг, на каждое покачивание бедра… Нужно было срочно что-то решать. Нацепив бейдж администратора проекта, я лихо обскакал всех конкурентов, жадно пожирающих ее глазами. Деловито и сухо представился, начал рассказывать, какие формальности ей необходимо соблюсти перед поездкой на проект. Потом, конечно, раскололся, что никакой я не администратор, а просто участник того же телешоу…

Это произошло 1 мая 2004 года. В тот день я приехал в Москву с маленьким чемоданчиком. В моей жизни наступил новый этап, который не закончился и по сей день, — телепроект «Дом-2».

Официально мы познакомились с Олей 15 мая 2004 года, когда она блеснула на лобном месте в простеньких розовых спортивных штанишках, джинсовой куртке поверх розового свитера. Всё в ней было настолько совершенно, что я, помню, удивлялся, как можно выглядеть так красиво в таких обычных вещах. Оля приковывала к себе мужские взгляды. Даже я, на тот момент находясь в паре с небезызвестной Леной Берковой, постоянно неприлично пялился на нее. Женя Абузяров тогда сел позади Оли и пытался пошло хохмить, но она игнорировала все его движения. Более того было как-то стыдно за него. Все смеялись, но был Женя, откровенно говоря, безобразен. На вопрос:«Кто тебе нравиться из мальчиков на проекте?», Оля ответила: «Стас и Рома.» — «А почему?» — «Стас — красивый, а Рома очень мужественный.»

Тогда я еще даже и подумать не мог, что будет так «весело».

Оля

Когда семейные пары или просто молодые люди собираются вместе, неизбежно возникает тема — кто, как и когда познакомился со своей половинкой. Я лично очень люблю рассказывать о том самом дне, когда мы с Ромкой впервые увидели друг друга.

В Москву я приехала 1 мая 2004 года, к тому моменту моя кандидатура на участие в шоу уже была одобрена. Захожу в помещение, где проходил кастинг, вся такая веселая, красивая… И тут же ко мне подкатывает мальчик, представляется Сергеем Ковалевым, сообщает, что я яркая и сексуальная, и предлагает договориться о создании пары. А потом начинается самое интересное: к нам с Сергеем подходит какой-то невысокий паренек в растаманской шапочке, смотрит на меня и говорит: «Девушка, здравствуйте, вы на телепроект „Дом-2“? Я здесь работаю администратором, пройдите, пожалуйста, за мной».

Для меня это было спасением от чрезмерного внимания со стороны Ковалева. К тому же этот «администратор» показался мне очень даже симпатичным… Внимание тех, кто еще не понял: за этого самого «администратора» я сейчас мечтаю выйти замуж, и только от него хочу детей…

Для всех тех, кто смотрит телепроект, мы познакомились 15 мая на лобном месте, через две недели после нашей первой встречи вне кадра. Передача шла уже десять дней, и я видела, и я видела три серии с того момента, как пришел Ромка (он появился в телевизоре 9 мая). И, если честно, я сразу расстроилась, когда увидела, что он начинает ухаживать за Еленой. Мы с Ромой были созданы для того, чтобы любить друг друга, только тогда об этом еще не знали. Тем не менее, когда ведущие спросили о моих симпатиях, я уверенно ответила: «Мне нравятся Рома и Стас». Тогда эти слова звучали безобидно. Но сколько потом было пролито слез именно из-за этих двух мужчин!

Я видела, как на меня смотрит Рома… Надеялась, что, возможно, он уже пожалел, что так быстро определился с девушкой… Он проголосовал за меня, как и все другие ребята, кроме одного — Насима Нухова, и я осталась на проекте…

Рома

После лобного мы с Олей столкнулись в гардеробной и обменялись мнениями по поводу книг Паоло Коэльо. Меня приятно поразило, что она тоже читала его романы. Причем удивило не сходство интересов, а тот факт, что такое красивое создание еще и читает. Мне всегда удивительно открывать в людях то, что присуще исключительно мне: эмоции, ощущения, привычки. Ну например, мне всегда было удивительно думать о том, что мои родители тоже занимаются любовью, мне не верилось в то, что учителя в школе тоже какают. Я думал, состояние, когда ты открываешь битком набитый холодильник и думаешь о том, что есть опять нечего, присуще только мне. Что чего-то хочется, а чего именно понять не могу, и это только про меня, но никак не про кого-то из тех людей, что встречаются мне по дороге в школу, в институт, на работу. И тут она — Оля — тоже читает Коэльо, и «Одиннадцать минут» — тоже ее любимая вещь.

Еще в тот день стало открытием, что такие красотки могут мыть посуду в холодной воде. Причем не закатывая истерик: «Я не буду мыть за всеми» или «Давай ты помоешь, а я уберу со стола». Просто все поели, а она взяла и убрала. Гениально!

Она ведь красавица, думал я. Она должна капризничать, быть многим не довольной, топать ногами и искать преданных, желательно влюбленных в нее людей, чтобы они все делали за нее, надеясь, что она согласиться уделить им чуточку своего внимания.

Оля

Всё поехало-понеслось с первого дня. Девочки начали говорить про меня всякие гадости, некоторые ребята — активно ухаживать. Уже на третий день пребывания на проекте меня пригласил на романтическое свидание Женя Абузяров. Я очень хорошо помню: был вечер, жутко холодно; ко мне подошла Ксения Собчак, взяла за руку, куда-то повела… Мы вышли за территорию, и я увидела беседку, в которой меня ждал Женька. Помню, радости моей не было предела, потому что в беседке находился не только он, но много-много различных роллов, от которых я и по сей день схожу с ума. Конечно, как любой девушке, мне были очень приятны его ухаживания. Но я сразу же определила границы и сказала, что наши с ним отношения не пойдут дальше дружбы. А вот Стасу я такого не говорила, признаюсь, с первого же дня начала строить ему глазки… Он мне нравился, мы классно проводили время, смеялись, шутили, он учил меня танцевать. Это просто совпадение, что практически сразу после моего появления пара Марины Мышеловой и Станислава Каримова распалась, они выехали из вип-домика, и Марина ушла после женского голосования. Некоторые ребята обвиняли меня в том, что у Марины и Стаса ничего не сложилось, но поверьте, это все ложь и провокация!

Так мы со Стасом стали встречаться, и даже заселились в домик, который нам любезно предоставили Оскар и Ольга Кравченко. Стас ко мне очень хорошо относился, был внимательным, красиво меня добивался: писал стихи, дарил цветы… Даже сделал своими руками клумбу и посадил цветы так, что читалось мое имя. Я тоже устраивала ему небольшие сюрпризы: например, подарила картину, которую он повесил в изголовье кровати (сейчас картина находится у него дома). Потом, помню, возникло желание сделать что-нибудь необычное, и я подарила ему танец на палубе… Играла песня из фильма «Титаник», на мне было очень красивое синее платье, Стас пытался мне что-то сказать, а я его просила молчать. Я знаю, что за нами подглядывали девчонки; некоторые, глядя на нас, расплакались.

Мы очень хорошо смотрелись вместе, многие считали, что мы со Стасом могли бы стать идеальной парой. И все же чего-то в этих отношениях мне не хватало. Иногда ловила себя на мысли, что мне не о чем с ним разговаривать. Хотелось, чтобы рядом был уверенный мужчина, чтобы чувствовать себя как за каменной стеной, а Стас… В нем недостаточно решительности, какой-то мужской мудрости, что ли. У нас начались разногласия, инициатором которых, наверное, была я. Обижать, а тем более обманывать его, я не стремилась, и мы решили мирно расстаться.

Все это время я не переставала общаться с Ромой. Скажу больше: я со временем стала другом пары Лена-Рома, и они действительно мне нравились больше, чем другие ребята. Я часто приходила к ним в домик, они делились со мной планами на будущее. Я была уверенна, что именно они выиграют Дом. Как-то в один из вечеров они вдвоем сделали мне массаж…

У нас с Ромой сразу сложились очень теплые и довольно своеобразные отношения. Он всегда помогал мне дельным советом, при этом называл меня «мамой», а я, в свою очередь, его — «сыной».

Рома

Я называл ее «мамой», потому что она ко всем подходила с материнской заботой: за обедом супа нальет, пожелает приятного аппетита, спросит, не подлить ли добавки. Оля называла меня «сыной». Вот такая дурацкая игра. Мы вуалировали таким образом свою симпатию, которая росла день ото дня.

Совсем еще вроде бы «свежие» отношения Оли и Стаса начали давать трещину, ей хотелось поговорить об этом, а поскольку мы с Леной в данной области уже обладали опытом, то решили пригласить Олю к себе в гости… ночью. Она почему-то очень легко согласилась.

Лене всегда были интересны всякого рода эксперименты, особенно если они связаны с эротическими забавами (тогда я еще не представлял насколько!), поэтому ревности с ее стороны не предполагалось.

Оля зашла, мило улыбаясь. Завязала беседу ни о чем, чтобы избавиться от смущения. Разделась и безропотно легла на кровать. Я гладил ее, впивался пальцами в молоденькую плоть, мял, постукивал, растирал — короче, делал всё, чтобы создать впечатление знатока и услышать томное: «М-м-м… так приятно. Поделай, пожалуйста, еще». Я так погрузился в процесс, что почти забыл о своей девушке, сидящей рядом. Мне было неловко оттого, что не о Лене я думал в тот момент. Оля кокетничала, улыбалась, говорила лестные мне слова с приятными, подчеркнуто эротическими интонациями. «Хочу её, очень, прямо сейчас!» — наконец-то осознал я. Это было первое желание, такое робкое, стыдливое. А рядом была Лена. О сексе и речи быть не могло — в мои планы не входила демонстрация свих любовных утех на всю Россию. Хотя к тому моменту стране уже показали «сцену с Леной в душе».

Оля

Затем на охоту вышел Степка, он непонятно с чего разглядел во мне «сучку». Нам обоим сразу стало ясно, что любовные отношения не сложатся. Помню, мне Сашка Нелидов нравился, я даже вставала за ним на предварительном голосовании, но потом поняла, что симпатия эта скорее была выдуманной.

Перед шуточной свадьбой Ромы и Лены я делала невесте маникюр. Кричала вместе со всеми «горько», когда они целовались. Тогда я была рада за них, а сейчас очень неприятно вспоминать об этом. Любое Ромино косвенное упоминание о ней доставляет боль. Вы себе даже не представляете, как было тяжело от постоянных сравнений!

Когда Рома сделал неудачное сальто на бортике бассейна и попал в больницу, я сильно переживала, чувствовала, что мне его не хватает. Каждый раз, когда Лена уезжала его навещать, передавала письма, на которые он отвечал.

Уже тогда между нами была какая-то связь, что-то большее, чем дружба.

Как-то ребята пошли на стройку, мы с девочками остались убираться, и я предложила написать письма нашим мальчикам. А поскольку у меня не было молодого человека, я написала Роме.

Письмо Ромы из больницы, адресованное Оле (орфография сохранена):

«Мама, привет. Прости, что так долго не писал. Пойми сама рука дает сбои, но ты не переживай, видишь я уже пишу, а это значит что поправляюсь. Очень тебя люблю и скучаю, спасибо за твои теплые письма, что ты мне пишешь. Они придают мне сил и терпения. Операцию сделали 24 июня утром. Говорят, что прошла успешно. Я был молодцом и пытался поддерживать беседу в операционной, пока меня не вырубило. После операции чувствую себя намного лучше. Уже могу почесать нос, помыть руки и могу писать, могу даже взять толстовку! Это могу заметить не так уж легко. Часто приходит Лена. Я очень скучаю по ней, но она по долгу не задерживается — дела.

Пиши как голосовали. Кто ушел, кто пришел. Опиши пожалуйста поподробнее. Мама, мне недавно снился сон, в нем была Лена и ТЫ, мы так сладко занимались сексом, что я чуть не кончил. Прости за откровенность. Но было потрясающе здорово. Передай пожалуйста Лене, что я очень по ней скучаю и стараюсь быстрее поправляться, чтобы подарить ей свою накопившуюся нежность.

Мама, я очень скучаю по тебе и ребятам. Я стараюсь, ем фрукты, йогурты, разрабатываю руку, как сказал доктор, чтобы поскорей вернуться к вам!

Люблю, целую тебя, Дорогая Мама!

Твой Сына.»

Рома

Прошел месяц. Отношения со всеми участниками проекта сложились. С кем-то дружил, кого-то ненавидел — всё как у людей. 21 июня попал в больницу, а Оля по доброте своей душевной писала мне письма. Даже один раз навестила вместе со Степой.

Дни, проведенные в больнице, можно смело назвать началом конца отношений с Леной. Мне сделали операцию, но уже на следующий день я решил прогуляться по территории больницы. «А почему бы не зайти в какой-нибудь Интернет-клуб. Ведь у проекта наверняка появился свой сайт, и там обмениваются мнениями телезрители», — подумал я. Уже через пятнадцать минут я стоял у порога Интернет-кафе.

Поначалу перевязанная рука мешала манипулировать мышкой, но после того, как залез на сайт, боль и неудобство как рукой сняло. Форум пестрил ссылками. Поначалу я не сообразил, почему в моем разделе так много сообщений, однако скоро все встало на свои места. Кликая по ссылкам, я натыкался на все новые и новые фотографии, фрагменты из порнофильмов — и на всех была Лена!

Меня аж холодный пот прошиб. Фотографии были явно настоящими! Ее одежда, знакомая бижутерия. Вот Лена со своим любимым крестиком на шее, а рядом с ней два китайца в попытке самостоятельно зафиналить состоявшееся совокупление… Вот она расположилась в кресле и пытается нанести пену для бритья на… А вот и бритва. Какая-то нелепая розочка у нее на голове, под стать дешевым совдеповским обоям на стенах… Дешево и отвратительно.

В голове вспышками возникали обрывки ее фраз, которые сразу приобрели другой смысл: «Вот моя любимая маечка-шторка, в любой момент можно вот так отодвинуть шторку… опля! Очень удобно», «У меня есть друг, днем он работает в музее, а вечером снимается в порно…», «Я тоже очень люблю секс…», «Я так боюсь моего мужа, он может наделать столько неприятностей… Мы любили с ним экспериментировать…»

Раньше мне никогда не доводилось испытывать состояние, когда не хочется верить своим глазам. Я искал следы фотомонтажа, но, к своему огромному разочарованию, не находил. Пытался ее оправдать перед самим собой: «Да это ее муж выкладывает фотографии и видео сексуальных забав». Но от этого становится еще хуже. Вернувшись в больницу, упал в кровать и уставился в потолок. Мне не хотелось ни о чем думать.

Прошел час или два, когда в комнату вошла Лена, а следом за ней вся съемочная бригада.

Она, как всегда, говорила, что сильно скучает:

— Без тебя мне очень одиноко и грустно. Вчера на лобное надела все твои вещи. Они пахнут тобой… Ничего не делаю, почти не ем…

Я отрешенно смотрел на нее, на ее наигранный, скорее всего траур, скорбь в глазах и вспоминал те фотографии и видео из Интернета. Разговор не получался.

Операторы, осветители, редакторы завозились, собирая аппаратуру. А я встал и потянул Лену за пределы палаты. Примостившись в дальнем углу коридора и убедившись, что нас никто не снимает, тихо сказал:

— Лен, я был сегодня в Интернете… и видел все фотографии…

Она опустила голову и, помолчав минуту, ответила:

— Это все мой муж, он выкладывает фотографии и видео наших отношений. Я же говорила тебе, что мы снимали секс. Ты же все знаешь…

— Да, я все знаю…

— Я понимаю, что тебе было больно смотреть, но, поверь, теперь это не имеет никакого значения. Только ты мне нужен. Ты — тот единственный, с которым хочу быть.

— Лен…

— Я люблю тебя…

Я промолчал.

— Ром…Ты слышишь?!

— Слышу.

Она забрала свои вещи из палаты и вышла следом за съемочной бригадой. Странно, почему именно тогда она сказала, что любит?

Оля

За день до Роминого возвращения из больницы меня позвала в гости Лена, мы заперлись в домике, в ванной, и она мне всю ночь рассказывала про свою прошлую жизнь, про бывшего мужа.

Лена говорила, что боится, — он может найти ее и начать угрожать, уверяла, что сильно любит Рому. Тогда я наивно верила ей, это потом, когда мы с Котенком начали встречаться и сопоставили события, поняли, что она просто укрепляла почву под ногами. Наверное, чувствовала, что ее грязная ложь скоро станет всем известна. Ложь всегда всплывает на поверхность, и самое страшное, что от этого страдают не только те, кто врет, но и те, кого обманывали. Не знаю, чем Лена думала. Ведь на обмане никакие отношения не построить, любовь держится в первую очередь на доверии.

Рома

Вернувшись в дом, я замкнулся в себе, анализировал каждое сказанное Леной слово, вспоминал, пытался понять, когда она говорила искренне, а когда врала. Почему она сразу обо всем не сказала? Из головы не выходили те фотографии… Хорошо бы кликнуть по картинке правой кнопкой мыши, в появившемся меню выбрать пункт «удалить», а потом очистить корзину. Но это невозможно…

День ото дня напряженность между мной и Леной росла, мы оба к чему-то готовились. Как-то вечером мы молча сидели в курилке:

— Ром, давай поставим штампы в паспорта.

— В смысле?

— Сделаем наш брак настоящим.

— Зачем?

— Как зачем?

— Зачем штампы? — Повисла длительная пауза. — Лен, я не уверен, что нам это необходимо делать. Давай так, если на голосовании уйду я, то ты остаешься и продолжаешь бороться. Если уйдешь ты, я, соответственно, тоже остаюсь.

Я не был готов жить с тем, о чем узнал тогда в том проклятом кафе.

Оля

После того как стало известно об участии Елены Берковой в порнобизнесе, Ксения Собчак собрала всех на лобном месте и сказала, что Лена должна немедленно покинуть телепроект. Лена плакала, Ромочка сидел, понурив голову. Для всех нас это было так неожиданно. В то, что это не злая шутка, многие поверили лишь тогда, когда Лена вышла за ворота. Одна…

Я видела, что Рома переживает, мне очень хотелось подойти к нему тогда, обнять, поговорить, но я понимала, что ему необходимо побыть одному. Он сразу после лобного места пошел в домик, их бывший домик. Но мне было просто необходимо, чтобы Рома ощутил, что я очень переживаю за него. Я сделала ему крепкий чай, молча зашла в домик и поставила чашку на его тумбочку.

Его настроение передавалось мне. Я не могла уснуть, не узнав, все ли с ним в порядке. Тихонечко снова проникла к нему в домик и удостоверилась в том, что он крепко спит. Накрыла его одеялом и положила рядом свою любимую игрушку — тюленя. Даже не знаю, зачем? Наверное, просто не хотела, чтобы он почувствовал себя одиноко, проснувшись один.

Рома

Все, что сказала мне Собчак, не было новостью. Я просто увидел другие фотографии, более красочные. Спорить или что-либо доказывать было бесполезно, решение принято — Лена уходит. Оставаться мне или нет, этот вопрос уже был решен двумя днями ранее — остаюсь.

Дурная слава, к сожалению, гораздо дольше хранится в памяти, чем хорошая. Перед Леной стоял выбор: жить, борясь с прошлым, или усугубить то, что она сделала до проекта. Позже я узнал, что она выбрала второй вариант, возведя себя в ранг российской порнозвезды. Сколько в этом пафоса!

Я уныло смотрел, как она поспешно собирает вещи. Мне было стыдно. Я чувствовал себя чужим для нее, и именно в тот момент, когда должен поддержать, успокоить, как-то разделить боль. Но все уже было кончено.

Я положил ей в сумку несколько фотографий, напоминающих о проекте и о тех минутах, которые она была здесь счастлива. Вышел из домика, вдохнул свежий хвойный воздух, снял с пальца то самое обручальное кольцо, которое она чуть больше месяца назад надела мне на палец, и, хорошенько замахнувшись, выкинул его.

Оля

На следующий день все только и говорили об уходе Лены. Многие осуждали Ромку, говорили, что он выбрал игру, а не любовь. Я была одной из немногих, кто его поддерживал. Дело не в том, чем Беркова занималась до проекта. Каждый человек сам вправе выбирать способ заработка. Дело совсем в другом: в обмане. Когда Рома спрашивал у нее, откуда появились порнофотографии, она врала, каждый раз очень искусно и по-разному. Не знаю, смогли бы жить те, кто обвинял Рому, с человеком, которому не веришь. Он сделал правильно, что остался, иначе не узнал бы, что это за чувство такое — любовь…

Рома

Да, возможно, тогда, оставшись на проекте и смотря своей уходящей девушке, я был подлецом, но отдавал себе отчет в том, что делаю и как это выглядит со стороны. Сейчас, прожив на проекте еще семнадцать месяцев, найдя Олю, я, как и Лена, понимаю, что тогда был сделан правильный выбор. Каждый остался при своих интересах.

Тогда Лены не стало. Она, безусловно, где-то есть, с ней что-то происходит, она пишет какие-то песни, продолжает сниматься в своем кино, занимается брачными агентствами и выдает русских девушек замуж за иностранцев, но в моей жизни именно тогда ее не стало, как, наверное, и меня — в ее.