Двадцать третий год

Двадцать третий год

Свобода сама собою не валится в рот.

Пять —

пять лет вырываем с бою за пядью каждую пядь.

Еще не кончен труд.

Еще не рай неб.

Капитализм спрут,

щупальцы спрута — НЭП.

(В. Маяковский, «Известия «ВЦИК, 16.01.23. № 10)

9/22 января. Был и крещенский мороз; но такой «некрещенский» — всего только 11 градусов. Все-таки святки как святки: снежно и морозно. Москва не унывает. Послушаешь кругом: вечеринки, театры, картеж, рулетки, пьянство, разгул, и уже не лимоны, а «лимонарды». Дома угостить пяток-другой друзей или родственников плохо-плохо — лимонардик нужно.

Французы реально проводят репарационный план. Началась оккупация Рурского бассейна. Стеклов и К° видят в этом чреватость, могущую породить новую европейскую войну.

Жел.-дор. тарифы, повышаясь раз в месяц, не оправдали себя, и вот вышел декрет насчет повышения тарифов (на 25 %) с 20 января. Таким манером проезд, скажем, до Тулы из Москвы обходится теперь 53,5 млн. р., а в ден. знаках 1923 г. — 53 р. 50 к. Официально бумажный рубль равняется 1 млн. р. в знаках до 1922 г., или 100 р. в знаках 1922; но при всем том 10-рублевый золотой по котировке 20 января значится 190 р. (миллионов тоже). Цена того же золотого на вольном рынке — 224 млн.

Теперь больше всего читают четвертые страницы газет и объявления. Там биржа, там показания, как живет москвич (вернее, как может жить, если он на свободе и если он сумел «устроиться» службой или торговлей). Вот, например, «пониженные цены» русских и иностранных виноградных вин Винторгправления ВСНХ с 18 января 1923 г. Русские вина белые и красные — самые дешевые, за бутылку — 13.800.000 р., дорогие — 22 млн. Русские крепкие вроде портвейна и мадеры — от 27 млн. до 44 млн. Русское шампанское 93 млн. Иностранные белые от 23 до 132 млн., красные от 28 до 50 млн. Портвейн иностранный от 50 до 83 млн., а шампанское 217 млн.

В большом, как видится, спросе игральные карты. И все, наверно, для железки; не пишут, как раньше, «игра» (две колоды), а «108 р. за дюжину» (конечно, знаками 23-го года).

После объявлений бесчисленных театров, студий, кабаре, кино, цирков — заманчивейшие объявления ресторанов, баров, кафе, столовых, трактиров и чайных. В «Ампире» (профработника) во время обедов Les artistes parrainent le public: тустеп, фокстрот, вальс-бостон, танго. Танцуют все. Лучшие танцоры Москвы и Петрограда. Главный инструктор — Арман.

В «Эрмитаже» (старый Эрмитаж на Трубе) с 12 ч. ночи — кабаре. Там и Горич, и Борисов, и хор Вани Лагутина, и романсы Изабеллы Юрьевой с гитарой Делязари. Песенки Чернова, Викторова, Мадлен Буш, Соколовой, танцы Елениной, Ванд, Брамс, Рен, Руа, и чего-чего там нет, а главное — «уютные и роскошно отделанные кабинеты».

Опричь всего каждый день «бега». Начало в 12 ч. дня. Тотализатор — 20 р. (т. е. 20 млн.). И все это благословлено свыше, тем Кремлем, над которым развивается красное знамя и в котором наиболее чтимая икона — Карл Маркс.

9/22 февраля. Около месяца стоит прекрасная зимняя ровная погода. Морозы от 8 до 16°, снежные метели, но не особенно страшные, и часто — ясные дни и ночи, полные присущей им прелести.

На днях был свидетелем одного торга: за уступку квартиры в три комнаты в одном из переулков Тверской просили 45 млрд. Дело сладилось. Вообще миллиарды штука теперь не большая, а даже нашему брату доступная. Я, например, в январе месяце получил жалование уже 768.370.000 р. и еще разницу между «проводниковским» (7 разр.) и «агентским» (17 разр.) жалованием — 1.184.290.000 р. А большие люди теперь получают больше 3 млрд. р. в месяц.

Трамвай давно уже 1,5 млн. за станцию; газета 1 млн. номер. Икра зернистая 120 млн. ф., колода карт 12,5 и 25 млн., чай 112 млн. ф., одна кор. килек 15 млн., сотня гнуснейших папирос 7 или 10 млн. Золотой рубль по старой котировке 23.100.000 р. (Я буду и впредь считать по-старому, т. е. игнорируя бумажные фокусы 22-го и 23-го гг.)

† Трагически погиб популярный старый певец, баритон Иоаким Викторович Тартаков. Дело было в Питере. Ехал на автомобиле, наехали на канаву — автомобиль перевернуло, всех изуродовало, а Тартакова — насмерть. Вечный ему покой! Я слыхал его еще в начале его артистической карьеры в оперетке Лентовского, а потом лет 9-10 тому назад в Питере, в Мариинской опере. Значит, промежуток был лет в 30, однако и в последний раз послушал его не без приятности. Между прочим, он очень был похож на Антона Рубинштейна. Болтали даже, что он в действительности-то не Викторович, а Антонович.

Свирепствует какая-то «свободная трудовая церковь». В «Известиях» напечатано ее «постановление» передать все церковные ценности, включая колокола и священнические ризы, — научным учреждениям. Но почему бы не снять кресты с храмов? Грабить — так грабить.

Вон пишут, что в МУРе вороха дел о растратах в казино миллиардов казенных денег. А тут на каждом шагу если не настоящее, то сусальное золото.

† Скончался знаменитый ученый Вильгельм Рентген, открывший Х-лучи. Скончался в Мюнхене 78 лет. Новых церквей не открывал, но был, вероятно, богоугоднее колоколоснимателей и страждущему человечеству полезнее.

Стеклов старался. Боже мой, как старался! «Война — скоро, сейчас, готовьтесь». Но его не послушали. Французы делают свое дело в Рурском бассейне, может быть, не очень досаждая немцам, а мы тут вопием благим матом; жертвуем даже свои жалкие гроши в пользу «разоренных» рурских рабочих. Сдается, что мысль о возможности войны раздувается советской печатью в своих специфических целях, как иронически передает таковое впечатление читателя газет сам Стеклов.

Чичерин вернулся из Лозанны в Москву «не солоно хлебавши».

Образец современных публикаций, свидетельствующий о грандиозных коммерческих советских предприятиях и о талантливости царствующей ныне в России нации: «Всем, всем, всем… Правление кооператива работников центральных управлений НКПС «Коопуть» настоящим объявляет, что граждане Шапран, Ланиэ, Левин, Алибеков и Эпштейн в марте месяце 1922 г. получили задаток в 10 млрд. р. на закупку ста тысяч пудов белой муки для «Коопуть», до настоящего времени муки не доставили», и т. д.

Не эти ли граждане колокола будут снимать?

Чуть не каждый день печатаются декреты о переменах в административном делении Совдепии. Создана масса новых губерний. Но вот вчера, что называется, как раз наоборот: Президиум ВЦИКа постановил с 1-го марта с. г. «произвести слияние Рыбинской и Ярославской губерний с центром в г. Ярославле», причем Краснохолмский и Весьегонский уезды присоединить к Тверской губернии. Проще сказать, скроить эти территории по-старому, как было при царе. И к чему было огород городить?!

Опять ввелись концерты «в пользу инвалидов». В Большом театре сбор был 4 млрд. 272 млн. р. Ну что же особенного, если прикинуть, сколько теперь может получить в месяц ловкий советский чиновник.

Мемель передан Литве. Там царили в последнее время то союзники, то какие-то повстанцы.

Результаты пятилетнего советского хозяйствования водным транспортом: Волга потеряла 525 паровых судов, мощностью в 276.755 инд. сил, и 5.189 непаровых, грузоподъемностью в 304.070.000 п. В период 1911–1914 гг. Волга строила до 60 паровых и 500 непаровых судов ежегодно, а за 5 лет революции построено не более 160 судов обоего типа.

Теперь «средний возраст» котлов 26 лет, а в 13-м году он достигал лишь 13–15 лет, а для непарового флота эти цифры будут по 13-му году 1–5, а по 22 — 12–14. К будущей навигации остается без ремонта 444 паровых и 1.058 непаровых судов.

26 марта/8 апреля. Христос Воскресе! В Страстную Неделю и сегодня, т. е. в Светлое Христово Воскресение, погода крайне неприятная. Небо серое, утренний морозец сменяется на дневную слякоть. Благодаря ветру зябнется больше, чем зимой.

Несмотря на старания комсомольцев и прочих антирелигиозных деятелей, с их специальным органом «Безбожник» (не знаешь, чего там больше: кощунства или порнографии), — на Страстной и в Пасху в московских храмах было необыкновенно многолюдно.

3/16 апреля. До сегодняшнего дня держались по ночам морозы, а дни были серые и очень прохладные, с медленным таянием и с подбавкою новых снегов, то и дело налетавших и прибавлявших только грязи. Но сегодня повеяло теплом чисто весенним. Будем надеяться, что весна новой «осечки» уже дальше не сделает.

В «Известиях» описываются сокровища петроградского музея революции. Автор статьи останавливается на двух документах, которыми, так и видно, хочет сказать: посмотрите, какой ужас был в 1906 году. Один документ — это донесение петроградскому градоначальнику, что такому-то арестанту причитается получить 100 рублей за приведение в исполнение смертного приговора над преступником, а второй — это «счет расходам денег на приобретение материалов по приведению в исполнение смертного приговора над двумя лицами. Извозчик — 2 р., веревка — 55 к., одно кольцо — 30 к., мешок — 1 р., всего 3 р. 85 к.» Впечатление от такого «интересного» сообщения, что называется, наводящее на некоторые сопоставления. Вот где совсем уместно сказать болтливому хроникеру: «пошибче молчал бы, товарищ!»

Президиум ВЦСПС постановил пожертвовать и отправить 500.000 пудов хлеба в помощь рабочим Рура (якобы для борьбы с французским империализмом). В транспортном деле это называется «встречной перевозкой» и строжайше воспрещается. Не лучше ли бы, в самом деле, сговориться с кем-нибудь из жертвователей в пользу русских голодающих: не шлите и сдайте их немецким голодающим…

А в Курске был такой случай: один купец завещал своим детям не платить его торговых долгов и на неуплаченную сумму соорудить гимназию его имени… (Это было еще при царе Горохе и припоминается мной только «к слову».)

14-го марта напечатано правительственное сообщение, что В. И. Лeнин-Ульянов в последние дни расхворался не на шутку, т. е. появились признаки нарушения кровообращения, что повлекло за собой некоторые ослабления двигательных функций правой руки и правой ноги, а затем и некоторое расстройство речи.

Ленина лечат русские врачи профессоры Крамер, прив. - доцент Кожевников, доктор Елистратов и иностранные профессора Минковский, Фёрстер, Геншен, Бумке, Штрюмпель и Нонне.

До Пасхи состоялся в Москве процесс Католического духовенства, обвинявшегося, конечно, в «контрреволюции», по тем же признакам, по которым, в связи с изъятием церковных ценностей, судилось, судится и будет судиться наше (православное) духовенство. Двое из главных подсудимых — архиепископ Цепляк и священник Буткевич — приговорены верховным судом к расстрелу, но приговор временно был исполнением приостановлен, по постановлению ВЦИКа.

В Польше, Англии, Америке и вообще в Европе по этому поводу вспыхнуло негодование. Посыпались ноты и все прочее такое. В результате Цепляку смертный приговор заменили 10-летней тюрьмой, a † Буткевича все-таки расстреляли. До сих дней такая страшная расправа продолжает волновать заграницу и здешних верующих людей. В газетах чем-то «угрожают», но наши дипломаты, очевидно, с этим считаться не хотят.

Состоялись 25-летние юбилеи Л. В. Собинова и В. Э. Мейерхольда. Обоих «пожаловали» званиями «народных артистов». Мейерхольд так же понятен народу, как телескоп годовалому ребенку.

В «Известиях» как-то описывалось «самогонное царство». Тут уличены в пьянстве многие «властители» (но не выше представителей волостных исполкомов), а также и сами «тройки для борьбы с самогонкой». Вот истинно русская жизнь, которую не поколебали и «не изженут» ни Маркс, ни Толстой, ни Семашко.

В общем, ни в старом, ни в новом особо сенсационного нет; поэтому и не пишется что-то. Про дороговизну? Но то, что поразит сего дня — через месяц будет не в пример поразительнее. Если я скажу, что сегодня я заплатил за одну трамвайную станцию 2 млн., за коробку спичек полмиллиона, за номер газеты полтора млн., за сотню папирос второго сорта 9 млн., за фунт черного хлеба (заварного) один млн., то тем самым намекну, что в театр пойти — надо плохо-плохо 30–40 млн., пальто купить — 1 млрд. (не меховое, конечно), и т. д. и т. д.

Золотой рубль (Гос. банка) 37 млн. р., а на черной бирже чуть ли не вдвое.

21 мая/3 июня. После почти двухмесячного перерыва трудно дать точный отчет о погоде, но в общем дело обстояло так: начало «старого» мая было приятное — ясное, теплое, почти сухое. Были небольшие грозы («люблю грозу в начале мая!»), а потом опять похолодало, и вот недели две тянутся холодные дни; как только спрячется солнце, надевай пальто. Ночью тепла не более 7°. Но сейчас зелень и цвет в полной силе и красе. Появились летние «фрукты». Осведомился о цене: огурец 7,5 млн. шт., фунт красной вишни 30 млн. И купил три соленых огурца за 4,5 млн.

Во второй половине апреля состоялся 12-й съезд российской коммунистической партии. Каждый из ораторов оговаривался, что он думает, говорит и делает по заповедям великого Ильича. Таким образом, нового никто ничего не сказал, а сам Ленин, видимо, свою политическую и государственную карьеру покончил и готовится перейти в историю. Время от времени появляются осторожные бюллетени, намекающие на медленное и неуклонное приближение конца: то катар легких, то катар мочевого пузыря. Его сподвижники утешают товарищей, что Ильичу «лучше», — но вот сколько месяцев не слышно от болящего ни одного словечка, ни в письменной, ни в какой другой форме.

Бывший Синодский обер-прокурор В. Н. Львов (а теперь сподвижник Антонина и К°) довел до сведения Стеклова и его читателей, что «с осуждением Тихона кончается всякая возможность идейного воссоздания реакции даже в эмиграции». Значит — распни его!

Демьян Бедный за свою поэзию награжден орденом «Красного знамени». Троцкий в своем приказе называет его «доблестным кавалеристом слова, метким стрелком по врагам трудящихся».

Много шуму, статей, расходов, наград и самохвальства по поводу «Разгадки курской магнитной аномалии». Установлено, что в Щиграх, Курской губ., добыты первые образцы магнитного железняка с содержанием до 70 % химически чистого железа. Никакой и загадки-то не было; давно всем известны причины таких «аномалий», но вот попробуй достань это железо своими, русскими руками. Пожалуй, теперь достанут, но чего это будет стоить?!

С 30-го апреля по новому ст. начался тираж золотого выигрышного займа. Как известно, главный выигрыш 100.000 золотом. У меня тоже были «шансы» в виде двух купюр облигаций по 5 р., т. е. на 10 р. (вся облигация 25 р. золотом). Получил их на службе. И большинство этих бумаг роздано россиянам таким же путем. На этот раз ни я, никто из знакомых — ни 20 р. золотом (самый меньший выигрыш), ни больше не выиграли. Будем ждать сентября, тогда второй тираж.

16/29 апр. в храме Христа Спасителя открылся «Второй (якобы) поместный собор русской Православной Церкви». От имени ВЦУ Антонин приветствовал правительство и провозгласил ему «многая лета».

Первое мая отпраздновано уличными действиями, сопровождавшимися карнавальными затеями в виде поношения культа и его служителей. По подсчету газет, в манифестациях участвовал миллион народа. После этого празднества рылся в газетах, а как, мол, этот день прошел заграницей? И почти ничего не нашел, видно, там работали и в праздник труда. Впрочем, предполагают, что в Берлине демонстрировало 500.000 человек (из 4-миллионного населения), и сообщают, что в Париже работа была приостановлена на 10 минут.

На «соборе» председателем был какой-то «митрополит всея Сибири Петр Блинов», а почетным «митрополит Московский Антонин».

Собор послал приветствие ВЦИКу, с пожеланием скорейшего выздоровления В. И. Ленину, «чтобы он снова встал впереди борцов за великую социальную правду».

Небольшое отступление в сторону обывательской жизни: к зубному врачу Лившицу явился неизвестный и попросил спешно оказать ему помощь. Врач все, что нужно, сделал, и после этого пациент навел на него револьвер и сказал: «Ну, а теперь давайте мне за визит 2 млрд.» За неимением такой суммы сошлись на 200 млн. Забрав деньги, пациент благополучно скрылся.

Собор разжаловал Патриарха в мирянина Василия Белавина, считая его «отступником от подлинных заветов Христа и предателем Церкви», и на основании церковных законов объявляют его лишенным сана, монашества, и возвращают его в первобытное положение мирянина.

Вообще, этот собор вынес такие решения и резолюции, что лучше о нем и не говорить больше. Как название пьесы «Женщина, о которой не стоит говорить», можно записать в историю русской церкви, что «в 1923 г. был в Москве собор, о котором не стоит говорить».

Впрочем, еще несколько слов по поводу его «деяний». Главные деятели церковного раскола (и посрамления русской Церкви) протоиереи Введенский и Красницкий «взысканы» милостию собора: первый (женатый) возведен в архиепископы Крутицкие, а второй — «в протопресвитеры всея Руси». (Чуть не большевики, а как им нравится такое архимонархическое выражение «всея Руси»!)

«Находятся смельчаки, которые у издыхающего льва вырывают волосы из гривы», — говорит турецкая пословица. Вот эти вышесказанные новые «князья церкви», да Петр Блинов (тоже властитель «всея Сибири»), да дьякон от Трех Святителей Добров, да какой-то один «мирянин» — отправились к Патриарху в его заточение и, обратившись к нему, «называя его Василием Ивановичем», указали на состоявшееся постановление собора о лишении его сана. «Гр. Белавин подписал текст сообщения собора» (так заканчивает это происшествие корреспондент «Известий»). Собор закончился многолетием Антонину в таких формах: «Стране Российской и правительству ее, устрояющему судьбы народа по правилам труда и общего благополучия, — многая лета.»

И еще «номер». Обратились с нотой к архиепископу Кентерберийскому, примасу Англии. Ты, мол, не замай наше благочестивейшее правительство, у нас, дескать, «религиозная жизнь в настоящее время пользуется такой свободой, которой она никогда не имела ни при одном из прежних правительств отечества нашего…» Нет, дальше не могу. Бог с ними! Не мне судить таких величайших жрецов. (Бывало, попов почему-то звали «жеребцами», но я не люблю «неделикатных» выражений.)

Керзон прислал советскому правительству ультиматум, что если оно в десятидневный срок не выполнит таких-то требований (по освобождению тральщиков, по вознаграждению семей расстрелянных в России английских шпионов, по прекращению пропаганды в восточных английских владениях, по увольнению наших представителей в Персии и по смягчению участи гонимого в России духовенства), то и торговый договор с Англией и всякие другие добрые отношения с ней будут прерваны и изменены.

† Вслед за этим получено сногсшибательное известие, что прибывший в Лозанну и не принятый к участию в тамошней конференции наш представитель тов. В. В. Воровский убит там из револьвера русским эмигрантом Конради. Промелькнуло сообщение, что это была личная месть за расстрел родственников Конради в России, но оно утонуло в громовых и гневных статьях, речах и резолюциях, что тут виноваты империалисты, Антанта, Лозанна, буржуазия и т. д. И зашагали по Москве и другим городам советской России с флагами, знаменами, музыкой, интернационалом. На знаменах всевозможные обещания мести и гибели капиталистам, Керзону, угнетателям трудящихся, и т. д., и т. д. Московская демонстрация состоялась в одну из суббот, т. е. дала возможность многим погулять в день не праздничный. Что говорить! Внешне не менее 600.000 человек. В этот день полетел на аэроплане Наркомвнешторг Л. Б. Красин, вместе с директором Северолеса Либерманом. Конечно, торговаться насчет керзоновских требований. На демонстрации по поводу убийства Воровского было много плакатных предписаний не уступать англичанам, показать им кукиш, крикнуть «Руки прочь!», и т. д. Но позднее мы читали, что по всем швам мы уступили, и дело, кажется, закончится не так, как манифестанты требовали, а как англичанам удобно. Тело Воровского привезли в Москву и похоронили на Красной площади. При церемонии перевоза его с Виндавского вокзала опять участвовали рабочие, красноармейцы и советские служащие. Опять грозные плакаты, пение революционных песен, сотни тысяч людей, присутствие которых признано своими комячейками «обязательным». Одним словом — «опять праздник».

Как вычиталось из газет, тов. Воровский был образованнейший человек и преданный коммунистическому делу. Гибели его, конечно же, никто не желал, даже из действительных контрреволюционеров.

В Польше перемена кабинета. Вместо Сикорского премьером Витое. Этот кабинет знаменует новое «поправение» в Польше.

† В последнее время я совсем ничего не слыхал о своем приятеле Константине Васильевиче Розове. После ареста Патриарха он не служил по московским церквям, и слышно было, что ездит по провинциям, и чуть ли не в качестве концертанта со светским репертуаром, и это можно было ожидать, зная его преданность старой церкви. Лучше, — говорил он еще в 1921 г., — уйти на подмостки, чем смотреть и участвовать в представлениях Антонина. Но вот на днях мне кто-то спокойно сообщил: «Розов умер.» Целый день я этому не верил, вспоминая, что его как-то уже хоронили, т. е. распространили «преждевременный слух о его кончине», но — увы! — наш великий архидьякон, несравненный певец и милый душа-человек Константин Васильевич Розов действительно в Бозе почил сего 17/30 мая. Как теперь мне рассказывали, он в этом году хворал воспалением легких, а потом — закупорка вен, болезнь сердца, и могучий богатырь, богатырь телом и духом, на 50-м году своей жизни, сегодня, в день своего Ангела, после отпевания в храме Вознесения («большого») на Никитской улице, привезен к месту вечного упокоения на Ваганьковское кладбище. За панихидами (в Крестовоздвиженской, а потом в Вознесенской церкви) перебывали десятки тысяч москвичей, за отпеванием же и в качестве провожателей до кладбища по моему счету было до 20.000 человек. И тут не было никакой политики: просто и неподневольно пришли поклониться в последний раз человеку, таланту, которого искренне любили или почитали. После его юбилея я послал ему приятельское поздравительное письмо, в котором уподобил его отроку «злочестиваго веления небрегшему, огненнаго крещения не убоявшемуся, но посреде пламене стоящему пояху». Он именно был такой. Один знакомый ученый монах дьякон сказал мне про него сегодня: «Это был адамант; надо было удивляться силе духа в этой, казалось бы, пивной бочке.» Да! И протопресвитер Н. А. Любимов в своей речи (он первенствовал на отпевании, и слава Богу, ни митрополитов, ни протопресвитеров всея Руси не было) отметил именно силу духа покойного. Я тонко знал покойного, и понимал его широкую русскую наивную душу, и видел в ней не «позор нации» или известного класса, а красоту создания Божия. Протопресвитер Любимов, коснувшись его служительства церкви и исключительных для этого дарований, сказал, что такого архидиакона никогда не было и не будет и что он действительно Великий Архидьякон, не по сану только, а и по таланту. Совершенно с ним согласен. И скорблю о его безвременной кончине вдвойне: с его уходом в вечность ушел и тип московского протодьякона, который с такой любовью описывали и рисовали Лесковы и репины. Последний из могикан!

Царство ему Небесное и вечный покой!

После него осталась дочка лет 15-ти, круглая сиротка, и никаких средств. Вот еще доказательство, что это был прекрасный, мирный, доброжелательный и простой человек!

Последние рыночные цены такие: масло 36 млн. ф., копченая колбаса 48 млн. ф., сто папирос среднего качества 30–40 млн., одна кор. спичек 1 млн. По выпивальной лавочке (у кого есть на карманные расходы миллиарды) спирт 250 млн. бутылка, пиво 30 млн. бут. Чай 240–300 млн. ф., кофе 180 млн. ф., хлеб черный (заварной) 2 млн. ф. Однажды у меня в кармане было 46 млн., а дома ни куска хлеба. Купил газету — 3 млн., сотню папирос — 25 млн., пачку в 10 кор. спичек — 10 млн., коробку зубного порошку — 8 млн., а войдя в булочную, не нашел уже в кармане ни одного миллиончика, — так и пришлось до другого дня остаться без хлеба (хоть зубным порошком питайся!).

Жалованья получил за май (если не считать вычетов) 2.100.000.000. По нынешнему времени — очень маленькое жалованье. С такими же небольшими способностями, как у меня, в других местах мои же товарищи получают 5–6 млрд. На июнь максимум жалования для Москвы объявлен 7.200.000.000 р. (или по-нынешнему 7.200 р.).

19 июня/2 июля. Ох, эта погода! Никак не войдет в полосу благочиния: то хороша, то безобразна. Последние две недели почти каждый день дожди. Было два таких ливня, что заливало подвальные этажи, и там тонули люди. Жаров еще совсем не было. Это в Москве, а в Петербурге и на Волге еще хуже; там, как рассказывают, — трава только хороша, а все другое гибнет и от дождей, и от холодов.

Судили и осудили к расстрелу некоего московского извозчика Комарова и его жену. Первый оказался убийцей тридцати двух человек (с целью грабежа), а вторая — его сообщницей. Во время процесса у здания суда стояла несметная толпа московских баб, девиц и хулиганов, по целым суткам ожидавших под солнечным пеклом и под дождем удовольствия «взглянуть хоть глазком» на этого страшного «героя дня».

12 июня (н. ст.) в газетах появилось «письмо в редакцию председателя высшего церковного совета митрополита Антонина». Пишет, что с 12-го июня они перешли тоже на новый стиль, как он говорит, «с этого числа разность счетов сливается. 13 суточных воспоминаний по церковному календарю опускаются, и делается переступка для параллелизации гражданских пунктов и религиозных воспоминаний. 12-го июня нового стиля праздновать память св. Онуфрия Великого (приходящуюся на 12 июня старого стиля), и так до конца года. Словом, с 12-го июня разность счетов следует забыть, а жить так, как будто у нас один счет: брать числа нового стиля и в них вкладывать церковные воспоминания этих же самых чисел из церковных календарей.»

Но, несмотря на этот «декрет» Антонина, я вижу, что до сего времени в большинстве московских церквей все еще молятся по старому стилю. А где — так и по обоим. Например, в церкви Трех Святителей, у Красных ворот, где теперь находится чудотворная икона Боголюбской Б. М., перенесенная от Варварских ворот, праздновали «Боголюбскую» 18-го июня и нового, и старого стиля. А там — так теперь называемые «красные попы», и вот они вроде городничего, ради лишних приношений праздновавшего, как известно, свои именины и на Антона, и на Онуфрия!

В Болгарии быстро и бескровно совершился переворот. Министерство Стамболийского насильственно устранено министерством Цанкова, и Национальное собрание распущено. Короче говоря, там реакция.

† Произошло новое извержение Этны. Погибло несколько городков и селений. Много человеческих жертв.

На днях состоялся диспут о московских театрах. Выступавший там «народный артист» Мейерхольд убеждал аудиторию, что теперь зрителю нужна «здоровая похабщина».

27-го июня в газетах появилось и всех взбудоражило «постановление Верховного суда об освобождении Василия Белавина (быв. Патриарха Тихона)», в силу которого «ходатайство гражданина Белавина удовлетворить, и, руководствуясь 161 и 242 ст. ст. уголовно-процессуального кодекса, ранее принятую в отношении его меру пресечения уклонения от суда и следствия — содержание под стражей — отменить».

Прежде, чем что-то сказать по поводу этого неожиданного события, следовало бы отметить, что после нескольких новых нот Керзона и Чичерина «переписка» с Англией закончилась, — конечно, чего они хотели, того и добились (как видится, за малыми только исключениями). Добились, видно, и освобождения Патриарха. Однако «по документам» выходит так: вчера в «Известиях» воспроизведено даже факсимиле заявления Патриарха в верховный суд РСФСР, и оно, к недоумению одних, к ужасу других и к радости третьих, буквально говорит нам вот что:

В Верховный Суд РСФСР от содержащегося под стражей Патриарха Тихона (Василия Иванова Белавина).

Заявление.

Обращаясь с настоящим заявлением в Верховный Суд РСФСР, я считаю по долгу своей пастырской совести заявить следующее:

Будучи воспитан в монархическом обществе и находясь до самого ареста под влиянием антисоветских лиц, я действительно был настроен к советской власти враждебно, причем враждебность из пассивного состояния временами переходила к активным действиям. Как-то: обращение по поводу Брестского мира в 1918 г., анафемствование в том же году Власти и, наконец, воззвание против декрета об изъятии церковных ценностей в 1922 г. Все мои антисоветские действия за немногими неточностями изложены в обвинительном заключении Верховного суда. Признавая правильность решения суда о привлечении меня к ответственности по указанным в обвинительном заключении статьям уголовного кодекса за антисоветскую деятельность, я раскаиваюсь в этих проступках против государственного строя и прошу Верховный Суд изменить мне меру пресечения, т. е. освободить меня из-под стражи.

При этом я заявляю Верховному Суду, что я отныне советской власти не враг. Я окончательно и решительно отмежевываюсь как от зарубежной, так и от внутренней монархической белогвардейской контрреволюции.

16 июня 1923 г. Патриарх Тихон (Василий Белавин).

Все это изображено собственной рукой Патриарха. С другого дня началась в газетах как бы «неделя о Патриархе». Сам Стеклов соизволил написать передовицу, озаглавленную «Разоблачение лицемеров». Он удовлетворен «раскаянием» Тихона и смеется над «заграничными белогвардейцами», видевшими в Тихоне орудие нового «священного крестового похода» против рабоче-крестьянской России.

Антонин требует от Тихона, чтобы он признал также и правильность приговора поместного собора над собой, а иначе, — говорит Антонин, — «для всех будет ясно, что его исповедь фальшива, неискренна».

Красницкий считает «декларацию Тихона» «оправданием обновленческого движения нашей церкви».

В. Н. Львов убежден, что Тихон написал свое письмо искренно.

«Красные» благочинные московских церквей приняли на своем собрании резолюцию, чтобы Тихон «публично и определенно покаялся перед Российской Православной церковью».

Член верховного суда А. В. Галкин сообщает, что освобождение Тихона ничего не меняет в самом ходе дела Тихона, следствие по которому будет продолжаться своим чередом.

Ив. Трегубов, «старый коммунист толстовско-духоборческого направления», видит в этом «новую победу коммунизма».

29 есть в «Известиях» интервью Патриарха. Он уже 27-го в 12 ч. дня переехал к месту избранного им жительства в Донской монастырь, где занял те же две комнатушки, в которых содержался под стражей. (В последние 38 дней он находился в ГПУ.) О своем содержании под стражей он отзывается хорошо и говорит, что за границей писали насчет плохого содержания и «пыток на электрическом стуле», и все это «нелепости». Дальше он (будто бы) сказал: «Я целиком стал на советскую платформу. В то же время я думаю, что церковь должна быть аполитичной, и во всей своей деятельности я буду твердо стоять на этом.» Хочет проверить сведения о контрреволюционной деятельности Антония Храповицкого и других заграничных иерархов и предложить им прекратить эту работу. А не послушаются, то «предаст их церковному суду». Затем он сказал, что будет служить в Донском монастыре и в других местах, куда его пригласят верующие. И если у него найдется достаточное количество приверженцев, то такое церковное объединение «примет какие-нибудь организационные формы».

Между прочим, третьего дня (17/30) я был за всенощной на Валаамском подворье, и там на ектеньях уже молились за «нашего Великого Господина Святейшего Патриарха Тихона». И сегодня слышал, что он на днях приезжал на Лазаревское кладбище, где при многотысячном стечении народа предали земле популярного «батюшку отца Алексея» (протоиерей Алексей Алексеевич Мечев, священствовавший на Маросейке в церкви Николы в Кленниках и обладавший, по рассказам московских богомольных женщин, даром прозорливости). Когда процессия подходила к кладбищу, Патриарх шел за гробом, народ пел «Христос Воскресе!»

Патриарх решения «поместного собора», конечно, не признает, но из всех его постановлений он все-таки согласен «с переходом на новый стиль».

Ко всему этому, стало известно, что Антонин «ВЦУ» уволен на покой. Зачинщик раскола, предатель своей братии — заменяется Евдокимом. Видно, для воинствующей церкви понадобился «Главком» помоложе, посильнее, повороватее…

В зарубежной русской печати не совсем верят в правильность или искренность заявления Тихона, а «Руль» говорит, что «это известие о признании Тихона явится тяжелым моральным ударом для всех верующих. Твердость Тихона была до сих пор источником душевной бодрости для верующих и освещала путь для его несчастных последователей, а теперь этот свет погашен.»

По мнению «Дней», центр тяжести лежит не в признании Тихона, а в искусном отступлении большевиков на религиозном фронте.

19 июня/3 июля. Сегодня в «Известиях» описывают, как в воскресенье 1-го июля «б.» Патриарх Тихон служил в Донском монастыре первую службу после своего освобождения из-под стражи. Служил он с двумя епископами. «Храм, коридоры и паперть его, и весь монастырский двор были усеяны народом… Так как в церковь попала только незначительная часть верующих, то по окончании обедни Тихон отслужил молебствие на монастырском дворе, после чего в течение нескольких часов благословлял верующих… В церкви Тихон говорил собравшимся о необходимости для церкви совершенно отмежеваться от политики, а коснувшись церковного собора, говорил о незаконности его постановлений, и в заключение он выразил радость, что верующие собрались на первое его богослужение в таком большом количестве… В алтаре храма находились представители некоторых иностранных миссий, иностранные корреспонденты, которые производили фотографические снимки, говоря, что снимки предназначаются для заграничных иллюстрированных журналов, ибо — ведь теперь о Тихоне говорит весь мир… Тихон получил ряд приглашений на служение как в Москве, так и в подмосковные села (Косино, Алексеевское и др.).»

2/15 августа. Редкий день обходится без дождя. А когда выглянет солнце, тоже мало радости, — не по-летнему: не жарко, самое близкое к этому — духота, разрешающаяся ливнем или Градом. Гибнут покосы, задерживается жнитво. Одним словом, лета в Москве и около Москвы не было, и не будет. Посмотрим, какова будет осень.

Красницкий, Антонин, Введенский, Евдоким, В. Н. Львов и вся братия их, наделавшая столько церковных безобразий со времени ареста Патриарха, удивлены, что он «безапелляционно, самодержавно, единовластно и бесцеремонно стал патриаршествовать, как ни в чем не бывало», и что он как бы «плюнул на собор 1923 года». Его служения эти развратители церковные считают преступными, он-де, «будучи лишен (?) сана и монашества, приступил к совершению Божественной литургии и тем разорвал ризу Христову, разорвал единство церковное, положил начало церковному расколу». И много еще написано и будет писаться в газетах от имени всяких «живых», «обновленческих», «древнеапостольских» и «свободных» церквей — злостных статей, писем и воззваний по адресу Тихона и его сторонников. Но все это, грубо сравнивая, — лай моськи на слона. Что делается по всей России, это мне, по крайней мере пока, неизвестно, но Москва почти вся за Тихона. Он каждый день (за редким исключением) утром служит где-нибудь обедню, а вечером всенощную, и везде, надо прямо сказать, «битковые сборы». Я был за его службами во многих монастырях и приходских церквях и всякий раз наблюдал необычайное скопление народа. Его приезды к храмам и отъезды после службы зафиксированы кинематографией, и в свою очередь эти картины целую неделю давали электротеатрам полные сборы. Что же касается служений «митрополитов» Евдокима (Московского) и Антонина (тоже Московского), — а у нас, т. е., как теперь говорят, «у тихоновцев», свой управляющий Московской митрополией, епископ Илларион, к слову сказать, деятельно полемизирующий с газетными нападками на Тихона в своих церковных проповедях, в которых он просто называет Антонина и К° самозванцами, разбойниками, пролазяй не в дверь, а инако, — я говорю, служения самоиспеченных митрополитов, происходящие хотя бы и в храме Христа Спасителя, идут не с тысячами богомольцев, а в самом лучшем случае с сотней-другой. Да и не богомольцы это, а любители скандальных зрелищ и хлестких лекций. Сегодня на лекцию «архиепископа» Александра Введенского, трактующего о притворности «раскаяния Тихона», а завтра — на лекцию профессора Запихалова, поучающего половой гигиене, — слушатели те же самые для обоих лекций.

Патриарх постарел, пожелтел, похудел. Когда он приехал в Сретенский монастырь (в первые дни его освобождения), мне его лицо показалось настолько исстрадавшимся, что я, грешный человек, подумал, а не посидел ли он все-таки на «электрическом-то стульчике»?

А коммунистам наш церковный раскол на руку (да он ими и подстроен). В «Известиях» на 13 июля есть фельетончик Нерадова «Тихоновский перезвон». Там один красноармеец замечает: «Ай да молодцы. А ну-ка еще. Отгрызите друг у друга хвосты, стукайтесь лбами!»; и дальше рабочий: «Вот уж мы животики надорвали, читая, как попы дубасят друг друга. Пускай и дальше упражняются. Нам нечего им мешать.»

Чуть ли не в этом же номере описывают деятельность «отдела записи актов гражданского состояния». Хвалятся, что стали давать новорожденным и не христианские имена, например: Волга, Днепр, Москва, Конституция, Федерация, Коммуна, Марсельеза, Свобода, Облигация, Рыбка, Солнышко, Радость, Березка, Цветок. «Всем, — говорят, — предоставлена полная свобода выбора.»

Экая, подумаешь, радость, когда младенца хоть Проституцией назови!..

25-го июля Москвой прошел сильнейший град, который погубил цветники на бульварах и скверах и очень повредил огородам и садам, а во многих домах выбил окна. Град сопровождался ливнем и бурей, много подвальных этажей залито водой, несколько человек утонуло, испорчена масса товаров и продуктов.

Убийца Воровского Конради сказал следователю (см. «Известия» от 3 авг.): «Это не была дуэль, я не рассматривал Воровского как человека, я его считал — как и всех лидеров большевиков — собакой. Они не спрашивали у моего отца и моего дяди позволения их убить.» † Второго августа внезапно скончался Президент Соединенных Штатов Гардинг и его место заступил Вице-Президент Кулидж.

Советским представителем в Лондоне был Красин, а потом его заменили Раковским (бывшим председателем украинского Совнаркома), но пока что английское правительство не дает ему пропуска на въезд в Лондон, за его антибританскую речь, произнесенную в Харькове перед отъездом. Пишут ноты, и т. д.

Все-таки «триумфальное шествие Патриарха Тихона» по Москве власти предержащей или правящей партии не совсем нравится. Все эти газетные писания о нем и о «тихоновщине» чреваты последствиями: «сократят» его или опять лишат свободы. Взял перо в руки и сам застрельщик по церковным делам, «мощекопатель» М. Горев (Галкин). «Почувствовавшая будто бы праздник на своей контрреволюционной улице, тихоновщина обнаглела, распоясалась и где только можно, показывает свои волчьи клыки. Недавно ею был избит толстовец, безобидный (для церкви-то!?) И. М. Трегубов… Труба, Сухаревка, Охотнорядье, Толкучий и Хитров. Здесь же ушибленный революцией интеллигент, бывший «союзник», бывший пристав, крепостник, Манилов, Ноздрев и Собакевич. Вся старая, гнилая, злопыхающая, улюлюкающая, помещичье-дворянская Россия выползла сейчас из своих нор… Патриаршие служения — это подогревание темных страстей темной толпы… Опьяненная, затуманенная свечами, колоколами, протодьяконами и ладаном патриарших служений, толпа воскрешает век аввакумов и пустосвятов.»

И Антонин, и Тихон похвалили недавно советскую власть, что она не мешает верить и молиться православным, а вот что пишут из Иваново-Вознесенска в «Известиях» за 14-е августа: «По городу делал прогулку специальный карнавал комсомольцев; разъезжали всевозможные ряженые на автомобилях, клоуны верхом на лошадях, автомобили с горнистами, и как раз там был крестный ход по случаю избавления от холеры. Комсомольцы встретились лицом к лицу с крестным ходом и пели песни, а клоуны, наряженные попами, пародировали обедню и распевали частушки. Оркестр играл интернационал.»

В Германии кабинет Куно пал. Вместо него образовался кабинет Штреземана.

Англия пригласила своим меморандумом Францию и Бельгию сократить свои требования к Германии. В этом наши газеты видят крах Антанты.

Сегодня курс червонца 1.400 р., золотого рубля 140.000 р., пятирублевая облигация выигрышного займа — 650 р., белый хлеб 20 р. ф., папиросы второго сорта 20 р. 25 шт., один кусок мыла (для лица), не простого, но и не благовонного, — 40 р., ягоды от 20 до 30 р. ф., виноград от 30 до 50 р., яблоки от 25 р. ф., за первую половину августа жалованья получил (без вычетов) из расчета 40 р. 40 к. в месяц товарных, а умножить на 195 р. 15 к. получится 7.884.060.000 р. в месяц. Сажень дров с доставкой на квартиру 2,5 млрд., и с каждым днем дорожают.

9/22 августа. Дожди не унимаются; днем Реомюр показывает не более 13 градусов.

19-го августа открыта «Всесоюзная сельскохозяйственная выставка», размещающаяся в Нескучном саду и по пустырям правого берега Москвы-реки около Крымского моста.

20-го августа начался второй тираж выигрышного государственного «золотого» займа.

Каждый день в газетах найдешь что-нибудь про Патриарха. Особенно охотно печатаются письма и воззвания его «супротивников». Владимирцы, например, называют его «первейшим слугой антихриста», «гробом, полным злосмрадных мерзостей», «не сирых питателем, а голодных душителем», «зловредным зельем, отравляющим жизнь трудовых масс», «убийцей, палачом в красной рубахе и с окровавленными руками», «современным великим инквизитором», и т. п. Все это за ту «преступную деятельность против государственной власти», в которой Патриарх, собственно, «раскаялся». Но что же могли теперь написать, или что говорят и «шепчут» противники советской власти, когда читают новое воззвание «Епископов русской православной церкви», подписанное Патриархом, архиепископом Серафимом Тверским, Тихоном Уральским и Илларионом, где прямо говорится, что «Церковь признает и поддерживает советскую власть, ибо нет власти не от Бога. Церковь возносит молитвы о стране Российской и о Советской власти», и что «отныне Церковь отмежевалась от контрреволюции и стоит на стороне советской власти»?..

Что ни говорите, святые отцы того или другого толка, но молитва за страну Российскую и за правителей ее как-то не повторяется за возглашающим ее. Душа православная не переваривает почетной церковной молитвы за безбожников, гонителей церкви и за иудеев, коими у нас возглавляется внешняя власть. Мы знаем, что Христос велел любить врагов и молиться за них, и Церковь молилась и молится, но это в других молитвенных пунктах. И выходит, что это нововведение «ни Богу молитва, ни черту кочерга». И едва ли «правители»-то требовали или просили церковных за них молений. Им нужно, чтобы в церквях пелся интернационал, а не «Многая лета».

Фунт белого хлеба — 25 млн., черного — 11 млн., кружка молока — 10 млн., газета — 7 млн.

19 сент./З октября. При расставании с Москвой нынешнее хмурое и плаксивое лето подарило нас несколькими пригожими днями, а затем пошли теплые и ясные осенние дни, но не надолго. Последние полторы недели погода скверная — с дождями, ветром и заметным приближением к морозам; сегодня утром градусник показывал только 3° тепла, а днем было не более 8.

† 3-го сентября н. ст. в Японии произошла небывалая катастрофа: землетрясением разрушены города Токио, Йокогама, Хамамацу и много других. По первоначальным телеграфным сообщениям, напечатанным в наших газетах 4 сентября, количество жертв около 3 млн. человек. Жутко было читать первую телеграмму: «Землетрясение необычайной силы; Йокогама уничтожена до основания, в Токио уничтожены Государственный театр, гостиницы. Г. Муджи и другие местности по линии жел. дор. разрушены. В районе Токио насчитываются сотни тысяч жертв. Пожарные команды не могут справиться с огнем. Центр Токио представляет море огня. Пожар в Токио происходит уже 47 часов. Море вышло из берегов и залило много городов.»

На другой день передовица «Известий» отмечает, что понадобилось времени только шесть минут, чтобы разрушить целое государство и унести в вечность миллионы жертв. Точно зависть какая: а мы вот шесть лет работаем над разрушением государства, а все еще никак не разрушим!

6 сентября почему-то заявляется, что «Япония больше не великая держава». (Позднее мы увидим, что, несмотря на величайшее бедствие, она есть и будет «великой».) Тут же сообщается, что в Токио погибло 500.000 человек. Землетрясение охватило всю центральную и северную Японию, в Йокогаме целы только 2 дома.

И уже какое-то телеграфное агентство подсчитало денежные убытки от землетрясения — 50 миллиардов йен. По наблюдениям, записанным с 1605 года, сколько ни было там землетрясений, но в общем они унесли только 103.189 чел. и разрушили 520.000 зданий, так что землетрясение этого года ни с каким не сравнимо.

Также пишут, что «золотой запас уничтожен», «все океанские пароходы утонули» (и тут же сообщают, что «советские суда уцелели»). «Таймс» осведомляет, что материальные потери Японии от этой катастрофы превышают в 5 раз общую сумму ее расходов по войне с Россией (т. е. 2 млрд. йен умножить на 5 получится 10 млрд.).

В одном Токио пострадало так или иначе 64 % всего населения, т. е. 1.575.351 чел.

Президиум союзного ЦИКа ассигновал на дело помощи японскому народу 200.000 р. зол. Были посланы из Владивостока в Японию советские пароходы с продовольственной помощью, но позднее стало известно, что японцы не допустили их разгрузки: сами, дескать, справимся со своим горем, а у вас кроме хлеба и камень в виде большевистской агитации.