РОНИНСОН Готлиб

РОНИНСОН Готлиб

РОНИНСОН Готлиб (актер театра, кино: «Адмирал Ушаков» (1953; турок), «Берегись автомобиля» (1966; начальник Деточкина Яков Михайлович), «Зигзаг удачи» (1969; рентгенолог, незадачливый муж Лидочки, который все время разводится), «Урок литературы» (1968; учитель-холостяк Игорь Раймондович), «Бег» (грек-сладострастник), «12 стульев» (Кислярский), «Старики-разбойники» (врач «Скорой помощи») (все – 1971), т/ф «Большая перемена» (начальник цеха, где работал Ваня Федоскин), «Земля, до востребования» («трамвайщик» Карлос Форелли) (оба – 1973), «Ответная мера» (1974; бухгалтер Семен Яковлевич Сойкин), «Афоня» (пострадавший от наводнения астроном), «Не может быть!» (гость на свадьбе – большой начальник Иван Израилевич) (оба – 1975), т/ф «Ирония судьбы, или С легким паром!» (пассажир в аэропорту), «Раба любви» (бухгалтер Иван Карлович Фигель) (оба – 1976), т/ф «Хождение по мукам» (1977; парикмахер), «Лекарство против страха» (1978; директор магазина), т/ф «Адам женится на Еве» (1980; секретарь суда), т/ф «О бедном гусаре замолвите слово» (1981; провинциальный актер Марк Юльевич Мамзон), «Возвращение резидента» (1983; аптекарь Гюстав Поммерс), «Мой муж – инопланетянин» (1990; пациент стоматолога), «По Таганке ходят танки» (1991; врач) и др.; скончался 25 декабря 1991 года на 76-м году жизни).

Ронинсон никогда не был женат и жил один. Но он был чрезвычайно пунктуальным человеком и никогда в жизни не опаздывал ни на репетиции, ни на спектакли в родном Театре на Таганке (проработал там 45 лет). Поэтому, когда 26 декабря 1991 года он впервые за многие годы не явился на работу, на спектакль «Мастер и Маргарита», его коллеги забили тревогу. И сразу после представления отправились домой к актеру на Октябрьскую.

Рассказывает В. Погорельцев: «Войдя, мы стали свидетелями жуткой картины: Ронинсон с красным лицом (инсульт) лежал посреди комнаты на ковре, из его разжатого кулачка выкатилась маленькая желтая таблетка… и на фоне такого несчастья, еле-еле передвигаясь, стояли два пьяных техника-смотрителя из домоуправления – муж с женой. Дело в том, что Готлиб Михайлович страдал эпилепсией, поэтому в рот не брал спиртного. Но – и это естественно – такому заметному артисту, как он, во всяких командировках, будь то Грузия или Молдавия, поклонники дарили коллекционные вина и коньяки, самые дорогие, с большой выдержкой. Конечно, он часто делился с ребятами, но большинство драгоценных бутылок стало экспонатами его домашней винодельческой коллекции. Когда мы вошли, то увидели этих техников-алкоголиков, уже вылакавших коллекцию: весь кухонный стол был уставлен пустыми бутылками… Позже Ронинсона увезли в морг…

В комнате Готлиба Михайловича висели два портрета – его и мамы, написанные маслом. В столе были письма, рецензии, которые он бережно собирал. Под утро мне позвонила его пожилая соседка Ольга Моисеевна и предупредила, что бумаги и личные вещи Ронинсона выброшены на помойку. Я приехал на Октябрьскую в 8 утра, но мусоровоз уже забрал содержимое из ящиков, я не успел спасти его архив. Квартиру той же ночью разграбили. После заграничных гастролей Ронинсон привозил дефицитные кассетные магнитофоны, телефоны, фотоаппараты – все это вынесли, ничего не осталось. Ни-че-го. Квартира же перешла государству. Он светло жил и светло ушел – по-английски, не прощаясь…»

Похоронили Г. Ронинсона на Введенском кладбище (бывшее Немецкое) в Лефортове, возле стены колумбария, для ориентира – рядом могила актрисы МХАТа Евгении Ханаевой.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.