Андрей СОКОЛОВ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Андрей СОКОЛОВ

А. Соколов родился 13 августа 1962 года в Москве. Его отец работал строителем, мать - энергетиком. Андрей рос мальчиком подвижным, удивительно сочетавшим в себе два противоположных качества: энергию и спокойствие. Например, он активно занимался спортом - играл в хоккей, посещал секцию таэквандо, а в свободное время писал стихи (первое стихотворение написал в семилетнем возрасте). Свои произведения Андрей отсылал во все известные ему редакции с обязательной припиской «Не соблаговолите ли принять мое стихотворение?». Но его нигде не печатали. А однажды из одной редакции ему пришел ответ: «Не соблаговолим. Советуем почитать Пушкина».

Зарабатывать самостоятельно Андрей начал довольно рано - в 13 лет. После школы два года кем только не работал - таксистом, слесарем-сантехником на БАМе. Последнему месту работы Соколов обязан своим первым автомобилем - на деньги, заработанные там за четыре месяца, он сумел купить «Жигули».

В 1981 году Соколов поступил в Московский авиационно-технологический институт. В течение первых полутора лет обучения ходил в числе студентов-отличников, но затем учеба отошла на второй план - Соколов стал зарабатывать приличные деньги. Откуда? Во-первых, в институте он возглавил спортивную секцию карате, во-вторых, занимался фарцовкой (продавал импортные джинсы). На заработанные деньги Соколов с друзьями жили на широкую ногу - завтракали в Москве, обедали в Тбилиси, ужинали в Ереване.

После окончания института в 1986 году Соколова должны были распределить в один из московских «почтовых ящиков». Однако к тому времени к полученной в стенах института профессии Соколов успел охладеть и решил податься в артисты.

Подал документы в Школу-студию МХАТ. Имел все шансы поступить, но сам себя подвел. Накануне экзамена выпил с друзьями изрядное количество горячительных напитков и на следующее утро, естественно, выглядел не лучшим образом. Но на экзамен все-таки пришел. Однако Александру Калягину, принимавшему экзамен, хватило одного взгляда, чтобы понять, с каких «низин» явился этот молодой человек. Короче, Соколова не приняли.

Эта неудача хоть и обескуражила Соколова, однако не настолько, чтобы после нее окончательно опустить руки. Через несколько дней он уже стоял перед экзаменационной комиссией Театрального училища имени Щукина и бойко декламировал стихи, прозу и басни. Так как делал он это с учетом предыдущей оказии, произошедшей с ним в Школе-студии, - то есть не с бодуна, результат оказался диаметрально противоположным - его приняли. (Стоит отметить, что конкурс в училище был высокий - 289 человек на место.)

Между тем после зачисления в «Щуку» Соколову пришлось еще несколько недель изрядно понервничать - по закону он должен был отработать в «почтовом ящике», куда его распределили после института. Чтобы избежать этой участи, Соколову пришлось обойти десятка два различных кабинетов, в том числе министерских. В большинстве из них ему отказывали, он совсем уже было отчаялся, как вдруг третий по счету заместитель министра легким движением руки вывел на его заявлении свою резолюцию: «Согласен».

Свой «звездный билет» в большой кинематограф Соколов вытянул в конце первого курса, когда был утвержден на главную мужскую роль (Сергей) в картине «Маленькая Вера». Автором сценария была Мария Хмелик - дочь известного детского писателя Александра Хмелика, главного редактора студии детских и юношеских фильмов имени Горького, а режиссером - ее муж Василий Пичул. Фильм снимался летом 1987 года в Мариуполе. Однако, когда работа была завершена, начались трудности с выходом фильма на широкий экран.

В. Пичул вспоминает: «Поначалу некоторое давление сверху было - требовали переснять отдельные сцены, но директор киностудии попросил письменное указание на дополнительное финансирование картины, поскольку все работы по ней были закончены. Таких указаний не последовало...

Серьезная проблема возникла из-за того, что вместо намеченной по плану одной серии мы сняли две. Госкино эту «лишнюю единицу» студии не засчитал, а потому никто из людей принимавших участие в создании «Маленькой Веры», не получил оплаты за вторую серию, хотя работали часто даже без выходных. Наоборот, съемочной группе был выставлен штраф за перерасход пленки. В конце концов, мы, авторы фильма, работали не ради денег, а чтобы реализовать свои идеи, мы согласны и без зарплаты обойтись. Но почему должен страдать технический персонал? Мне крайне неловко перед этими людьми...»

Большие претензии к фильму предъявляли не только в Госкино, но и в более высоких инстанциях. Например, в ЦК КПСС. Говорят, что во время просмотра фильма у себя на даче генсек Михаил Горбачев встал на середине сеанса и демонстративно покинул зал. После этого к делу подключился идеологический отдел ЦК. Начались звонки в различные инстанции, а также непосредственно создателям картины. В один из тех дней Соколову домой позвонил член Политбюро Егор Лигачев. Мать актера пережила легкий шок.

Однако времена уже были не те, и положить фильм на полку никто так и не решился. Его отправили на кинофестиваль в Болгарию, где он произвел настоящий фурор. Причем за день до его демонстрации произошел казус. Фильм решили посмотреть в советском посольстве, абсолютно не представляя себе его содержания. Вскрыв коробки и прочитав надпись «Детская студия имени Горького», успокоились и запустили в зал не только взрослых, но и детей. Можно представить себе состояние посла и его коллег, когда началась демонстрация фильма. Короче, уже через полчаса после начала сеанс прервали и начали чуть ли не силой выводить из зала детей.

На экраны России фильм вышел в том же 1988 году и мгновенно стал лидером проката - 1-е место, 54,9 млн. зрителей. Таким образом, он стал последним советским фильмом, собравшим более 50 млн. зрителей. Картина была удостоена ряда призов на российских кинофестивалях: «Ника-88», «Феликс-89», «Созвездие-89». Кроме России, фильм покорил и многие зарубежные страны, собрав и там массу различных наград. Среди них: «Монреаль-88», «Венеция-88», «Чикаго-88», «Женева-88», «Анже-89».

В 1988-м «Маленькая Вера» стала и лидером по части публикаций о себе в российской прессе. Особенно много печаталось писем зрителей, выражавших создателям картины как свой бурный восторг, так и резкое неприятие. Приведу лишь два таких отклика, напечатанных в журнале «Советский экран».

Анжела И., 25 лет, мама двоих мальчиков, экономист: «Это не фильм, это жизнь. Я верю всему, что происходит на экране, готова поставить оценку «лучшая роль» Людмиле Зайцевой и Юрию Назарову, воистину они талантливы, да, это родители многих из нас (они играли родителей Веры. - Ф. Р.). Это фильм-хроника, и я свято в это верю. Все мелочи, малейшие штришки достоверны - квартира, обстановка комнат, рваненькое домашнее платье Веры, общаговская комната Сергея - все реально, все существует... Я как-то опустила тему бездуховности, но поверьте: весь фильм от начала до конца во мне и жжет именно этой щемящей нотой беспокойства: до каких же пор эта надрывная хлопотня о куске хлеба будет выжимать из нас мечту о прекрасном, ведь была же когда-то любовь и у родителей Веры, а теперь единственное развлечение - бутылка...»

А. Ф. из Воронежа: «Уважаемая редакция! Передайте мое письмо неуважаемому режиссеру-постановщику фильма «Маленькая Вера». Четвертый день хожу с чувством гадливости и омерзения, как будто проглотила червя. Я не ханжа и не пуританка, но ведь должен быть предел! Это что - тоже гласность?! С экрана слышать матерщину и видеть порнографические сцены? Ужас! Что же творится! И на это ушли народные, а значит, и мои деньги!

P. S. Скрываю от мужа и сына, что смотрела, просто стыдно».

Между тем роль в этом фильме мгновенно сделала Соколова кумиром публики. Теперь везде, где бы он ни появлялся, его стал сопровождать длинный хвост восторженных поклонниц. Причем их ряды стали стремительно расти по мере выхода на широкий экран новых фильмов с участием актера. А снимался он тогда довольно часто, причем у режиссеров разных направлений. Среди них: Василий Пичул («В городе Сочи темные ночи», 1989; «Мечты идиота», 1993), Георгий Юнгвальд-Хилькевич («Искусство жить в Одессе», 1990; «Тайна королевы Анны, или Мушкетеры 30 лет спустя», 1993), Александр Ефремов («Наш человек в Сан-Ремо», 1990), Виктор Сергеев («Палач», 1990; «Странные Мужчины Семеновой Екатерины», 1992; «Любовь, предвестие Печали», 1995), Вера Глаголева («Сломанный свет», 1990), Виталий Макаров («Она с метлой, он в черной шляпе», 1990), Вадим Дербенев («Охота на сутенера», 1990), Геннадий Васильев («Царь Иван Грозный», 1991), Евгений Татарский («Пьющие кровь» 1991), Александр Трофимов («Шальная баба», 1991), Отар Дугладзе («Невеста из Парижа», 1992), Эльдар Рязанов («Предсказание», 1993), Владимир Лаптев («Сыскное бюро «Феликс», 1993) Владимир Басов-младший («Бездна, круг седьмой», 1993; «Одинокий игрок», 1996), Владимир Мотыль («Роман над пропастью», 1995; «Несут меня кони», 1996) и др.

В большинстве перечисленных картин Соколов играл центральные роли - сильных и уверенных в себе мужчин. Касаясь этого в одном из своих интервью, актер заметил: «Практически любая черта характера героя «вытаскивается» из себя. Ведь все мы - плохие хорошие люди. В этом основа актерской профессии».

На съемках некоторых картин с Соколовым происходили самые разные происшествия: от трагических до мистических. Например, во время работы в фильме «Пьющие кровь» партнершей Соколова была знаменитая французская актриса русского происхождения Марина Влади (она играла вампиршу). Фильм снимался под Санкт-Петербургом, и актеры жили в гостинице «Ленинградская». И вот в один из дней в гостинице случился пожар. О нем тогда писали все центральные газеты, это был крупнейший пожар в России, к тому же не обошедшийся без жертв.

Пожар начался около пяти часов утра, когда большинство постояльцев мирно спали в своих кроватях. Не был исключением и Соколов. Однако, на его счастье, к нему в номер забежала незнакомая женщина и что было мочи закричала по-английски: «Пожар!» Актер в чем был выскочил в коридор и успел благополучно спуститься вниз до того, как языки пламени отсекли верхние этажи от нижних. А вот Марина Влади, как и многие другие постояльцы, этого сделать так и не успела. К счастью, пожарные машины вовремя прибыли к месту происшествия и спасли знаменитую актрису с помощью лестницы (несколько постояльцев погибли, пытаясь спастись с помощью связанных простыней. Однако все вещи актрисы, включая документы и гонорар за картину, сгорели в пламени.

Работа над фильмом «Бездна, круг седьмой» была окружена целой серией мистических происшествий. Актер играл в нем молодого реставратора, который ради обладания иконой Спаса

Ярополка убил своего напарника. Перед началом съемок актер вместе с режиссером специально ездили в Оптину пустынь, чтобы получить благословение у видного священнослужителя. Подучили его, но старец сказал: «На рожон не лезьте...» Однако несмотря на то, что все участники съемок старались не нарушать этой заповеди, неприятностей избежать не удалось. Например, на сцену похищения иконы все члены группы опоздали. Затем разом испортились автомобили. Когда добрались до продажи Спаса, художник фильма зачем-то накануне унес икону домой (до этого всегда хранил ее на студии), по дороге был избит неизвестными и иконы лишился.

Стоит отметить, что Соколов и сам увлекается мистикой, в частности - спиритизмом, и в 1995 году даже разговаривал с духом Игоря Талькова. Он познакомился с Игорем несколко лет назад на съемках двух совместных картин: «Охота на сутенера» и «Царь Иван Грозный».

А. Соколов вспоминает: «После премьеры «Ивана Грозного» (Соколов играл Вяземского, Тальков - князя Серебряного. - Ф. Р.) с Игорем и его женой мы три дня провели в доме отдыха, и с тех пор боялись друг друга потерять. Я снимался в Питере, когда шел тот концерт в «Юбилейном» и мне сообщили о трагедии (Тальков погиб 6 октября 1991 года. - Ф. Р.). Я позвонил в Москву его жене Татьяне, она сказала, что это выдумки, так было уже много раз, но попросила проверить. За ту минуту, что я должен был собраться, у меня вдруг резко подскочила температура, я рухнул в кресло, не мог пошевелиться. Кончилось все так же внезапно, и осталось лишь ощущение потери...»

Между тем творческий путь Соколова вмещает в себя работу не только в кино, но и в театре. В 1990 году он был принят в труппу Московского театра имени Ленинского комсомола. Сыграл на его сцене две роли: короля Клавдия в «Гамлете» и главного сочинителя в «Юноне» и «Авось». Кроме того, Соколов был занят и в постановках других театров: в спектакле Театра им. Моссовета «Любовью не шутят» и в независимом театральном проекте «В понедельник после чуда» театра «Игроки».

1997 год сложился для Соколова в целом удачно. Он закончил Высшие режиссерские курсы и вскоре собирается снимать свой первый полнометражный фильм (его курсовая короткометражка называлась «Просто Спиридонов» и рассказывала про абсолютного трезвенника, который в период отпусков становится хроническим алкоголиком с явными признаками творческой одаренности).

В том же году свет увидело и первое литературное произведение Соколова - его сценарий «Новая русская леди», за который англичане в свое время предлагали автору 50 тысяч долларов. Но Соколов посчитал эту сумму маленькой. Выпустил актер и книгу собственных стихов - «Слова».

Из новых работ актера в кино следует назвать 10-серийный телевизионный фильм Дмитрия Астрахана «Зал ожидания», в котором Соколов сыграл роль звезды экрана Каретникова. Премьера фильма состоялась в марте 1998 года.

В 1997 году над новым фильмом «Шизофрения» начал работать Виктор Сергеев, с которым у Соколова был письменный уговор: режиссер, снявший его в трех фильмах подряд, обязался пригласить актера и в следующий. Однако кто-то сообщил Сергееву, что Соколов уехал навсегда в Америку, и в роли главного героя - киллера - снялся Александр Абдулов.

Между тем роль киллера Соколову в том году сыграть все-таки удалось. Правда, в другой картине - «Рикошет» Игоря Талпа. Но киллера не профессионального, а ставшего им в силу ряда обстоятельств. Фильм снимался в Молдавии в августе - сентябре 1997 года. Незадолго до съемок Соколов перенес сложную операцию, после чего заметно прибавил в весе. Из-за этого пришлось сесть на диету. У него было раздельное питание (отдельно - белки, отдельно - углеводы), утром он ел только геркулесовую кашу, не пил ни грамма алкоголя, после восьми вечера вообще ничего не ел. В свободное время активно занимался спортом - в частности, теннисом.

Личная жизнь Соколова всегда была скрыта за плотной завесой секретности. Известно только, что он не женат и в ближайшее время жениться не собирается. Хотя желающих стать его супругой среди слабого пола хоть отбавляй. Стоит отметить, что Соколова уже неоднократно «женили», и в числе его «жен» перебывали многие известные женщины в России и за рубежом. Например, в 1993 году в этой роли побывала известная французская певица Патрисия Каас. Дело было так. На сцене Театра им. Моссовета Соколов играл в спектакле «Игра в жмурики», который затем пригласили во Францию. На его премьеру в Париже пришла и Каас. Затем состоялся торжественный банкет, во время которого Соколов активно ухаживал за певицей. А затем они еще пару раз встречались в неформальной обстановке. Каким-то образом об этом пронюхали журналисты и тут же разнесли новость в своих изданиях.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.