Читайте также
Нельзя спать
16 октября 1998 года. Атлантический океан11°25’ с. ш., 45°37’ з. д.09:14. Ветер не прекращается. Вот уже вторые сутки я не спал и пяти минут. Нельзя. Часто налетают шквалы. Нельзя их прозевать и яхту положить парусами на воду. Волны идут без какой-либо системы,
«НЕЛЬЗЯ ЛИ У ВАС ЗАКУСИТЬ?»
Когда я вышел с завода, на улице было уже светло. Легкий туман заполнил улицы до самых крыш, но небо хорошо просматривалось, бледно-голубое, чистое. Город еще спал, но его утреннюю тишину уже нарушали отдаленный гул моторов и лязг металлических
Нельзя распускаться!
Приземистые корпуса военного госпиталя с белыми занавесками на высоких сводчатых окнах чинно стояли среди гигантских, в несколько обхватов, тополей и карагачей. Прямые аллеи, тротуары, выложенные кирпичом, высокие стены аккуратно подстриженных
А нужно ли кричать?
И вот мы уже инструкторы, идем в общежитие к курсантам. Идем с волнением: мы будем учить их летать! Учить… Вернее, мы будем с ними учиться летать. Вот это другое дело! Но им-то ведь об этом не скажешь. Авторитет инструктора и прочее… Авторитет. А как его
Нельзя наугад
9 марта 1943 года рота расквартировалась в одном из сел Сумской области.Как сейчас помню утро, когда до нас вдруг донеслась стрельба, орудийный гул. Казалось, стреляют километров за десять. «Фронт! — подумал я. — Фронт гудит!»В роте царила суматоха. Танки
Нельзя наугад
Девятого марта 1943 года рота расквартировалась в одном из сел Сумской области.Как сейчас помню утро, когда до нас вдруг донеслась стрельба, орудийный гул. Казалось, стреляют километров за десять, «фронт! — подумал я. — Фронт гудит!»В роте царила суматоха.
То, что нельзя помнить
Его первым воспоминанием был салют. Победный салют 9 мая 1945 года. Здравый смысл с дотошностью препода много раз пытались вдолбить в голову Сергея Дяченко, что такого просто не может быть, что трехнедельные дети (он родился 14 апреля 1945 года) не способны
«Нам уходить нельзя…»
В конце 50-х годов, когда мое поколение входило в жизнь, у России уже был Владимир Солоухин, мы уже бродили вместе с ним «Владимирскими проселками», умывались «Каплей росы», растили с его помощью в душе русское понимание судьбы и жизни.А потом – потом
А нельзя ли проще?
Помимо броневой стали заводам главка приходилось готовить много других сортов. В частности, на Южном заводе производилась листовая сталь для корпусов строящихся судов. Технические требования к такой стали были очень высокими. Необходимо было
И ПТИЦЕ НЕЛЬЗЯ
Пускай там люди другие…
Не порвется живая нить,
Я хочу уехать в Россию,
Чтобы там работать и жить.
Неужели для певчей птицы
Надо визу, штамп и печать?
И солдаты там на границе
Могут птице крылья связать?
Я тихонько жалуюсь Богу
(Людям жаловаться
А нельзя ли проще?
Помимо броневой стали заводам главка приходилось готовить много других сортов. В частности, на Южном заводе производилась листовая сталь для корпусов строящихся судов. Технические требования к такой стали были очень высокими. Необходимо было
Нельзя умирать…
Он жил в предчувствии событий, которые, как гроза, должны взорвать обманчиво зыбкую тишину. Видавший на войне виды командир 18-го гвардейского авиаполка Голубов хорошо это знал. Он ждал событий вчера, сегодня, ждет уже много дней, а их все нет и нет.— Когда
НЕЛЬЗЯ
Доброта – не сю-сю-сю. Доброта – печаль путника, перевалившего через хребет отчаяния. Он знает, что никому нельзя помочь, но не помогать тоже нельзя. Всю оставшуюся жизнь он будет брести в ущелье, между этих двух нельзя, без всякой надежды на
«Я спасти нельзя»
Вот еще выудил из Ридера о предшественниках меню.Стр. 105 «Гофмансталь, Маутнер и позже Музиль, а может быть, и Витгенштейн пытаются найти выход из кризиса идентичности. (Порожденного неопозитивизмом, который доминировал в конце XIX века и доктрину которого