ПРОЗАИЧЕСКИЙ НАБРОСОК (Из записной книжки)
ПРОЗАИЧЕСКИЙ НАБРОСОК
(Из записной книжки)
«Он сильней всего на свете любил слушать, как поют соловьи. Часто среди ночи он поднимал меня с койки и говорил: «Давай бери гитару — и пойдем будить соловьев. Пусть они попоют, ночью они здорово умеют делать…»[13]
Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚
Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением
ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОКЧитайте также
ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ (Аламаатинские стихи)
ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ (Аламаатинские стихи) 1. «За окном порывы злого ветра…» За окном порывы злого ветра, Мечутся деревья и цветы. В той же шляпе голубого фетра Мне опять приснилась ты. И опять мы спорили, рядили О любви, о жизни, о стихах. И опять казалось,
Глава 36 ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ
Глава 36 ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ Три года в эфире невероятно изменили представления телезрительниц о собственных правах и в каком-то смысле вырастили новую юную ориентированную на феминистские ценности молодежь. Образ феминистки в широких слоях перестал ассоциироваться с
<Из записной книжки. 1955 г.>
<Из записной книжки. 1955 г.> ИЗ ПИСЬМА И. Г. ЭРЕНБУРГУ 4 октября 1955 г.…Посылаю Вам (из маминой записной книжки) два письма к Вам, первое из которых Вы, наверное, впервые получите только сейчас, тридцать три года спустя. Знали ли Вы Чаброва, о котором рассказывает мама? Мы
<Из записной книжки. 1969 г.>
<Из записной книжки. 1969 г.> ИЗ ПИСЬМА В. Б.СОСИНСКОМУ 5 января 1970 г.…Да, милый Володя, в родстве. Елизавета Петровна Дурново — моя бабушка, а Яков Константинович Эфрон — мой дед. Из их детей еще живы две старшие дочери — Анна 87 лет и Елизавета — 84-х. Морозов и Кропоткин
Ритмы строящегося социализма (Из записной книжки)
Ритмы строящегося социализма (Из записной книжки) …Ночь была необычайно черна. Мир вокруг меня казался сделанным из одного куска угля. Огни Сталинградского тракторного возникли сразу. Насквозь высверленные в непроницаемой среде земли и воздуха, они блистали точками
<Из записной книжки. 1955 г.>
<Из записной книжки. 1955 г.> ИЗ ПИСЬМА И. Г. ЭРЕНБУРГУ 4 октября 1955 г.…Посылаю Вам (из маминой записной книжки) два письма к Вам, первое из которых Вы, наверное, впервые получите только сейчас, тридцать три года спустя. Знали ли Вы Чаброва, о котором рассказывает мама? Мы
<Из записной книжки. 1969 г.>
<Из записной книжки. 1969 г.> ИЗ ПИСЬМА В. Б.СОСИНСКОМУ 5 января 1970 г.…Да, милый Володя, в родстве. Елизавета Петровна Дурново — моя бабушка, а Яков Константинович Эфрон — мой дед. Из их детей еще живы две старшие дочери — Анна 87 лет и Елизавета — 84-х. Морозов и Кропоткин
ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ — ПОЧТИ ПУСТОЙ —
ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ — ПОЧТИ ПУСТОЙ — реплики во время каких-то прений— Маяковский не только не прислуживался к Революции, а сидел за нее в тюрьме гимназистом 16-ти лет.— Поэма Октябрь[69] ничуть не хуже первых вещей.— Умер вовсе не потому что Революция умерла — а потому
ИЗ СЕРОЙ КРОХОТНОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ,
ИЗ СЕРОЙ КРОХОТНОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ, в к<отор>ой последняя запись: «Какой ффон!»* * *— Мама! Приятнее, когда шмель кусает, п. ч. осы и пчелы — такие маленькие круглые дамы.(Женщин, дам, девочек; кукол — ненавидит.)* * *— Мама! Папа — меньше, чем слон?* * *— А можно спрятаться от
Страницы из записной книжки Н. И. Пирогова с его рисунками.
Страницы из записной книжки Н. И. Пирогова с его
ОТРЫВКИ ИЗ СТАРОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ
ОТРЫВКИ ИЗ СТАРОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ ДРУГ БОЕВОЙ…Начался «великий отход». Отступление перед победившим злом. Югославия, до самых ее границ с соседними государствами, стала добычей Тито.Отступление без боев, по приказу. Вспоминаются последние, предшествующие отходу
ОТРЫВКИ ИЗ СТАРОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ (ДРУГ БОЕВОЙ)
ОТРЫВКИ ИЗ СТАРОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ (ДРУГ БОЕВОЙ) …Начался «великий отход». Отступление перед победившим злом. Югославия, до самых ее границ с соседними государствами, стала добычей Тито.Отступление без боев, по приказу. Вспоминаются последние, предшествующие отходу
Л. В. Ширяев[639] Из записной книжки старожила
Л. В. Ширяев[639] Из записной книжки старожила Известный граф Алексей Андреевич Аракчеев не знал ни одного иностранного языка, о чем часто сожалел. Он, как известно, был очень груб в обращении. Однажды, при представлении выпушенных из 2-го кадетского корпуса офицеров, он,