«Как примириться с мыслью странной…»

«Как примириться с мыслью странной…»

Как примириться с мыслью странной,

Что и во сне – не полетишь.

Жизнь стала широкоэкранной,

В ней мелочей не разглядишь!

Кленовый лист упал в ладони —

Но то не лист, а листопад.

Минуты понесли, как кони,

Им нет уже пути назад.

О, это светопреставленье,

Мысль, пулей бьющая в висок,

И неизбежное движенье —

Жизнь, уходящая в песок.

Законы логики, законы,

Изобретенные навек,

В законы физики закован

Закоченевший человек.

И все миры давно открыты,

И не тоскуешь ни о ком,

И радиус земной орбиты

Натянут жестким поводком.

А я все домики рисую,

Трубу и над трубою дым,

И дождь в линеечку косую,

И солнце круглое над ним!

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Конец «странной войны»

Из книги В бурях нашего века. Записки разведчика-антифашиста автора Кегель Герхард

Конец «странной войны» Фашистские Германия и Италия использовали «странную войну» для того, чтобы без помех со стороны западных держав форсировать свою подготовку к военному порабощению других государств Европы.В начале апреля 1940 года дивизии фашистской Германии


О ТОМ, КАК БОЛЬШИНСТВО В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ ВЛАСТВУЕТ НАД МЫСЛЬЮ

Из книги Демократия в Америке автора де Токвиль Алексис

О ТОМ, КАК БОЛЬШИНСТВО В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ ВЛАСТВУЕТ НАД МЫСЛЬЮ Когда большинство в Соединенных Штатах приходит к единому мнению по какому-либо вопросу, всеспоры прекращаются. — Почему это происходит. — Моральное воздействие большинства намышление. — В


Война перестает быть «странной»

Из книги В водовороте событий автора Рубакин Александр Николаевич

Война перестает быть «странной» Весна 1940 г. пришла поздно. Погода стояла холодная, но на редкость ясная и солнечная. На безмятежной лазури неба ни облачка. Фруктовые деревья зацвели хотя и с опозданием, но дружно, с необычайной силой. Их цветение придало всей стране


Глава третья О большой и странной дружбе Дали и Лорки

Из книги Сальвадор Дали. Божественный и многоликий автора Петряков Александр Михайлович

Глава третья О большой и странной дружбе Дали и Лорки Великий испанский поэт Федерико Гарсиа Лорка также жил в «Резиденции» в те же годы, что и Дали, где тот с ним и познакомился. Лорка, на шесть лет его старше, к моменту их знакомства уже прошел определенный творческий путь


«Как трудно примириться с дольним игом…»

Из книги «Возможна ли женщине мертвой хвала?..»: Воспоминания и стихи автора Ваксель Ольга Александровна

«Как трудно примириться с дольним игом…» Как трудно примириться с дольним игом, Едва понятны мне царящие законы, Законы стройные во мне подъемлют стоны, Как будто отдана я тягостным веригам. Еще не сочтены полеты и паденья, Пути единого, ведущего за цели, Но духом от


Е. П. Павлову («Я светлой мыслью сердце радую…»)

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич

Е. П. Павлову («Я светлой мыслью сердце радую…») Я светлой мыслью сердце радую, Друг беспечальных юных лет, Что этой ясною «Прохладою» Тебя обрадует поэт. А ты мои стихотворения, Где нет ни пошлости, ни лжи, В минуты сладкого горения На музыку переложи. 1926 г. 29 мая.


Терцина («Блуждая мыслью в царстве медицины…»)

Из книги Воспоминания автора Патон Евгений Оскарович

Терцина («Блуждая мыслью в царстве медицины…») Блуждая мыслью в царстве медицины, Уже дойдя до терапии, я Вдруг вспомнил, что не написал терцины, А это – упущение, друзья! Поэт обязан формою любою Владеть, коль он на сцене бытия Не только бравый барабанщик к бою, Иль


2. С МЫСЛЬЮ О РОДИНЕ

Из книги Когда Олесь находился в политзаключении, я мыслью проникала к нему сквозь стены автора Бердник-Сокоринська Валентина

2. С МЫСЛЬЮ О РОДИНЕ Осенью 1888 года я поступил на инженерно-строительный факультет Дрезденского политехнического института. Я был тогда рослым, плечистым и физически сильным юношей с большим запасом энергии и сил.На первом же курсе я выработал твердые правила жизни и


Валентина Бердник-Сокоринська Когда Олесь находился в политзаключении, я мыслью проникала к нему сквозь стены

Из книги автора

Валентина Бердник-Сокоринська Когда Олесь находился в политзаключении, я мыслью проникала к нему сквозь стены Жена всемирно известного украинского писателя и философа, три года назад потерявшего речь после третьего инсульта, рассказывает историю их любви, ставшую