4. «Ночь зажгла свои лампады…»

4. «Ночь зажгла свои лампады…»

Ночь зажгла свои лампады

В беспредельных высотах.

Полон сад ночной прохлады.

Росы искрятся в цветах.

Звезды ночи, ночи нега,

Ночи мрак и тишина…

Лишь порой плеснет у брега

Запоздавшая волна…

Ветерка порой дыханье

Песню издали домчит,

И опять царит молчанье,

И опять кругом все спит…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Похожие главы из других книг:

Ночь и смерть. Ночь и любовь

Из книги автора

Ночь и смерть. Ночь и любовь В стихотворении «Зверинец» (1916), посвященном войне, охватившей Европу, поэт пишет о битве, в которую вступили народы в начале XX столетия — «в начале оскорбленной эры». Стихотворение это перекликается с державинской одой «На взятие Измаила», где


«СВОИ» И «ЧУЖИЕ»

Из книги автора

«СВОИ» И «ЧУЖИЕ» Жена с дочками приехала в Шкуринскую, когда вся станица была в цвету и в её садах звонко распевали птицы. Абрикосы, вишни, яблони, словно невесты, стояли в бело-розовых нарядах. Возле каждого двора — рослые, стройные тополя и акации. Как же радовались этой


«Вот и вечер лампады зажег…»

Из книги автора

«Вот и вечер лампады зажег…» Вот и вечер лампады зажег, Чтобы ярко краснели лампады. Видишь, вечер в мой дом не зашел. Дом и сердце потёмкам не рады. Все вернулись с полей и сейчас Сели ужинать чинно и строго. Где же ты, мой смельчак, весельчак? Ах, как ярко краснеет


Предают свои

Из книги автора

Предают свои Вопреки досужим вымыслам об одинокой фигуре адъютанта на безлюдном аэродроме и отключенных телефонах в кабинете, по прибытии в Москву Жукова встречали все его замы, главкомы видов вооруженных сил. Зал ожидания был битком набит маршалами и четырехзвездными


Глава одиннадцатая «ДЕНЬ-НОЧЬ-ДЕНЬ-НОЧЬ — МЫ ИДЕМ ПО АФРИКЕ…»

Из книги автора

Глава одиннадцатая «ДЕНЬ-НОЧЬ-ДЕНЬ-НОЧЬ — МЫ ИДЕМ ПО АФРИКЕ…» «…У него были такие широкие плечи и короткая шея, что не сразу бросалось в глаза, что он ниже среднего роста. На голове у него красовалась широкополая, плоская коричневая шляпа, какие носят буры, он носил


«Тихая ночь, святая ночь»

Из книги автора

«Тихая ночь, святая ночь» Но это была воздушная тревога. Налет американских самолетов. Погасли освещенные полосы, прожекторы на сторожевых башнях, фонари на дорогах, лампочки во всех помещениях, фары автомобилей. Я понял, что обесточена и колючая проволока, которой был


Свои люди

Из книги автора

Свои люди Скажите, что с людьми происходит?! Ладно мы, официанты… Бывает, конечно, и нагрубим, и не так выразимся… Но с остальными что случилось?Мне недавно аппендицит вырезать надо было. Привезли меня в операционную, положили на столик. Врач подходит к столику и


«Свои... пехота»

Из книги автора

«Свои... пехота» Наступила ночь. Марш продолжался. Дорога, деревья, людские лица, все, что перед моими глазами, представлялось, как в тумане. И будто идти легче. Командир дивизиона отменил ряд ограничений, в частности, равнение в шеренгах, оружие позволялось нести вольно.


Свои!

Из книги автора

Свои! Ночной дождь оставил повсюду лужи. В кювете стоячая болотная вода. Орудийные номера гуськом растянулись по обочине. В 17 часов головной дозор догнал тыльную походную заставу дивизиона. 1-й огневой взвод перешел на беглый шаг. Первым из начальствующих лиц я встретил


Глава VII. Перехватчики У треугольного крыла свои «но». «Как я полечу на «треугольничках»? Парад 24 июня 1956 года в Тушине. «На суховской «балалайке» можно играть не хуже, чем на скрипке…». У серии свои трудности. «Сбей его, сбей!» Ох уж этот помпаж! Самолет с боковыми воздухозаборниками. Есть миро

Из книги автора

Глава VII. Перехватчики У треугольного крыла свои «но». «Как я полечу на «треугольничках»? Парад 24 июня 1956 года в Тушине. «На суховской «балалайке» можно играть не хуже, чем на скрипке…». У серии свои трудности. «Сбей его, сбей!» Ох уж этот помпаж! Самолет с боковыми


Свои и чужие

Из книги автора

Свои и чужие Общего у моих собеседников больше, чем различий: оба доктора юридических наук, профессора, и тот и другой сорок с лишним лет в правоохранительных органах, подружились тоже не вчера, генералы. А различие вот в чем: Владимир Петрович Илларионов – русский, а


Свои горя

Из книги автора

Свои горя Всякий раз, когда приходилось мне обращаться в какое-нибудь учреждение по обычным житейским делам - получить справку, оформить бумаги и т.п. - я поражался отношению сотрудников ко мне, посетителю. Не лично ко мне, а как к одному из тех надоедливых людей, которые


Не в свои сани

Из книги автора

Не в свои сани У моего отца был приятель, офицер. Они вместе служили в Германии после войны. Потом его перевели в Москву. И вдруг, кажется, это было после хрущевского сокращения армии, назначили директором уголка Дурова. Почему, отчего – неизвестно. По образованию он был