Река, деревья, травы

Река, деревья, травы

Мы жили неподалеку от реки, и каждую весну полая вода подходила к самому нашему дому, а иногда заходила и на двор. Ледоход можно было видеть прямо из окон, но кто же сидит дома, когда на реке такой праздник? Весь берег чернел народом. С шипением и треском проносился мимо лед сплошным грязно-белым потоком, и если смотришь на него не отрываясь, то начинает казаться, что тронулся с места берег и вместе с людьми стремительно несется мимо остановившейся реки.

Кончалось половодье, и река отступала, оставляя на кромке разлива большие льдины, которые потом долго и медленно таяли, крошились, разваливались кучей голубого стекляруса и, наконец, исчезали, оставляя лужи.

Весь берег, грязный, взъерошенный после разлива, был затянут толстым слоем ила, на голых кустах ивняка висели космы старой соломы и всякого сору, принесенного половодьем.

Пригревало солнце, и берег начинал менять свою кожу: ил покрывался трещинами, лопался на куски, усыхал, и под ним открывался чистый белый песочек. Из песка вылезали молодые листья лопуха, сверху – зеленые, блестящие, с исподу – серые, бумазейные. Это не мать-и-мачеха, известная в Подмосковье; лопухи моего детства я видел здесь только под Каширой, на приокских песках, и с каким душевным трепетом вдыхал я их горький, единственный в мире запах.

Берег оживал. Голые прутья ивняка опушались зеленью. У самой воды торопилась раскинуть во все стороны свои красные нити и поскорее закрыть песок ковром из вырезных листочков и желтых цветков гусиная травка.

Вдоль реки росли большие старые, дуплистые ветлы. Они зацветали, покрываясь крохотными желтыми пушистыми барашками. Сладкий аромат стоял тогда над ветлами, пчелы круглый день гудели на их ветках. Эти желтые барашки были первым лакомством, которое приносила нам весна: они были сладкими на вкус, и их можно было сосать. Потом цвет опадал в виде маленьких коричневых червячков, и ветлы одевались листом. Одни становились зелеными, другие – серебристо-сизыми.

Нет ничего красивее старых ветел. И теперь радуется глаз и трепещет сердце, когда где-нибудь у реки я вижу их величавые круглящиеся купы, но все они, кажется, уступают великолепию ветел моего детства.

Берег буйно зарастал густыми джунглями высокой безымянной травы с хрупким стеблем, капустного цвета листьями и редечным запахом; прелестными кустиками «божьего дерева» с кружевными, как у укропа, листьями и полынным духом; ползучим вьюнком с бледно-розовыми колокольчиками, пахнущими ванилью. Лужи у реки населялись всякой живностью: головастиками, улитками, водяными жуками.

Вдоль огородных плетней, на которых стадами высыпали красные козявки с двумя черными точками-глазами на спине, вырастали сочно-зеленый просвирник, глухая крапива, белена, которой мы боялись касаться, трава с неприличным названием и сладкими черными ягодами, лебеда и репейник. На улице перед домом разрасталась густым ковром – благо, что мимо никто не ездил, – трава-мурава.

На праздник преполовенья[3] на реке служили молебен с водосвятием, и взрослые обитатели обоих берегов, и «мещанского» и «пахотного», начинали купаться.

Но мы, мальчишки, не ждали преполовенья и купались по собственному календарю, как только вода становилась теплой. Мы плескались на реке с утра до вечера, валялись на песке, лезли в воду и снова на горячий песок. На носах у ребят лупилась кожа, а домой к вечеру мы приходили с синими губами, дрожа от озноба, – закупались!

О лето! О солнце! О золотой предвечерний час после жаркого дня! Как солнечная пыль, светлыми точками толкутся мошки в тени ветел. Нагретый за день песок ласкает ноги. Мы срываем большие листья лопуха и делаем из них себе зеленые колпаки. На пальцах остается лопушиная вата и горьковатый запах лопушиного сока. Река под склоняющимся солнцем сверкает и искрится так, что глазам больно. Противоположный берег – в прохладной тени от кустов ветляника, в струях течения качаются коленчатые стебли водяного перца с розовыми висячими сережками, мелкие места у берега затянуты зеленой пленкой ряски.

Подрастая, мы каждый год открывали на реке всё новые, неведомые раньше владения. Выше плотины река была очень широкой. Переплыть реку за мельницей было достижением, которым отмечался важный рубеж детства. На лодке мы забирались все выше по реке, все дальше от города. Мы искали глухих мест, где могли бы чувствовать себя робинзонами. Заедешь в такое место рано утром – и до ночи не увидишь ни одного живого человека.

День у реки тянется долгий, великолепный, сияющий. Тишина. Изредка в омуте плеснется большая рыба. У берега стайками ходит рыбья мелюзга, водомерки скользят по воде, как конькобежцы, коромыслики носятся над водой и, грациозно трепеща крылышками, замирают на былинках.

К самому обрыву спускается крупный вековой лес. Когда зацветают в нем высокие черноствольные липы, воздух наполняется густым медовым ароматом и гудением пчел.

А узловатые дуплистые ивы на песчаном откосе под солнцем – серебряно-голубые. Они очень старые, и от долгой жизни, прожитой на просторе, каждая из них имеет свой приметный, неповторимо-трогательный облик.

Настает вечер. В розовом воздухе начинают носиться стрижи с пронзительным металлическим свистом. Мы садимся в лодку и не спеша едем домой.

В поздний час на реке в лунную ночь – волшебно. Тишина такая, что если бросить весла, то слышно, как стучит кровь в ушах. Иногда из далекой деревни по воде доносится лай собак. Полосы тумана раздвигают границы берегов, все кажется необычным, сказочным. Туман под луною – розовый.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Деревья

Из книги Где небом кончилась земля : Биография. Стихи. Воспоминания автора Гумилев Николай Степанович

Деревья Я знаю, что деревьям, а не нам, Дано величье совершенной жизни, На ласковой земле, сестре звездам, Мы – на чужбине, а они – в отчизне. Глубокой осенью в полях пустых Закаты медно-красные, восходы Янтарные окраске учат их, — Свободные, зеленые народы. Есть Моисеи


Лошадь и деревья

Из книги Моя профессия [litres] автора Образцов Сергей

Лошадь и деревья У Лабиша есть пьеса «Соломенная шляпка». Она шла и идет во многих драматических театрах разных стран. Шла она и в Музыкальном театре имени Немировича-Данченко, и я играл там маленькую роль слуги.Мы решили поставить эту пьесу в нашем театре и попросили


Пускай за нас расскажут травы

Из книги Колымские тетради автора Шаламов Варлам

Пускай за нас расскажут травы Пускай за нас расскажут травы, Расскажут камни и снега, В чем были правы, в чем не правы И в чем была права пурга. Пускай за нас расскажут птицы, Что нынче, в поисках кормов, Слетелись около столицы, Ее старинных теремов. Пускай же, горбясь и


Я не лекарственные травы

Из книги Поэзия народов Кавказа в переводах Беллы Ахмадулиной автора Абашидзе Григол

Я не лекарственные травы Я не лекарственные травы В столе храню, Их трогаю не для забавы Сто раз на дню. Я сохраняю амулеты В черте Москвы, Народной магии предметы — Клочки травы. В свой дальний путь, в свой путь недетский Я взял в Москву — Как тот царевич


«Деревья, вы — братья мои…»

Из книги Искушения и искусители. Притчи о великих автора Чернов Владимир Борисович

«Деревья, вы — братья мои…» Деревья, вы — братья мои. Темнело, но всё же могли глаза мои видеть при звёздах, что впали вы в дрёму и отдых, как путник, как пахарь, как кто-то, кого утомила работа. Деревья, я раньше уйду. Я вам оставляю звезду, и снег, и рассвет, и пространство, к


Из жизни травы, которую едят кролики…

Из книги Байки деда Игната автора Радченко Виталий Григорьевич

Из жизни травы, которую едят кролики… И сказал Гаврила Аронович: «Вот по пустыне бежит человек и кричит: — Мне ничего не надо! И слышит Глас Божий: — Дак у тебя и так ничего нет. — И не надо! — отвечает человек и бежит дальше». Вышел зайчик погулятьСтарый стал, на все


БАЙКА ПЯТНАДЦАТАЯ, про «водопхай», благодатные травы и овощи, про борщ – Царь-еду, а также про «бикет», что умным дуракам

Из книги Костычев автора Крупеников Игорь Аркадьевич

БАЙКА ПЯТНАДЦАТАЯ, про «водопхай», благодатные травы и овощи, про борщ – Царь-еду, а также про «бикет», что умным дуракам — А еще про моего батька ходил слушок, что якшается он с нечистой силой, — улыбаясь, говаривал дед Игнат и тут же отмахивался рукой от того «слушка», —


XIX. КОРМОВЫЕ ТРАВЫ

Из книги Наша счастливая треклятая жизнь автора Коротаева Александра

XIX. КОРМОВЫЕ ТРАВЫ «…кормовые травы дают нам средство и поддержать плодородие почвы… и вместе с тем достигнуть большого постоянства урожаев». П. А. Костычев Травосеяние на полях издавна, хотя и в небольших размерах, практиковалось в разных частях нашего отечества.


Деревья

Из книги Каменный пояс, 1976 автора Гагарин Станислав Семенович

Деревья Белая акация! Неповторимый запах крымских романов. Часто можно было видеть, как идет девчоночка в белых туфельках, а рядом парень в матроске. В руках она теребит кисточку акации. Прячет ее в кулаке и медленно ласково пропускает через сомкнутые пальцы. Пушистый


ДЕРЕВЬЯ

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич


«Еще деревья не успели…»

Из книги Незабудки автора Пришвин Михаил Михайлович

«Еще деревья не успели…» Еще деревья не успели Одеться в нежный пух весны, А резвых жаворонков трели С утра до вечера слышны. Сияет неба синь густая, И в нем спеша издалека Плывут под вешним солнцем тая На свет сквозные облака. И ветерок так робко дует, Кустами ласково


Глава 34 Деревья

Из книги Дети войны. Народная книга памяти автора Коллектив авторов

Глава 34 Деревья Может быть, лучшие мечты человека родились в растительной половине его души. Растение – это покой и задушевность, – это Данное; животное – это движение, действие, – это Соз-данное.Да, мы разделяемся на тех, кто производит что-нибудь, и на тех, кто этим


Мы собирали лечебные травы Щерба Нина Трифоновна, 1931 г. р

Из книги Мои рецепты от рака. Опыт врача, победившего онкологию автора Фернандес Одиле

Мы собирали лечебные травы Щерба Нина Трифоновна, 1931 г. р Нина Щерба в 1943–1944 годах ребенком находилась в семейном лагере при партизанском отряде им. Жданова. В настоящее время живет в городе Дрогичин Брестской области.У нас в лагере много детей и подростков было. Там


Ароматические травы своим запахом отталкивают рак

Из книги Мне нравится, что Вы больны не мной… [сборник] автора Цветаева Марина

Ароматические травы своим запахом отталкивают рак Индийская и средиземноморская кухни обогащают свои блюда ароматическими травами, придающими блюдам изысканный вкус и одновременно служащими противораковой защитой. Традиция сдабривать пищу ароматами восходит к 5000


Деревья

Из книги Кампучийские хроники [СИ] автора Притула Виктор Иванович

Деревья Моему чешскому другу Анне Антоновне Тесковой 1 В смертных изверясь, Зачароваться не тщусь. В старческий вереск, В среброскользящую сушь. – Пусть моей тени Славу трубят трубачи! – В вереск-потери, В вереск-сухие ручьи. Старческий вереск! Голого камня


Глава одиннадцатая Два голубых зеркала в желтизне травы

Из книги автора

Глава одиннадцатая Два голубых зеркала в желтизне травы «Возвращение к Ангкор-вату» (восьмой фрагмент)«…Утро было солнечным, в траве стрекотали кузнечики, вода в канале, омывающем ограду храма, испещрена листьями лотосов и кажется застывшей, как и каменная громадина под