Раиса Батурина

Раиса Батурина

Вацлава Яновича пригласил в наш театр замечательный режиссер Мейер Абрамович Гершт. Но еще до этого мои друзья из Саратова писали мне: «Имей в виду, к вам едет чудесный артист, Вацлав Янович Дворжецкий. Мы очень жалеем, что он от нас уезжает, так как он прекрасный актер и человек. Обрати внимание».

И вот – наша первая встреча.

Выглядел он прекрасно: высокий, стройный, подтянутый, хорошая спортивная фигура. Я сразу подумала: вот, наверное, наш герой. Однако в нашем театре он начал не с главных ролей. Вацлав Янович был удивительный мастер эпизода. Даже в эпизоде было видно, что Дворжецкий большой актер.

Он вел себя очень скромно. Я знала, что его судьба была трагичной, что он пережил ГУЛАГ, но сам он никогда об этом не говорил. И никогда ни о чем в театре не просил. И, разумеется, не просил ролей.

Актер должен иметь ощущение полноты жизни, только тогда на него интересно смотреть. Дворжецкий обладал завидным ощущением жизни. Ведь как жизнь его била, как била, бедного, но он не потерял остроты чувств. И какова бы ни была эта жизнь, он так ее любил! Мы были на гастролях в Ленинграде. Вацлав Янович меня и еще одну актрису возил по окраинам, показывал нам какие-то травки (я и названия-то их не знаю) и рассказывал о них с редкостным увлечением и любовью. О пчелке тоже мог рассказывать долго и увлеченно. И человеческое горе, и радость он чувствовал очень тонко, поэтому с ним легко было говорить. Я звала его Вацлавик и Дворж: «О, Дворж приехал!»

Мы играли с ним в пьесе «Орфей спускается в ад». Он был замечательным партнером, очень помогал мне. Здесь надо вот что отметить: Вацлав Янович любил и умел гримироваться, был удивительным мастером грима, а в наше время на это мало обращают внимания. Он играл Джейба Торренса, человека страшного, жестокого. Мы репетировали финальную сцену, он спускался с лестницы, я бежала ему навстречу: «Смерть, я не боюсь тебя!»

Я сказала ему:

– Вацлавик, ты должен быть похож на смерть, а ты такой красивый.

В ответ он только засмеялся.

А когда началась генеральная репетиция, он сделал грим. Это было что-то страшное. Я сразу испытала подлинный ужас. Но дело было не только в гриме. Он помогал мне вжиться в роль, углубить ее. Не каждый актер может так работать на сцене, постоянно помогая партнеру. От Вацлава Яновича буквально исходили флюиды.

Он по-настоящему знал жизнь, в роли у него всегда чувствовалась прожитая судьба. Дворжецкий был глубоким актером, внутренне, от истоков постигал образ. Замечательно читал стихи и прозу. Сыграл много отрицательных ролей – с такой-то внешностью, с такими чудными «говорящими» глазами.

Это ведь не просто фраза: глаза – зеркало души. Они могут и приласкать, и обидеть. У Вацлава Яновича глаза были очень выразительные: огромные, голубые, обычно смеющиеся.

Он никогда ни о ком не говорил со злобой. В его характере было заложено стремление прощать. Может быть, он и не простил советской системе того, что с ним сделали, но на людях за грехи власти не отыгрывался.

Дворжецкий скептически относился к разным канцелярским бумажкам, удостоверениям. Мне, например, не дали удостоверения, что я была во фронтовых артистических бригадах, и я это переживала. Пожаловалась ему. А он мне:

– Глупая ты все-таки. Неужели тебе нужна эта бумажка? Ты ведь жалеешь, что тебе деньги не дают. Наплюй!

А сам на своем юбилее появился в балахоне из мешковины, а все почетные грамоты нашиты на задницу!

В нашем репертуаре бывали такие спектакли, названия которых я и не вспомню сейчас. В пьесе под названием, кажется, «Куда текут реки» я играла большого партийного деятеля, а Вацлав Янович – прохиндея Сидорцева, инженера горкомхоза. И вот вся моя роль – как передовица из газет того времени (это был пятьдесят восьмой год).

Я ему говорю:

– Вацлавик, я свою роль сыграла! Он смеется:

– Как это?

– Всю передовицу в газете наизусть выучила! Он так надо мной хохотал!

С ним хорошо было играть, он умел радоваться за партнера. После спектакля обнимет, поцелует: «Ты молодец, что все поняла!»

Вместе мы играли в спектаклях «Фальшивая монета», «Ричард III», «Дачники». Он был актер очень тонких и выразительных красок. Исключительно хорош он был в спектакле «Юпитер смеется», где его партнерами были Владимир Самойлов, Эра Суслова и Лилия Дроздова. Спектакль этот прекрасно принимали зрители не только в Горьком, но и на гастролях. В Ленинграде, например, зрители очень долго артистов не отпускали со сцены. Кричали «браво» и даже «ура».

В театре его любили все: и артисты, и гримеры, и парикмахеры, и рабочие. От него шло столько ласки, обаяния, без которого ему невозможно было сыграть даже отрицательного героя. И от Дворжецкого пошла еще такая отличная традиция: в Доме актера за чашкой чая он собирал «стариков» (старых актеров, ветеранов), и они там общались. Его все вспоминают с благодарностью.

Дворжецкий был актер от Бога, родился актером. И при этом не имел никаких званий (лишь в конце жизни он стал народным артистом России), потому что был когда-то репрессирован.

Я считала его своим другом, хотя дома у него не бывала.

В моей жизни был трагический момент, когда умерла внучка. Вацлав Янович был знаком с нашей семьей. И я его как-то спросила: «Как мне быть?» Он ответил: «Ты в Бога веришь?» Я говорю: «Не знаю». Нас ведь воспитывали атеистами. Тогда он мне сказал: «Вот я какую молитву читаю. «Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой. На всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня. Какие бы я ни получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душой и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя…» Это молитва оптинских старцев. Я у него переписала и выучила и теперь читаю.

Вацлав очень любил и умел делать подарки. Дарил радость, даже когда самому было тяжело, плохо.

Вот эпизод, который запомнился навсегда. Я готовилась к своему юбилею: 75 лет, 55 лет в театре. Директор театра лежал в больнице, и некому было мне помочь. Я со слезами пошла к Вацлаву: «Что же мне делать?»

Он подсказал, к кому обратиться, и мне помогли. Конечно же, я пригласила его гостем на юбилей, и какой же он мне сделал подарок!

Объявляют: юбиляршу поздравляет Вацлав Янович Дворжецкий.

До того он сидел в зале. И вот взлетает, словно юноша, по лесенке на сцену. А сам красивый, неизменно подтянутый, и борода большая серебряная, как у патриарха.

Я кинулась ему навстречу, протянула руки, ведь он уже был совсем слепой. Я хотела ему помочь, но Дворжецкий жестом, исполненным достоинства, отвел мою руку и поднялся на сцену сам. Я растерялась. Сценарий вечера был известен, я со всеми репетировала. И тут вдруг слышу собственный голос!

Вацлав Янович выбрал сцену из спектакля «Дачники» и где-то нашел фонограмму. Мы играли в нем вместе: я – Юлию, он – Суслова.

Мои реплики звучат по радио, а он произносит свои, отвечает живым голосом.

Это было для меня самое дорогое поздравление. Зрители тоже приняли его очень тепло и долго нам аплодировали И все признали, что это из всех поздравлений лучшее.

И еще это был его последний выход на сцену в 1993 году. В том же году Вацлава Яновича не стало.

Я его любила как большого актера и человека.

…Когда я стояла перед его гробом, то не могла выступить, не могла найти слов. Словно чувствовала какую-то вину. Мне казалось, что с его уходом из нашего театра уходит справедливость, правда. Уходит настоящий человек.

Самое дорогое – когда годы проходят, а человек остается в памяти. Вацлав Янович Дворжецкий остался в памяти у многих.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Раиса Гинцбург ЧАСЫ НЕИЗГЛАДИМЫЕ

Из книги Воспоминания о Максимилиане Волошине автора Волошин Максимилиан Александрович

Раиса Гинцбург ЧАСЫ НЕИЗГЛАДИМЫЕ Когда мне было еще лет девять, Максимилиан Александрович, приглашая взрослых в мастерскую на беседу об искусстве или на вышку, где он читал стихи под звездами, всегда приглашал и меня с моими девочками-подружками. И, может быть, эти часы,


РАИСА ГИНЦБУРГ

Из книги Как уходили кумиры. Последние дни и часы народных любимцев автора Раззаков Федор

РАИСА ГИНЦБУРГ Раиса Моисеевна Гинцбург (1907-1965) - поэтесса (выступала и под псевдонимом - Надеждина). Текст - по рукописи, хранящейся в ДМВ.


НЕМЧИНСКАЯ РАИСА

Из книги Нора Галь: Воспоминания. Статьи. Стихи. Письма. Библиография. автора Галь Нора

НЕМЧИНСКАЯ РАИСА НЕМЧИНСКАЯ РАИСА (артистка цирка; умерла 3 августа 1975 года на 64-м году жизни).Немчинская принадлежала к славной цирковой династии воздушных гимнастов, которую основал ее муж Изяслав Немчинский. В 1929 году Раиса пришла к нему в номер «Летающие бабочки». С 1941


Раиса Облонская О Норе Галь 

Из книги Заполняя паузу [litres] автора Демидова Алла Сергеевна

Раиса Облонская О Норе Галь  Уже давно хочу и все не могу взяться за перо, чтобы рассказать о Норе Яковлевне, о человеке, с которым была связана дружбой, душевной близостью чуть ли не всю свою сознательную жизнь. Очень трудно, мучительно писать через неутихающую боль, через


Раиса Моисеевна Беньяш

Из книги Память, согревающая сердца автора Раззаков Федор

Раиса Моисеевна Беньяш Жила в Ленинграде, на улице Рубинштейна, Раиса Моисеевна Беньяш, очень известный в свое время критик. Писала книги по истории театра – о Мочалове, о Стрепетовой. Из современников много писала о Товстоногове, дружила с ним.В Москве она почему-то


НЕМЧИНСКАЯ Раиса

Из книги 7 пар, очаровавших мир автора Бадрак Валентин Владимирович

НЕМЧИНСКАЯ Раиса НЕМЧИНСКАЯ Раиса (артистка цирка; умерла 3 августа 1975 года на 64-м году жизни). Немчинская принадлежала к славной цирковой династии воздушных гимнастов, которую основал ее муж Изяслав Немчинский. В 1929 году Раиса пришла к нему в номер «Летающие бабочки». С


Михаил и Раиса Горбачевы

Из книги 50 знаменитых звездных пар автора Щербак Мария

Михаил и Раиса Горбачевы Но все-таки всегда сохранялось, что она мне предана, а я – ей. И лучше всего нам всегда было вдвоем. Даже без детей. Я потерял самое главное – смысл жизни. Михаил Горбачев. Из интервью после смерти жены Решение ты должен принять сам, а я буду с тобой,


МИХАИЛ И РАИСА ГОРБАЧЕВЫ

Из книги Дневник актрисы автора Доронина Татьяна Васильевна

МИХАИЛ И РАИСА ГОРБАЧЕВЫ О частной жизни обитателей Кремля говорить в советские времена во всеуслышанье было не принято. Да и что могли мы знать о тех, кто находился за кремлевской стеной? Семья первого российского президента своей открытостью и стремлением к общению с


Раиса Беньяш В ГРИМЕ И БЕЗ ГРИМА

Из книги Михаил Горбачёв. Жизнь до Кремля. автора Зенькович Николай Александрович

Раиса Беньяш В ГРИМЕ И БЕЗ ГРИМА Из ничего — фонтаном синим Вдруг брызнул свет… А. Блок Лежит прямо перед вами, у самой рампы, женщина. Лежит на поваленном плетне, молодая, счастливая, красивая. Запрокинула голову и смеется.Женщина — не из тех, кого называют


Глава 5 Жена Раиса

Из книги Сильные женщины [От княгини Ольги до Маргарет Тэтчер] автора Вульф Виталий Яковлевич

Глава 5 Жена Раиса Когда американские журналисты однажды спросили у Горбачёва, какие серьёзные вопросы он обсуждает с женой, тот подумал и сказал:— Всё.М. Горбачёв: «Однажды одна очень известная женщина мне сказала: «Послушайте, президент Горбачёв! Рядом с вами — ангел!»


Раиса Горбачева Половина Первого

Из книги 50 величайших женщин [Коллекционное издание] автора Вульф Виталий Яковлевич

Раиса Горбачева Половина Первого Двадцать с лишним лет назад, 11 марта 1985 года, произошло событие, которое перевернуло судьбу нашей страны. Вместо скончавшегося накануне Генерального секретаря ЦК КПСС К. У. Черненко, третьего умершего на этом посту за два года, был


Раиса Горбачева

Из книги Власть женщин [От Клеопатры до принцессы Дианы] автора Вульф Виталий Яковлевич

Раиса Горбачева ПОЛОВИНА ПЕРВОГОДвадцать с лишним лет назад, 11 марта 1985 года, произошло событие, которое перевернуло судьбу нашей страны. Вместо скончавшегося накануне Генерального секретаря ЦК КПСС К. У. Черненко, третьего умершего на этом посту за два года, был назначен


Раиса Горбачева

Из книги Сахаровский сборник автора Бабенышев Александр Петрович

Раиса Горбачева Половина первогоДвадцать с лишним лет назад, 11 марта 1985 года, произошло событие, которое перевернуло судьбу нашей страны. Вместо скончавшегося накануне Генерального секретаря ЦК КПСС К. У. Черненко, третьего умершего на этом посту за два года, был


Раиса Орлова и Лев Копелев ИСТОКИ ЧУДА

Из книги 100 историй великой любви автора Костина-Кассанелли Наталия Николаевна

Раиса Орлова и Лев Копелев ИСТОКИ ЧУДА Явление Андрея Сахарова — чудо.Был самый молодой член советской Академии наук, поглощенный сложнейшими проблемами физики, почитаемый коллегами и властями, трижды награжденный высшим орденом страны — Золотой звездой Героя


Михаил и Раиса Горбачевы

Из книги Вся премьерская рать автора Руденко Сергей Игнатьевич

Михаил и Раиса Горбачевы Эти двое пронесли свою любовь через все испытания. Хотя быть политиком, находиться постоянно на виду и оставаться при этом таким нежным и любящим мужем, наверное, очень сложно. Еще сложнее было быть женой такого политика, который ломал


Богатырева Раиса

Из книги автора

Богатырева Раиса В суровой мужской компании представителей донецкого региона Раисе Богатыревой удалось занять одно из ведущих мест. Пребывая в центре внимания и политикума, и прессы, Раисе Васильевне всегда есть что сказать. Она - активный спикер Партии регионов. По