Алюминиевая ложка с «обратным адресом» Улынская (Рабко) Елена Андреевна, 1927 г. р

Алюминиевая ложка с «обратным адресом»

Улынская (Рабко) Елена Андреевна, 1927 г. р

Сопливые еще!

Детство прошло в поселке Сиверский Ленинградской области, в многодетной семье, где воспитывались четверо детей, папа трудился, в основном, в животноводстве, мама – дома, по хозяйству. Когда началась Великая Отечественная война, закончила семь классов.

22 июня мама поехала в Ленинград по делам, а я вскоре пошла на вокзал ее встречать. Из-за страшной бомбежки не встретила. Те, кто оказался на вокзале, сразу попрятались. И я поспешила домой. Вдруг вижу – навстречу бежит папа и кричит: «Лена, ты откуда?

Жива? Только что „тебя“ отнес в сарай…

Навстречу бежит папа и кричит: «Лена, ты откуда? Жива? Только что „тебя“ отнес в сарай… Показалось, что ты убита». На самом деле там была девочка в таком же сарафане, как у меня, с черными косами, вся в крови. Вот и перепутал.

Показалось, что ты убита». На самом деле там была девочка в таком же сарафане, как у меня, с черными косами, вся в крови. Вот и перепутал. Да и сам папа стоял весь в крови.

Впятером с подружками вскоре втайне от родителей поехали в Гатчину, чтобы поступить учиться на курсы радисток. Хотелось Родину защищать!

А нас просто «не поняли» – послали в военкомат. Пошли туда – и там тоже прогнали: «Идите домой. Сопливые еще». Тогда мне не исполнилось и пятнадцати, и росточком я была меньше всех.

Папу на фронт не взяли как инвалида. В самом начале войны было организовано дежурство по улицам поселка. Всех учили, как песком гасить зажигалки. В те же дни лихолетья папа и дядя вырыли за ночь большой глубокий окоп у дома, где дети сидели, пережидая бомбежки.

Барак, голод и работа с 4-х часов утра

Совсем скоро железнодорожную станцию Сиверская заняли фашисты. Меня, пятнадцатилетнюю, и двоюродную сестру-одногодку Марину немцы забрали и, несмотря на плач мамы, вставшей на колени, отвели на вокзал. Затолкали в вагон поезда, предназначенного для перевозки скота, и, не сказав ни слова, отправили в Германию на работы – как рабов. На территории Прибалтики всем разрешили ненадолго выйти, мы с Мариной и еще двое отчаянных подростков решили бежать. Однако убежали недалеко: немцы поймали и затолкали обратно в вагон. И снова – долгая дорога. Выдавали

Привезли в Вальтерсхаузен, в Тюрингию. Поселили в лагерные бараки. Кругом – заборы, автоматчики… В комнате с двухъярусными койками нас было 12–14 человек. «Хозяева» называли не иначе как «швайнами» – свиньями.

только хлеб с водой в котелке, чтобы не умерла «рабочая сила».

Привезли в Вальтерсхаузен, в Тюрингию. Поселили в лагерные бараки. Кругом – заборы, автоматчики… В комнате с двухъярусными койками нас было 12–14 человек. «Хозяева» называли не иначе как «швайнами» – свиньями.

Вставали мы в 3 часа утра, в 4 часа уже начиналась работа, которая заканчивалась в пятом часу вечера. Приходили – и сразу ложились спать. Кормили одними щами из капусты, в которых даже гусеницы попадались. Еще давали немного хлеба, и всё. Помнится, привели на какой-то механический завод. А я маленькая, ноги не достают до педалей на станке. Посадили за другой станок – и для другой работы я слишком мала. Потом определили меня мыть полы, туалеты, лестницу, собирать стружку. Как-то проходил мимо начальник, я собирала стружку и в ней увидела ложку. Показала ему, а он говорит: «Возьми себе». Вроде как на память. Я и взяла. Возила ее отныне всегда с собой. Такими ложками мы, конечно, не ели. Было на ложке клеймо. Именно по этому клейму спустя полвека узнали, где я содержалась. Нашли документы в архивах.

А в конце войны, когда разбомбили Эрфурт, узников концлагеря возили разбирать завалы. Жители этого зеленого города жалели русских и обычно давали им кофе и бутерброды.

День Победы я не помню, потому что уже началась дистрофия: весила всего 36 кг, одни косточки. Освободили нас американцы, передали своим. А я умирала: не могла двигаться, ничего не помнила… Принесли меня, положили. Врач сказал, что надежды нет.

Родину не предавала

Потом – госпиталь в Бресте, где усиленно кормили. Там пошла на поправку. Наши военные меня спасли. Посадили на поезд и отправили домой в Сиверскую. А там – тяжелобольная мама (вскоре она умерла), папа – инвалид I группы и детям – 7, 9 и 12 лет. Пошла в девятый класс, затем училась в техникуме в Ленинграде, стала мастером цеха, получила специальность «моделирование швейного отдела», позже выучилась на медсестру.

Пришло мирное время, а говорить вслух о том, что была в концлагере, было нельзя. Иначе запросто попала бы в советский лагерь. Начались всякие проверки. Вышла замуж за военного, прошедшего всю войну, но за 31 год службы его ни разу не отправили служить за границу: «виновато» мое прошлое, связанное с концлагерем.

Около 30 лет трудилась диетсестрой и медстатистом, была председателем народного контроля, успевала вести курсы кройки и шитья.

Я, как и многие, решила достать документ о том, что была узником концлагеря. В ответ: нужны два свидетеля либо справка о том, где именно я была. И когда ответственные товарищи сказали, что никаких документов обо мне нет, я предъявила ложку с клеймом.

Пришла перестройка. Об узниках заговорили открыто. Я, как и многие, решила достать документ о том, что была узником концлагеря. В ответ: нужны два свидетеля либо справка о том, где именно я была. И когда ответственные товарищи сказали, что никаких документов обо мне нет, я предъявила ложку с клеймом.

Представьте себе, тогда отыскались сведения обо мне через Красный Крест или как-то иначе. Прислали справку:

«…24 мая 1942 года была вывезена в Германию, где использовалась рабочей на заводе, содержалась в лагере с 31 мая 1942 г. по 3 апреля 1945 г. Освобождена и 18 сентября 1945 г. вернулась на Родину. В Управлении ФСБ РФ по СПб и Ленобласти сведений о совершении Рабко Е. А. (девичья фамилия) преступлений против Родины в годы ВОВ не имеется».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

…Столовая ложка

Из книги Разбитая жизнь, или Волшебный рог Оберона автора Катаев Валентин Петрович

…Столовая ложка Бабушка — папина мама, — по имени Павла Павловна, имела обыкновение в дни нашего рождения и в дни ангела дарить нам, Женьке и мне, столовую серебряную ложку. Старушка появлялась из-за своей ширмы, подходила к имениннику, целовала его в лоб сморщенными


Дорога ложка к обеду

Из книги Комбинат Эскулапа автора Смирнов Алексей Константинович

Дорога ложка к обеду Бывает, что Скорая Помощь приезжает не очень скоро. Я ее однажды четыре с половиной часа прождал. У меня давление взвилось, и я ткнулся лбищем прямо в ЖЖ.Вот и еще был случай нерасторопности.Есть такая станция, отуда выезжают якобы наркозы делать. Очень


Обратным счетом

Из книги Высоцкий автора Новиков Владимир Иванович

Обратным счетом В феврале 1980 года мама вышла на пенсию, чаще стала бывать на Малой Грузинской.– Привези мне в следующий раз фотографию мою, детскую, ту, что с кудрями. Ладно?– Зачем, Володя?– А так – поставлю и буду смотреть.Встретился взглядом с нежным длинноволосым,


ГЛАВА XIII. С ОБРАТНЫМ ЗНАКОМ

Из книги Категория трудности автора Шатаев Владимир Николаевич

ГЛАВА XIII. С ОБРАТНЫМ ЗНАКОМ Самолет поднялся над Тетонскими горами и понес нас на запад, к побережью Тихого океана, в столицу штата Вашингтон Сиэтл. Отсюда рукой подать до Такомы, в районе которой мы поднялись на одну из главных вершин Каскадных гор — Рейнир, высотой 4392


Ложка командира

Из книги Не Сволочи, или Дети-разведчики в тылу врага автора Гладков Теодор Кириллович

Ложка командира К удивлению разведчиков, в это утро их впервые накормили. Двое гитлеровцев, ворвавшихся в баню, словно летний вихрь, бросили на полку к Ване, как собаке, буханку хлеба из отрубей и еще из какой-то смеси, похожей на опилки. Около дверей с грохотом поставили на


СЕРЕБРЯНЫЙ ТРОФЕЙ — КАК ЛОЖКА МЕДА

Из книги Я — легионер, или Восемь лет в европейском футболе автора Шалимов Игорь

СЕРЕБРЯНЫЙ ТРОФЕЙ — КАК ЛОЖКА МЕДА Победу в Кубке УЕФА вполне можно назвать ложкой меда в той бочке дегтя, какой представляется для нас неудачный сезон 1993/94. Как же загадочна и иронична наша жизнь: единственный в своей заграничной карьере трофей (причем весьма почетный!) я


Глава XXIX Погрузка перед обратным рейсом

Из книги Два года на палубе автора Дана Ричард Генри

Глава XXIX Погрузка перед обратным рейсом Мы улеглись пораньше, зная, что нас поднимут ни свет ни заря. Так оно и вышло — еще не успели погаснуть звезды, как прозвучало знакомое «Все наверх!», и началась выгрузка балласта. Портовые правила запрещают сбрасывать что бы то ни


ЛОЖКА, КРЫСА И СПАСИБО

Из книги Вопреки абсурду. Как я покорял Россию, а она - меня автора Дальгрен Леннарт

ЛОЖКА, КРЫСА И СПАСИБО И вот зимой 1998 года команда менеджеров для работы в России была сформирована. Все ее члены были опытными сотрудниками ИКЕА. Каждый отвечал за свое направление, и от каждого зависело, как быстро мы выйдем на российский рынок.Моими главными


«Аэродинамическая ложка»

Из книги Путь в небо автора Анохин Сергей Николаевич

«Аэродинамическая ложка» Раннее летнее утро. На аэродром я иду не асфальтированной дорогой, обсаженной по краям стройными тополями, а тропинкой через лес. Мне хочется побыть одному, собраться с мыслями. Время ещё есть, и я присаживаюсь на пенёк, закуриваю. Следя, как


Глава 16 Серебряная ложка Варшава, апрель – июль 1942 г.

Из книги Храброе сердце Ирены Сендлер автора Майер Джек

Глава 16 Серебряная ложка Варшава, апрель – июль 1942 г. К весне 1942 года в Польше выходило больше 50 подпольных газет. Практически все политические, религиозные и этнические организации, невзирая на смертельную опасность, старались заявить людям о своей позиции. Беда


«Наш герб – рюмка, скелет оселедця, ложка і виделка»

Из книги Юрiй Луценко. Польовий командир автора Кокотюха Андрей Анатольевич

«Наш герб – рюмка, скелет оселедця, ложка і виделка» Один із улюблених жартів Юрія Луценка звучить так: «Я вчився у Львівському ордена Леніна політехнічному інституті імені Ленінського комсомолу на вулиці Степана Бандери».Студентом Львівської політехніки він став 1982


ГЛАВА 49 Странствующий монах ведет в горы — У отца Лонгина — Бесцеремонный сван — «Она не золотая, а алюминиевая»

Из книги В горах Кавказа. Записки современного пустынножителя автора

ГЛАВА 49 Странствующий монах ведет в горы — У отца Лонгина — Бесцеремонный сван — «Она не золотая, а алюминиевая» Лето шло, а брат-пчеловод все еще не мог решить, куда податься, в какую сторону ехать, чтобы вновь искать уединенное место для продолжения подвига.Однажды


В. Денисов Ложка дегтя[912] (Выставка изо-искусства за 1917–1927 гг.)

Из книги Павел Филонов: реальность и мифы автора Кетлинская Вера Казимировна

В. Денисов Ложка дегтя[912] (Выставка изо-искусства за 1917–1927 гг.) <…> Почему же так случилось, что юбилейная выставка изобразительного искусства Ленинграда напоминает третьесортный салон нашего «безвозвратного прошлого»?Если об устроенной Сорабисом пять лет назад


Ложка дегтя

Из книги Нефть. Люди, которые изменили мир автора Автор неизвестен

Ложка дегтя К середине 1950-х годов флот Онассиса насчитывал более 70 танкеров и крупных сухогрузов. Аристотель стал первым судовладельцем в мире, кто начал строить супертанкеры – нефтеналивные океанические суда водоизмещением больше 320 тысяч метрических тонн.


Ложка дёгтя в десерте

Из книги От Жванецкого до Задорнова автора Дубовский Марк

Ложка дёгтя в десерте Час Х пробил.Все проекты, к рождению которых причастен ваш автор, покинули Юрмалу.Вмешалась Политика. Уход российских шоу: КВН и «Новая волна», «Юрмала» и Comedy Club, о необходимости которого всё время говорили латышские националисты,