Глава 21. Покидаем Восточную Пруссию. Увольняюсь из армии

Глава 21. Покидаем Восточную Пруссию. Увольняюсь из армии

В Пиллау

Итак, война окончена, и я вместе с однополчанами, дошагавшими до победы, служим отечеству в мирное время. Постараюсь вспомнить, чем мы были заняты в эти первые три послевоенных месяца.

После оборудования казармы для трех полковых батарей с отдельным помещением для офицеров основным занятием артиллеристов, как, впрочем, и личного состава других подразделений полка, стало приведение в порядок «прилегающей» территории. Занимались мы этой работой с прохладцей, так как было известно: после выполнения текущего задания наш командир полка, Рубцов, немедленно расширит «радиус прилегания» на следующий день. Ведь главная цель этих работ — чтобы все были при деле.

Несколько дней подряд артиллеристам доставалась полезная работа — мы убирали хлеб километрах в двадцати от города. Здесь все работали, как говорится, в охотку.

Изо дня в день у нас проходили занятия по специальности — «изучали» давно знакомую матчасть (пару раз я даже был вынужден написать конспект занятия — на случай проверки). Было также проведено несколько политзанятий с информацией о международном положении.

С известной пользой были проведены две тренировки полка на железнодорожной станции. Отрабатывали погрузку матчасти, лошадей и личного состава в теплушки, товарные вагоны и на платформы. Эти занятия соответствовали моему настроению — скорее бы на родину!

В полку была организована офицерская столовая. Солдатам же по-прежнему готовили в подразделениях, но теперь нашу кухню трижды в день посещал кто-нибудь из санроты — «снимать пробу». Все это было для меня непривычным.

Новинкой стали так называемые «оккупационные марки», которые нам платили сверх обычных окладов. Эти деньги мы получали наличными ежемесячно, кажется, в размере двойного оклада в рублях. К сожалению, в Пиллау и его окрестностях на марки ничего не продавали. Разъяснялось, что позже, если сюда прибудет магазин Военторга, в нем можно будет отовариться. Другой возможностью извлечь прок из надбавки был обмен оккупационных марок на рубли вроде бы по курсу 2:1.

Чрезвычайной новостью поделился со мной в один из последних дней мая мой добрый приятель, командир огневого взвода батареи 45-мм пушек, узбек Талип Абидов. Накануне его вызвали в штаб дивизии, где ознакомили с секретным приказом о срочном откомандировании гвардии лейтенанта Абидова в Москву, в распоряжение Генштаба. Как рассказал Талип, в приказе значился еще один незнакомый ему офицер с узбекской фамилией, поэтому возникло вполне логичное предположение, что обоих отзывают на формирование узбекской национальной воинской части. Исходя из этого Талип был уверен, что побывает в родных краях. Сообщив мне все это под большим секретом, он с мольбой во взгляде попросил продать или дать ему на память мои карманные часы с черным циферблатом, которыми я не переставал хвастать (это был единственный стоящий «трофей», полученный 10 апреля в Кенигсберге от сдавшихся в плен немцев). Брать деньги от доброго приятеля я не стал и вручил ему часы как память обо мне. На прощанье мы крепко обнялись, казалось, что навсегда. (Надеясь разыскать несколько близких мне однополчан, я в 1965 году написал письма в военкоматы и исполкомы тех мест, где, как мне помнилось, жили до войны Камчатный, Карпушинский, Абидов и Каргабаев. Успех моих поисков составил 50%: двое последних соответственно в Узбекистане и Казахстане на учете не числились.)

Но все-таки моя встреча с Талипом состоялась. Это произошло в 1986 году, спустя 41 год после нашего прощания в Пиллау. Ему удалось связаться с советом ветеранов дивизии, который пригласил Абидова на очередную встречу однополчан. Мы встретились в городе Красноград на Харьковщине. Сначала были крепкие объятия и слезы на глазах, а затем многочасовые воспоминания и рассказы о жизненном пути и о семьях. Тапип и его жена Хури-опа вырастили шестерых детей, к тому времени у Абидовых было 22 внука. Я пригласил его с женой в гости, и следующей осенью они приехали в Киев. А в 1988 году Абидовы не менее радушно принимали меня с Верой в Ташкенте. Талип, хотя и оставался членом партии, за эти годы стал глубоко верующим мусульманином, строго выполнял все религиозные предписания.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Хроника боев за Восточную Пруссию и Кенигсберг 1944—1945

Из книги Так пал Кенигсберг автора Ляш Отто Фон

Хроника боев за Восточную Пруссию и Кенигсберг 1944—1945 Август 1944. Начатое русскими 21 нюня наступление было остановлено в первых числах августа у границ Восточной Пруссии.26-27 августа 1944. Ночной налет британской авиации на Кенигсберг причиняет сильные повреждения северной


Глава 16 Из Польши в Восточную Пруссию

Из книги Последний солдат Третьего рейха автора Сайер Ги

Глава 16 Из Польши в Восточную Пруссию «Фольксштурм». – ВторжениеТем сентябрьским утром мы оказались где-то в Южной Польше.Испытанное накануне мешало нам адекватно реагировать на происходящее. Мы смотрели на все застывшими глазами, будто нас накачали наркотиками.Перед


Поход в Восточную Европу

Из книги Тамерлан автора Ру Жан-Поль

Поход в Восточную Европу Поход по восточноевропейским просторам стал для Тимура несколько затянувшейся прогулкой, во время которой по его слову возводились пограничные столбы из человеческих останков и костей. Ровно четыре месяца, вплоть до 26 августа, он безостановочно


ВСТУПЛЕНИЕ В ПРУССИЮ И ТРЕВОГА Письмо 41-е

Из книги Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков автора Болотов Андрей Тимофеевич

ВСТУПЛЕНИЕ В ПРУССИЮ И ТРЕВОГА Письмо 41-е Любезный приятель! Пересказав вам в предследующих письмах всю историю нашего медленного и многотрудного похода чрез Польшу, приступлю теперь к описанию похода нашего Пруссиею, или самых наших военных подвигов. Расскажу вам,


ВТОРИЧНЫЙ НАШ ПОХОД В ПРУССИЮ Письмо 55-е

Из книги «Поход на Сталинград» автора Дёрр Ганс

ВТОРИЧНЫЙ НАШ ПОХОД В ПРУССИЮ Письмо 55-е Любезный приятель! Радость моя о прнезде моего слуги и нетерпеливое желанне видеть, что он привез с собою, была так велика, что я не дал почти времени порядочно выпрячь лошадей и прибрать, но велел скорее развязывать воз и носить к


II. Разгром 4-й румынской армии и отступление 4-й танковой армии на р. Маныч

Из книги На танке через ад [Немецкий танкист на Восточном фронте] автора Брюннер Михаэль

II. Разгром 4-й румынской армии и отступление 4-й танковой армии на р. Маныч С передачей 6-й танковой дивизии армейская группа Гота лишилась ядра своей ударной силы. Слабые и сильно выдвинутые вперед части 57-го танкового корпуса, фланги которого лишь для видимости


Курьер в восточную Пруссию

Из книги Белое движение и борьба Добровольческой армии автора Деникин Антон Иванович

Курьер в восточную Пруссию Остаться в Загане мне не удалось, так как поступил приказ о моем переводе в Цинтен в Восточную Пруссию, неподалеку от Кёнигсберга. «Зачем мне, южному баденцу, сидеть в Восточной Пруссии, как раз на противоположной стороне Германии?» — думал я


Снова в Восточную Пруссию

Из книги Богдан Хмельницкий автора Осипов К.

Снова в Восточную Пруссию Когда я возвратился после отпуска по семейным обстоятельствам в Цинтен, у меня сначала возникли серьезные проблемы с тем, чтобы снова устроиться курьером. Мне с большим трудом удалось сместить с этой должности того, кто меня подменял на ней на


Глава III. Внутренняя жизнь Добровольческой армии: традиции, вожди и воины. Генерал Романовский. Кубанские настроения. Материальное положение. Сложение армии

Из книги В страну ледяного молчания автора Муханов Леонид Филиппович

Глава III. Внутренняя жизнь Добровольческой армии: традиции, вожди и воины. Генерал Романовский. Кубанские настроения. Материальное положение. Сложение армии Тяжело было налаживать и внутренний быт войск. Принцип добровольчества, привлекая в армию элементы стойкие и


IV. НАСТУПЛЕНИЕ ПОЛЬСКОЙ ШЛЯХТЫ НА ВОСТОЧНУЮ УКРАИНУ

Из книги Унесенные за горизонт автора Кузнецова Раиса Харитоновна

IV. НАСТУПЛЕНИЕ ПОЛЬСКОЙ ШЛЯХТЫ НА ВОСТОЧНУЮ УКРАИНУ Уже в первой половине XVI века козачество стало одной из растущих сил на Украине. Тем не менее оно не получало еще никакого официального признания со стороны властей. В 1524 году король Сигизмунд I робко предлагал сейму:


ПОКИДАЕМ АРХАНГЕЛЬСК

Из книги В море погасли огни автора Капица Петр Иосифович

ПОКИДАЕМ АРХАНГЕЛЬСК Утро. 15 июля 1930 года. Тот же Архангельск. Порт, Красная пристань.Солнце заливает город. Над Северной Двиной легкое марево. Ледокол дрожит в струях теплого воздуха. Шныряют лодчонки. Мчатся куда-то, вспенивая воду, вечно-торопливые катера. На рейде


Увольняюсь!

Из книги Южное седло автора Нойс Уилфрид

Увольняюсь! Розы зацвели на моих щечках, как сказал однажды нарсудья Петров. Был он невысокого роста, с круглым лицом, на котором выделялись красные мясистые губы. Судье строго предписывалось не проявлять отношения к сторонам, но Петров не всегда мог сдержать эмоции.


Мы покидаем острова

Из книги Годы боевые: 1942 год [Записки начальника штаба дивизии] автора Рогов Константин Иванович

Мы покидаем острова 23 октября. Вчера гитлеровцы заняли последний остров Моондзундского архипелага. Гарнизоны Эзеля и Даго, оставшиеся в глубоком тылу после ухода нашего флота из Таллина, героически сражались почти два месяца.Из политдонесения я узнал, что ленинградский


Мы покидаем Сола-Кхумбу

Из книги Новая исповедь экономического убийцы автора Перкинс Джон М

Мы покидаем Сола-Кхумбу На следующий день мы шли вдоль реки, среди пурпурный орхидей, смешанных с дикими розами и чертополохом, среди лесов пихты и серебристой березы. Три наши шерпани, сидящие у тропы, угостили меня, когда я проходил мимо них, очень вкусным, рассыпчатым


Глава 4 Служба в штабе 24-й резервной армии. Старший помощник начальника оперативного отдела армии

Из книги автора

Глава 4 Служба в штабе 24-й резервной армии. Старший помощник начальника оперативного отдела армии 4.1 Расставание с 255-ой стрелковой дивизией Комдив вернулся из штаба фронта, где встречался к командующим фронтом генерал-лейтенантом Р. Малиновским, давним своим


Глава 25 Я увольняюсь

Из книги автора

Глава 25 Я увольняюсь Увольнение Бруно произвело в MAIN эффект разорвавшейся бомбы. Компания гудела от споров и слухов. Само собой разумеется, у Бруно были свои враги, но даже они пришли в смятение. Для многих сотрудников было ясно, что основной причиной увольнения была