United Metallurgical Petroleum Society

United Metallurgical Petroleum Society

Тогда он позвонил в «Юнайтед-металлурджикал-петролиум-сосайети» Роберту Шерману и объяснил ему всю ситуацию. Мистер Роберт Шерман, как я позже узнала, был одним из тех, кто стоял во главе этой почтенной организации.

В тот же день я поехала к мистеру Роберту Шерману на собеседование. Наш разговор был очень короткий, значит, профессор Келлог сообщил ему все до моего появления. Господин Шерман сам спустился со мной в роскошную библиотеку, представил меня целой группе специалистов, работавших при библиотеке. Здесь были специалисты из разных стран, которые изучали техническую литературу своей страны и составляли аннотации, интересующего здешних заказчиков.

Самая большая и важная была русскоязычная секция. Я занималась литературой, поступавшей из Академии наук СССР, и была поражена при нашей якобы сверхъестественной секретности, той откровенности, с какой описываются все наши эксперименты, даются подробные анализы: зачем, почему и для чего, как будто каждый пишущий ту или иную научную статью хотел показать свою грамотность и легко и просто выдавал все секреты.

Этого нет у иностранцев, они говорят и пишут много, но сути дела, самого существенного никогда не выдадут, иначе вылетят с работы в два счета. Например, кто работает на третьем этаже, не знает ничего о тех, кто работает на втором или на любом другом этаже и даже в соседней комнате.

Я помню, когда Кирилл, работая на предприятии, спросил у рабочего, что это за деталь, которую он делает, тот, удивленно посмотрев на него, ответил: 15 лет я здесь работаю и никогда не думал об этом, мне говорят: сделай, и я делаю.

Еще один пример. Когда был запущен советский спутник, в Америке поднялась тревога: ведь нам потребуется не меньше десяти лет, чтобы догнать советских. В школах, университетах начали пересматривать все учебные программы и пришли к заключению, что здесь в школах очень мало внимания уделяется математике и, вообще, серьезным предметам. Во всех колледжах и институтах начали преподавать русский язык — паника была нешуточная. Но когда мне попали в руки материалы издания Академии наук, я сразу сказала: через год здесь запустят спутник. Там было все как на ладони изложено, а здесь в неограниченном количестве были деньги.

А главное, ведь здесь было все: все материалы немецкого ФАУ-2 и сам доктор БРАУН со всей своей свитой. И поэтому все искренне удивлялись, как это американцы при наличии всего этого упустили возможность стать первыми, и даже ставшее им ненавистным слово «спутник» быстро назвали «сателайт», и полет на Луну первыми был компенсацией за этот промах.