Рейхсмаршал меняет кожу

Рейхсмаршал меняет кожу

Ганс Франк однажды восхитился:

– Черт возьми, мне нравится, как ведет себя Геринг. Если бы он всегда был таким. Я сказал ему сегодня в шутку: жаль, Герман, что тебя не посадили на годок в тюрьму несколько лет тому назад…

Эти слова были произнесены 16 марта 1946 года, как раз в тот день, когда Геринг перед лицом Международного трибунала давал ответы на вопросы своего адвоката. Подсудимых радовало, что он называет себя вторым человеком в империи и тем самым как бы выражает готовность лично нести большую часть ответственности за содеянные нацистами преступления.

– Кто такой этот Фриче? Я такого вообще не знал, – сказал как-то Геринг, взглянув на левый фланг скамьи подсудимых. – А зачем здесь этот маленький Функ? Какое он имеет отношение к вопросам экономической подготовки к войне?..

Даже во время предъявления Функу материалов обвинения, когда возник какой-то незначительный вопрос по валютным ограничениям, Герман Геринг написал записку адвокату бывшего министра экономики: «За это я отвечаю. Так и можете заявить».

Но все это было только игрой, дешевым позерством, к которому всегда склонялся Герман Геринг. Он почти признавал свою вину, когда речь шла о незначительных обвинениях. Однако у него хватило «благоразумия» уступить пальму первенства другим, когда дело касалось преступлений, ужаснувших все человечество.

Геринг хорошо понимал: можно кое-что признать в отношении аншлюса Австрии, можно поспорить, кто раньше хотел напасть на Норвегию – Германия или Англия, можно попытаться пустить пыль в глаза по поводу своих усилий спасти мир в 1939 году при помощи Биргера Далеруса, но ни в коем случае нельзя брать на себя ответственность за Освенцим и Майданек, за убийства военнопленных, расстрелы заложников, чудовищное ограбление живых и мертвых на оккупированных территориях!

Если графически изобразить линию поведения Геринга, когда его допрашивали, то получились бы сплошные курбеты, невероятные зигзаги и петли, словом, все напоминало бы повадки хищного зверя, пытающегося уйти от преследователей.

Еще не потеряв самообладания, Геринг стремится дать «теоретическое» обоснование гитлеровским злодеяниям. Он заявляет на процессе:

– Впервые я бегло ознакомился с Гаагской конвенцией непосредственно перед конфликтом с Польшей и очень сожалел, что не изучил ее гораздо раньше. Тогда бы я сказал фюреру, что в соответствии с этой конвенцией ни при каких обстоятельствах нельзя вести современной войны, что вследствие усовершенствования техники ведения войны мы, безусловно, вступим в конфликт с правилами, установленными в тысяча девятьсот шестом или тысяча девятьсот седьмом годах…

Мысль несложная – военная техника настолько прогрессировала, что теперь уже нельзя избежать напрасных потерь гражданского населения. Но обвинители резонно задают вопрос: в какую зависимость от прогресса военной техники можно поставить массовые расстрелы военнопленных, больных и раненых? Защита тотчас же пытается внести «корректив» в объяснения Геринга, и моментально возникает новая схема: гитлеровская армия начинала войну по-рыцарски и, только встретившись с жестокостями противника, вынуждена была прибегнуть к ответной мере. Однако, как на грех, обвинители располагают доказательствами, что основные человеконенавистнические приказы появились на свет задолго до начала войны. Какие уж там «ответные меры», если Гитлер и его сатрапы требовали преступных действий от солдат и офицеров вермахта до того, как грянул первый выстрел!

Геринг начинает понимать, что все его «схемы» летят к черту. Р. А. Руденко один за другим предъявляет Герингу убийственные документы, и тот, забыв о браваде («Я один за все отвечаю!»), уже открещивается от каждого из них поочередно.

– Если бы мне докладывали каждый приказ и каждую директиву… я бы потонул в этом море бумаг, – беспомощно лепечет обанкротившийся позер. – Мне докладывали только по самым важным вопросам.

В числе этих «самых важных вопросов» не оказалось, конечно, ни приказа о массовых расстрелах советских военнопленных, ни приказа о поголовном уничтожении комиссаров Красной Армии, ни приказа о разрушении Ленинграда. О таких изуверствах Геринг ничего не знал!

Руденко замечает по поводу этой новой тактики Геринга, столь расходящейся с его бравадой:

– Вам докладывали только «важные вещи». А об уничтожении городов, убийстве миллионов людей вам не докладывали, все это проходило по так называемым «служебным инстанциям».

С этими словами обвинитель от СССР начинает предъявлять подлинные документы, устанавливающие не только бесспорную осведомленность, но и руководящую роль Геринга в подготовке преступных приказов германского командования.

Напоминая Герингу о миллионах замученных людей, обвинитель спрашивает:

– Неужели вы не читали сводок иностранной прессы, не слушали иностранного радио, сообщавших об этих преступлениях?

И Геринг под смех всего зала отвечает, что хотя он и имел право на это, но в действительности в течение всей войны не читал иностранной прессы: «не хотел слушать этой пропаганды».

– Только в последние четыре дня войны я впервые стал слушать иностранные радиопередачи, – уточняет он.

Ответ достойный патологического лжеца, каким в течение всей своей жизни и был Геринг!

На судейский стол ложится печально знаменитый «Протокол Ванзее».

20 января 1942 года в Берлине, на Тросс-Ванзее, №56–58, состоялось совещание, в котором участвовали представители различных ведомств гитлеровской Германии и где были разработаны меры по «окончательному разрешению» еврейского вопроса. Геринга на этом совещании представлял статс-секретарь Нейман. В «Протоколе» недвусмысленно записано, что «рейхсмаршал назначил Гейдриха уполномоченным по подготовке окончательного решения еврейского вопроса в Европе».

Нет, не удастся Герингу доказать, что он ничего не знал о миллионах казненных людей: расстрелянных, повешенных, заживо сожженных, затравленных собаками, забитых сапогами, задушенных газом. Как пепел Клааса, стучат в сердце человечества худенькие кулачки пяти-, шестилетних детей, которых гнали в газовые камеры и которые, пытаясь спастись, показывали на эти свои жалкие кулачки, шелестя бескровными губами:

– Мы еще сильные, мы можем работать… Смотрите, мы еще можем работать!..

То же самое твердили и беспомощные старики и женщины, которых перед казнью подвергали бессовестному ограблению: отнимали часы и кольца, выламывали золотые зубы и коронки. Все это надо было где-то хранить, как-то реализовать. И СС заключило соглашение с Рейхсбанком, который принимал на себя все дальнейшие заботы о награбленных ценностях.

Так рейхсбанк стал соучастником чудовищного преступления. Геринг внимательно и даже с каким-то наигранным состраданием наблюдал, как извивается «маленький Функ» под давлением бесспорных документов, уличающих его, президента имперского банка, в беспримерной сделке с эсэсовцами. Но лицо Геринга одновременно выражало и глубокое возмущение. Подумать только, до чего дошли эти «шакалы Гиммлера»! Оказывается, в Рейхсбанке был даже открыт специальный кодированный «счет Мельмера», на который поступали сотни килограммов золотых зубов, коронок и часов.

Однако выразительная мимическая игра Геринга терпит крах. Обвинитель неожиданно предъявляет документ, неоспоримо устанавливающий, что в эсэсовско-банковской комбинации именно ему, Герингу, принадлежала роль главного мародера. Это меморандум от 31 марта 1944 года под несколько туманным заглавием «Использование драгоценностей и подобных вещей, добытых официальными учреждениями в пользу империи». В меморандуме черным по белому записано:

«Рейхсмаршал великой Германской империи, уполномоченный по четырехлетнему плану, сообщил Рейхсбанку в письме от 19 марта 1944 года… что значительное количество золота, серебряных предметов, драгоценностей и т.д., находящихся в главном управлении по опеке над Востоком, должно быть доставлено в рейхсбанк согласно приказу, данному имперским министром Функом и графом Шверин фон Крозигом».

Тут же упоминается и «счет Мельмера».

Теперь уже не сострадание к Функу, а дикая ярость пойманного зверя светится в бегающих глазах Геринга. Он готов уничтожить этого «маленького Функа», которого совсем еще недавно намеревался защищать.

Геринг окончательно сбрасывает с себя маску. Куда делась вся его похвальба, вся эта актерская игра в «благодетеля» других подсудимых. Еще не подозревая о неожиданной эволюции во взглядах рейхсмаршала, Розенберг просит его сказать что-нибудь о конфискациях на восточных оккупированных территориях, сказать так, чтобы облегчить участь его, Розенберга. Геринг буквально сцепился с ним.

– Я сказал, что ему придется сделать это самому. Мне приходится думать о себе в такие времена, – коротко заметил он Джильберту.

«Конфискации на Востоке!» Уж какие там «конфискации». Не кто иной, как Герман Геринг, разработал целую систему организованного грабежа оккупированных территорий.

К трибуне подходит другой советский обвинитель, Лев Романович Шейнин. Этот невысокий плечистый шатен с темными, живыми глазами успешно продолжает работу, начатую Р. А. Руденко. Огромный изыскательский труд, помноженный на многолетний опыт следователя и талант литератора, позволяют ему несколькими уверенными мазками окончательно дорисовать подлинный портрет «рейхсмаршала великой Германской империи».

В сентябре 1945 года в городе Иене, в Тюрингии, советскими военными властями был найден весьма любопытный документ. Содержание его настолько разительно, что одного этого документа достаточно было бы, чтобы Герман Геринг обрел себе место в истории как беспримерный хищник.

6 августа 1942 года в 4 часа дня в зале министерства авиации он проводил совещание рейхскомиссаров оккупированных стран и областей. В произнесенной там речи Геринг с восторгом констатировал:

– В настоящее время Германия владеет от Атлантики до Волги и Кавказа самыми плодородными землями, какие только имелись в Европе. Страна за страной, одна богаче и плодороднее другой, завоеваны нашими войсками.

И, как будто усомнившись, достаточно ли гитлеровские наместники уразумели свои задачи, Геринг восклицает, обращаясь к ним:

– Боже мой! Вы посланы туда не для того, чтобы работать на благосостояние вверенных вам народов, а для того, чтобы выкачать все возможное… Этого я ожидаю от вас.

Участники совещания недоумевают: их ли надо учить, как грабить. А рейхсмаршал тем временем переходит уже от поучений к угрозам:

– Мы будем вынуждены встретиться с вами в другом месте…

В характере этого «другого места» никто не сомневался.

– Вы должны быть как легавые собаки! – уже кричит Геринг. – Там, где имеется еще кое-что, в чем может нуждаться немецкий народ, все должно быть молниеносно извлечено из складов и доставлено сюда… Я намереваюсь грабить, и именно эффективно!..

Слушая, как Шейнин цитирует эту его речь, Геринг сидел, будто придавленный тяжелым грузом. Никакой экспансии, никаких наигранных возмущений. Прорывало его лишь в тех случаях, когда советский обвинитель преднамеренно опускал в цитатах слово «рейхсмаршал» и заменял его фамилией подсудимого. Геринг буквально багровел от злости и с места шипел:

– Рейхсмаршал!.. Рейхсмаршал!..

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Тюрьма меняет, или это возраст…

Из книги Тюрьма и воля автора Ходорковский Михаил

Тюрьма меняет, или это возраст… Что касается собственных ощущений… Тюрьма способствует и «самокопанию», и более глубокому анализу внешней действительности. Темп жизни замедляется. Очень любопытный парадокс: каждый день тянется медленно, а недели, месяцы и годы


Актриса, «сдиравшая с себя кожу»

Из книги Роли, которые принесли несчастья своим создателям. Совпадения, предсказания, мистика?! автора Казаков Алексей Викторович

Актриса, «сдиравшая с себя кожу» Жизнь французской и австро-немецкой актрисы Роми Шнайдер начала рушиться во время и после исполнения главной роли в фильме «Прямой репортаж о смерти»Имя Розмари-Магдалена Альбах-Ретти сегодня мало кому что-то скажет. Но имя актрисы Роми


Глава 6 Гудериан меняет тактику

Из книги Остановить Гудериана. 50-я армия в сражениях за Тулу и Калугу. 1941-1942 автора Михеенков Сергей Егорович

Глава 6 Гудериан меняет тактику «Наступление на Москву провалилось…»2-я танковая армия наступает на Каширском направлении. Ставка бросает резервную дивизию полковника Мартиросяна. Дивизия окружена. Фон Бок: «Русские стали наступать…» Гудериан: «Причиной прорыва


Сегодняшний день ничего не меняет

Из книги Как по лезвию автора Башлачев Александр Николаевич

Сегодняшний день ничего не меняет Сегодняшний день ничего не меняет.Мы быстро лысеем. Медленно пьем.Сегодня на улице жутко воняет.Откуда-то здорово тащит гнильем.Мы снимем штаны, но останемся в шляпах.Выключим свет, но раздуем огонь.На улице — резкий удушливый


«Пусть цвет меняет сей хамелеон…»

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич

«Пусть цвет меняет сей хамелеон…» Пусть цвет меняет сей хамелеон, Пусть то ползет, то скачет он галопом, Холоп вчера, холоп сегодня он И завтра будет он холопом. 1956 г. 26 июля.


Лукашенко меняет курс

Из книги Лукашенко. Политическая биография автора Федута Александр Иосифович

Лукашенко меняет курс Третья предвыборная кампания Лукашенко началась буквально сразу же по окончании второй, в 2001 году. Не замечать этого могли только поп-звезды и прочие «гастролеры», приезжающие в Беларусь, чтобы заработать свои «бабки», полюбоваться чистотой улиц и


Рим меняет ориентацию

Из книги Карл Великий автора Левандовский Анатолий Петрович

Рим меняет ориентацию Институт папства как главный центр управления западной христианской церкви складывался и укреплялся по мере разложения и распада породившей его Римской империи. Возник же он почти незаметно. Поначалу епископ города Рима был всего лишь одним из


ПОДВОДНАЯ ВОЙНА МЕНЯЕТ ЛИЦО

Из книги Стальные гробы рейха [HL] автора Курушин Михаил Юрьевич

ПОДВОДНАЯ ВОЙНА МЕНЯЕТ ЛИЦО Поначалу считалось, что погрузившаяся подводная лодка находится в полной безопасности. Но в конце Первой мировой войны появились глубинные бомбы, а также шумопеленгаторы, определявшие направление на субмарину. Самую серьезную опасность


Екатерина меняет тактику

Из книги Екатерина Медичи автора Балакин Василий Дмитриевич

Екатерина меняет тактику «Подлая затея» гугенотов вынудила королеву-мать коренным образом изменить свое отношение к ним. Прежде всего она опасалась силовых действий со стороны Филиппа II в ответ на помощь, оказываемую французскими кальвинистами восставшим Нидерландам.


"ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ МЕНЯЕТ ПРОФЕССИЮ"

Из книги Иван Васильевич меняет профессию автора Раззаков Федор

"ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ МЕНЯЕТ ПРОФЕССИЮ" Как мы помним, еще в конце 60-х, сразу после завершения работы над "Кавказской пленницей", Гайдай собирался перенести на экран прозу Михаила Булгакова — его пьесу «Бег». По ряду причин эта затея не удалась, и «Бег» экранизировали другие.


"ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ МЕНЯЕТ ПРОФЕССИЮ"

Из книги Досье на звезд: правда, домыслы, сенсации. Наши любимые фильмы автора Раззаков Федор

"ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ МЕНЯЕТ ПРОФЕССИЮ" Авторы сценария — Владлен Бахнов, Леонид Гайдайрежиссер-постановщик — Леонид Гайдайоператоры-постановщики — Сергей Полуянов, Виталий Абрамовхудожник-постановщик — Евгений Куманьковкомпозитор — Александр Зацепинзвукооператор — Р.


«Иван Васильевич меняет профессию»

Из книги Георгий Юматов автора Тендора Наталья Ярославовна

«Иван Васильевич меняет профессию» Булгаков манил Гайдая давно. Еще со времен «Кавказской пленницы». Тогда он мечтал экранизировать «Бег», не удалось. Кстати, ради возможности снять «ненаучно-фантастический, не совсем реалистический и не строго исторический фильм»


Пыль въедалась в кожу Брагина Агафья Петровна

Из книги Дети войны. Народная книга памяти автора Коллектив авторов

Пыль въедалась в кожу Брагина Агафья Петровна Меня угнали на работу в Германию в 1942 году. Освободили нас американцы в апреле 1945-го, а добираться на родину пришлось долгих пять месяцев.Вскоре после начала войны немцы появились и в Крыму, в нашей деревне. В сентябре 1942 года в


Рейхсмаршал меняет кожу

Из книги Нюрнбергский эпилог автора Полторак Аркадий Иосифович

Рейхсмаршал меняет кожу Ганс Франк однажды восхитился: — Черт возьми, мне нравится, как ведет себя Геринг. Если бы он всегда был таким. Я сказал ему сегодня в шутку: жаль, Герман, что тебя не посадили на годок в тюрьму несколько лет тому назад... Эти слова были произнесены 16