Линия мраморных гробов

Линия мраморных гробов

За несколько месяцев, предшествовавших началу процесса в Нюрнберге, каждый подсудимый, несомненно, сумел подготовить свою позицию, разработать свою линию поведения в связи с обвинениями, характер которых вряд ли был большой тайной для кого-либо из них.

Разработал такую линию и Герман Геринг. Даже не одну, а две линии.

Первая предназначалась для себя. Внешне скрытый смысл ее заключался в том, чтобы использовать любую возможность избавиться от наиболее тяжких обвинений.

Вторая – для публики. Суть этой линии со всем лаконизмом выразил адвокат Геринга: «Рейхсмаршал защищает не свою голову, а свое лицо». Подсудимый №1 стремился создать впечатление, что он примирился со смертью – единственным наказанием, которое трибунал изберет для него.

– Этот смертный приговор для меня ничего не значит, – уверял Геринг доктора Джильберта, – для меня гораздо важнее моя репутация в истории.

Конечно, все это было не больше чем бравадой. Мы еще не раз увидим, как Геринг пускался во все тяжкие, лишь бы как-то продлить свою жизнь. Однако он старательно разыгрывал роль обреченного и убеждал других подсудимых, что их тоже ждет неминуемая смерть. А коль скоро спасения нет, остается лишь вести себя так, чтобы потомство по-настоящему оценило стойкость и мужество бывших руководителей великой Германии.

Вот Геринг гуляет с Франком в тюремном дворе и всячески убеждает его примириться с тем, что жизнь кончена, и надо лишь с достоинством умереть смертью мученика. Как завзятый проповедник, Геринг обещает Франку загробную славу:

– Немецкий народ подымется, Ганс. Пусть это будет даже через пятьдесят лет, но он признает нас героями и перенесет наши полуистлевшие кости в мраморных гробах в национальный храм.

Франк, однако, не очень верил в такую перспективу. Он заметил Герингу, что через пятьдесят лет не только костей, но и вообще никаких следов от их пребывания на земле не останется. Так что гробы мраморные не понадобятся.

В ответ Геринг цинично сослался на легенду об Иисусе Христе. Его распяли на одном кресте, а потом появились миллионы крестов. И каждому люди поклоняются, каждый целуют. Целуют так, как будто именно на нем испустил свой последний вздох Христос.

– Вот так будет и с нашими костями, – упрямо твердил Геринг. – Найдут чьи-нибудь кости, выдадут за наши, поместят в мраморные гробы, и потекут миллионы паломников, чтобы приложиться к мощам великомучеников…

Такого же рода беседы Геринг вел время от времени и с некоторыми другими подсудимыми. Главным образом с теми, кто, по его мнению, обнаруживал тенденцию к «чистосердечному раскаянию».

Избрав малопривлекательную роль «фюрера» скамьи подсудимых, Геринг постоянно оказывал давление на своих соседей, требовал, чтобы они ни в чем не признавались. И конечно, руководствовался при этом не только стремлением саботировать процесс. Гораздо больше его волновало другое. Геринг хорошо знал своих коллег по правительству и заранее предвидел, что если они начнут «признаваться», то уж непременно будут сваливать на него наиболее тяжкие обвинения.

Как бы подсознательно тут действовала и другая пружина. Тщеславному и дешевому позеру Герингу, сознававшему, что за процессом следит вся мировая печать, хотелось во что бы то ни стало произвести впечатление, будто он, несмотря ни на что, сохранил «веру в идею», именно на нем лежит главная ответственность за поведение других подсудимых. Геринг напоминал иногда дрессировщика с хлыстом внутри железного вольера, время от времени загоняющего зверя на тумбу.

Уже в первый день допроса он похвалялся перед Джильбертом:

– Не забывайте, что против меня здесь выступают самые лучшие юридические силы Англии, Америки, России, Франции со всем их юридическим аппаратом…

И конечно же, Геринг не мог скрыть своего удовлетворения, когда трибунал вынес решение, что по всем вопросам истории и программы нацистской партии показания может давать только он: представлялся случай еще раз дать понять другим подсудимым, что ему здесь отводится первая роль. После этого хлыст дрессировщика заработал с еще большей бесцеремонностью.

Вот Шпеер неожиданно сообщил суду о своих приготовлениях к покушению на Гитлера. Во время перерыва Геринг набрасывается на него с упреком:

– Вы не сообщили мне, что собираетесь говорить об этом.

А Шпеер и не думал согласовывать методы спасения своей шкуры с Герингом. Вечером он сказал с видимым возмущением:

– Геринг думал, что… может устроить спектакль и заставить нас вытянуться в струнку, аплодировать ему, кричать «браво»…

Не уберегся от хлыста дрессировщика и Кейтель. На допросе по поводу казни пятидесяти пленных английских летчиков он вынужден был под давлением неопровержимых доказательств признать этот факт. Но стоило только бывшему фельдмаршалу вернуться после этого на скамью подсудимых, как бывший рейхсмаршал стал строго выговаривать ему:

– Зачем без нужды признавать себя виновным?

Геринг упивался славой в годы нахождения у власти. Эта страсть не оставила его и на скамье подсудимых. Гипертрофированное самомнение не давало ему покоя ни днем ни ночью и часто оборачивалось самой смешной своей стороной.

Когда Джексон произносил обвинительную речь, все заметили, что Герман Геринг очень усердно ведет какие-то записи. Потом доктор Джильберт рассказал мне, что бывший рейхсмаршал скрупулезно подсчитывал, сколько раз назывались в этой речи имена каждого из подсудимых, и, к своему великому удовлетворению, установил, что его имя было упомянуто сорок два раза, то есть значительно больше всех других.

Джильберт заметил Герингу, что если бы на скамье подсудимых сидел и Гиммлер, то он, видимо, еще больше популяризировал бы имя рейхсмаршала. Геринг сразу почувствовал подвох в этом замечании и поспешил объявить доктору, что отношения между ним и Гиммлером характеризовались политическим соперничеством:

– Я всегда считал, что первые сорок восемь часов после смерти Гитлера были бы для меня самыми опасными, потому что Гиммлер непременно попытался бы убрать меня с дороги. Придумал бы «несчастный случай в автомашине», или «сердечный приступ из-за смерти дорогого фюрера», или что-нибудь еще в этом роде… Но здесь, на скамье подсудимых, – с улыбкой продолжал Геринг, – он был бы, пожалуй, рад уступить мне первое место.

Что и говорить, Герман Геринг хорошо знал Генриха Гиммлера, хорошо понимал, что рейхсфюрер СС всегда счел бы для себя праздником тот день, когда можно будет принести венок на похороны рейхсмаршала. Впрочем, Геринг и сам мог дать Гиммлеру сто очков вперед по части «автомобильных катастроф» или «сердечных приступов», когда дело касалось его политических соперников.

Еще на заре нацистского режима, в августе 1933 года, Герман Геринг вызвал к себе виднейшего криминалиста прусской полиции Небе и дал ему задание «организовать» автомобильную катастрофу для Грегора Штрассера. Потом он великодушно уступил и согласился, если потребуется, заменить автомобильную катастрофу «несчастным случаем на охоте».

Так что трудно сказать, кто у кого научился: Геринг у Гиммлера или Гиммлер у Геринга.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Не линия и не рисунок

Из книги Колымские тетради автора Шаламов Варлам

Не линия и не рисунок Не линия и не рисунок, А только цвет Расскажет про лиловый сумрак, Вечерний свет. И вот художника картины Со стен квартир Звучали как пароль единый На целый мир. И слепок каменной химеры Дрожал в руке, Чтоб утвердился камень веры В моей


Линия «Икс»

Из книги Операция «Турнир». Записки чернорабочего разведки автора Максимов Анатолий Борисович

Линия «Икс» В первых числах сентября я поднялся на восьмой этаж штаб-квартиры внешней разведки КГБ на Дзержинской площади в качестве постоянного сотрудника отдела, известного как научно-техническая разведка — НТР.В шестидесятые годы здание занимали несколько


Линия Мажино

Из книги Выжить и вернуться. Одиссея советского военнопленного. 1941-1945 автора Вахромеев Валерий Николаевич

Линия Мажино Жаркий день на севере Франции клонится к вечеру. Долгая дорога и жара утомили нас. День наш начался очень рано, с восходом солнца. Хочется присесть где-нибудь в тени, а еще лучше — ополоснуться прохладной водой. А вокруг только пологие горы, покрытые редкой


Линия жизни

Из книги Четыре друга на фоне столетия автора Прохорова Вера Ивановна

Линия жизни


Линия жизни

Из книги Четыре друга на фоне столетия автора Прохорова Вера Ивановна

Линия жизни Святослав Рихтер Родился 20 марта 1915 года в городе Житомир в семье композитора и органиста Теофила Рихтера и портнихи Анны Москалевой.В 7 лет начал учиться музыке.В 1934 году на сцене Одесского дома инженеров состоялся первый сольный концерт


Линия жизни

Из книги Четыре друга на фоне столетия автора Прохорова Вера Ивановна

Линия жизни


Линия жизни

Из книги Четыре друга на фоне столетия автора Прохорова Вера Ивановна

Линия жизни


Линия

Из книги Сент-Экзюпери автора Мижо Марсель


Детство среди мраморных блоков

Из книги Микеланджело автора Брион Марсель

Детство среди мраморных блоков 6 марта 1475 года в доме мессера Лодовико Буонарроти, подесты Капрезе и Кьюзи, родился мальчик. Было два часа утра. Если бы в этот момент какой-нибудь астролог удосужился взглянуть на небо, он увидел бы восхождение Меркурия и Венеры. А то, что


Колыбель между двух гробов

Из книги Екатерина Медичи автора Балакин Василий Дмитриевич

Колыбель между двух гробов В апреле 1518 года король Франции Франциск I отправился со всем своим двором в замок Амбуаз, дабы отпраздновать там два важнейших события: крещение своего первенца, дофина Франсуа, и свадьбу Мадлен де ла Тур д’Овернь, принцессы из дома Бурбонов, с


Голубая линия

Из книги Я — «Берёза», как слышите меня?.. автора Тимофеева-Егорова Анна Александровна

Голубая линия В конце мая 1943 года командир полка Козин построил весь летный состав на аэродроме и взволнованно сказал:— Товарищи летчики! Кто готов выполнить особое задание командования Северо-Кавказского фронта, прошу выйти из строя.Все летчики, как один, шагнули


«Красная линия»

Из книги Нефть. Люди, которые изменили мир автора Автор неизвестен

«Красная линия» В 1928 году был заключен договор, вошедший в историю под названием «Красная линия». Этот документ определил, какие компании могут инвестировать в Турецкую нефтяную компанию – иными словами, получать миллиардные барыши от добычи иракской нефти. Соглашение


ЛИНИЯ ОТСТУПЛЕНИЯ

Из книги Фритьоф Нансен автора Кублицкий Георгий Иванович

ЛИНИЯ ОТСТУПЛЕНИЯ Штурман с «Бельгики» Как славно дома, под родными соснами! Довольно гостиниц, парадных заседаний и званых обедов. За работу!Фритьоф сказал Еве, что теперь станет отшельником. На год, на два, на три — на сколько нужно, чтобы написать научный отчет об


Черная линия

Из книги Рассказы автора Листенгартен Владимир Абрамович

Черная линия (говорят, что быль)Когда я в течение двух недель был в Израиле, эта страна мне очень понравилась. Особенно большое впечатление произвели пальмовые посадки в пустыне, капельное орошение — к каждому дереву, к каждому кусту тянется трубочка, из которой капает


Кавказская линия

Из книги Солдат Империи автора Арефьев Борис Васильевич

Кавказская линия Никогда не презирайте… неприятеля. Преследуйте денно и нощно, пока истреблен не будет… Недорубленный лес снова вырастает. А. Суворов Первое… искусство есть в том, чтоб у сопротивных отнимать субсистенцию. Нет… денег, из чего возмутители будут


Линия мраморных гробов

Из книги Нюрнбергский эпилог автора Полторак Аркадий Иосифович

Линия мраморных гробов За несколько месяцев, предшествовавших началу процесса в Нюрнберге, каждый подсудимый, несомненно, сумел подготовить свою позицию, разработать свою линию поведения в связи с обвинениями, характер которых вряд ли был большой тайной для кого-либо из