Рассказ о незнаменитой актрисе

Рассказ о незнаменитой актрисе

У нее не было семьи, но одинокой себя она не чувствовала. Общительная и любознательная. Часто бывала у близких – то у сестры, то у племянниц, то у подруг. В том числе у нас. Шутка ли! Проработала с моей женой вместе не одно десятилетие. Она приходила, и становилось солнечнее. Щебетала, щебетала… Честно признаюсь, частенько под этот щебет я засыпал. И она не сердилась.

– Я вижу, ты устал. Ложись, буду тебе рассказывать, быстро уснешь, – совершенно искренне говаривала она.

Придет, переговорит со всеми – с Надей, главной ее подружкой, с нашими детьми, с бабушкой, с Ксенией Петровной, помощницей по суетному нашему дому, и, конечно же, с крохотной моей внучкой. И всем с ней интересно. Особенно заливисто хохотала на любую выходку внучки. Детей любила. И о своих внуках, пусть не родных, рассказывала без умолку. В свои семьдесят пять (сколько ей лет, мы узнали только в дни ее похорон) она еще делала большой батман и очень этим гордилась.

– Витя, – говорила она мне, – смотри, я еще как могу! – И вытянутая ее ножка взлетала выше головы.

– Сколько же тебе лет, Зинаида?

– Сколько есть, все мои, – бойко парировала она. – Да, забыла! Я тебе принесла карамель. Изумительная! Попробуй. – Она раскрывала свою сумочку и высыпала на стол карамельки.

Я клал в рот конфетку и, не успев ее раскусить, слышал:

– Правда вкусно, правда?

И карамелька действительно всегда бывала отменной.

Она была актриса, и театр был главным смыслом ее жизни. Принадлежала к той категории людей этого племени, которые влюблены в свою профессию страстно и, можно сказать, бескорыстно. К ней подходило знаменитое требование Станиславского – любить искусство больше, чем себя в искусстве. Переживала неудачи театра глубоко, будто свои собственные, ликовала при успехах и старых, и молодых, хотя личная ее творческая жизнь была скромной. И что поразительно – была счастлива своей судьбой. (К сожалению, последнее время я замечаю, что многие не любят свою судьбу, а завистливо поглядывают на чужую и кипят весьма крутым кипятком.) В маленькие роли, которые ей доставались, она вкладывала всю свою неуемную энергию. Увы, увы – такое в театре становится почти редкостью. Как много недовольных, жаждущих немедленного успеха, готовых вырвать его из чужих рук. Будто и не существует теперь такого звания – актер на эпизодические роли. А ведь бывали и даже получали за исполнение своих небольших, но блестяще сыгранных ролей высокие звания и награды. Желание поймать заветную Синюю птицу – бесспорно, естественное желание, но ловить ее нужно чистыми руками. И если почему-то она не дается в руки, неужели надо жить только в нервном напряжении, в зависти, в негодовании? А жизнь идет!

Именно этими качествами – умением быть счастливой и приветливой при скромном творческом и материальном положении – любовался я в Зиночке.

Мы были знакомы и дружили более сорока лет. Иногда спорили горячо. Ее влюбленность в жизнь переносилась на все ее сферы. Наш социалистический строй всегда казался ей совершенным, даже тогда, когда делались серьезные ошибки. Тут-то и возникали наши жаркие споры. Мои холодные доводы разбивались о стену ее веры.

…Шли годы. От ролей бойких девушек, таких, например, как Тамара в пьесе Л. Малюгина «Старые друзья», сыгранная ею отменно, Зиночка переходила на взрослые роли… потом, увы, на роли бабушек, чаще во втором составе. И, конечно же, ей всегда казалось, что она играет не хуже, чем первая исполнительница, а возможно, и лучше.

– Режиссер подошел ко мне, поблагодарил и сказал, что я ничуть не хуже основной исполнительницы, – говорила она с искренней радостью и гордостью.

Я думаю, режиссерам и стоит так поступать: нетрудно подарить человеку радость и прибавить сил.

Рубеж пенсионного возраста был пройден давно, но о нем не упоминалось даже вскользь. И действительно, живость, бойкость, подвижность, темперамент были совершенно допенсионные. Но… ах, это окаянное вращение Земли вокруг собственной оси и Солнца! Не помню уж, в какой день Зиночка, стараясь казаться нисколько не взволнованной, произнесла:

– У нас в театре ходят какие-то глупые слухи, будто нужно набрать молодых, штатных мест нет и кого-то должны вывести на пенсию.

Она поднесла чашку ко рту, и я заметил: чашка слегка дрожала. Мы наперебой стали уверять, что ее это не касается. Разговор шел успокоительный, но горячий.

– В конце концов местком не даст никого уволить. Есть закон, верно?

– Не даст, не даст, – подхватывали мы.

Зиночка, пошумев, поругав молодежь, похвалив всех актеров старшего поколения, вспомнила Книппер-Чехову, Рыжову, Блюменталь-Тамарину и, конечно, Александру Александровну Яблочкину, которая в девяносто с лишним лет сыграла учительницу Горицвет в пьесе Корнейчука «Крылья».

– И ведь как сыграла, как! А мне, слава Богу, не девяносто. – И, опустив, сколько именно, продолжала называть имена.

Я, скептик, заметил, что видел Александру Александровну Яблочкину в этой роли, рассказал, как при ее появлении на сцене зал встал…

– Вот видишь, видишь! – победно перебила меня Зиночка.

– Знаешь, Зинуля, мне кажется, зал встал от удивления: «Смотрите, смотрите, – как бы говорили люди, – ей девяносто шесть, а она идет».

Моя ехидная реплика ничуть не охладила Зину. Она только засмеялась и сказала:

– Ну тебя!

Из театра, конечно, никого не уволили, но от этого проблема не перестала тучей висеть в воздухе и зреть.

– Знаете, – сказала однажды с некоторой долей растерянности Зиночка, – меня вызвал Андреев и, правда, очень деликатно, спросил, не подам ли я сама заявление о выходе на пенсию. Я растерялась. Не сказала резко: «Нет» – все-таки он главный режиссер, – а ответила: «Хорошо, я подумаю».

И снова, снова, в который уже раз разговор шел на эту болезненную тему. Я стал грубее, жестче, доказывал, что надо же в конце концов дать дорогу молодым. Привел в пример рыцарский поступок Ларисы Орданской, которая ровно в день своего пятидесятипятилетия подала заявление об увольнении из театра и ушла в полном творческом блеске, как когда-то уходили великие деятели всего мирового театра, давая прощальный спектакль, уходили, когда только-только начинало смеркаться, а не в полных потемках. Зиночка отбивалась, страдая, Надя ругала меня, кричала: «Оставь Зину в покое, оставь!» Дружба наша от этих трудных споров не нарушалась. Шли дни, недели…

– Знаете, что мне сказал сегодня Андреев? «Зинаида Михайловна, мы оставляем за вами все ваши роли, и я, клянусь, буду и дальше занимать вас в новых спектаклях. Пойдите нам навстречу: нам необходимо принять молодых». Я рассчитала, что к пенсии буду подрабатывать даже больше, чем получаю сейчас. Конечно, есть «потолок», но и при «потолке» я буду получать даже чуть больше своей зарплаты.

О, эти необъяснимые «потолки», лимитирующие человеческую деятельность!

Вопрос о пенсии обсуждался у нас неоднократно, и, конечно же, я при всем своем максимализме никогда и никому не пожелал бы скромного актерского жизненного уровня. Это ведь только обыватель думает: актеры загребают «агромадные» деньги. Не знают, что заработок многочисленной рати тружеников сцены куда ниже заработка водителя автобуса или троллейбуса – от 100 до 180 рублей. Я сказал:

– Зинуля, соглашайся!

– А если обманет?

Вопрос тоже был житейский. Сколько я знал случаев! «Мы вам поможем, мы вас не оставим…» А глядишь, через пару месяцев – Митькой звали!

Зинаида Захарова

Словом, поколебавшись еще недолго, Зинаида Михайловна Захарова, актриса Театра имени М.Н. Ермоловой, подала заявление. И Владимир Алексеевич Андреев не обманул, честь ему и хвала! Все роли остались за Зиной, и она по-прежнему, полная огня и жизни, спешила играть вечерние спектакли, утренники, выездные.

Андреев перешел работать в Малый театр. Новый главный режиссер, новый порядок, новая атмосфера. Очень это напугало нашу подружку.

– Вдруг я не понравлюсь Фокину? Он возьмет и снимет меня со всех ролей. Сейчас он вызывает актеров для личной беседы с каждым. Я боюсь.

Увы, увы, и это опасение подкреплялось судьбами многих актеров. Проклятое – «видит» тебя режиссер или «не видит»! Дамоклов меч, висящий над головой любого актера.

И через несколько дней звонок в дверь. Влетает сияющая Зиночка:

– Надя, Витя, со мной разговаривал Фокин! Я ему понравилась! Он такой интеллигентный, такой интеллигентный!..

Монолог продолжался довольно долго. И мы все были счастливы ее счастьем. А вскоре – о, радость! – Зинаида Михайловна получила новую большую роль в трогательной и веселой пьесе Лобозерова «По соседству мы живем». Сколько было волнений, трепета! Я смотрел этот славный спектакль. Зина играла бабушку. Играла, как всегда, хорошо.

Успех был явный. Пожалуй, такого яркого признания Зиночка давно не имела. Спектакль набирал силу. И вдруг…

Поздний вечерний телефонный звонок. Встревоженный голос Зины:

– Надя, я в больнице, в тридцать первой. Мне сделалось плохо, непонятной болью охватило поясницу. Я вызвала «скорую». Приди завтра.

Она пролежала в больнице всего шесть дней. И одна из ее предсмертных фраз, сказанная слабым голосом, но гордо:

– Все-таки я эффектно ухожу…

И ушла.

Панихида состоялась в фойе театра. В этот день у театра был выходной, и мы беспокоились, придут ли актеры. И зря. Непрерывным ручейком текли попрощаться со своим товарищем соратники и старшего поколения, и среднего, и молодежь, и те, кто когда-то ушел из этого театра, но знал Зинаиду Михайловну. У всех букеты и букетики. Кладут на гроб и вокруг гроба. Идут и идут. Вся труппа в сборе! Стоят молча с любовью в душе к усопшей. Хорошие все-таки люди – актеры!

Воспоминания пишут о знаменитых людях. А почему не написать о просто хорошем человеке, об актрисе с головы до ног, пусть и не на больших ролях?..

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Рассказ татарина

Из книги Кавалерист-девица автора Дурова Надежда Андреевна

Рассказ татарина За Казанью начинаются леса обширные, густые, дремучие и непроходимые; зимою большая дорога, идущая через них, так же узка, как и всякая проселочная; последние еще имеют преимущество перед первою, потому что ими можно иногда ближе проехать и всегда уже


РАССКАЗ СТАЛИНА

Из книги Встречи с товарищем Сталиным автора Байдуков Георгий Филиппович

РАССКАЗ СТАЛИНА Сталин долго и с увлечением говорил о советских летчиках.А мы старались завести разговор о прошлом.Иосиф Виссарионович рассказал нам, как много лет тому назад царские жандармы заслали его в ссылку в Сибирь. Он бежал оттуда.Суровой зимой Сталин пробирался


Рассказ об И. Ф. Анненском

Из книги Путник по вселенным автора Волошин Максимилиан Александрович

Рассказ об И. Ф. Анненском Текст рассказа Волошина записан 27 марта 1924 г. Львом Владимировичем Горнунгом – поэтом и литератором (род. 1902) и литературоведом Дмитрием Сергеевичем Усовым (1896–1943). Печатается по: Памятники культуры: Новые открытия. – Л., 1983.– С. 69–71. Фактические


Вступление в рассказ

Из книги "По дороге в Рай…" автора Барановская Нина

Вступление в рассказ Когда мне предложили написать эту книгу, я согласилась сразу, с легкостью. Казалось, стоит только сесть за машинку, и дело пойдет само собой. Я ведь столько лет знаю Кинчева, мы многое вместе пережили - и хорошее, и плохое. Что может быть проще: вспоминай


8. Памятник Актрисе хотели поставить при жизни...

Из книги Непарадные портреты автора Гамов Александр

8. Памятник Актрисе хотели поставить при жизни... Летом 2008 года в семье Нонны Викторовны обсуждали инициативу земляков-кубанцев: установить на ее малой родине, в Ейске, скульптурный портрет актрисы. Место ейчане выбрали подобающее — на площади Киноискусства у кинотеатра,


Рассказ Ивана

Из книги Трагедия казачества. Война и судьбы-5 автора Тимофеев Николай Семёнович

Рассказ Ивана Попал в плен в октябре 1941 года. Не буду рассказывать о фронтовой неразберихе из-за бездарного командования: об этом много написано. Наша дивизия, где я был в звании старшины командиром химического взвода, была разбита в Брянских лесах, а ее остатки попали в


Рассказ Марии

Из книги История одной семьи автора Улановская Майя

Рассказ Марии Недаром говорят: «Выйти замуж — не напасть, как бы замужем не пропасть». Так у меня и получилось. Встретились случайно. Наслушалась о его трудной судьбе, созвучной с моей. Ведь я перенесла блокаду Ленинграда и знаю, что такое голод. И стали мы с 6 декабря 1946


Рассказ матери

Из книги Горячие точки автора Автор неизвестен

Рассказ матери


Рассказ дочери

Из книги Мертвое «да» автора Штейгер Анатолий Сергеевич

Рассказ дочери


КОНТИНГЕНТ. Рассказ

Из книги Одна жизнь — два мира автора Алексеева Нина Ивановна

КОНТИНГЕНТ. Рассказ


СЫН ПОЛКА. Рассказ

Из книги Удивление перед жизнью автора Розов Виктор Сергеевич

СЫН ПОЛКА. Рассказ


ЖИД. Рассказ

Из книги Южный Урал, № 27 автора Рябинин Борис

ЖИД. Рассказ … «Кругом него шумел все тот же огромный и равнодушный город. По мосту с оглушительным треском и звоном летели трамваи и такси, прохожие шли сплошною стеною, усталые, озабоченные и хмурые. На правом берегу Сены, в небе ярко и назойливо горели рекламы


Рассказ Мити

Из книги автора

Рассказ Мити — Сам я с Украины, — начал Митя, — отец мой был врач-хирург. В 1931 году его обвинили в агитации против колхозов и выслали. Мать моя очень страдала, не зная, где он и что с ним. Я случайно узнал, что отец, вместе с другими, был отправлен на ДВК и, как будто, потом


Рассказ Мары

Из книги автора

Рассказ Мары Мы должны были вылететь в пять часов утра двадцать пятого января. К этому времени все должны были прибыть в аэропорт.Уманские опоздали на пятнадцать минут, когда мы пришли, нас уже ожидали в аэропорту экипаж самолета и мексиканские офицеры, которые должны


Рассказ о незнаменитой актрисе

Из книги автора

Рассказ о незнаменитой актрисе У нее не было семьи, но одинокой себя она не чувствовала. Общительная и любознательная. Часто бывала у близких — то у сестры, то у племянниц, то у подруг. В том числе у нас. Шутка ли! Проработала с моей женой вместе не одно десятилетие. Она