Роман Попель. Блокадный дневник[1]

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Роман Попель. Блокадный дневник[1]

Я родился 5 апреля 1932 года в доме, который в литературных кругах называют «домом Блока» (улица Декабристов, 57). В нем поэт с перерывами прожил девять лет (с июня 1912 года) и в 1921 году скончался. Квартира, в которой жила моя семья (состоявшая в основном из «бывших»), находилась этажом выше, но в начале 1930-х ее поменяли на более просторное помещение в том же доме. С тетушкой Александра Блока М. А. Бекетовой в близких отношениях находилась моя бабушка О. В. Попель, а моя мать часто бывала у них в гостях, поэтому при создании Музея-квартиры Блока она выступала в роли консультанта.

Точную дату своего рождения я указал по той причине, что ровно через десять лет, 5 апреля 1942 года, на Ленинград был произведен самый разрушительный за все годы войны налет немецкой авиации. Этот день совпал с православной Пасхой и 700-летней годовщиной знаменитого Ледового побоища (5 апреля 1242 г.). Возможно, это обстоятельство учитывалось фашистским командованием. Мне же этот день запомнился как первая в жизни, хотя и небольшая, но круглая дата, день безрадостный, но закончившийся благополучно.

Из Ленинграда я эвакуировался вместе с матерью в июне 1942 года. Плыли через Ладогу в караване из семи крошечных катеров, два из которых, изрешеченные пулеметным огнем немецких истребителей, затонули. Местом пребывания нам определили Башкирию, вернее, маленький хутор в 80 км от Уфы, где мы жили в полуразвалившейся мазанке. Когда кончились вещи (одежда, посуда), которые мать обменивала на картошку у полуголодных хуторян, мы поняли, что вторично избежать голодной смерти в подобном «медвежьем углу» при всем желании нам не удастся.

Помогло письмо от дяди, который тоже эвакуировался с семьей из Ленинграда в Калининскую область чуть позднее нас. Он прислал так называемый «вызов», своего рода пропуск, без которого во время войны нельзя было переехать с одного места на другое, а тем более приобрести билет на поезд.

В Ленинград вернулись в августе 1944 года. С трудом отбили от негодяев-мародеров одну комнату в нашей бывшей довоенной квартире. Школу закончил в 1949-м и в том же году поступил в Ленинградский университет на китайское отделение восточного факультета. Красный диплом об его окончании получил в 1954 году.

С этого времени судьба связала меня на всю жизнь с геологами, вместе с которыми бросала на различные континенты. Всего я провел за границей двенадцать лет: работал в Пакистане, Иране и Индии, недолго в Китае, Бангладеше, Австралии и других странах.

Работал переводчиком (английский язык), руководителем групп специалистов (эксперт ООН, Индия). В длительных поездках меня сопровождали жена и дети.

Мое постоянное место работы (вплоть до выхода на пенсию в 2001 году) — Всероссийский геологический институт (ВСЕГЕИ). Должность — ученый секретарь по зарубежным связям.

В 1990-е годы увлекся переводами с английского языка детективов. Всего в моих переводах опубликовано 15 романов и около 35 рассказов.

1942 ГОД

30 января 1942 г. Сегодня случился в соседнем доме пожар. Я с Тайстой[2] выходили смотреть его, в это время ворвались моряки. На руках один нес старика, рядом с другим шла девочка. Я побежал звать бабушку. Бабушка пришла и сказала, чтобы моряки отнесли их в холодную комнату. Тем временем пришла мама. Она получила хлеб, стояла за ним с 11 часов утра до 6 часов вечера. Мы сразу накинулись на хлеб и стали есть, а то мы два дня сидели без хлеба. Девчонка оказалась глухой, звали ее Люся. Вчера к нам пришел управдом и сказал, что к нам вселят еще двоих мать и сына, они оказались Гардины.[3]

31 января 1942 г. Сегодня ночью мы совсем не спали. Три раза приходила девчонка к нашим дверям и ревела, что ей холодно. Из соседней комнаты голосил старик, он оказался еврей. Потом он приходил к нашим дверям и кричал, чтобы мы его пустили к нам. Он был только в нижнем белье, а девчонка без пальто. Утром я ходил с Жучкой во двор и чуть не задохся от дыма. В глаза летел пепел, а снег весь был черный. Я сходил с Жучкой на улицу и посмотрел дом. Он горел уже целым, со всех сторон, горел и первый этаж. Сегодня хлеб был без очереди. Девчонка целый день торчала у нас, ночью она нагадила в ванной на полу. В тот день, когда их к нам вселили, у нас перестала действовать уборная, наверное, они ее испортили. Пришлось делать на бумажку, а потом выбрасывать на улицу. Днем я с дядей Борей[4] сходили на Пряжку за водой.

1 февраля 1942 г. Сегодня мне не хотелось очень вставать. По я встал и пошел с Жучкой смотреть пожар. Дом («Дом сказки») уже сгорел и только кое-где дымился. Пожарные уже уехали. Тетя Оля[5] сегодня нам больше читала. Пришла мама, и мы стали пить кофе. Вдруг у нас во дворе повалил дым из окна Соколовых. Все засуетились, Наташа[6] заревела. Дядя Боря побежал помогать Благовещенским[7], помогать вытаскивать вещи. Оказалось, что у Соколовых загорелась квартира. Мария Семеновна схватила подушку и треснула по горящей кровати. Пламя пыхнуло сразу ей в лицо и обожгло его. Пожар скоро был потушен. Вечером мы пили чай и нашли, что вода пахнет навозом. После бабушка месила тесто, а я с Наташей чистил изюм.

2 февраля 1942 г. Сегодня мои именины. Утром я проснулся в 8 часов и стал шарить под столиком подарки. Но подарков там не оказалось, я был огорчен. Но когда я встал, дядя Боря подарил мне книжку, а бабушка пять рублей и еще сказала, что подарит серебряные запонки. Она не хотела доставать их при жильцах. После чая мама подарила альбом для открыток и альбом для рисования и тетрадку. Она сказала, что когда придет, даст самые лучшие подарки. Бабушка стала делать пирог и булки. Пришла мама и подарила серебряный мешочек и серебряную ложку. Мы позавтракали, и бабушка стала ставить пирог и булку в печку. Они стояли очень долго, потому-то печка была холодная. Но они спеклись и были очень вкусные. За обедом мы ели суп и пирог с грибами и рисом, после ели компот и все были сыты. Потом бабушка нам читала книгу «На Москву». Вечером мы ели остатки пирога, булку, хлеб и чай с вареньем.

3 февраля. 1942 г. Сегодня мы встали в 8 часов, потому что маме надо было уходить в нотариальную контору. Мы не занимались сегодня по-немецкому, потому что было некогда. К нам пришла тетя Дина[8] и сидела у нас до завтрака. После завтрака мы с бабушкой пошли гулять, по дороге мы видали два голых трупа. Мы пришли домой, мама была уже дома, она была на рынке и сменяла пачку папирос за 50 гр. бобов и 250 гр. хлеба на отруби, которых нельзя было есть. Потом к нам пришла Ольга Васильевна, но она очень скоро ушла, и бабушка пошла делать обед. После обеда к нам пришла тетя Лида[9], она сидела до семи часов вечера. Потом меня стало рвать. После ужина пришли Благовещенские, они подарили мне две книжки и печатки, а Наташе куклу для втыкания иголок. Когда я ложился спать, маму тоже рвало.

4 февраля 1942 г. Сегодня спали мы очень долго. Чувствовали мы все себя очень плохо. Сегодня я не занимался, потому что бабушка лежала, а Наташа занималась сама. Стряпала сегодня Наташа. После обеда я пошел смотреть, не выдают <ли> что-нибудь, а дядя Боря с Наташей поехали за водой к Калинкину мосту.

5 февраля 1942 г. Сегодня мы чувствовали себя очень плохо. Сегодня я опять не занимался. Утром у меня очень болел живот и был сильный понос. За завтраком я ел сухари, а вечером черничный компот и сухари. После обеда дядя Боря с Наташей ездили за водой.

6 февраля 1942 г. Сегодня в нашей квартире умер еврей, а мать Гардина сошла с ума. В нашем доме умерла Кира Ленц.[10] Утром мама с дядей Борей ездили за водой и привезли один бак и два ведра. Когда я ходил с Жучкой, у меня очень болел живот, я даже ревел. Мама стояла десять часов в очереди, получила ячневую крупу и сливочное масло. Вечером мы ели хлеб с маслом, это было как пирожное. У нас сегодня сидела целый день девочка, она потеряла карточки на январь и свою хлебную на февраль.

7 февраля 1942 г. Сегодня из нашей квартиры брат девчонки увел ее к тетке, а тетка привела ее обратно. Дядя Боря отвел ее в жакт и оставил там. Гардины переехали сегодня в мамину комнату. У мамы сегодня болел живот, и она все время лежала, а я ходил за хлебом. Вечером бабушка разделила сушеную землянику, и мама заварила ее. Потом мама ставила себе грелку.

8 февраля. Сегодня жакт хотел увезти покойника, но за ним не пришли. Сегодня сумасшедшая очень буянила, она все время выбегала из комнаты. Во время обеда к нам пришли Евлампиевы. Они съели своего кота. У Наташи был сегодня понос. Мама променяла пачку папирос[11] на 150 гр. хлеба. Сегодня бабушка нам читала, а я рисовал. Вечером я с мамой пили опять чай земляники.

9 февраля. Сегодня мама променяла еще пачку папирос с Гардиным. Он сказал, что когда получит сахар или масло он ей отдаст. Утром мы проснулись от крика. Оказывается, что Гардин вышел из комнаты, а его матери мерещилось, что мы хотели его убить. Она забрала его к себе в комнату и уходя, прокляла нас. Днем дядя Боря ходил узнавать, когда увезут покойника, там сказали, что завтра в 9 или 10 часов утра. Потом к нам приходила Ольга Егоровна. Наташа пошла к ней и принесла оттуда десять книг. Перед обедом к нам приходил Глеб Осипович.[12] После обеда дядя Боря с Гардиным ездили за водой. Вечером к нам пришел Гардин он попросил нашатырного спирта, его мать была без сознания.

10 февраля. Сегодня к нам пришел Гардин и рассказал. Когда очнулась его мать, она расцарапала ему руку, а потом обняла его. Мама сегодня встала рано, она пошла за хлебом, потому что мы все съели. Мы сегодня занимались. За покойником пришли только в 12 часов, пришли за ним женщина и мальчик. Они поволокли его через парадную. Мама ходила сегодня к Благовещенским, она принесла оттуда Верочкин шерстяной свитер.

11 февраля. Сегодня нам дали прибавку на хлеб, теперь мы получаем 300 грамм. Мама встала рано и пошла сегодня за хлебом. Вполовину 1 дня мама ушла в милицию. Пришла она в 2 часа дня, она променяла 2 пачки папирос на сахар. Днем я с бабушкой ходил гулять с Жучкой. Два трупа, которых мы видали 3/II, еще лежали там же. Сегодня я кончил читать «Сказки» Гауфа. После обеда я ходил к Юрке Губанову[13] за своими 3 книгами «Пятнадцатилетний капитан», «Южная звезда» и «В стране мехов».

12 февраля. Сегодня в нашей квартире умерла Елена Андреевна, она умерла в 7 часов утра. Мама стояла в очереди и получила манную и пшенную крупу. Мы сегодня решили сделать на завтрак манную кашу. Сегодня я кончил читать книгу «Артек», а с мамой книгу «Харри и Кари». Дядя Боря ходил нанимать какую-нибудь бабу для уборки бабушкиной комнаты. Он ушел в 2 часа, а пришел в половине 5-го с бабой. Она сказала, что придет завтра в 2 часа дня. Вечером я с дядей Борей поехали за водой. Но там вода пахла бензином, и мы взяли воду из Пряжки.

13 февраля. Сегодня мама стояла в очереди и получила сахарный песок. В два часа к нам пришла баба мыть комнату. Она кончила ее мыть в 4 часа дня. Ко мне днем приходил Ленька Буйко[14], он принес Жучки кости, а у меня просил какую-нибудь книжку.

Перед обедом дядя Боря с Наташей ездили за водой. Вечером к нам пришли Благовещенские. Тетя Ася с Натальей Дмитриевной собираются 17 февраля эвакуироваться.

14 февраля. Сегодня дядя Боря ходил к Ольге Васильевне. Мама меня сегодня мыла. Мама стояла в очереди и получила мясо. Тайсту тоже мыли, а он орал как будто его били. Ко мне днем приходил Коля. Перед обедом пришел дядя Коля с Маришей. Немного погодя пришла Ольга Васильевна. Она принесла 400 гр. ячневой крупы поменяться с нами на пшенную крупу. Сегодня суп был густой, потому что мы положили 200 граммов. Мама сварила из сахара леденец. Вечером, когда бабушка читала, я рисовал с книжки слонов.

15 февраля. Сегодня дядя Боря ходил к Инниному папе за часами. Ему сказали, что его нету. К нам приходила Гедвига Оскаровна[15], у ней украли 1000 рублей и обручальное кольцо. Потом к нам приходил Коля, я ему дал читать книгу «Подводные мастера», которую мне подарили Благовещенские. Я с Гардиным ездили за водой. Сегодня стряпала мама. На обед сегодня был бульон, а на второе котлеты с бобами соя.

16 февраля. Сегодня я выносил помойку в двух маленьких ведрах, которые дядя Боря сделал из банок. Сегодня я кончил читать книжку «Кот в самолете». Мы сегодня занимались по русскому и арифметике. Мама ходила узнавать насчет работы и по дороге зашла к одному гражданину. У него продавался: стол, рояль, диван и шкаф.

Она хотела купить завтра стол. На обед сегодня был опять бульон, а на второе котлеты и пшенная каша. Мама получила сегодня ячневую крупу, гречневую крупу и мелкую перловую крупу. Вечером к Кемпасам пришел их знакомый, он хотел переселиться в Елены Андреевны комнату. Мама пошла его смотреть. Чайник был уже готов, и я пошел звать маму чай пить. Но она просидела там еще полчаса, и когда мы пришли чай пить, чайник был уже холодный. Фамилия этого дядьки была Ванувас.

17 февраля. Сегодня тетя Ася не уехала. Она поедет во вторую очередь в конце февраля. Наташа с Гардиным ездили за водой. По дороге Гардин поменял на хлеб дрова. Мама одолжила ему 100 грамм хлеба. Он сказал, что отдаст сегодня, а сегодня он не получил. Мама поменяла на две пачки папирос стол, который она хотела за 100 рублей. Мальчик ей притащил стол. Мы сразу разобрали старый стол и поставили новый. Он был немножко меньше прежнего. Потом к нам пришел отец Гардина, он сидел у нас 2 с половиной часа. За обедом к нам пришла Каш, цыгана мать. У нее умер Коля, Боря и Петя. Сегодня у нас были последний раз котлеты.

18 февраля. Сегодня выносили Елену Андреевну. Мама ходила в сберкассу. По дороге к ней пристал дядька, чтоб она продала ему пачку папирос. Мама продала ему за 60 рублей. Тогда он сказал, идем в милицию, мама сказала, идем. Он довел ее до милиции, а там сказали, чтобы мама отдала ему 20 рублей. Она отдала ему, а сама ушла. Мама пошла в аптеку и забрала там все оставшиеся лекарства. К Гардиным пришла от отца женщина, принесла им немножко макарон и сказала, что завтра их отправят в санаторию. Гардин, кажется, тоже сошел с ума. Он сказал, что его мать от того сошла с ума, что мы им давали нарочно отравленную воду. Делала обед сегодня мама. На обед была манная каша, из 225 граммов. Днем у меня болел очень зуб. Мама мне читала, а я рисовал корабли. Пили мы чай в половине восьмого, потому что дядя Боря уходил на собрание. Но собрание не состоялось.

19 февраля. Сегодня мама ходила в Мариинскую аптеку. Но там никаких лекарств не было. Там сказали, что будут лекарства завтра утром. Днем я с дядей Борей ездил за водой. Потом к нам приходила Наталья Дмитриевна. У них заболела Анна Дмитриевна. У нее температура 39. Когда мы разговаривали, к нам вошел Гардин, его мать разбила ножом стекло и разорвала штору. Сегодня я начал читать книгу «Белеет парус одинокий». Бабушка сегодня мыла посуду в комнате. После обеда я не лежал как всегда, а читал. Дядя Боря обменял бутылочку керосина за алюминиевую кастрюлю. Вечером, когда мы ложились спать, к нам в дверь застучали. Это приехали за Гардиными. Мать ни за что не хотела уезжать. Он кричала, кусалась, царапалась. Санитары сказали, что они ее не возьмут. Ее отправили в сумасшедший дом на Пряжке, а его самого в Александровскую больницу. Сегодня был один обстрел города и одна воздушная тревога вечером.

20 февраля. Сегодня мы ждали прибавку хлеба, но ее не было. Гардины, когда уезжали, они забыли недоваренное пшено. Мама сегодня получила сушеный картофель. Мы положили в суп 50 грамм картофеля. Я с мамой нарезал хлеб очень тонко, и все засушили. Мама ходила в аптеку, но слишком поздно. Лекарства уже все кончились. Днем бабушка мылась у печки. Вечером у дяди Бори случился понос, потом его рвало.

21 февраля. Сегодня дядя Боря весь день лежал. Я и Наташа с Таистовой мамой ездили за водой. Сегодня загорелся дом на углу. Он весь сгорел. Тетя Ася собирается завтра уезжать. Мама сегодня получила гречневую крупу и мясо. Бабушка достала сегодня запонки. Они очень красивые. Сами они позолоченное серебро, выложенное камнями. Мама нашла мне карандаши. На обед сегодня был бульон с картошкой, а на второе немножко пшенной каши.

22 февраля. Сегодня дядя Боря тоже лежал целый день. Мама получила рис, перловую и гречневую крупу. Она взяла гречневую крупу и тете Асе. Тетя Ася сегодня уезжает в 3 часа дня. Когда мама брала крупу, она пропустила очередь за сливочным маслом. Но потом она опять встала и тогда уже получила. Днем мама ходила к Благовещенским прощаться с тетей Асей. А я ходил к Вальке Невскому[16] узнавать насчет столовой и взял у него книжку. Вечером к нам пришел Юрочкин папа. Он сидел у нас полтора часа.

23 февраля. Тетя Ася не уехала. Эвакуация отложена до 25/II. Сегодня все время музыка. С Наташей и Лилей ездили за водой. По дороге они опрокинули одно ведро. Лиля потом пошла одна и принесла воду. Сегодня дядя Боря встал, затопил печку, позавтракал и опять лег. Лиля получила лук и променяла его с нами на картошку. Мама днем ходила к Колиной маме и была там очень долго. Бабушка сегодня не ходила днем гулять с Наташей. На завтрак мама сварила мне и себе настоящее кофе, потому что у мамы очень болело сердце.

24 февраля. Сегодня мама купила атаману <оттоманку>. Она взяла у меня 130 рублей в долг. Мама с Лилей привезли ее и поставили ее в бабушкиной комнате. Сегодня стали выдавать по четверти литра керосина. Еще стали давать по 25 гр. шоколада и 25 какао. Я с Тайстой смотрели оставшиеся от дедушки камушки. Мама ходила в жакт записываться на карточки.

25 февраля. Мама достала сегодня какао и шоколад. Я с мамой ездил за водой. По дороге мы встретили Вальку. Он шел из столовой. Мама расспросила его все про столовую и решила меня туда прикрепить с 1 марта. У нас на парадной лежит ребенок уже трое суток. Дядя Боря пошел прощаться с тетей Асей. Мама взяла дяди Мишины[17] вещи и пошла продавать на рынок.

Она пришла в три часа дня. Продала <за> 120 рублей и купила мне книжку. Потом мама пошла покупать мне подарок на рождение. К нам приходила Ольга Васильевна. Вечером у меня болела голова. Потом пришла тетя Ася на минуточку попрощаться.

26 февраля. Сегодня мамины именины. Я подарил маме рисунок. На нем я нарисовал фрукты. Мама взяла гороху на две карточки. На обед сегодня был бульон. А на второе мясо и перловая крупа. У бабушки был сегодня понос. Днем к нам пришел Тайсто. После обеда посуду не мыли, потому что у бабушки болел живот. Вечером Наташа, Тайсто и Лиля ездили за водой. Они взяли воду из крана.

27 февраля. У бабушки очень сильный понос и очень болел живот. Дядя Боря ходил к Невской и в жакт. Невская сказала, что нас не стоит туда прикреплять. В жакте дядя Боря нашел несколько писем в нашу квартиру. Одно письмо было от Наташиной мамы. Оно было от 8 января. Мама получила сахарный песок и прозевала очередь за клюквой. Мама и Наташа сегодня мылись. Бабушка нашла у Наташи 13 платяных вшей, а мама у себя одну. Делала обед сегодня мама. Посуду сегодня тоже не мыли. Я с дядей Борей ездили за водой и привезли воду из крана. Вечером к нам пришла танта Дина. Мама с ней сделала обмен. Мама дала ее немножко кофе и баночку фитоферина и еще позвать доктора. А танта Дина дала маме 250 гр. мяса. Мама сегодня сходила к доктору и зашла к Благовещенским. Тетя Ася уехала и оставила мне с Наташей по тетрадке для рисования.

28 февраля. Утром я с мамой был без хлеба. На завтрак я перевернул ногой кашу. Мама получила клюкву. Я ходил к Благовещенским, относил им в долг клюкву. Клюква очень вкусная, она вся мороженая. Дядя Боря получил в жакте карточки. Бабушка целый день лежала. За обедом к нам пришла тетя Муся.[18] Она отдала дяде Боре хлеб. Днем ко мне пришел Леня Буйко. Он принес Жучке целую кучу костей и мне отдал книжку.

1 марта. Сегодня мама и бабушка <получили> нашу крупу. Мама получила в магазине мелкую перловую. К нам пришла танта Дина, она отдала маме мясо. Она принесла вместо 250 гр. 150 грамм. Была она у нас с 11 часов утра до 5 часов дня. Я с дядей Борей за водой на Мойку. Сегодня я начал читать Лукашевича.

2 марта. Сегодня мама получила хорошее мясо. Маленькая мозговая косточка, остальное все мясо. Я нарисовал маме на рождение рисунок и спрятал его. Мама ходила на рынок и продала за 60 рублей пачку папирос. Утром к нам пришла Колина бабушка, она сказала, что все Ленцы умерли. Гуля умерла на улице. У нас в ванной все затопило. Сама ванна полная и все льется на пол. Бабушка с Наташей днем ходили гулять с Жучкой. Наташа забыла вынести помойку. К маме сегодня пришла еврейка, с которой мама стояла за вином. У нее умер ее сын Яша.

3 марта. Сегодня я прочитал последний рассказ Лукашевича. Погребцовы съели свою собаку, она у них сдохла. Дядя Глеб поступил на службу. Сегодня мы занимались по всем предметам. На улице сегодня очень тепло. Я с бабушкой сегодня ходил гулять с Жучкой вечером и утром. Сегодня мы обедали рано. У меня все время болел живот. На рынке вчера мама купила два заграничных блюдечка. Вчера бабушка нам читала, а я рисовал. Мама приготовила сегодня весь обед на завтра, потому, что у нее завтра рождение.

4 марта. Сегодня мамины рождения. Я с дядей Борей ездили за водой два раза. Сегодня у меня болело очень горло. Днем я с мамой смотрел альбомы. На обед сегодня у нас с мамой был бульон, а на второе рис и отбивные котлеты с мясным соусом. Сегодня был один артиллерийский обстрел города.

5 марта. Сегодня я целый день не выходил на улицу. У меня был сильный насморк, болело горло и была немножко повышенная температура. Помойку за меня выносила мама. К нам приходила дворничиха с повесткой, чтобы мама пришла на уборку снега. Вечером к нам пришла Наталья Дмитриевна.

6 марта. Сегодня стали выдавать мясо, меланж и сухие фрукты. Этот раз мяса дали меньше, каждому по 100 грамм. Когда мы занимались, очень сильно стреляли. Один снаряд попал на Дровяной, а другой снаряд, где мы брали воду. На Пряжке загорелся опять дом и сгорел один флигель. Мама ходила в нотариальную контору. Она там сдала свидетельство о смерти. По дороге мама зашла в аптеку и получила там три лекарства, бензановтол, борную и марганцовку. Сегодня я вышел на улицу.

7 марта. Сегодня мама получила меланж и овсянку. Еще там выдавали сухую дыню, но маме ее не хватило. Из меланжа мы сделали блинчики. Я ходил один за водой.

8 марта. Сегодня дядя Боря пошел к Гедвиге Оскаровне, к Виссам и к Грибушину. Я с мамой ходил за водой, и принесли сразу на два дня. Мы не брали с собой санки, а принесли на руках. Теперь мы стали брать воду отдельно. Днем я ходил с бабушкой гулять и ходил по магазинам. Лиля Матвеевна с Тайстой ломали свой ломберный стол. Мама ходила к Надежде Владимировне, она дала ей сварить немножко овсянки. Вечером мама получила изюм. Он был очень большой и очень сладкий. Теперь мы стали брать продукты тоже отдельно. Сегодня же мама отнесла Надежде Владимировне овсянку. Сегодня радио действовало плохо. Дядя Боря пришел в 6 часов вечера, а ушел в 10 часов утра. Он обжег себе и Гедвиге Оскаровне язык, Грибу-шин умер 5 января. Дядя Боря купил у красноармейца 35 граммов русского масла за 40 рублей, а красноармеец сказал, что 50 гр.

9 марта. Сегодня мама получила масло. Я с мамой обедал сегодня в 2 часа дня и потом ели еще в половине 6 вечера. Мама ходила к Надежде Владимировне и была там больше часа. Сегодня радио работало хорошо. На улице сегодня было 3 градуса мороза. У дяди Бори раздулось лицо и руки.

10 марта. Сегодня мама ходила на рынок. Она купила — мне карандаши и променяла кожу. Из кожи мы сделали студень, и завтра его съедим. Еще мама принесла оттуда какую-то книжку. Нам хватило и на сегодня воды. Дядя Боря достал им <?> крупу и меланж, и масло.

11 марта. Сегодня на улице было холодно 15 градусов. Сегодня у меня с мамой был хороший обед. На первое был грибной суп, на второе овсянка, а потом половина студня, другую половину мы оставили на вечер. Студень был очень вкусный, как настоящий из рыбы. Я ходил один сегодня за водой. У нас в квартире в ванной вода так и лилась на пол. Дядя Боря пошел доставать спички и потерял их. Бабушка делала блины из меланжа и пшенной каши и <у> ней ничего не вышло. Дядя Боря достал изюм.

12 марта. Сегодня мама достала колбасу и пшено. Колбасу и пшено мама взяла только на свою карточку. На улице сегодня было очень холодно, 20 градусов ниже нуля. Сегодня очень сильно стреляли, наш дом качался. Я один ходил два раза за водой.

13 марта. Сегодня на улице было очень холодно <—> 23 градуса ниже нуля. За водой я ходил один раз. На обед сегодня был гороховый суп с колбасой, а на второе пшенная каша. Сегодня к нам пришла Гедвига Оскаровна, ей сказали, чтобы она эвакуировалась. Она решила ехать к Ольге Михайловне. Мама взяла оставшуюся крупу ячневой.

14 марта. Сегодня ночью в 3 часа к нам пришел дядя Толя.[19] Его ранило в палец, вырвало мясо. Я перебрался к маме на кровать, а дядя Толя лег на диван. На улице сегодня 26 градусов ниже нуля. Дядя Боря пошел к Гедвиге Оскаровне. Я ходил за водой один раз. Дядя Толя дал маме овсянки и баранину. Дядя Боря пришел половина 10 вечера, а вышел в 10 утра.

15 марта. Сегодня дядя Боря пошел к Гедвиге Оскаровне. За завтраком бабушка мне дала две кильки. К нам пришел Александр Семенович, но он быстро ушел. Вечером мама ушла куда-то. А пришла, когда я уже был в постели. <…> К нам приходила Маня узнать насчет комнаты. Пришел дядя Боря. Гедвига Оскаровна пропала без вести. На улице сегодня было немного теплей. Воду я брал не на Пряжке, там сломался кран, а из горелого дома.

16 марта. Вчера дядя Боря принес от Гедвиги Оскаровны 2 кг картошки, 1 ? кг сахарного песку, много кофе, браслет и часы. Мама ходила в нотариальную контору получать свидетельство о смерти. По дороге мама купила 50 штук конвертов и валерьянки. К нам приходила Наталья Дмитриевна, у них умер Петр Дмитриевич. Потом к нам пришла Маня[20], она решила на этой неделе переехать в Кемпасовскую комнату.

17 марта. Сегодня мама получила 250 руб. от дяди Толи. Мама и дядя Боря получили овсянку. Мама взяла и для Мальцевой. Дядя Боря насыпал в раковину песку, чтобы снизу не шла вода. <…>

18 марта. Сегодня я не ходил за водой, потому что я ходил вчера два раза. Я с мамой ходил платить за квартиру. <…>

19 марта. Мама получила мясо и сливочное масло. Масло давали только детям. Днем я ходил с бабушкой гулять. Мы встретили Леньку. У его дедушки осколок попал в легкое. Он плевал кровью. Мама ходила к Благовещенским.

20 марта. Сегодня я ходил два раза за водой. Мама думала, что меня будет мыть. Но в комнате было очень холодно. За мамой три раза приходили из жакта ее звали на уборку двора. <…> Вчера мама сделала кисель из лимонного сока и грушевого. Потом к нам пришла тетя Муся и осталась у нас ночевать. Дядя Боря ходил на собрание.

21 марта. Мама сделала из дуранды лепешки. Сегодня очень сильно таяло. Мама меня сегодня мыла, голову, туловище и руки. Я с мамой читал «Путеводный огонек».

22 марта. Сегодня я не ходил за водой. На улице было очень тепло. Мама ходила к <…> Ольховским. Они собираются эвакуироваться. Мама вышла в 11 часов утра, а пришла в 7 часов вечера. Она принесла мне от него супу, лепешку с икрой, витамин «С» и сыру. Сыру мама принесла продавать для Александра Семеновича. Дядя Боря купил 100 гр. сыра. Дядя Боря ходил к Гедвиге Оскаровне и привез кой-какие вещи. Он вышел в 6 часов утра, а вернулся в 6 часов вечера. Наташина мама прислала дяде Боре 200 рублей. Потом пришла Маня она тоже купила сыра. Пришла тетя Муся и осталась у нас ночевать. Сегодня печку не топили.

23 марта. Мама ходила к Благовещенским. Они ей дали немножко посуды и мне картинки. Я с Тайстой переводили переводные картинки. Сегодня мама мыла мне ноги. Ноги у меня напухли. Мама заставила меня лежать. Вечером мама пошла к Лиле Матвеевне и поменяла 10 грамм сыра на два с половиной стакана овса.

24 марта. Мама ходила на рынок и променяла на грибы хлеб и немножко сахарного песку. <…> и пришла, когда я был в постели. Чай я пил с бабушкой и дядей Борей.

25 марта. Мама получила на детскую карточку сливочное масло, а на иждивенческую карточку постное масло. Мама взяла для дяди Бори. <…> Мама ее сварила, а Тайсто взял и половину ее съел. Еще Тайсто съел все птичкины семечки. Лиля Матвеевна купила дрова, четверть кубометра за 200 рублей в шестом номере. Дядя Боря купил там же 2 бревна за 40 рублей, и еще себе книг. Мама узнала, что дядя Боря купил книги, побежала покупать сама. Мама купила целую кучу очень хороших книг за 50 рублей. Вечером очень сильно стреляли, и мы пошли в каморку. Снаряд попал около нашей парадной. А обстрел объявили, когда стрелять кончили.

26 марта. Мама и дядя Боря поехали за дровами. Дядя Боря купил дров. Они вышли в 8 часов утра. Я с Наташей таскал дрова домой. Дядя Боря купил ведро, ковшик и книги в 6-м номере. Тайсто стащил у них консервы. <…> Сегодня ночью у бабушки болел живот. Весь день бабушка лежала.

27 марта. Мама получила соль и 50 г. семги. Я ходил за водой два раза. На улице было опять холодней, 7 градусов ниже нуля. На улице я нашел один осколок и два на парадной. Тайсты сегодня весь день не было дома. Мама ходила к Благовещенским и принесла мне и Наташе игрушки.

28 марта. Мама и дядя Боря опять поехали за дровами. Но ключ, который им дали Коломазеры, не подходил к двери. Сегодня мы получили письмо от тети Елы.[21] Дима получил мое письмо. Сегодня я написал Диме письмо. Мама получила мясо, пшено и гречу. Я нашел 2 больших осколка у нашей парадной.

29 марта. Сегодня была одна тревога. Маме прислали повестку, чтобы она явилась завтра в 8-м часу утра на труд-повинность. Мама <…> принесла еще витамина «С». Днем к нам пришла Наталья Дмитриевна. Потом при…[22]

Дневник дополняет отрывок из воспоминаний Р. Н. Попеля о страшном дне

5 апреля 1942 г.: «Труды Гос. музея истории Санкт-Петербурга» (выпуск IV. СПб., 1999).

В УБЕЖИЩЕ

Нас было пятнадцать — пятнадцать голодных мужчин, изможденных женщин, усохших от недоедания детей, спустившихся в подвал в ту ночь.

На крайней скамье ближе к выходу из убежища сидит молодой мужчина. У него перевитые шпагатом темно-синих жил руки, кажущиеся мне огромными. Копна спутанных, черных как вороново крыло волос. Тонкая, словно у вылупившегося птенца, шея… Сегодня я вижу его так же ясно, будто он за столом напротив разговаривает со мной. Его фамилия Седых, он слесарь с завода имени Ворошилова, что по ту сторону реки Пряжки. Рядом с ним женщина и девочка девяти-десяти лет. Она моя сверстница. У нее модное для того времени имя — Нинель. Она и мать последними появились в подвале. Девочка больна, ее лихорадит, ее сознание замутнено.

— Пить! — непрерывно шепчут ее губы.

Мать протягивает ей бутылку. Девочка пьет быстро и жадно. Вскоре она начинает громко бредить. Внезапно она вздрагивает и, обхватив руками мать, молча застывает маленьким серым комочком.

Голодный, исхудавший, похожий на обтянутый кожей скелет, я лежу на скамье, положив голову на колени матери. Время от времени я закрываю глаза, и сразу тело начинает расти, увеличиваться в объеме, ноги делаются гигантскими, словно стволы деревьев. Я открываю глаза, и мучительное видение исчезает, но стоит мне снова попытаться заснуть, как все повторяется…

Воздушный налет начался около двух ночи. Более беспощадной бомбардировки города не помню ни я, ни те блокадники, с которыми мне довелось говорить впоследствии. Под аккомпанемент непрекращавшейся зенитной канонады один за другим следовали взрывы авиационных бомб. Когда снаружи оглушительно загрохотало и от свирепого напора взрывной волны зашатались стены и заходил ходуном потолок подвала, я крепко прижался к матери. Сверху послышались зловещие удары о землю рушившихся кирпичных блоков. Люди в подвале в панике бросились к выходу — к массивной дубовой двери, окованной с обеих сторон стальными листами. От потрясшего дом взрыва ее перекосило, вместе с дверной рамой она заметно отклонилась от вертикали.

Следующие семь часов, когда мы отчаянно пытались вырваться из каменного мешка, остались в моей памяти самым страшным воспоминанием военного времени. В убежище имелся набор шанцевого инструмента — лом, кирка, заступ и два топора. Пробивались через верх — так, по мнению старичка-архитектора, у нас был наибольший шанс спастись. Работали поочередно. Львиная доля усилий легла на плечи молодого рабочего с военного завода. Сил у него оставалось больше, чем у других, он ловко орудовал ломом, выбивая из сводчатого потолка один кирпич за другим…

Я не был очевидцем того, откуда пришло спасение. От пережитого волнения и спертого воздуха я потерял сознание.

Во время налета погибло шесть человек — те, кто не спустился в убежище. Седьмой труп нашли через четыре года после войны, когда начали разбирать завал. Он лежал во дворе под обломком стены. Череп был раздавлен, словно яичная скорлупа, но кости рук, ног и грудная клетка повреждены не были. Погибший был нашим управдомом Губановым — отцом друга моего детства. Он бежал через двор, когда дом рухнул. Он был честным и справедливым человеком, инвалидом Гражданской войны, но до светлого Дня Победы дожить ему было не суждено.