Восемь поколений

Восемь поколений

Первый Дюпон прибыл из Франции в Америку в 1800 году. Случаю было угодно, чтобы он после длительного путешествия высадился на побережье Соединенных Штатов как раз 1 января, открыв новую страницу в летописи семьи и, как оказалось позже, в истории американской промышленности. Вместе с первым Дюпоном приехали двое взрослых его сыновей с женами и детьми. Вскоре семья Дюпонов американизировалась и изменила написание своей фамилии. Вместо французского Дюпон де Немур она предпочла более аристократически звучащее Дюпон, опустив дополнение де Немур.

Сегодня из восьми поколений Дюпонов в США живет около 1600 потомков родоначальника семьи. Дух предприимчивости первого Дюпона и его многообразные способности переходили из поколения в поколение. В прежние времена в семье часто заключались браки среди родственников, что, вопреки распространенному мнению, все же не приводило к вырождению потомков. На всякий случай позже семейный совет запретил такого рода браки.

Из 1600 здравствующих ныне Дюпонов почти 250 человек можно отнести к самым богатым в Штатах или просто богатым людям. Это преимущественно акционеры различных семейных концернов. Большинство их по-прежнему живет в Уилмингтоне, штат Делавэр, где некогда обосновался старый Дюпон. Все они привязаны к этому маленькому городу не только из-за семейных традиций. В чудесных старых парках размещены их роскошные дворцы, а законы этого штата, продиктованные Дюпонами, весьма удобны для них, поскольку предусматривают различные налоговые льготы и иные послабления (этими законами пользуются и некоторые другие концерны, например предприятия Форда, которые формально вписаны в реестр штата Делавэр).

В течение жизни восьми поколений Дюпонов эта династия явила миру немало своих любопытных представителей. Но мы познакомимся лишь с некоторыми. Разумеется, начать следует с основателя рода, хотя он и не имел ничего общего ни с порохом – основой богатства семейства, ни с химией – источником его миллионных доходов.

Пьер Сэмюэль Дюпон де Немур родился в Париже в 1739 году в семье часовщика. Его пышно звучащая фамилия довольно часто вводит в заблуждение некоторых авторов: можно предположить, что он был дворянином, находился в свите Людовика XVI, ходил в «расшитом золотом камзоле с кружевными манжетами» и «размахивал шпагой». Это явное недоразумение. Сын часовщика сначала изучал медицину, а потом заинтересовался проблемами экономики и вскоре стал одним из выдающихся представителей французского экономического течения, известного под названием школы физиократов.

В то время Пьер Дюпон тесно сотрудничал с Франсуа Кенэ и А. Р. Ж. Тюрго (позднее министром), а в 1767 году, когда ему еще не было и тридцати, опубликовал шеститомную книгу под длинным названием: «Физиократия, или Естественный совет наилучшему в мире правительству» (Pierre Samuel Du Pont de Nemours: Physiocratie, ou consultation naturelle du gouvernement le plus avantageux du genre humain). Благодаря этой работе Дюпон завоевал мировую славу и был приглашен читать лекции в Россию, Германию и Польшу.

В Варшаву Пьер Сэмюэль Дюпон де Немур приехал в семидесятые годы XVIII века. Французский ученый получил почетную должность секретаря Комиссии по национальному образованию, по ее поручению разработал детальный проект создания широкой сети польских школ. В соответствии с принципами физиократов элементарное обучение в этих школах призвано было повысить производительность крестьянского труда. Проект не был осуществлен, однако ответственность за это нельзя возлагать на француза.

По возвращении в Париж Пьер Сэмюэль Дюпон принимает участие в разработке проектов экономических реформ. И тут слава его доходит до отдаленной Америки. Тесный контакт с французским ученым устанавливает Томас Джефферсон, впоследствии президент Соединенных Штатов, который в 1785-1789 годах был американским послом в Париже. Дюпона даже пригласили участвовать в англо-американских переговорах по вопросу о признании независимости Соединенных Штатов и в заключении первого торгового договора между Англией и США.

В период Французской революции 1789-1790 годов Дюпон становится членом Генеральных штатов, а затем Конституанты[21], которая в 1790 году избирает его своим председателем. Но Дюпон не скрывает своих роялистских убеждений и поэтому после ареста Людовика XVI вынужден скрываться. В 1794 году Пьера Дюпона арестовывают, и только смерть Робеспьера спасает его от гильотины. В 1797 году на него, как на роялиста, вновь обрушились нападки, и в конце 1799 года он решается бежать в Америку.

В Америке его дружески встретил Томас Джефферсон, который в конце 1800 года становится президентом страны. Джефферсон поручает Дюпону разработать проект всеобщего народного образования, но, как и в Польше, этот проект остается лишь клочком бумаги. Несколько лет спустя Дюпон возвращается во Францию, но свою семью оставляет в Штатах. В 1814 году он снова получает высокий пост в Париже, но уже через год вновь эмигрирует в Америку, где и умирает в середине 1817 года.

Томас Джефферсон считал Пьера Дюпона «самым способным человеком во Франции». Пьер Сэмюэль Дюпон был не только экономистом и политиком, но также писателем и философом (он перевел на французский Ариосто, а находясь в тюрьме, написал трактат о «вселенской философии»). Среди множества неосуществленных проектов Дюпона был и план создания в Америке колонии для французских мыслителей. В нее должны были войти Лафайетт, Бомарше, Талейран, Руссо. Но эта утопическая колония так и не родилась на свет.

Пьер Сэмюэль Дюпон де Немур был мечтателем. Его потомки оказались куда более земными, практичными людьми. Став в Америке XIX столетия промышленниками, они сумели сколотить многомиллионное состояние.

* * *

У Пьера Сэмюэля было два сына. Старший, Виктор Мари, был французским консулом в штате Джорджия и ничем особенным не выделялся. Он спекулировал землей в окрестностях Нью-Йорка, но обанкротился, после чего переехал к младшему брату. А младший, Элетер Ирене, не спеша построил на реке Брендуайн в штате Делавэр… пороховой завод. Небольшое предприятие положило начало гигантскому концерну, который и по сей день носит имя основателя – «Э.И. Дюпон де Немур».

В летописи рода Дюпонов можно найти упоминание о том, как молодой Элетер Ирене однажды отправился на охоту в сопровождении своего друга полковника Туссара. Они купили банку пороха для ружей, но тут Дюпон увидел, что порох очень низкого качества, а цена невероятно высокая. Это якобы и навело его на мысль построить пороховой завод.

Не знаю, сказка это или быль, но в общем это не имеет значения. Более существен тот факт, что молодая американская республика во всех областях жизни искала полной независимости от Англии, а как раз в производстве пороха Англия до самого конца XVIII века фактически владела монополией. Томас Джефферсон, уже будучи президентом, обратился к Дюпонам с просьбой наладить производство пороха непосредственно в Америке. Президент знал, что Дюпон-младший был в течение четырех лет близким сотрудником знаменитого французского химика Антуана Лавуазье. А этот последний, считающийся одним из создателей современной химии, стоял во главе государственных пороховых заводов Франции.

Элетер Дюпон охотно согласился на предложение президента и* выехал во Францию. Там он закупил все необходимое оборудование и приступил к постройке завода. Джефферсон полагал, что завод будет находиться близ Вашингтона, но Дюпон предпочел окрестности Уилмингтона. Здесь он сумел приобрести соответствующий участок земли и здесь же нашел у самой реки сотни верб, дающих лучший древесный уголь – крайне важный для того времени ингредиент при изготовлении пороха. Так началась великая карьера Уилмингтона и штата Делавэр.

Строительство завода относится к 1802 году, а уже через два года Дюпоны продавали порох, сразу завоевав американский рынок благодаря отличному качеству своей продукции. В последующие десятилетия спрос на порох Дюпонов рос год от года: он был нужен не только для военных действий, которые вела Америка, но и для бурно развивающегося национального хозяйства. Например, строительство шоссейных дорог, а позднее прокладка железнодорожных путей породили большой спрос на взрывчатку. Без пороха, а позднее без динамита нельзя было обойтись и при строительстве угольных шахт, железных рудников… Словом, мысль эта пришла к Джефферсону в самый подходящий момент. А Дюпоны мысль подхватили, реализовали, хорошо на этом заработав.

Во время строительства первого порохового завода американские рабочие были изумлены тем, что молодой Дюпон, сам разработавший технические проекты, распорядился возводить стены тройной по сравнению с нормой толщины, но под очень легкой крышей. Однако Дюпон знал, что при производстве пороха почти неизбежны взрывы. Действительно, спустя несколько лет на заводе произошел сильный взрыв, к счастью обошедшийся без человеческих жертв. В 1817 году, во время очередного взрыва, пожар тушили всю ночь.

В 1818 году дело дошло до катастрофы: погибло четверо рабочих. Дюпоны немедленно приступили к восстановлению предприятия, значительно расширив и модернизировав его.

Элетер Ирене женился в Америке. Его женой стала Софи Далмас, дочь владельца постоялого двора. Рассказывают, что это была способная и энергичная американка. Некоторые биографы Дюпонов особенно подчеркивают эту деталь, видимо, для того, чтобы успокоить своих читателей и доказать, что в жилах великого семейства течет не только французская кровь. Джон Гантер уверяет даже, что без Софи Далмас все Дюпоны «были бы ничем». Супруги Дюпон вырастили троих сыновей и несколько дочерей, а их сыновья в свою очередь – девять сыновей. Имен мы не называем, иначе запутаемся в генеалогическом древе семейства Дюпонов. Один из внуков Элетера, Ламмот I, имел пятерых сыновей, у одного из которых, Ламмота II, тоже было пятеро сыновей. Таким образом, постепенно доходим до общей цифры 1600 Дюпонов.

В 1850 году во главе фирмы стал Генри (Анри) Дюпон, который управлял ею почти сорок лет. Историки Дюпонов считают, что заслугой Генри было превращение сравнительно небольшого предприятия в одну из крупнейших фирм Америки. На годы правления Генри Дюпона (имя его было уже американским) приходится очень важное с технической точки зрения событие: в 1880 году фирма приступила к производству динамита – нового типа взрывчатки. Консервативный Генри сначала не хотел признать выгод и достоинств динамита, но другой член семьи, упомянутый выше Ламмот Дюпон, сумел переубедить своего родственника. Правда, сам Ламмот заплатил за это жизнью: он погиб во время взрыва на только что построенном динамитном заводе в штате Нью-Джерси. К выпуску очередной технической новинки Дюпоны приступили в 1893 году, после того как освоили выпуск бездымного пороха.

Генри Дюпон систематически скупал предприятия своих конкурентов, стремясь стать монополистом в области производства взрывчатых веществ. С этой точки зрения он был похож на Джона Д. Рокфеллера и Джона П. Моргана. Он пользовался своеобразной аргументацией, утверждая, что стремится «к упорядочению отношений» в данной отрасли промышленности. В 1872 году, почти в то же самое время, когда возник концерн «Стандард ойл», Генри Дюпон основал так называемую «Ассоциацию по торговле порохом», которую неофициально называли «Паудер траст» – «Пороховой трест».

В 1889 году, когда Генри Дюпон умирал и когда заканчивался пятьдесят пятый год его деятельности в семейной фирме, этот трест давал уже 90-95 процентов всего пороха, производимого в Соединенных Штатах. Как пишет Стюарт Холбрук, «ни у кого не было сомнений относительно того, кто правит в тресте Дюпонов». В последние годы XIX столетия очередные Дюпоны подписали картельное соглашение с братьями Нобель и другими европейскими производителями взрывчатых веществ. Целью соглашения было установление цен и гарантирование прибылей.

В начале XX века очередное поколение Дюпонов пережило два кризиса. Один, финансовый, разразился в 1902 году, когда после смерти Эжена Дюпона (сына Генри) самые близкие члены семьи пришли к выводу, что они не в состоянии вести дела фирмы, и выразили готовность продать свои предприятия. Общая стоимость их была оценена в 12 миллионов долларов. Но трое из многочисленного клана Дюпонов взбунтовались против капитуляции. По их мнению, стоимость имущества фирмы составляла, по меньшей мере 24 миллиона долларов.

«Бунтовщики» – Колеман, Альфред и Пьер Дюпоны – провели сложнейшую и рискованную финансовую операцию в стиле Джона Пирпонта Моргана: они основали новое акционерное общество, которое завладело всем имуществом фирмы. Прежние акционеры получили (после соответствующего пересчета) акции новой компании. Колеман стал ее председателем, Пьер – казначеем, Альфред – руководителем производства. Каждый из них., вложив в дело всего по 700 долларов (столько стоила регистрация новой компании), получил большой пакет акций и решающий голос в делах фирмы. Во всяком случае, все осталось в руках семейства Дюпонов. Трем новым руководителям фирмы очень помогал некий Джон Дж. Рэскоб, молодой секретарь Пьера Дюпона (позднее он сыграл большую роль в концерне. Его именем открывался список талантливых директоров, находившихся на службе у Дюпонов).

В течение нескольких лет новые предприимчивые руководители расширили концерн. Особенно ловко удалось им поглотить конкурирующую фирму – концерн «Лафлин энд Рэнт», которая еще год назад готова была скупить все предприятия Дюпонов. В 1903 году, во время очередной реорганизации фирмы, возник новый, холдинговый концерн, общий капитал которого оценивался в 50 миллионов долларов. Одновременно расширилась и деятельность фирмы за пределами Америки.

Стремясь установить полную монополию, Дюпоны приобрели около ста более мелких компаний и уже в 1905 году могли похвастаться, что производят 100 процентов всех взрывчатых веществ для армии и 70 процентов общего объема взрывчатых материалов, производимых в Соединенных Штатах. Ежегодная прибыль концерна достигала 4 миллионов долларов. Из трех новых руководителей фирмы наиболее энергичным оказался Колеман Дюпон. Это он решил протащить представителя семейства в сенат США и в 1906 году добился этого: сенатором от штата Делавэр стал его кузен Анри А. Дюпон. Это было тем большей победой Дюпонов, что прежде жители Делавэра голосовали за кандидатов Демократической партии, в то время как Анри А. Дюпон, да и все остальные члены семьи выступали от имени Республиканской партии. Но, как мы видели, они умели преодолевать и не такие трудности.

В том же, 1906, году в семье разразился скандал, на долгое время нарушивший прежние гармоничные отношения Дюпонов. Альфред Дюпон неожиданно уехал из Уилмингтона в штат Южная Дакота, чтобы, по его словам, присмотреть место для строительства нового завода. Но вскоре выяснилось, что целью этой поездки был развод. (В наше время американцы, желая ускорить развод, едут в штат Невада, а в те времена наиболее благоприятными в этом отношении были законы Южной Дакоты.) Добившись развода, Альфред немедленно вступил в брак с женой своего бывшего секретаря, также успевшей развестись в Дакоте. Кстати сказать, новая жена была двоюродной сестрой Альфреда.

Семья раскололась. Начались распри, переросшие во взаимные финансовые домогательства и судебные процессы. Принадлежавшие Дюпонам местные газеты получили приказ не публиковать никаких сведений о спорах и процессах. Поэтому жители Уилмингтона буквально расхватывали газеты соседней Филадельфии, чтобы узнать, как протекает очередной скандал в семье Дюпонов.

Но вскоре Дюпонам пришлось сомкнуть ряды, чтобы дружно выступить против новой опасности: концерн был обвинен в нарушении антитрестовского «закона Шермана». По распоряжению президента Теодора Рузвельта против Дюпонов был начат судебный процесс. В качестве главного свидетеля выступил некий Роберт С. Уэддел, бывший служащий концерна, знавший многие его тайны. Он показал, что стоимость производства одного фунта бездымного пороха обходится Дюпонам в 31 цент, а в отчетах концерна, представляемых, правительству, фигурирует цифра 75 центов. Уэддел не без основания утверждал, что Дюпоны «поступают непатриотично». Он подсчитал также, что расходы правительства на покупку пороха могли бы быть на 12 миллионов долларов меньше, если бы правительство построило собственный завод, а не пользовалось услугами Дюпонов.

Во время длившегося несколько лет судебного процесса министерство юстиции доказало, что семейство Дюпонов стремится установить полную монополию в области производства взрывчатых веществ. При правлении Клемана эта цель была достигнута. Поэтому нарушение «закона Шермана» было очевидным, и суд вынес решение о ликвидации концерна. Но уже на следующий день начались осложнения, которые не в первый и не в последний раз показали, что американские антитрестовские законы не имеют большого значения. Во всяком случае, они не могут затормозить процесс монополизации и концентрации капитала.

Оказалось, что все конкурирующие с Дюпонами фирмы просто перестали существовать, в силу чего выполнить решение суда было невозможно. Дело в том, что это повлекло бы за собой передачу по крайней мере части предприятий концерна другим фирмам, чтобы ликвидировать монополию одного семейства. Но что можно было поделать, если других фирм попросту не существовало? Однако представители министерства юстиции и ловкие адвокаты Дюпонов нашли все-таки выход из положения.

Дюпоны создали два новых концерна – «Геркулес» и «Атлас», которым и передали часть своих заводов. В официальной летописи концерна можно найти отличную фотографию, запечатлевшую большой прием в 1912 году в одном из роскошных вашингтонских отелей. На ней изображена многочисленная группа джентльменов в вечерних костюмах. Подпись под фотографией гласит: «Прощальный банкет для сотрудников, которые покидают концерн “Дюпон”, чтобы организовать фирмы “Геркулес” и “Атлас паудер”». Нетрудно догадаться, что в действительности новые фирмы были филиалами концерна Дюпонов, созданными для вида с целью обойти антитрестовский «закон Шермана». Стюарт Холбрук пишет в книге «Век воротил»:

«Эта четырехлетняя баталия оставила абсолютно все, кроме бухгалтерии, на прежнем месте, как было во времена, когда Дюпоны столь ловко обошли “закон Шермана”».

И далее:

«Правительство оставило Дюпонам больше, чем пыталось у них отнять. Концерн получил распоряжение оставить у себя все заводы, производящие бездымный порох для армии. Через два года разразилась Первая мировая война».

Война стала периодом наибольшего расцвета концерна. Спрос на продукцию Дюпонов возрастал буквально с каждым днем. Сперва Англия и Франция, а – затем и правительство Соединенных Штатов потребовали увеличить производство взрывчатых веществ. Никто теперь не спорил о ценах, не торговался. А прибыли концерна побили все прежние рекорды. После окончания первой мировой войны было подсчитано, что в кассе фирмы скопилось более 100 миллионов долларов свободных капиталов. Упомянутый выше Джон Дж. Рэскоб, ставший казначеем концерна, выступил с предложением купить акции фирмы «Дженерал моторс». Члены семейства приняли предложение, и в летописи Дюпонов открылась новая глава.

* * *

Перескочим временно через несколько десятилетий и через два поколения Дюпонов, чтобы присмотреться к нынешнему финансовому положению этой династии. В известном уже нам списке сорока двух богатейших американцев, составленном Фердинандом Ландбергом (1957 г.), мы найдем четырех Дюпонов, каждый из которых обладает капиталом в несколько сот миллионов долларов. Двойная фамилия одного из них, Ламмот Дюпон-Коупленд, заслуживает определенного внимания.

Джон Дж. Рэскоб – управляющий финансами компаний General Motors и DuPont. Благодаря его деятельности данные компании начали восхождение на вершину мирового бизнеса

Мы уже писали, что концерн по производству вооружений «Лафлин энд Рэнд» в течение ряда лет был главным конкурентом Дюпонов и даже собирался скупить их предприятия. В ходе конкурентной борьбы члены семейства Дюпонов придумали трюк, который можно встретить скорее в королевских хрониках, а не в сфере бизнеса: одну из многочисленных девушек этой семьи выдали замуж за главу концерна «Лафлин энд Рэнт» Чарлза Коупленда. Таким образом, было предопределено объединение обеих фирм – разумеется, под вывеской Дюпонов. Сын от этого династического брака взял себе двойную фамилию и унаследовал значительную часть семейного состояния.

Ландберг посвятил немало страниц показу того, что, кроме этой четверки, насчитывается еще около 250 «великих Дюпонов», а общий капитал семейства превышает 7,6 миллиарда долларов. Задача у Ландберга была не из легких, поскольку вот уже десятки лет новые поколения Дюпонов делают все возможное, чтобы до общественности дошло как можно меньше сведений о размере их состояния. При этом Дюпоны преследовали две цели: во-первых, хорошо зная, что значительная часть их состояния нажита на военных прибылях, они хотели избежать гласности, а тем самым и публичного осуждения; во-вторых, сохранение анонимности капиталов стало одним из методов обхода налоговых законов.

Долгие годы по инициативе Дюпонов создавалась запутанная система всевозможных концернов, холдинг-компаний, трестов, акционерных обществ, в которых постороннему человеку разобраться очень трудно. Известно, например, что существует концерн «Э.И. Дюпон де Немур» и что в личном владении семейства остается по меньшей мере 44 процента его акций. Кроме того, есть холдинговый концерн «Кристиана секьюритиз компани», который тоже является собственностью Дюпонов и владеет акциями их различных фирм. Другие многочисленные предприятия – тоже личная собственность семейства.

Концерн «Э. И. Дюпон де Немур» и поныне считается самой крупной на земном шаре химической фирмой, владеющей только в Соединенных Штатах 78 крупными заводами, где занято более 300 тысяч рабочих. Ежегодная прибыль от этих предприятий составляет около 500 миллионов долларов. Концерн также владеет – под своим именем или под вывеской дочерних фирм – многочисленными заводами в других странах, прежде всего в Западной Европе, Канаде и Латинской Америке.

О роли Дюпонов в концерне «Дженерал моторс» речь впереди. Здесь мы упомянем лишь о том, что в их империю входит и фирма «Юнайтед Стейтс раббер компани», где они владеют контрольным пакетом акций. Ежегодный оборот компании свыше миллиарда долларов. Подражая другим американским богачам, Дюпоны позаботились и об организации ряда филантропических фондов. Однако ни один из них не имеет такого масштаба и значения, как Фонд Форда или Фонд Рокфеллера. По подсчетам Ландберга, общий капитал восемнадцати дюпоновских фондов достигает 150 миллионов долларов. Два из этих фондов имеют оригинальное назначение: дворцы Дюпонов в штате Делавэр выступают в качестве общественных музеев и ботанических садов.

Как мы убедились, Виктор Перло применяет иные методы подсчета, интересуясь всеми промышленными концернами и финансовыми учреждениями, которые остаются в сфере влияния Дюпонов. Таким образом, он приходит к выводу, что эта династия располагает значительно большим капиталом – 16 миллиардами долларов. И все же нам интересны подсчеты Ландберга, касающиеся личного богатства клана.

Американский социолог Макс Лернер приводит королевство Дюпонов в качестве примера сложных и трудных для сопоставления отношений в мире трестов и концернов. В своем труде «Америка и ее цивилизация» (“America and her Civilization”) он пишет:

«Фирма Дюпонов начала с вооружений, а после первой мировой войны расширила свою деятельность, начав производить автомобили, резину и другие мирные товары. Фирма завладела концернами “Дженерал моторс” и “Ю. С. раббер”. Она имеет филиалы в многочисленных зависимых от нее компаниях в области химической промышленности и производстве синтетических изделий. Ее собственные акции находятся в распоряжении “Кристиана секьюритиз компани”. Это холдинговая компания, остающаяся под властью Дюпонов и их друзей. На самой вершине пирамиды находится “Делавэр компании” с еще более ограниченной ответственностью, целиком зависящая от внутреннего круга семейства Дюпонов».

Представители следующих восьми поколений Дюпонов вели себя скорее скромно, в отличие от Вандербилтов, Рокфеллеров или Морганов. Если Дюпоны и строили роскошные резиденции, то лишь в маленьком Уилмингтоне, да и то втайне, чтобы об этом знало как можно меньше людей. У них не было ни дворцов в Нью-Йорке, ни роскошных яхт, ни коллекций знаменитых полотен, ни разрекламированных в газетах любовниц. Они очень редко появлялись на нью-йоркской бирже и еще реже – в правительственных кабинетах Вашингтона. В существующем американском законодательстве Дюпоны находили достаточно возможностей для создания богатств, и они не так уж часто входили в противоречие с законом, как другие миллиардеры. Они старательно избегали любых сенсаций на страницах газет.

Однако в 1934 году (к тому времени фирма существовала уже более ста лет и входила в список самых богатых промышленных концернов Америки) семейство Дюпонов впервые стало объектом расследования одной из комиссий Конгресса, которое касалось получения ими огромных военных прибылей. Именно тогда Дюпонов и назвали «торговцами смертью» (“Merchants of death”).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Смена поколений

Из книги Тургенев автора Лебедев Юрий Владимирович

Смена поколений После «Дворянского гнезда» литературный авторитет Тургенева стремительно возрос. Вспоминали, что молодые писатели один за другим являлись к нему, приносили свои произведения и ждали приговора. Высокопоставленные светские особы и знаменитости всех


Великие умы последующих поколений о Бахе

Из книги Если бы Бах вел дневник автора Хаммершлаг Янош

Великие умы последующих поколений о Бахе Поколения, последовавшие непосредственно за Бахом, настолько позабыли его, что позже его в полном смысле слова пришлось открывать вновь. Только в кругу его непосредственных учеников память о нем жила более долгое время. Первым


Преемственность поколений

Из книги Романтика неба автора Тихомолов Борис Ермилович

Преемственность поколений Больше всех меня порадовал Денисов. Он сразу прочувствовал самолет, его реакцию на движение рулей и установил свой режим полета, такой же спокойный и ровный, как его собственный характер. Уже на пятый или шестой день полета он самостоятельно


Для будущих поколений

Из книги Трудные дороги автора Андреев Геннадий Андреевич

Для будущих поколений То светлое я зыбкое чувство, возникшее в арестантском вагоне из чего-то неуловимого, скоро прошло. Здесь, в тюрьме, как могло бы оно удержаться?В этой тюрьме старого промышленного города мы застряли. В большой общей камере, — с одной стороны


Герой поколений

Из книги Летят за днями дни... автора Лановой Василий Семенович

Герой поколений Роман Николая Островского «Как закалялась сталь» удивительный, это произведение особой, уникальной судьбы. Что другое сравнится с ним по своей значимости для многих поколений молодежи?! Он стал нашей современной классикой, потому что все здесь замешано


РУБЕЖ ЭПОХ И ПОКОЛЕНИЙ

Из книги Клан Ельциных автора Гранатова Анна Анатольевна

РУБЕЖ ЭПОХ И ПОКОЛЕНИЙ Таня покоряет МосквуВ то время пока Елена Ельцина устраивала свою жизнь с летчиком Валерием Окуловым, в семье Бориса и Наины подрастала вторая дочь, Татьяна. Она была младше своей сестры на три года и заметно отличалась от Елены по-мужски


Глава первая. Человек живёт памятью. Авиация — это преемственность поколений

Из книги Рассказы и повести автора Хайко Леонид Дмитриевич

Глава первая. Человек живёт памятью. Авиация — это преемственность поколений Как поётся в песне «Есть только миг между прошлым и будущим и именно он называется жизнь». У каждого из нас этот миг, в земном измерении свой. У одного он длиннее, у другого короче, в котором


Тихонов и смена поколений

Из книги Анатолий Тарасов. Битва железных тренеров автора Раззаков Федор

Тихонов и смена поколений В чемпионате СССР, который завершился в мае 1980 года, все оставалось неизменным: ЦСКА снова стал чемпионом, обогнав столичное «Динамо» на 13 очков (80 против 67), а «Спартак» на целых 19 очков. Гегемония ЦСКА, где были собраны лучшие игроки страны,


Связь поколений

Из книги Русские писатели ХХ века от Бунина до Шукшина: учебное пособие автора Быкова Ольга Петровна

Связь поколений Матера – деревня старая, и в имени ее есть материнство и матерость, древняя сила. Но Распутин не любит специальной символики, которая плохо ладит с «солнцем простоты», и название деревни скорее более повседневного свойства.Года три назад в Сибири на


Актриса всех поколений

Из книги Роковые женщины советского кино автора Раззаков Федор

Актриса всех поколений Галина Польских родилась в Москве 27 ноября 1939 года. Своих родителей она практически не помнит: во время войны, когда ей было всего три года, отец погиб на фронте, а в 1947 году от малокровия умерла и мама. Старшего брата Галины, Виктора, взяла к себе мать


В ИЗВЕЧНОЙ СМЕНЕ ПОКОЛЕНИЙ СТИХИ СОРОКОВЫХ ГОДОВ

Из книги Избранные произведения. Т. I. Стихи, повести, рассказы, воспоминания автора Берестов Валентин Дмитриевич

В ИЗВЕЧНОЙ СМЕНЕ ПОКОЛЕНИЙ СТИХИ СОРОКОВЫХ ГОДОВ «К бессмертью человек давно стремится…» К бессмертью человек давно стремится, Жизнь смыслом наделить желает он, Не веря в то, что он на свет родится, Природою на гибель осужден. Высокий ум, не знающий предела, В разладе с


«В извечной смене поколений судьбой гордиться мы должны…»

Из книги Помяловский автора Вальбе Борис Соломонович

«В извечной смене поколений судьбой гордиться мы должны…» В извечной смене поколений судьбой гордиться мы должны. Мы — современники сражений дотоль неслыханной войны. И хоть удел наш — боль разлуки, хоть нами кинут край родной, Хотя гнетет нас бремя скуки и серость


В ПАМЯТИ ПОКОЛЕНИЙ

Из книги Главная тайна горлана-главаря. Книга 1. Пришедший сам автора Филатьев Эдуард

В ПАМЯТИ ПОКОЛЕНИЙ Ранняя и трагическая смерть Николая Герасимовича усугубила интерес к его творчеству. Сейчас же после его смерти стали печататься в разных журналах его неопубликованные и неоконченные произведения. В 10-й книге «Современника» 1863 года появляется


Встреча поколений

Из книги Почему плакал Пушкин? автора Лацис Александр Александрович

Встреча поколений 28 января 1918 года московская газета «Мысль» оповестила читателей:«В квартире поэта А. имел место интересный поэтический вечер, на котором присутствовали как представители состарившихся уже течений – Бальмонт, Иванов, Белый и др., так и «дерзатели»,


За гранями поколений

Из книги автора

За гранями поколений Одной из примет, одной из косвенных улик может оказаться год рождения. Как правило, за гранями соседних поколений соперничество заметно теряет остроту. Впрочем, есть, пожалуй, исключение: ежели соперник моложе – еще сильнее свербит обида